Самая неожиданная пара в Готэме

На следующий день Харли опоздала на работу. Не потому, что проспала. На самом деле, она совсем не могла уснуть. Она много думала. И рано утром она встала и начала собирать свои самые необходимые вещи. Сидя посреди гостиной, Харли вытерла пот со лба. Осматривая сумки и коробки, большие и маленькие, Харли все еще помнила первый день своего переезда и думала, что жизнь наладится. Но нынешняя ситуация, казалось, говорила ей, что она не заслуживает лучшего. Все вернулось на круги своя. Сбежать от Джокера или оставить Бэтмена — в любом случае, она собиралась съехать отсюда — из своей любимой квартиры, к которой она действительно привязалась. Таким образом, она опоздала на работу. Но когда Рональд отчитал её за это, она ничуть не выказала вины. По её каменному лицу и необычному молчанию все в ресторане поняли, что с ней что-то не так. Но никто из них не стал её дальше расспрашивать, включая Рональда. Он прервал свой выговор и просто велел ей идти на работу.  

♦

Позже в тот же день, когда Харли мысленно планировала маршрут и дату отъезда из Готэма, зазвонил дверной звонок. Он звонил и звонил каждый день, но прошло уже немало времени с тех пор, как он привлек ее внимание. Харли намеренно посмотрела в ту сторону и увидела входящего мужчину в бежевом костюме, точно такого же, как и в первый раз, когда он сюда пришел. Харли тут же отвела взгляд, не поздоровавшись с ним. Поскольку она собиралась уволиться с этой работы, не было необходимости проявлять теплоту и радушие. Брюс заметил, что поведение Харли стало ненормальным. Казалось, она пыталась от него спрятаться, чего он никак не мог понять. С вопросительным знаком в сердце он пододвинул стул к ней и сел. Харли занималась своими делами, в то же время тайком наблюдая за Брюсом. Его встревоженное выражение лица после того, как она его проигнорировала, было совершенно очевидным. Брюс поднял два пальца и сказал: «Одну чашку американо, пожалуйста». Она больше не могла это игнорировать. Поэтому она пошла туда. «Какое совпадение, что ты сегодня работаешь. Я надеялся…» — сказал Брюс, мягко глядя на Харли, когда она подошла ближе. «Когда меня нет рядом, когда вы обедаете в «Красной картошке»?» — прервал его Харли риторическим вопросом. — «График смен висит на стене рядом с дверью. Вы ведь наверняка его запомнили?» «Я…» Брюс не был уверен, стоит ли это признавать или нет. «Что вам нужно, мистер Уэйн?» Харли тяжело поставила кофейник на стол. Кофе чуть не вылился. Все взгляды обратились к ней, услышав звон керамической кружки. Ее лицо было очень серьезным. Брюс не мог понять, какие именно эмоции она испытывает. Немного поколебавшись, он решил произнести это вслух. «Не хотели бы вы... не хотели бы выпить со мной кофе после работы?» — спросил Брюс, улыбаясь. Да, он это сказал, хотя и не в самый подходящий момент. Брюс не хочет, чтобы Харли думала, что ей всё это приснилось. Но ответ Харли подтвердил, насколько неправильно было приглашать её на свидание. «О, пожалуйста. Разве красный картофель не насыщает? Вы же знаете, что американо — это один из видов кофе, не так ли?» Брюс неуклюже объяснил: «На самом деле это не обязательно должен быть кофе. Это метафора, означающая…» «Замолчи, парень. Я точно знаю, что это значит на самом деле». Затем она оперлась руками на стол и приблизилась к его лицу, словно угрожая. Её движения были стремительными, как у гепарда. Но, как ни странно, этот богатый юноша не испугался. Он не дрогнул и не отступил ни на йоту, но всё ещё смотрел на неё нежными глазами. В глазах Харли мелькнуло недоверие, она задавалась вопросом, не притупила ли гражданская жизнь её силу и остроту её убийственного взгляда. Спустя несколько секунд она зловещим голосом произнесла: «Что ж, прислушайся, детка. Меня нет в списке. Перестань сюда приходить. Можешь сколько угодно ходить в шикарные кафе Готэма, но не сюда. Здесь слишком скромно для таких...» «Арлин!» Рональд не выдержал её невежливости и своенравности. Он выкрикнул её имя. «Вы не только опоздали сегодня, но и проявили неуважение к моему клиенту!» Голос Рональда лишь подлил масла в огонь. Харли тут же повернулся к Рональду и закричал: «Да? Знаешь что? Мне надоело, что меня постоянно вызывают и заставляют работать официантом. Эта жизнь не для меня. Оставь себе эту мизерную зарплату. Мне все равно, потому что… я увольняюсь!» Затем она выскочила за дверь, чуть не сбив с ног входящего покупателя. «Боже мой!» — Мэгги, наблюдая за происходящим, добавила: «Что же эта девушка пережила?» Брюс тоже задумался над этим вопросом. Он не ожидал, что Харли так скоро уйдет. Когда он уже собирался догнать ее, подошел Рональд, чтобы извиниться. «Прошу прощения, мистер Уэйн. Обычно она так себя не ведёт. Не воспринимайте её слова всерьёз. Пожалуйста, простите её на этот раз». «Всё в порядке. Я через это проходил, и это нормально. Такое случается. Виноват я. Мне не следует слишком сильно на неё давить. Пожалуйста, не увольняйте её. Я…» Брюс изо всех сил пытался дать Рональду понять, что Харли его не обидела. «Я её не увольнял. Упрямая и напористая, типичная черта молодости. Она вернётся. К тому же, она не вернула фартук. Знаете, так поступают, когда очень хотят уволиться». Рональд рассмеялся, а затем продолжил извиняться: «Мне очень жаль, мистер Уэйн. Надеюсь, это не испортило вам настроение. Мы всегда будем рады вас видеть…» Рональд всё ещё повторял извинения и вежливые фразы. Брюс не слышал их, потому что его мысли были заняты Харли. Однако, чтобы проявить хоть какую-то учтивость, он не мог уйти прямо сейчас. И, подумав, что она будет сопротивляться ещё сильнее, если он пойдёт за ней под видом «Брюса Уэйна», Брюс отказался от этой идеи. Он решил навестить её позже. А пока он просто наблюдал за ней сквозь стекло, пока её спина не скрылась за углом улицы.  

