«MinModels»

      Тэхён сидел среди россыпи цветов. Розы, пионы и орхидеи обрамляли его точеную фигуру, словно он был частью этой живой декорации. На омеге был легкий шелковый халат цвета слоновой кости. Полупрозрачный, едва прикрывающий его соблазнительное тело.       Ткань мягко спадала с плеча, завлекающе открывая линию ключицы и часть грудной клетки. Свет софитов ложился на бронзовую кожу, делая ее сияющей. В волосы вплели несколько цветов, и в общем образ был волшебный. Будто лесная нимфа.       Омега позировал профессионально. Каждый поворот головы, каждый изгиб корпуса был отточен до автоматизма. Взгляд же не выражал абсолютно ничего. Мыслями Тэхён был далеко от съемок. Будем честными. Он даже не помнил, какой бренд рекламирует, что было с крайне собранным и дисциплинированным омегой чрезвычайно редко.       — Тэхён, — голос Чонгука вывел его из мыслей.       Фотограф опустил камеру и шагнул ближе. Его темные глаза внимательно изучали лицо модели.       — Ты не здесь, — сказал Чон еле слышно.       Тэхён моргнул, будто возвращаясь в реальность и перевел взгляд на парня. Чон Чонгук начал у них работать полгода назад. Кажется, это была его университетская практика или что-то подобное.       Высокий, милый парень, с приятным феромоном кардамона. Тэхён никогда не рассматривал лицо альфы вблизи. Обычно фотограф, это безмолвная камера на ногах, которая периодически говорит в какую сторону повернуться и как наклониться.       Омега медленно очерчивал своим взглядам юношу.       Белая обтягивающая футболка сидела на нем как вторая кожа, подчеркивая широкие плечи, крепкую грудь и узкую талию. Правая рука была полностью покрыта вязью татуировок. Черные линии, геометрия, цветы, различные символы – все это переплеталось в сложный узор, который казался живым, когда альфа двигался.       В ушах множество проколов, а на нижней губе пара аккуратных металлических колец, придающих его образу дерзость. Но все это удивительным образом контрастировало с его лицом.       Оно было... уютным, милым. Большие темные глаза с густыми ресницами, мягкие черты, аккуратный нос и губы....       — Тэхён, — повторил он снова и помахал рукой прям перед лицом омеги.       Тэ, немного смутившись, что бесцеремонно залип на альфу, неловко прокашлялся и вернул взгляду четкость и уверенность.       — Я работаю. Разве у меня плохо получается? — промурлыкал омега, перекинув ногу на ногу, тем самым обнажив свое бедро.       — Все у тебя красиво получается, но это не ты.       — Тебе никто не давал права лезть мне в душу, — разозлившись, и вскочив со стула, Тэхён выплюнул ему в лицо, — ты итак смотришь на мое тело больше, чем кому-либо позволялось в моей жизни, наслаждайся пока есть такая возможность, — скинув с себя венок из цветов и запахнув полы халата, прикрывая свои бедра, омега продолжил, — но не смей лезть ко мне в душу, и думать, что знаешь меня.       — Фотосессия окончена. Я устал.       Тэхён соблазнительно наклонился, повернувшись спиной к Чонгуку, поправляя свой золотой браслет на ножке, и позволяя альфе насладиться шикарным видом.       Мягко поднимаясь и выгибая спину, омега чуть повернул голову в сторону альфы и победно усмехнулся, видя, как его маленькая шалость завела малыша. Чонгук стоял, тяжело дыша. Было видно, как глаза потемнели, а дыхание участилось. Но что удивительно, Тэхён не заметил колебаний феромона. Интересно. Неужели этот милашка на блокаторах.       — Спокойной ночи малыш Гуки, смотри аккуратнее, мозоли ночью не натри, — и хитро подмигнув ушел, оставив Чонгука в одиночестве хлопать глазами.       Смешно пыхтя и бесшумно топая в своих пушистых тапочках, Тэхён, прервав фотосессию, направлялся в бассейн. Омега любил плавать. Вода хорошо помогала привести мысли в порядок, и, как бонус, поддерживала упругость и сияние его тела.       Мужчина медленно вошел в воду, позволил приятной прохладе сомкнуться вокруг тела. Шелковый халат остался небрежно болтаться на скамье.       Несколько уверенных гребков и он уже рассекал гладь, пытаясь уплыть от собственных мыслей, но тщетно.       Тэхён нырял, задерживал дыхание, выныривал и снова уходил на глубину. Каждый раз, когда легкие начинали гореть от нехватки кислорода, сочувствующее сердце омеги болезненно ныло.       Он правда не хотел, чтоб их с Чимином, казалось, шуточная война, перешла на такой уровень. И вовсе не желал модели зла.       Сделав последний круг, омега вышел из воды, плавно покачивая бедрами и с леностью в движениях зашел в сауну. Горячий пар окутал его, напряженные мышцы наконец начали расслабляться, тело благодарно отзывалось на жар.       Тэхён закрыл глаза и откинулся на деревянную спинку, позволяя каплям пота стекать по коже. Тогда же, вместе с желанным расслаблением, пришли воспоминания.       