В сети

      Прошло уже две недели. Две долгие недели, за которые моя жизнь вроде бы продолжала идти своим привычным ритмом — концерты, студия, съёмки, встречи с командой, бесконечные разговоры и планы — но где-то глубоко внутри всё это время жила одна и та же мысль, которая никак не давала мне покоя. Я мог заниматься чем угодно, смеяться с друзьями, работать до ночи, но всё равно периодически возвращался к воспоминанию о той странной ночи, когда в моём доме появилась девушка в чёрном, словно тень, возникшая из ниоткуда и исчезнувшая так же внезапно. Я до сих пор иногда прокручивал в голове каждую деталь того вечера: как скрипнула дверь, как в темноте мелькнул силуэт, как она двигалась — уверенно, быстро, без лишних движений, словно давно привыкла к подобным вещам. Я вспоминал её взгляд, холодный и спокойный, будто происходящее для неё было совершенно обычным делом. И, конечно, ту самую перчатку, которую я почему-то так и не отдал следователям и до сих пор хранил у себя, хотя сам толком не мог объяснить, зачем. Чем больше времени проходило, тем сильнее я убеждался, что всё это не было случайностью. Она не выглядела ни как вор, ни как сумасшедшая фанатка, которая решила проникнуть в дом кумира. В её действиях чувствовалась какая-то цель, какой-то план, который я пока не мог понять. Именно поэтому последние две недели почти каждый вечер я оказывался в одном и том же пабе. В том самом месте, где когда-то впервые заметил её. Иногда я сам над собой смеялся, потому что со стороны всё это выглядело довольно глупо: взрослый человек, артист с плотным графиком, который вместо того чтобы спокойно отдыхать, каждый вечер сидит в одном и том же месте в надежде увидеть девушку, о которой почти ничего не знает. Но что-то внутри упрямо подсказывало мне, что если она где-то и появится снова, то именно здесь. Каждый вечер проходил примерно одинаково. Я заходил в паб, здоровался с барменом, садился за столик ближе к стене, откуда было удобно видеть почти весь зал, заказывал что-нибудь выпить и делал вид, что просто отдыхаю после работы. На самом деле всё это время я невольно следил за тем, кто входит в зал, кто проходит мимо столиков, кто задерживается у бара или разговаривает в дальних углах, потому что любая тёмная куртка, любая кепка или даже похожая походка могли на секунду заставить меня напрячься. Но каждый вечер заканчивался одинаково. Я уходил ни с чем. Иногда мне начинало казаться, что всё это было просто странным совпадением, какой-то нелепой историей, которая больше никогда не повторится. В тот вечер всё началось точно так же. Паб был шумный, как обычно. Музыка играла негромко, где-то у барной стойки смеялась компания, в другом конце зала кто-то оживлённо спорил о футболе, а бармен время от времени громко ставил стаканы на стойку, перекрикивая общий гул. Я сидел за своим столиком уже почти час и постепенно начинал понимать, что, скорее всего, сегодня тоже ничего не произойдёт. Я провёл ладонью по лицу и тихо выдохнул, чувствуя знакомое раздражение. — Ну конечно… — пробормотал я себе под нос. — Сегодня тоже не появится. Я уже собирался встать, взять куртку и оплатить счёт. Даже потянулся к телефону и к ключам от машины. И именно в этот момент мой взгляд случайно скользнул в дальний угол зала. Сначала я даже не сразу понял, что именно меня зацепило. Но потом увидел. Кепку. Тёмную куртку. Фигуру, стоящую в полутени у стены. Она разговаривала с каким-то парнем, слегка наклонив голову, и даже издалека я узнал эту манеру двигаться — уверенную, немного дерзкую, будто она всегда знала, что контролирует ситуацию. Сердце неожиданно ударило сильнее. — Ну здравствуй… — тихо выдохнул я. Я не стал сразу подходить. Просто наблюдал за ними несколько минут. Они о чём-то говорили, потом парень кивнул ей и направился к выходу, а она осталась стоять одна, достала телефон и быстро посмотрела что-то на экране. И именно в этот момент я поднялся. Я двигался спокойно, стараясь не привлекать лишнего внимания, обходя столики и людей. Она стояла в узком коридоре возле запасного выхода, где почти никого не было. Когда я оказался рядом, она даже не успела толком среагировать. Я резко шагнул вперёд и прижал её к стене в углу. — А вот ты и попалась. Она вздрогнула всего на долю секунды, но почти сразу её лицо снова стало спокойным. Я наклонился ближе, чувствуя, как внутри поднимается злость, которую я две недели пытался удерживать. — Может объяснишь мне одну вещь? — сказал я сквозь зубы. — Что ты, чёрт возьми, делала в моём доме? Она медленно подняла голову. Даже в полутени я заметил, как уголок её губ слегка дёрнулся, словно ей было почти смешно. — Ты всегда так встречаешь гостей? — спокойно сказала она. Я нахмурился. — Не умничай. Она чуть склонила голову, разглядывая меня так внимательно, будто это я оказался в её ловушке. — Слушай, — продолжила она лениво. — Если это твой способ знакомиться с девушками, то он немного… агрессивный. Я сжал зубы. — Хватит играть. Я сделал шаг ближе, почти перекрывая ей путь. — Ты была в моём доме посреди ночи. С оружием. Она слегка подняла бровь. — С оружием? Звучит драматично. — Не строй из себя дурочку. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. И самое раздражающее было в том, что она совершенно не выглядела испуганной. Наоборот. В её взгляде была какая-то дерзкая, почти стервозная уверенность. Она тихо усмехнулась. — Слушай, Крид… — сказала она спокойно. — Может ты просто выпил лишнего и тебе всё это приснилось? Я почувствовал, как внутри снова закипает злость. — Я не идиот. Она пожала плечами. — Это ещё надо доказать. Я наклонился ближе, понижая голос. — Ты понимаешь, что я могу прямо сейчас вызвать полицию? Она на секунду задумчиво посмотрела на меня… а потом вдруг улыбнулась ещё шире. — И что ты им скажешь? Она чуть подалась вперёд и почти шёпотом добавила: — «Здравствуйте, ко мне ночью залезла девушка-ниндзя, усыпила какого-то мужика и выпрыгнула в окно»? Я молчал. Она тихо рассмеялась. — Звучит очень убедительно. Я смотрел на неё и понимал, что злюсь всё сильнее. Потому что она по-прежнему не сказала ни слова правды. И, кажется, совсем не собиралась этого делать. Я смотрел на неё несколько секунд, пытаясь поймать хотя бы тень беспокойства на её лице, но она стояла спокойно, почти лениво опершись плечом о стену, и в её взгляде было столько холодной уверенности, что это только сильнее выводило меня из себя. — Ну? — она чуть приподняла бровь, будто я задерживал разговор. — Долго ещё будешь молча сверлить меня глазами? Я усмехнулся, но в голосе не было ни капли веселья. — Знаешь, что меня больше всего бесит? — тихо сказал я, наклоняясь ближе. — Ты ведёшь себя так, будто ничего не произошло. Она спокойно выдержала мой взгляд. — А что, по-твоему, должно было произойти? — Например, ты могла бы объяснить, какого чёрта делала ночью у меня дома. Она медленно выдохнула и слегка покачала головой. — Боже… ты всё ещё об этом. — Всё ещё? — Да, — она пожала плечами. — Прошло две недели, Крид. Люди обычно за это время успевают забыть и более странные вещи. Я чуть усмехнулся. — Только не тогда, когда у них в доме появляется девушка в чёрном, с ножами, как из какого-то боевика. Она тихо хмыкнула. — Ножами? Я кивнул. — Да. Представь себе, я запомнил. Она задумчиво провела языком по губам, будто прокручивая в голове мои слова. — Ладно… допустим. — Допустим? — Допустим, ты действительно видел меня. Я прищурился. — «Допустим»? Она чуть улыбнулась. — Хорошо, хорошо… видел. Я сделал шаг ближе. — Тогда давай начнём с простого Кто ты такая ? Она медленно склонила голову набок, словно изучая меня. — А ты всегда задаёшь такие прямые вопросы? — Когда ко мне вламываются ночью — да. Она тихо рассмеялась, но смех получился короткий и немного усталый. — Ты очень упрямый, знаешь? — А ты очень странная. Она посмотрела на меня внимательнее, и на секунду в её взгляде мелькнуло что-то почти серьёзное. — Слушай, — сказала она уже тише. — Я не могу тебе ничего объяснить. — Не можешь или не хочешь? Она задумалась на пару секунд. — И то, и другое. Я сжал челюсть. — Потрясающе. Она чуть улыбнулась. — Я старалась. Я резко достал из кармана телефон, открыл фотографию и показал ей экран. — Тогда может это освежит тебе память. Она перевела взгляд на экран. Перчатка. Та самая. На долю секунды её глаза стали чуть внимательнее. Но только на долю секунды. Она снова подняла взгляд на меня. — И? Я тихо усмехнулся. — И на ней буква «Е». Она пожала плечами. — Красивая буква. — Очень смешно. Она чуть приблизилась, рассматривая фотографию внимательнее. — Где ты её нашёл? — В своей комнате. Она молчала пару секунд, потом тихо выдохнула. — Ну значит ты её и потерял. Я покачал головой. — Нет. Потеряла её ты. Она слегка улыбнулась. — Уверен? Я медленно опустил телефон. — Более чем. Несколько секунд мы просто стояли и смотрели друг на друга. Я видел, как она думает, как в её голове явно что-то происходит, но она всё равно держит лицо абсолютно спокойным. Наконец она тихо сказала: — Слушай… давай сделаем вид, что этого разговора не было. У тебя концерты, фанаты, жизнь, которую люди по телевизору смотрят. Зачем тебе лезть в какие-то странные истории? Я усмехнулся. — Потому что одна из этих «странных историй» залезла ко мне домой. Я даже не сразу понял, что она сказала. — Что? Она спокойно пожала плечами. — Забудь про ту ночь. Я забуду про этот разговор. И все живут спокойно дальше. Я усмехнулся. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Ты что несешь ?? Ты предлагаешь мне просто забыть? Она посмотрела на меня чуть внимательнее. — Поверь, так будет лучше. Я шагнул ближе, почти вплотную. — Для кого? Она на секунду замолчала. — Для тебя. Я прищурился. — Звучит как угроза. Она покачала головой. — Нет. Небольшая пауза. — Это предупреждение. Я тихо рассмеялся. — Ладно, давай по-другому, — сказал я тихо, но жёстко, — Ты врываешься ко мне домой ночью, вырубаешь какого-то типа, прыгаешь в окно… а потом спокойно сидишь в баре, будто ничего не произошло. Ты правда думаешь, что я просто забуду об этом?Ты правда думаешь, что после этого я отстану? Она посмотрела на меня долго, почти изучающе, а потом неожиданно сказала тихо: — Ты жив, — спокойно сказала она. — Значит всё закончилось неплохо. Я резко нахмурился. — Что значит «неплохо»? Она пожала плечами. — То и значит. — Нет, подожди, — я чуть отстранился, но взгляд не отвёл. — Ты хочешь сказать, что это всё… нормально? Она чуть вздохнула, словно устала от разговора. — Послушай, Крид, тебе правда лучше забыть про ту ночь. Потому что иногда люди всё равно делают глупости, даже когда знают, чем это может закончиться. Она вдруг усмехнулась — немного грустно, немного устало. Я хотел что-то сказать, но она уже аккуратно отодвинула мою руку, которой я перекрывал ей дорогу. Движение получилось лёгким и уверенным. Она сделала шаг мимо меня. Я резко повернулся.  — Да кто ты вообще такая? Она улыбнулась. — Никто. — Не ври. Она слегка наклонила голову. — А ты зачем так настойчиво хочешь знать? — Потому что ты влезла в мою жизнь. Сама влезла черт возьми !!!! Она тихо выдохнула и вдруг сказала уже без улыбки: — Поверь, это последнее, чего я хотела. Я нахмурился. — Тогда объясни. Она медленно покачала головой. — Не могу. Она посмотрела на меня так пристально, что на секунду мне даже стало не по себе. Я уже собирался что-то сказать, когда она вдруг неожиданно легко выскользнула из-под моей руки, которой я упирался в стену. Её движение было быстрым, почти профессиональным. Она сделала шаг назад, поправила кепку и чуть усмехнулась. — Было приятно снова увидеться, Крид. Я резко повернулся к ней. — Эй, стоять. Она уже отходила к выходу из коридора. — Не думаю. — Ты никуда не пойдёшь, пока не объяснишь… Она остановилась на секунду, повернулась ко мне через плечо и сказала тихо: — Если ты продолжишь копаться в этой истории… тебе это