♦

Харли действительно принесла домой свою рабочую одежду. Безжалостно она сняла её и выбросила в мусорное ведро. Хотя это платье ей не принадлежало, выбрасывать чужое имущество было пустяком для бывшей воровки, которая воровала золотые цепочки и бриллиантовые диадемы. Она планировала уволиться через три дня после выплаты зарплаты. Но поскольку появился Брюс Уэйн и сорвал её планы, она решила ускорить свой график. Поэтому она запланировала уйти в тот же вечер. После того как Харли собрала оставшиеся вещи, она, обессилев, рухнула на кровать. Прежде чем её накрыла сонливость, она подумала о Брюсе Уэйне. Ей не следовало быть с ним такой грубой, подумала она. Брюс, на самом деле, хороший парень, и он не должен брать вину на себя, Харли это знала. Возможно, в следующий раз, когда она встретит его на улице или на дороге в Лос-Анджелесе, она извинится за то, что выплеснула на него свой гнев и раздражение, сделав его отдушиной для своих ужасных эмоций. Но сейчас ей просто хотелось хорошо отдохнуть, прежде чем отправиться в путь. Харли плакала. Не из-за кого-либо, а из-за Готэма. Она думала, что покинет Готэм, обретет свободу. Но когда время вышло, она почувствовала себя ребенком, которого оторвали от матери.  

