Самая неожиданная пара в Готэме

Занимаясь паркуром между зданиями разной высоты в Готэме, Брюс испытывал захватывающие ощущения, только становясь Бэтменом. Со временем это превратилось в ежедневную рутину, и, разумеется, стало скучным. Но сегодня вечером непреодолимое желание увидеть свою возлюбленную вернуло ему это волнующее чувство. Он бежал по холодному воздуху с невероятной скоростью, создавая порывы ветра, от которых развевался его плащ. После разбега он совершил прыжок, приземлившись с перекатом вперед. Когда Бэтмен приготовился пробежать через очередную крышу, его остановил какой-то звук. «Брюс». Там наверху было тихо. Голос был словно галлюцинация из глубин его памяти. Бэтмен остановился и повернулся туда, откуда доносился звук. «Давно не виделись». Стоя на краю платформы, Женщина-кошка продолжила, не дав ему времени на реакцию: «Скучал по мне?» Взглянув на Женщину-кошку, Бэтмен, как обычно, низким голосом произнес: «Я думал, ты сказала: „Нам лучше никогда больше не видеться“». «Я восприму это как твою обиду, дорогая», — ответила Женщина-кошка своим неизменно чувственным голосом, по которому люди с трудом могли определить её истинные эмоции. Его безразличие немного огорчило её, но не причинило такой боли, как раньше. Поскольку Бэтмен, как всегда, стоял неподвижно, Женщина-кошка решила действовать. Шаг за шагом она подошла к нему, снимая с головы капюшон с кошачьими ушками. На самом деле, его безразличие было совершенно непреднамеренным. Он просто не был к этому готов. Он не знал, что делать, что сказать, и даже не думал увидеть её снова до свадьбы. «Как у тебя дела в последнее время?» — спросила Женщина-кошка, нежно касаясь одной рукой символа летучей мыши на его груди, а другой подняв руку, чтобы подержать его за подбородок. Брюс слегка отвернул голову. Он бы отступил назад, но из вежливости отказался от этой идеи. Теперь у него была Харли, а Селена обручилась с другим мужчиной. Брюсу не хотелось отвлекаться. Он был совершенно неспособен подобрать слова, особенно когда был в костюме. В его голове царил хаос, он никак не мог придумать, как её удержать. Однако Женщина-кошка на самом деле не собиралась этого делать. Сделав паузу на несколько секунд, она поддразнила его: «Ты же не думаешь, что я тебя поцелую, правда?» Внезапное поднятие головы подтвердило её догадку. Селена громко рассмеялась. Затем она сказала: «Надеюсь, ты не против немного пообщаться со мной». Ему стало немного легче от осознания того, что она пришла просто немного поболтать, поэтому он незаметно расслабил своё напряжённое тело. И наконец заговорил: «Ты хорошо себя ведёшь в последнее время?» «О, я просто в восторге. Мой мужчина плакал, когда я сделала ему предложение, и это еще больше убедило меня в том, что он — мой тот самый». Женщина-кошка отступила на шаг назад, приняв более непринужденную и удобную позу. Она даже достала сигарету. Держа сигарету между пальцами, она проворчала: «Глупая я... забыла взять с собой зажигалку». Она просто сказала это, потому что знала, что Бэтмен носит с собой в своем поясе почти все вещи. Как и ожидалось, Брюс зажег спичку и поднес ее к ней. «Какой джентльмен», — похвалила его Селена. Она затянулась сигаретой, прикрывая голову левой ладонью от ветра. «Это действительно неожиданно, что именно ты сделала предложение». Бэтмен взмахнул рукой, чтобы погасить пламя. Благодаря Харли, он не чувствовал себя таким тяжелым и запыхавшимся, как три месяца назад. «Да, может показаться, что я слишком навязчивая, но поверь мне. Это он навязчив», — ответила Селена, и из ее ярко-красных губ вырвался беловатый комочек нежности. — «Это было еще вчера». "Вчера?" «Да, я вернулась из Европы. И я прибыла в Готэм…» Селена смотрела в случайном направлении. Ее взгляд был чем-то отстраненным, словно она говорила о событиях, произошедших давным-давно, «прошлой ночью». Сделав еще одну затяжку, Селена продолжила: «Неужели нельзя не спросить о приглашении, которое ты получила несколько месяцев назад?» «К этому моменту я, возможно, уже понимаю, что это значит», — сказал Бэтмен, совершенно невозмутимый тем, что упустил из виду. — «Но, думаю, не помешает вас выслушать». «Конечно. Не нужно спешить — у нас полно времени». Холодный ветерок то появлялся, то исчезал в ночном небе, унося с собой сигаретный дым и воспоминания о жизни, которая могла бы у них быть.