не понравится. Я нахмурился. — Перестань мне угрожать! Она посмотрела на меня несколько секунд. А потом неожиданно мягко усмехнулась. Небольшая пауза. — Это совет , поверь . И после этих слов она спокойно развернулась и пошла к выходу из паба, будто только что между нами не произошло ничего странного. А я остался стоять в этом узком коридоре, чувствуя, как внутри только сильнее разгорается желание понять, кто она такая… и почему, чёрт возьми, она тогда оказалась в моём доме. Я ещё несколько секунд стоял в узком коридоре паба, смотря на то место, где она только что стояла, словно пытаясь понять, было ли это вообще на самом деле или мне снова показалось. Шум зала постепенно возвращался в сознание: где-то смеялись люди, за стеной звякали бокалы, бармен что-то громко говорил посетителям, но всё это звучало как будто приглушённо, словно я на несколько минут выпал из реальности и всё ещё не до конца вернулся обратно. Я медленно провёл рукой по лицу и тихо выдохнул. — Ненормальная… — пробормотал я себе под нос, хотя сам прекрасно понимал, что это слово подходит к ситуации лишь наполовину. Потому что она не выглядела сумасшедшей. Наоборот. В её спокойствии, в том, как она держалась, как смотрела на меня, как говорила — чувствовалась какая-то странная уверенность, будто она всегда знала на несколько шагов вперёд, чем закончится разговор. И это бесило меня больше всего. Я расплатился на баре почти автоматически, даже толком не слушая, что говорит бармен, накинул куртку и вышел на улицу.       Ночной воздух оказался холоднее, чем я ожидал, и от резкой прохлады мысли на секунду прояснились. Город жил своей обычной жизнью: по дороге медленно проезжали машины, где-то вдалеке гудел трамвай, а редкие прохожие спешили по своим делам, не подозревая, что всего несколько минут назад у меня состоялся один из самых странных разговоров за последнее время. Я подошёл к машине, открыл дверь и сел за руль, позволяя тишине салона наконец-то накрыть меня полностью. Несколько секунд я просто сидел, не заводя двигатель, положив руки на руль и глядя через лобовое стекло на улицу. Мысли путались. С одной стороны, я наконец увидел её снова, а значит всё это не было плодом воображения и не какой-то нелепой историей, которую можно списать на случайность. Она действительно существовала, ходила по тем же улицам, появлялась в тех же местах, разговаривала со мной так, будто между нами уже давно шла какая-то странная игра, правила которой я пока даже не понимал. Но с другой стороны, разговор только добавил вопросов. Она не испугалась. Ни капли. Даже когда я прижал её к стене и прямо спросил, что она делала в моём доме, она смотрела на меня с той же спокойной, почти дерзкой усмешкой, будто всё происходящее было чем-то несерьёзным, чем-то, что можно просто обернуть в шутку и уйти, не объясняя ничего. Я медленно покачал головой и наконец завёл двигатель. Машина тихо ожила, приборная панель загорелась мягким светом, но я всё равно не трогался с места. Слишком много в этой истории было странного. Слишком уверенно она держалась для человека, который якобы случайно оказался в чужом доме ночью. Слишком легко она уходила от ответов, будто прекрасно понимала, что я всё равно не смогу её остановить. И самое главное — то, как она сказала, что для меня будет лучше не лезть в эту историю. Я провёл рукой по рулю, глядя на дорогу перед собой. Странное чувство не отпускало. Не страх. Скорее… ощущение, что я только что случайно коснулся чего-то гораздо большего, чем просто странная ночная встреча. Я медленно тронулся с места, выезжая на пустую улицу. Город вокруг был почти спокойным, редкие машины проезжали мимо, светофоры лениво меняли цвета, а в голове снова и снова прокручивался её голос. Я тихо усмехнулся и слегка покачал головой. Потому что чем больше я об этом думал, тем яснее понимал одну простую вещь: после сегодняшнего вечера забыть эту девушку уже точно не получится. И дело было даже не в том, что она проникла в мой дом. А в том, что, похоже, она скрывала нечто настолько серьёзное, что сама была готова рисковать, лишь бы я держался от этого подальше. Я сжал руль чуть сильнее. И почему-то именно это только сильнее подогревало желание разобраться во всём до конца.             Я выехал на ночную дорогу, позволяя машине медленно скользить по почти пустым улицам города, и мысли всё ещё крутились вокруг разговора, который произошёл всего несколько минут назад. Свет фонарей тянулся длинными полосами по лобовому стеклу, двигатель тихо урчал, а в голове снова и снова всплывало её спокойное лицо и эта раздражающая уверенность, с которой она смотрела на меня, будто знала что-то, чего я ещё не понимал. Телефон на соседнем сиденье вдруг коротко завибрировал. Я автоматически бросил на него взгляд, не сразу беря в руки, потому что в этот момент пытался перестроиться на другую улицу, но когда машина выровнялась на прямой дороге, я всё же взял его и разблокировал экран. На дисплее всплыло новое сообщение. Unknown <3 Я невольно усмехнулся. Я открыл сообщение. «Ну что… нашёл свою сумасшедшую?» Я тихо хмыкнул и на секунду откинулся на спинку сиденья, вспоминая, что всего пару часов назад действительно писал ей, что собираюсь заехать в тот самый паб, где иногда появлялась та странная девушка, и что, возможно, сегодня мне наконец повезёт снова её увидеть. Пальцы сами потянулись к экрану. — «Ты прям ждала новостей?» Сообщение ушло, и почти сразу на экране появились три точки, показывая, что она печатает. Ответ пришёл через несколько секунд. «Ну конечно. Ты же сам сказал, что идёшь туда охотиться на свою ночную гостью» Я усмехнулся чуть шире. — «Я не говорил “охотиться”» Телефон снова завибрировал. «Смысл был примерно такой» Я на секунду задумался, глядя на дорогу перед собой, где редкие машины лениво проезжали мимо, и почему-то снова вспомнил, как несколько минут назад стоял перед той самой девушкой, пытаясь вытащить из неё