Десять лет назад омега впервые переступил порог, тогда еще только открывшегося и начинающего набирать популярность агентства. Мин Юнги, его хён с детства, сразу же предложил ему место модели, обещав, что Тэхён сможет совмещать учебу в дистанционном формате и покорять мир моды.       — ТэТэ, ну попробуй, — уговаривал его Юнги, — с твоей внешностью и харизмой гарантирован успех.       Юнги сказал. Тэхён поверил.       Даже удивительно, что между ними никогда не проскальзывало романтических ноток. Для омеги Юнги-хён был как старший брат, пример для подражания и иногда, средство по отваживанию нерадивых кавалеров. Юнги в свою очередь также питал к Тэхёну лишь родственные, а порой и почти отеческие чувства.       Они вместе поднимали кампанию. Множество сделок, контрактов. Они устроили небольшой праздник, когда Тэхён первый раз попал на обложку журнала Vogue Korea.       Спустя год появился Сынмин. Тэхён видел этого поганого омегу насквозь и пытался вразумить влюбленного хёна. Но все было безуспешно. Розовые очки сердечки, сквозь которые Юнги смотрел на Сынмина хотелось безжалостно растоптать.       Как итог. Разбитое сердце.       Тэхёну было больно наблюдать за страданиями своего хёна. Оставалось только молча поддерживать и уверять что в итоге все будет хорошо. Фразы «Я же говорил» так и не прозвучало, но как же хотелось, чтоб альфа хоть иногда прислушивался к Тэхёну. Ведь омега желал и до сих пор желает ему только счастья и добра.       Окунувшись с головой в работу, Юнги все больше стал походить на робота.       Чимин же...       Тэхён знал, что его нашел Юнги, но не придавал значения. Наверняка очередная симпатичная омега. Кому-то же нужно выгуливать тряпье дизайнеров на показах.       Чимин долгое время был на второстепенных ролях и как раз через полгода после ухода Сынмина, начал активно расти как модель.       Топовые модели, за которыми стоят очереди контрактов, обычно не пересекаются с учениками или исключительно подиумными куклами.       И пока Чимин не взлетел, Тэхён слышал о нем лишь краем уха, не вдаваясь в подробности.       Но вот малыша заметили на показе. Первая реклама, вторая, и Чимин с гордо поднятой головой вплыл в его жизнь.       Тэхён помнил их знакомство очень хорошо, ведь миловидный парень, оказался совсем не таким приятным по характеру.       Омега вошел в гримерку с прямой осанкой и гордо поднятой головой. Красивый до невозможности, однако с настолько надменным видом, будто мир вокруг был ему обязан. Чимин тогда окинув взглядом помещение, скривил губы и закатил глаза.       Тэхён на тот момент растерялся от такой красоты, и прикинув насколько этот паренек во вкусе Юнги, внутренне забил тревогу.       — Какой прелестный малыш, но вот с манерами беда, — первым начал знакомство Тэхён, — корона не давит? Или думаешь, что все должны были упасть к твоим ногам?       — Первый смотрю уже упал, — нежным голоском словно пропел Чимин, намекая на молодого стилиста, который двумя секундами назад оступился, засмотревшись на юношу, и неуклюже осел на пятую точку.       — А ты, малыш, — намеренно выделив обращение Тэхёна к нему, скопировал его Чимин, — подвинься и не мешай.       С того дня, у них не случалось ни одного нормального разговора. Лишь обмен колкостями и едкие ухмылки.       Тэхён замечал взгляды Чимина на Юнги, замечал, как мгновенно слетала вся спесь и манерность, хоть омега и старался держать маску.       Страх того, что Чимин разрушит Юнги окончательно, не позволял Тэхёну расслабиться и впустить высокомерного омегу к себе в душу.       Со временем конечно Тэхён понял. Чимин другой. Просто хорошо прячет ранимую душу. Однако привычка оскорблять и пакостить друг другу никуда не делась.       Шесть лет прошло, а они так и не нашли общего языка.       Засидевшись в жарком помещении, омега провел рукой по лицу, смахивая ручейки пота. Он знал, понимал, что перегнул палку, ударив Чимина в его самое больное место. Даже не зная ничего о прошлом Чимми, невооруженным глазом было видно, как омега порой слишком долго крутится вокруг зеркала, словно выискивая несуществующие недостатки. Как заметно недоедает, постоянно ограничивая себя в еде. Пару раз Тэхён даже слышал, как Чимин намеренно опустошает свой желудок в туалете, по чистой случайности находясь в соседней кабинке.       Но все равно сделал это. Ударил словами по незатянувшейся ране.       В клубах пара сожаление душило омегу. Он не хотел, чтобы Чимин загонял себя до обмороков, не хотел, чтобы слова, брошенные в гневе, стали причиной саморазрушительной гонки.       Бегло приняв освежающий контрастный душ, Тэхён, собрав свою сумку поехал домой, решив, что непременно извинится перед Чимином, как только представится такая возможность.