♦

Харли лежала на боку, позволяя слезам тихо течь из закрытых глаз. За ней открылась дверь. Кто-то вошел, потому что она была слишком расстроена, чтобы вспомнить запереть дверь. Харли услышала тихий звук открывающейся двери и стиснула зубы, готовая все обсудить. Если все это должно было пойти не так, она не возражала бы сама сказать «прощай». Лишь когда холодная рука коснулась ее плеча и перевернула, она начала понимать, что Бэтмен так и не воспользовался дверью. Но было уже слишком поздно, чтобы быть начеку. Ее глаза резко распахнулись, когда она увидела Джокера — единственного и неповторимого простака, склонившегося над ней с едва заметной улыбкой. Она не смела пошевелиться, но приготовилась к удару ножом. Дрожащим голосом она произнесла: «Мой... мой пудинг. Ты вернулся... ух...» Джокер резко схватил её за челюсть. Он не смог контролировать силу своих ударов. Поэтому, как и прежде, ей было больно. «О, Харлз, Харлз. Ты так усложнил мои поиски». Его голос звучал зловеще, словно ящерица, размахивающая языком. Харли была в ужасе. Она даже не пришла в себя, когда Джокер страстно поцеловал её. Харли расширила глаза от недоверия. Впервые он подарил ей такой страстный поцелуй. Оказывается, у него тоже теплый язык, как и у всех остальных. Странно, подумал Харли. Однако это не принесло ей облегчения... Потому что всё изменилось. «Бог знает, как я скучаю по тебе, Харли. Не было ни дня, чтобы я не жалел о том, что бросил тебя», — с горечью признался Джокер. Харли могла бы ответить ему поцелуем, поваляться с ним на кровати и поцеловаться. Но теперь она лишь ответила ему мягкой, фальшивой улыбкой, пытаясь вспомнить, как прежняя Харли маскировалась. «Посмотри на себя, у тебя теперь свой дом. Я бы с удовольствием осталась, но... папа занят. Ты простишь меня, моя тыковка?» — Джокер ущипнул её за щёку, дружелюбно спрашивая. «Конечно, папочка. Харли подождёт! Как же... приятно снова тебя видеть!» — радостно воскликнула Харли. Но потом начала ворчать, словно закатила истерику: «Я думала... думала, что ты больше меня не хочешь!» «А я бы когда-нибудь так поступил, а?» — дерзко заявил Джокер, жаждущий справедливости. Казалось, все те ужасные вещи, которые он сделал с Харли, ему и в голову не приходили. Джокер огляделся и продолжил: «Ну, Харли. Подожди немного. Папочка тебя отсюда вытащит. И... что это за атмосфера здесь, вообще? Так сильно отличается от той, что была раньше». Он имел в виду тёплую атмосферу, которая нравилась большинству девушек. Харли с энтузиазмом ответил: «Мы можем всё устроить так, как вам нравится. Могу…» Джокер, казалось, куда-то спешил. Он перебил её: «Папа уходит. Веди себя хорошо. Мы ещё увидимся». «Хорошо. Пока, Пудинг», — сказал Харли. Джокер погладил её по голове и ушёл, не испытывая никаких ностальгических чувств, что доказывало, что найти Харли и оказаться здесь было лишь ещё одной задачей в его списке дел. После ухода Джокера Харли некоторое время ждала, настороженно разглядывая закрытую дверь, словно кролик. Какое облегчение, что Джокер не заметил отсутствия у неё энтузиазма. Харли вздохнула с какой-то тайной благодарностью. Джокер никогда не проявлял инициативу, чтобы поцеловать её. И когда он поцеловал её только что, она почувствовала, что ему это не понравилось. Это была всего лишь приманка, чтобы вернуть её в загон, где она простила бы его и снова делала бы всё, что он говорил. Он хотел её, свою правую руку-приспешницу, а не девушку. Харли это прекрасно понимала. Раньше она намеренно обманывала себя в этом вопросе, но теперь она полностью вырвалась из этого порочного круга. Харли вытерла рот тыльной стороной ладони и в лунном свете увидела на губах след от его некачественной помады. Ее охватило чувство тошноты. Схватив стакан воды с тумбочки, она отпила и сплюнула, чтобы смыть с себя запах Джокера. Затем она плотно завернулась в одеяло, погрузив голову в темноту. Это был единственный способ обрести хоть какое-то чувство безопасности. Слёзы не высохли, всё ещё лились ручьём. Теперь она ненавидела Бэтмена, и в то же время мечтала, чтобы он был здесь...