хоть один нормальный ответ. Пальцы медленно снова коснулись экрана. — «Допустим… сегодня мне всё-таки повезло» Пауза длилась чуть дольше обычного. Потом на экране появилось новое сообщение. «И?» Я тихо выдохнул. — «Я её нашёл» Три точки снова загорелись почти сразу. «Серьёзно?» Я невольно усмехнулся. — «Да» Ещё несколько секунд тишины, будто она обдумывала мой ответ, а потом новое сообщение мягко всплыло на экране. «И как прошла встреча?» Я на мгновение задумался, вспоминая её взгляд, её спокойный голос и то, как легко она ушла, будто этот разговор для неё ничего не значил. Я провёл большим пальцем по экрану и написал: — «Странно» Ответ пришёл почти сразу. «Она хотя бы объяснила, что делала у тебя дома?» Я коротко усмехнулся. — «Нет» Телефон снова завибрировал. «Тогда всё по плану» Я слегка нахмурился. — «В смысле?» Через пару секунд появилось новое сообщение. «В смысле это звучит ровно так, как я и представляла: ты задаёшь вопросы, она ничего не объясняет и исчезает» Я тихо рассмеялся. — «Ты что, экстрасенс?» Ответ пришёл быстро. «Нет. Просто ты рассказываешь очень предсказуемые истории» Я покачал головой, продолжая ехать по ночной улице. — «Спасибо за поддержку» Она ответила почти сразу. «Всегда пожалуйста» Я снова на секунду задумался, а потом написал: — «Но знаешь что самое странное?» Несколько секунд экран молчал. Потом появилось короткое сообщение. «Что?» Я посмотрел на дорогу, потом снова на экран. — «Она ведёт себя так, будто я не должен лезть в эту историю» Пауза была чуть длиннее. Потом пришёл ответ. «Может, она просто умнее тебя» Я тихо хмыкнул. — «Очень смешно» Ещё одно сообщение появилось почти сразу. «Серьёзно, Егор… иногда люди говорят “не лезь” не просто так» Я невольно улыбнулся, глядя на экран. — «Поздно» Через несколько секунд пришёл её ответ. «Я так и подумала» Я откинул телефон обратно на сиденье и снова посмотрел на дорогу перед собой. Но внутри почему-то появилось странное ощущение, будто вся эта история только начинает закручиваться, и чем дальше я буду идти, тем сложнее станет повернуть назад.

***

      Когда я подъехал к дому и заглушил двигатель, ночь уже окончательно опустилась на город, укутывая улицы мягкой темнотой, в которой редкие фонари освещали асфальт жёлтыми кругами света. Я ещё несколько секунд сидел в машине, опершись рукой о руль и глядя перед собой, потому что мысли всё ещё крутились вокруг сегодняшнего вечера — слишком странного, слишком насыщенного какими-то необъяснимыми ощущениями, от которых в голове оставалась лёгкая путаница. Я тихо выдохнул, взял телефон и вышел из машины. Дом встретил меня привычной тишиной. Я открыл дверь, включил свет в прихожей и машинально бросил ключи на тумбу. В этот момент особенно остро почувствовалось, что родителей дома нет. Мама утром уехала к папе — у него сейчас было много работы в другом городе, и она решила провести у него несколько дней. Обычно в это время где-нибудь на кухне горел свет, слышался тихий голос телевизора или её шаги, но сегодня дом стоял совершенно спокойный, будто огромная декорация без людей. Я прошёл в гостиную, снял куртку и небрежно бросил её на кресло, после чего устало опустился на диван и наконец достал телефон из кармана. Экран загорелся. Чат с Unknown <3 был открыт. Я на секунду усмехнулся и написал: — «Я дома» Ответ пришёл почти сразу, словно она уже держала телефон в руках. «Так быстро?» Я откинулся на спинку дивана, вытягивая ноги. — «Ты ожидала, что я заблужусь по дороге?» Через пару секунд пришёл ответ. «С тобой всё возможно» Я тихо хмыкнул. — «Очень смешно» Пауза была короткой, а потом телефон снова завибрировал. Но на этот раз это было не сообщение. Это была фотография. Я открыл её. На снимке была девушка в длинном чёрном платье — ткань мягко облегала фигуру и уходила вниз плавными складками, а тонкие бретели оставляли открытыми плечи и линию шеи. Лицо, как и всегда, в кадр не попадало — только часть подбородка, волосы, спадающие на плечи, и рука, которая будто случайно держала телефон перед зеркалом. Фотография выглядела так, словно она сделана перед выходом куда-то вечером. И конечно же — без лица. Я усмехнулся, покачав головой, и написал: — «Ты издеваешься?» Ответ появился почти мгновенно. «Почему?» Я снова посмотрел на фото. — «Ты специально обрезаешь лицо на всех фотографиях?» Через пару секунд пришёл её ответ. «Загадка должна оставаться загадкой» Я тихо рассмеялся. — «Очень удобно» Телефон снова завибрировал. «Но согласись, платье красивое» Я снова открыл фотографию, разглядывая её чуть внимательнее. — «Красивое» Ответ пришёл почти сразу. «Это всё, что ты скажешь?» Я усмехнулся и провёл рукой по волосам. — «Ты хочешь комплиментов?» Она ответила мгновенно. «Я хочу честности» Я снова посмотрел на фотографию, на плавную линию плеч, на то, как свет мягко ложился на ткань платья. Пальцы медленно набрали ответ. — «Тогда честно — выглядит опасно» Несколько секунд она ничего не писала. Потом появилось сообщение. «Опасно?» Я улыбнулся. — «Да» Пауза. «Почему?» Я чуть повернул голову, глядя на пустую комнату вокруг себя, и написал: — «Потому что у человека, который так выглядит, обычно куча проблем для окружающих» Телефон завибрировал. «И для тебя?» Я тихо хмыкнул. — «Особенно для меня» Несколько секунд она ничего не писала. Потом пришло короткое сообщение. «Ты же даже не знаешь, как я выгляжу» Я усмехнулся. — «Зато у меня богатое воображение» Ответ появился быстро. «И что оно тебе сейчас подсказывает?» Я на секунду задумался, глядя на фотографию. Потом написал: — «Что под платьем ничего нет » Телефон завибрировал. «Может быть» Я улыбнулся. — «Опасная привычка» Через пару секунд пришёл её ответ. «Но тебе же нравится» Я тихо рассмеялся, откидывая голову на спинку дивана. — «Пока что да» И почему-то именно в этот момент мне вдруг стало намного меньше заметно, что в доме, который обычно был наполнен голосами и движением, сегодня кроме меня никого нет.