♦

Харли проснулась. Солнце уже зашло. Резкая смена света и темноты создала у нее ложное ощущение, будто она проспала тысячу лет. Глядя на луну, Харли заметила в облаках недавно включившийся сигнал летучей мыши. Она давно уже не видела его на небе. Харли не понимала, почему её это волнует. Она спустилась вниз и вышла на улицу. «Харли». Глубокий голос позвал её по имени. Обернувшись, Харли увидела, что Бэтмен появился позади нее совершенно неожиданно. У нее на мгновение в голове все отключилось. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но всё же чувствовала, что любовь в её сердце слишком сильна, чтобы её игнорировать. «Что ты здесь делаешь, Бэтс?» «Возвращайтесь в свой дом и не выходите. В последнее время на улице небезопасно». Харли усмехнулась. Она сделала несколько шагов вперед. Подняв взгляд на его серьезное лицо, она сказала: «Оставаться в моем доме? Что ты там не хочешь, чтобы я увидела, Бэтмен? Почему бы тебе не признаться мне в чем-нибудь?» Да. Она это сказала. Она подняла этот вопрос, надеясь, что он хотя бы объяснит ей, после чего она подумает, как покончить с этим. Бэтмен молчал, твердо решив ничего ей не отвечать. Признание в чем? В том, что он собирался искать Джокера? Конечно, он боялся, что Харли увидит Джокера. И тот, несомненно, вернулся, устроив скандал в лаборатории-арсенале и убив несколько невинных людей. Сигнал Бэтмена был зажжен, как на типичном месте преступления, организованном известным принцем-клоуном. Бэтмен хотел скрыть это от нее, ведь кто знает, сможет ли Харли сохранить рассудок, увидев своего бывшего возлюбленного. «Потому что я видел…» Харли замолчала, пытаясь заметить на его лице хоть какое-то сожаление или вину. Но она ничего не увидела. Поэтому она горько улыбнулась. «Знаешь что... я тебя бросаю». Края её глаз покраснели. Она надеялась, что Бэтмен не увидит этого в ночи. Сделать это было очень сложно, отчасти потому, что Харли решила закончить всё ненормальным способом. Проигравшей считалась та, кому изменили, а она не была проигравшей. Нет, она не хотела быть той грустной и сердитой девушкой, которая просит мужчину выбрать между своей девушкой и любовницей. Хотя еще слишком рано определять, кто из них любовница. Если их любовь обречена на провал, она хотела быть той, кто ускользнет от нее, даже если это означало, что ей придется взять на себя вину. «Я встречалась с другими. Да, знаешь… с Брюсом Уэйном. Наверное, ты о нем слышал. Теперь я в него влюблена». Она сделала вид, что шутит. "Что?" Бэтмен был в полном замешательстве. Странные слова Харли, грусть в её фальшивом смехе — всё это сбивало Бэтмена с толку. А тот гневный выпад, который она сегодня устроила ему в образе Брюса Уэйна, он бы точно не назвал «любовью». Прежде чем он успел что-либо сделать, Харли продолжил: «Как большой герой Готэма, ты всегда отсутствуешь для меня. Мне легко становится одиноко, поэтому я переспал с ним. Он мой постоянный... э-э, я имею в виду, на работе, в ресторане. И должен сказать, он во всех отношениях лучше тебя». «Чт-» Чем больше она говорила, тем больше он недоумевал. Может быть, Селена была чертовски права — правее, чем он думал, — насчет того, что он не может понять женщин. «Что „что“? Ты что, не понимаешь, что я…» — Харли разозлился от его ответа. Но, чтобы сохранить спокойствие, она сменила тон и сказала: «Неважно. Всё, Б-мужчина. Ты мне не нужен! С нами официально покончено. Разбирайся сам. Мы закончили!» Не дав ему времени на реакцию, Харли резко развернулся и ушёл. Она держала лицо прямо, выпрямив грудь, словно безжалостная начальница. Словно ей было наплевать на всё, что происходило между ними. Но ей было не всё равно, и очень не всё равно. Она ожидала, что Бэтмен подхватит её и обнимет сзади. Она не понимала, почему не заговорила о Джокере. Возможно, даже когда их отношения закончились, она не хотела, чтобы он подумал, что она похожа на этого подонка. Ей всё ещё было не всё равно, что он о ней думает. Она начала замедлять шаг. Но как бы медленно она ни шла, он не последовал за ней, даже когда она дошла до двери здания. Она задумалась, что чувствует Бэтмен. Может, ему грустно, и он стоит там, наблюдая, как она уходит. Было больно даже представить его там, совсем одного. Подумав об этом, Харли остановилась и обернулась.  