♦

«Во-первых, я выбрала его не потому, что он твой друг. Он сам ко мне обратился, между прочим. Но потом мне пришла в голову потрясающая идея – переспать с твоим другом. Хотя... результат звучит так же». Селена произносила свой монолог. «Но я просто не могла выбросить тебя из головы, поэтому уехала в Париж и отправила тебе фальшивое приглашение, которое, как оказалось, получил только ты в этом мире. Конечно, я не рассказала об этом Тому. Я надеялась, что ты найдешь меня и вернешь. Ну, но... понимаешь?» «Я…» — Бэтмен хотел сказать «извините», но слова застряли у него в горле. Было уже слишком поздно и неправильно произносить такое слово. Селена явно прочитала его мысли. Она стряхнула пепел и сказала: «Нет, не надо. Не надо. Оказалось, что во время отпуска в Европе я больше всего думала не о тебе, а... о нём. Потом я сказала: „К чёрту Брюса“, вернулась в Готэм и снова к нему». «Итак, — она немного помолчала и с облегчением вздохнула, — я поняла, что ждать не нужно… Теперь я собираюсь сделать и разослать все настоящие свадебные приглашения. Это довольно масштабный проект, поскольку… знаете, Томас — богатый парень, чья семья имеет долгую историю. Кто знает, сколько времени понадобится, чтобы перечислить всех его тетушек и дядей?» Увидев, что Селена полностью забыла о нем, он почувствовал, что чувство вины значительно уменьшилось. «Ну... мы точно не вернёмся вместе, но иногда я просто... ну, а как же другая вселенная?» «Какая вселенная?» — спросил Бэтмен. «Тот, где ты пришел меня найти. Какой будет наша жизнь там, за пределами этого мира? Ты когда-нибудь об этом думал, Брюс?» — спросила Женщина-кошка. «В той альтернативной вселенной ты бы подала мне знак, прежде чем отправиться в Европу?» — риторически спросил её Бэтмен. Она не ответила. «Дело не в том, преследую я тебя или нет, Селена. Дело никогда не в том, сколько раз я пытаюсь тебя найти. И... ты это знаешь», — заявил Бэтмен. «Да, ты прав». В глубине души Селена знала, что он сказал правду. Именно это она не хотела признавать в те дни, когда они ссорились целыми днями. «За столько времени я забыла, какой ты зануда. К тому же, ты так и не понял мысли женщины, ни в прошлом, ни в будущем. Это проклятие, Брюс. Даже для того, у кого никогда не бывает недостатка в женщинах». Бэтмен стоял неподвижно, высоко подняв голову, ничуть не смущаясь. Это был не первый раз, когда ему такое говорили. И он принял это как свою судьбу. «В любом случае, ты будешь там? На моей свадьбе». Селена повернула лицо к Бэтмену и искренне спросила его. «Альфред уже выбрал мне костюм. Совершенно новый костюм». Бэтмен ответил ей, глядя ей в глаза. Его тон смягчился. «Лучше бы это был Альфред. Я верила в его вкус». Вспомнив этого доброго британского джентльмена, Селена слегка кивнула: «Передай привет Альфреду от меня, пожалуйста?» "Я буду." «Ну вот и всё. Думаю, нашего разговора достаточно. Прощай, Брюс». Селена разжала пальцы, позволив полузажжённой сигарете упасть на пол с её слабым тлеющим огнём. «Но не жди, что я изменюсь. Я не хотела меняться, когда была рядом с тобой, и я не собираюсь меняться нигде и никогда». Её голос был полон решимости, она не терпела никаких возможных возражений. Она надела свой капюшон с оттенком гордости: «Именно поэтому я выбрала его». Брюс не стал комментировать её неизменную независимость от порядка и законов. Бросив на него последний взгляд, Селена отошла в сторону, вслед за ним. «Селена». Бэтмен обернулся и позвал её по имени. В этот момент волна чувств, которую она так долго подавляла, выдала её и всплыла в её голове. Она представляла себе эту сцену много раз, но теперь было слишком поздно… И Брюс был прав. Даже если эта сцена и произошла раньше, она не станет решением для их разрушенных отношений. Нахмурив, а затем быстро расправив брови, она остановилась, чтобы посмотреть на него. «Желаю вам счастья», — искренне сказал Бэтмен. Глядя на лицо Брюса, Селена ничего не сказала. Но вся их любовь и неприязнь друг к другу растаяли в улыбке на её лице. Совершив прыжок, Селена исчезла за ночной завесой Готэма.

♦

Расставшись с Женщиной-кошкой, Бэтмен как можно скорее отправился к Харли. Но когда он добрался до неё, обнаружил, что свет погас. Сначала он подумал, что Харли не вернулась. Когда Бэтмен уже собирался войти в квартиру, он заметил, что одеяло выгнулось, приняв форму согнувшегося тела Харли, поэтому он отдернул руку от замка, решив не беспокоить её. Заметив большой букет, который он специально для нее собрал, стоящий посреди ее стола, Бэтмен с довольной улыбкой ушёл.