***

      Ночь уже давно перевалила за полночь, когда я наконец устроился в комнате перед камерой, запустил стрим и позволил себе расслабиться так, как это бывает только тогда, когда между тобой и тысячами людей стоит экран. Монитор светился мягким голубоватым светом, чат бежал с такой скоростью, что иногда казалось, будто люди соревнуются друг с другом, кто напишет быстрее и глупее, а я сидел в кресле, откинувшись чуть назад, в наушниках, периодически посмеиваясь и отвечая на какие-то комментарии. — Ребят, ну вы серьёзно? — я покачал головой, читая очередное сообщение. — Нет, я не собираюсь показывать вам, что у меня в холодильнике в час ночи. Вы правда думаете, что там что-то интересное? Чат взорвался смайликами. Я усмехнулся. — Хотя ладно… если честно, там сейчас только вода и какой-то соус, который мама оставила. Так что если кто-то рассчитывал на кулинарное шоу — извините, сегодня без этого. Я говорил, шутил, иногда отвечал на вопросы про концерт, иногда просто болтал о всякой ерунде, и время пролетело так быстро, что я даже не заметил, как на часах стало почти час ночи. — Ладно, народ, — сказал я наконец, потягиваясь и снимая наушники с одного уха, — думаю, на сегодня хватит. У меня уже язык начинает заплетаться, а вам завтра ещё жить эту жизнь. Чат снова зашевелился. — Да-да, я тоже вас люблю, — усмехнулся я. — Всё, давайте… спокойной ночи. Я потянулся к мышке, чтобы завершить стрим, и в этот момент автоматически взял телефон со стола. Мысли сразу перескочили к переписке, и я уже собирался открыть чат с Unknown <3, чтобы написать ей что-нибудь на ночь — скорее по привычке, чем из необходимости. Но именно в этот момент за спиной тихо скрипнула дверь. Я вздрогнул. Медленно повернулся в кресле. На пороге стояла она. Та же самая чёрная одежда, та же кепка, натянутая чуть ниже лба, перчатки… всё выглядело так же, как в ту ночь, когда она впервые появилась у меня дома. Только на этот раз в её руке был не нож. А пистолет. Я несколько секунд просто смотрел на неё, пытаясь понять, это сон или очередная часть какой-то странной реальности, в которую я почему-то всё глубже и глубже проваливаюсь. — …это опять ты? — наконец выдохнул я. Она тяжело дышала. Так, будто только что пробежала несколько кварталов без остановки. Плечи чуть поднимались и опускались, дыхание было неровным, а глаза — тёмные и напряжённые. — Егор, — сказала она быстро. — Сделай то, что я скажу… и не задавай сейчас вопросов. Я медленно поднялся из кресла. — Серьёзно? — я нахмурился. — Ты врываешься в мой дом ночью с пистолетом и предлагаешь мне не задавать вопросов? Она на секунду закрыла глаза, будто собираясь с силами, а потом резко повернула голову в сторону окна. И только тогда я заметил. Там, за стеклом, на террасе, лежали два тела. Двое парней. Они были без сознания. Я на секунду даже замер, потом коротко усмехнулся. — Ты серьёзно сейчас? Она резко посмотрела на меня. — Просто… помолчи. — Помолчи? — я развёл руками. — У меня во дворе валяются два неизвестных типа, а я должен молчать? Она раздражённо провела рукой по лицу. — Да, чёрт возьми. Я медленно подошёл ближе к окну, ещё раз глядя на тех двоих, лежащих на холодной плитке террасы, и тихо хмыкнул. — Ну хотя бы теперь понятно, что ты не просто любишь ночные прогулки. Она ничего не ответила, только на секунду прислонилась плечом к стене, будто собираясь с дыханием. В этот момент её телефон тихо завибрировал. Она машинально посмотрела на экран. Её взгляд на секунду стал холоднее. Она быстро заблокировала экран. Я внимательно посмотрел на неё. Она подняла глаза. Я сделал несколько шагов вперёд, чувствуя, как внутри начинает закипать раздражение. — А теперь объясни мне, что за чёртов цирк происходит в моём доме. Она устало провела рукой по волосам. — Вместо того чтобы ночью надевать наушники и забывать про реальность, — резко сказала она, — ты бы иногда проверял, работает ли у тебя сигнализация и вообще всё ли в порядке с безопасностью дома, чёртов придурок. Я на секунду даже опешил. — Что? — Да! — она повысила голос. — Потому что к тебе в дом можно зайти почти как в супермаркет! Я усмехнулся от неожиданности. — Ты сейчас серьёзно читаешь мне лекцию по безопасности? После того как сама влезла через окно? Она раздражённо выдохнула. — Господи… Я сделал шаг ближе. — Нет, знаешь что? Проваливай из моего дома. Она резко подняла голову. — Что? — Я сказал — уходи. Что ты вообще забыла здесь? Почему ты вечно играешь из себя спасательницу? Ты думаешь, я не могу себя защитить? Она молчала. Я продолжил, уже на адреналине: — Ты появляешься ночью, устраиваешь драки у меня во дворе, ломаешь половину моего спокойствия и даже не объясняешь, что происходит! Она тихо сказала: — Я не могу уйти. Я резко остановился. — Что? — Я не могу уйти, — повторила она. — И почему же? Она посмотрела на меня так, будто внутри у неё кипела какая-то война. — Потому что мне придётся остаться здесь… хотя бы на эту ночь. Я коротко рассмеялся. — Прости, что? — Тебе придётся просто… принять моё присутствие. — С какой стати? Я сделал ещё шаг вперёд. — Почему ты вообще меня спасаешь? Что это за игры? Она вдруг резко сорвалась. — Потому что это из-за меня! — крикнула она. Комната на секунду погрузилась в тишину. Я смотрел на неё. — Что… из-за тебя? Она тяжело дышала, сжимая руки в кулаки. — Именно поэтому… — тихо, но яростно сказала она, — я не могу уйти. Несколько секунд после её слов в комнате стояла тяжёлая, почти звенящая тишина, будто воздух вдруг стал плотнее, а все звуки вокруг исчезли. Я всё ещё смотрел на неё, пытаясь уложить в голове её последнюю фразу, но чем больше пытался понять, тем больше всё происходящее начинало напоминать какой-то странный сон. Она же, кажется, внезапно выдохлась. Её плечи медленно опустились, словно вся сила, на которой она держалась последние минуты, наконец закончилась. Ева устало провела рукой по лицу, сделала пару шагов в сторону и почти без сил опустилась на край дивана у стены. Только сейчас я заметил, насколько она на самом деле выглядит вымотанной. Она сняла кепку и провела пальцами по волосам, будто пытаясь хоть немного прийти в себя, потом на секунду закрыла глаза. Пистолет, который до этого она держала в руке, она спокойно убрала за пояс, в задний карман, словно это была самая обычная вещь на свете. Её дыхание всё ещё было тяжёлым. Она медленно выдохнула, опустив голову, и на несколько секунд просто замерла, сидя так, будто весь мир наконец позволил ей остановиться. Я стоял напротив неё, скрестив руки, и наблюдал за этим, всё ещё чувствуя, как внутри меня перемешиваются раздражение, адреналин и какое-то странное, непонятное чувство. — Ева, — сказал я наконец. Она чуть подняла голову, но глаза открывать не стала. Я сделал шаг ближе. — Пожалуйста… скажи мне, что происходит. Она молчала. Я провёл рукой по волосам и продолжил уже тише, но серьёзно: — Кто ты такая? Почему ты это делаешь? Почему ты появляешься у меня дома посреди ночи, и потом делаешь вид, будто это вообще нормально? Она всё ещё сидела, опираясь локтями на колени. Я тяжело выдохнул. — И самое главное… — добавил я, — почему ты так упорно не хочешь ничего объяснить? Она наконец открыла глаза. Несколько секунд просто смотрела на меня, будто решая, стоит ли вообще отвечать. Потом медленно покачала головой. — Придёт время… и ты всё узнаешь. Я усмехнулся. — Это звучит как самый раздражающий ответ из всех возможных. Она тихо выдохнула и чуть прикрыла глаза. — Булаткин… Я поднял бровь. Она посмотрела на меня усталым, но всё ещё упрямым взглядом. — Просто перестань тараторить. И дай мне, пожалуйста… воды. Потом тяжело выдохнула, откидываясь на спинку дивана. Я несколько секунд смотрел на неё, всё ещё не до конца понимая, как вообще моя ночь превратилась из обычного стрима в разговор с девушкой в чёрной форме и пистолетом за поясом, которая ведёт себя так, будто это мой дом — её временный пункт отдыха. Но в конце концов я тихо усмехнулся, развернулся и пошёл на кухню. — Ты невероятно наглая, — бросил я через плечо. Сзади послышался её тихий, уставший голос. — Я знаю. Я открыл холодильник, достал бутылку воды, налил в стакан и вернулся в комнату. Она всё так же сидела на диване, только теперь чуть запрокинула голову назад и смотрела в потолок, будто на несколько минут позволила себе просто существовать без борьбы. Я протянул ей стакан. Она взяла его, на секунду задержав пальцы на стекле, и сделала несколько медленных глотков. Потом выдохнула. — Спасибо. Я опёрся плечом о стол рядом и внимательно посмотрел на неё. — Знаешь… — сказал я спокойно. — Когда люди говорят «потом всё объясню», обычно это заканчивается ещё большими проблемами. Она слегка усмехнулась, глядя куда-то в сторону. — Ты даже не представляешь… насколько ты сейчас прав. Она ещё несколько секунд сидела молча, медленно допивая воду, и казалось, что напряжение в комнате постепенно начинает ослабевать. Её дыхание наконец стало ровнее, плечи больше не поднимались так резко, как несколько минут назад, и в какой-то момент она даже чуть расслабленно откинулась на спинку дивана, будто позволила себе короткую передышку. Потом её взгляд скользнул по комнате. По стенам, по свету лампы, по столу… и остановился на моём компьютере, где всё ещё горел монитор после стрима. Она чуть прищурилась. И вдруг усмехнулась. — Так ты… — она слегка наклонила голову, — играешь в приставку? Я нахмурился. — Это не приставка. Но она уже поднялась с дивана. Не торопясь подошла к столу, поставила стакан с водой рядом и наклонилась чуть ближе к монитору, разглядывая экран с таким видом, будто оказалась в музее. Я насторожился. — Эй. Она не обернулась. — Ммм? — Ничего не трогай. Она тихо усмехнулась. — Расслабься. — Нет, серьёзно… — я сделал шаг вперёд. — Не трогай там ничего. Но в этот момент она уже села в кресло перед столом и положила руки на клавиатуру. — Ева. Она будто даже не услышала. Её пальцы вдруг начали быстро двигаться по клавишам — уверенно, легко, почти машинально, словно она делала это тысячу раз. Экран мигнул. Открылось какое-то окно настроек. Потом ещё одно. Я подошёл ближе. — Что ты делаешь? Она молчала. Пальцы продолжали бегать по клавиатуре с такой скоростью, что я даже не успевал понять, куда она заходит и что именно открывает. Несколько секунд — и она вдруг остановилась. Щёлкнула мышкой. Потом откинулась на спинку кресла и спокойно сказала: — У тебя сломана система безопасности компьютера. Я уставился на неё. — Что? Она повернулась ко мне через плечо. — Точнее… она была сломана. Я всё ещё смотрел на экран. — Ты сейчас серьёзно? Она снова повернулась к компьютеру и сделала ещё пару быстрых движений мышкой. — Я вернула её обратно. Я моргнул. — Ты… что? Она наконец убрала руки с клавиатуры и спокойно встала. Я несколько секунд просто смотрел на неё, потом на экран, потом снова на неё. — Блядь… — выдохнул я наконец. — Кто ты вообще такая? Она медленно повернулась ко мне. На её губах появилась лёгкая, почти наглая усмешка. Она чуть наклонила голову и спокойно сказала: — Считай меня… хорошим хакером. И сказала это так легко, будто речь шла о самом обычном хобби на свете. Она ещё секунду смотрела на экран, будто проверяя, всё ли сделала так, как хотела, потом медленно поднялась из кресла. Кресло тихо скрипнуло, когда она оттолкнула его ногой назад, и на секунду в комнате снова стало тихо — только мягкий шум системного блока и далёкий ночной город за окном. Ева повернулась. Сделала пару шагов к столу и, почти не задумываясь, облокотилась на его край, скрестив руки на груди. Теперь она стояла совсем близко ко мне — настолько, что между нами оставалось буквально полшага, и я невольно отметил, что без кепки она выглядит немного иначе, чем в те ночи, когда появлялась в чёрной маске и тенях. Она внимательно посмотрела на меня. В её взгляде уже не было той бешеной напряжённости, которая была несколько минут назад, когда она ворвалась в комнату, тяжело дыша после бега. Теперь там была спокойная, почти насмешливая сосредоточенность. Я всё ещё ждал ответа. Она слегка вздохнула, будто понимая, что полностью отмалчиваться дальше уже не получится. — Ладно, — сказала она наконец. Я чуть приподнял бровь. Она чуть наклонила голову, внимательно глядя на меня, и заговорила почти спокойно: — Меня зовут Ева. На секунду повисла пауза. — Ева Власова. Я молчал, слушая. Она продолжила тем же ровным тоном, будто перечисляла сухие факты из анкеты: — Мне двадцать четыре года. Я из Екатеринбурга. Училась на экономиста. Она на секунду остановилась, наблюдая за моей реакцией, потом едва заметно усмехнулась. — И… — добавила она, чуть пожав плечами, — это всё, что ты можешь знать пока что. Я несколько секунд просто смотрел на неё. — Серьёзно? Она спокойно кивнула. — Абсолютно. Я тихо выдохнул, провёл рукой по волосам и покачал головой. — То есть… ты вытворяешь все ЭТО , ведешь себя как опасный агент какой-то , а потом стоишь и говоришь мне… «привет, я Ева, училась на экономиста»? На её губах снова появилась лёгкая улыбка. — Ну… — она чуть склонила голову, — звучит ведь достаточно мирно, правда? Я усмехнулся, глядя на неё. — Ты самая странная девушка, которую я когда-либо встречал. Она на секунду задумалась, потом тихо хмыкнула. — Поверь… — сказала она спокойно, — это ещё самая нормальная версия меня. Она всё ещё стояла рядом со столом, облокотившись на его край, и несколько секунд внимательно смотрела на меня, будто решая, стоит ли говорить дальше или лучше снова уйти в своё привычное молчание. Потом её взгляд скользнул вниз — на чёрную форму, на плотную ткань куртки, на перчатки, которые она машинально начала стягивать с пальцев. Ева тихо усмехнулась сама себе. — Забавно… — пробормотала она, — обычно эта форма кажется мне второй кожей. Я вопросительно посмотрел на неё. Она подняла голову и снова встретилась со мной взглядом. — Но, кажется, твой дом не совсем подходит для такого… гардероба. Я скрестил руки. — Что ты имеешь в виду? Она слегка оттолкнулась от стола и сделала полшага ближе, будто собираясь сообщить какую-то важную тайну, хотя в её глазах снова мелькнула привычная насмешка. — Скажем так… — сказала она спокойно. — Если я проведу здесь ночь, разгуливая по дому в таком виде, это будет выглядеть слишком подозрительно. Я тихо хмыкнул. — Ты думаешь, что всё остальное выглядит нормально? Она чуть улыбнулась уголком губ. — Ну… хотя бы меньше бросается в глаза. Потом она чуть развела руками, показывая на свою одежду. — Поэтому у меня есть маленькая просьба. Я поднял бровь. — Какая? Она посмотрела на меня уже почти серьёзно. — Найдётся у тебя что-нибудь, во что я могла бы переодеться? Любая футболка, толстовка… что угодно. Я несколько секунд молчал. — Ты собираешься остаться? Она чуть наклонила голову и спокойно ответила: — Только до утра. Я нахмурился. Она добавила тише, но уже без шутки: — Когда я буду уверена, что с тобой всё в порядке… я уйду. Я не могу допустить, чтобы из-за меня у тебя были проблемы. В её голосе прозвучала такая уверенность, будто это было не предложение и не просьба — а просто факт. Я внимательно посмотрел на неё. — Ты серьёзно собираешься караулить меня до утра? Она чуть пожала плечами. — Можно назвать это так. Потом снова вернулась её лёгкая, почти наглая улыбка. — Так что, хозяин дома… — сказала она, слегка приподняв бровь. — Спасительнице полагается хотя бы одна толстовка? Я невольно усмехнулся, качнув головой. — Ты невозможная. Она тихо хмыкнула. — Но всё ещё очень замёрзшая в этой форме.

***

            После всего того, что произошло этой ночью, уснуть оказалось гораздо сложнее, чем я ожидал. Когда я наконец остался один в своей комнате, закрыв за собой дверь, дом снова погрузился в привычную ночную тишину, но внутри меня всё продолжало гудеть так, будто кто-то забыл выключить электричество в голове. Я лёг на кровать, закинул руки за голову и уставился в потолок, где мягкий свет из коридора едва освещал угол комнаты. Перед глазами снова и снова прокручивались события последних часов: её внезапное появление в дверях, тяжёлое дыхание, пистолет в руке, двое незнакомых парней, лежащих без сознания на террасе, её быстрые пальцы на моей клавиатуре, спокойный голос, когда она говорила своё имя — Ева Власова. И чем больше я пытался разложить всё по полочкам, тем меньше у меня получалось это сделать. В какой-то момент я тихо усмехнулся сам себе. Ещё вчера вечером моя самая большая проблема заключалась в том, что я не мог понять, кто эта сумасшедшая девушка из бара, а теперь она спит у меня дома в гостевой комнате за прихожей, как будто это самая обычная ситуация в мире. Я перевернулся на бок, попытался закрыть глаза и заставить себя хотя бы на время перестать думать. Но сон всё равно не приходил. Минуты тянулись медленно, почти вязко, и в какой-то момент я понял, что лежать дальше просто бессмысленно. Горло пересохло, да и голова уже начинала гудеть от мыслей, поэтому я тяжело выдохнул, сел на кровати и провёл рукой по лицу, окончательно сдаваясь. — Отлично, — пробормотал я тихо. — Просто отлично. Я поднялся с кровати и направился к двери, стараясь идти тихо, хотя сам не знал зачем — в доме всё равно, кроме нас двоих, никого не было. Когда я вышел в коридор, дом встретил меня той самой глубокой ночной тишиной, которая бывает только после полуночи, когда город за окнами уже почти стихает, а внутри остаётся только слабый свет ночных ламп и редкий шум машин где-то вдалеке. Я медленно прошёл по коридору в сторону кухни, собираясь просто налить себе воды и вернуться обратно. Но едва я приблизился к кухне, как вдруг услышал тихий голос. Я остановился. Кто-то говорил по телефону. Голос был приглушённый, спокойный, и потребовалась всего секунда, чтобы я понял — это она. Ева стояла на кухне, прислонившись бедром к столешнице, и держала телефон у уха. Она стояла ко мне боком, поэтому сначала меня даже не заметила. Я невольно замер у входа, не собираясь вмешиваться, но и уйти сразу почему-то тоже не смог. — Саш… — тихо сказала она. Её голос звучал совсем иначе, чем раньше. В нём не было той дерзости, той колючей насмешки, с которой она разговаривала со мной. Он был мягче, осторожнее, будто она боялась сказать лишнее слово. Она слушала несколько секунд, потом тихо вздохнула. — Да, я знаю… прости, что так поздно. Небольшая пауза. — Нет, со мной всё нормально, — сказала она чуть быстрее, словно заранее угадывая вопрос. — Правда. Я стоял у двери кухни, почти не двигаясь, и сам не заметил, как начал вслушиваться в этот разговор. — А ты как? — спросила она тихо. — Всё хорошо? Её губы чуть тронула слабая улыбка. — Ну вот… я же говорила. Она на секунду опустила глаза, пальцами машинально проводя по краю столешницы. — Саш… — снова тихо произнесла она. — Я скоро приеду. Пауза. — Обещаю. Она слушала ответ, и по её лицу на мгновение пробежала тень, будто этот разговор был для неё одновременно и самым важным, и самым тяжёлым. — Я знаю, что уже говорила это раньше, — добавила она тихо. — Просто… ещё немного времени. Несколько секунд она молчала. Потом мягко сказала: — Спокойной ночи. Она ещё мгновение держала телефон у уха, будто не хотела заканчивать разговор, но затем всё-таки нажала кнопку и медленно опустила руку. Экран погас. И в следующую секунду её плечи резко опустились. Она закрыла лицо ладонями и тихо выдохнула, словно всё напряжение, которое она держала в себе во время разговора, вдруг вырвалось наружу. — Твою же мать… — прошептала она. Голос дрогнул. — Как же всё сложно… И вдруг она заплакала. Не громко, без истерики, просто слёзы начали тихо катиться по её щекам, пока она стояла, опустив голову и пытаясь спрятать лицо в ладонях. Я на секунду просто застыл. Я видел её злой, дерзкой, холодной, упрямой… но вот такой — сломанной и беззащитной — я её ещё не видел. Несколько секунд я не двигался, не зная, стоит ли вообще вмешиваться. Но в конце концов всё-таки сделал несколько шагов вперёд. — Ева?— тихо сказал я. Она вздрогнула и резко опустила руки, быстро стирая слёзы с лица, будто ей было неловко, что кто-то вообще увидел её в таком состоянии. Я остановился рядом. Несколько секунд просто смотрел на неё, пытаясь понять, что происходит. — Что случилось? — спросил я наконец тихо. Она отвернулась, словно не хотела, чтобы я видел её лицо. Я чуть нахмурился. — Почему ты плачешь? — добавил я уже мягче.