♦

«Почему ты мне не ответил, Бэтмен? Я вижу, что ты долгое время не менял местоположение. У тебя какие-то проблемы?» Звук, издаваемый Найтвингом, исходил из телекоммуникационной системы Бэтвинга — Бэт-самолета. «Я был занят чем-то очень важным», — ответил Бэтмен. Он был недоволен настойчивыми просьбами Найтвинга. Найтвинг позвонил, когда Харли рассталась с ним. Он даже не успел объяснить, что пошло не так и что он сделал не так. Наблюдая, как Харли возвращается домой, он подумал, что, вероятно, лучше разобраться с ней после миссии, поэтому вернулся в Бэтвинг. «Что-то важнее Джокера?» — риторически спросил его Найтвинг. По его мнению, Бэтмен никогда не позволял ничему помешать его расследованию. «Полагаю, да», — упрямо ответил Бэтмен. «Ну…» — это было неожиданно, — вздохнул Найтвинг. — «Хорошо, я сдаюсь. Так сколько времени тебе понадобится, чтобы добраться туда?» «Примерно три с половиной минуты». «Хорошо. Я немного опоздаю, так как еду на мотоцикле. А мотоцикл не летает. Так что, когда ты…» Найтвинг рассказывал о своем плане, но Бэтмен не слушал. В его голове крутились лицо Харли и то, что она говорила. Он предположил, что причина может быть не в нем. Она может исходить от кого-то другого… Возможно, оставлять ее одну было не лучшей идеей. «Найтвинг». Внезапно его прервал Бэтмен. "Что?" «Как далеко вы находитесь от улицы Готэм?» «Не очень близко. Но, к счастью, это именно та дорога, по которой я туда еду». «Хорошо, забери кого-нибудь для меня». "ВОЗ?" «Харли Квинн».  

♦

Вся шутка оказалась над ней. Харли подумал. Она плакала и кричала, круша все, что попадалось ей на глаза. Ей не нужно было быть психологом, чтобы понять, что значит, когда мужчине наплевать на то, что она передаёт свою любовь другому. Он не ревновал, потому что совсем её не любил. Он просто видел в ней игрушку. Он мог выбросить её, когда она ему больше не нужна. Женщина-кошка была той, кто навсегда осталась в его сердце. «Даже Джокер врезал бы мне в живот, если бы я заговорила с каким-нибудь симпатичным парнем, у которого есть лишние минуты!» — вскрикнула Харли от горя. Она упала на землю, как пятилетняя девочка, не в силах удержаться на ногах. Это была боль, которую Джокер никогда не смог бы причинить. О, как же она чувствовала себя «живой» от этого. Но, с другой стороны, это лишь усиливало её желание умереть. Когда она рассталась с ним, она даже задумалась о его чувствах, думая, не слишком ли жестоко она с ним обошлась. Но, обернувшись и никого не увидев, она поняла, что слишком много думала. Харли никогда раньше не встречала человека, который так быстро двигался дальше. Она проиграла в этой игре. Наверное, он бы так это назвал — игрой. Расстаться с ней и вернуться к своей бывшей возлюбленной без всякого чувства вины. Этого он и хотел. И ему даже не нужно было быть плохим парнем, потому что Харли оказала ему услугу, взяв вину на себя... Эти мысли сжали сердце и легкие Харли, лишив ее дыхания. Но внезапно ее взгляд упал на разбитую помаду. Она перестала рыдать, словно обретя хоть какую-то надежду на выживание. Харли долго смотрела в ту сторону. Затем вытерла слезы и поползла туда...  

♦

Глядя на полный макияж в зеркале, Харли улыбнулась. Она бы забыла свое знаменитое имя, если бы не сломала старую помаду. В отражении Харли увидела, что вскоре после того, как она закончила наносить макияж, позади нее появился Джокер, что сэкономило ей время на его поиски. Все было так, как задумал Бог. Если бы ей было суждено такое сбыться, она бы приняла это. Джокер подошел к ней и коснулся следов слез на ее макияже. Он сказал: «О, Харли. Никогда прежде ты не казалась мне такой красивой». Харли рассмеялась. По ее лицу потекли новые слезы, она смеялась безудержно. Джокер присоединился к ней, их безудержный смех разносился по стенам, эхом разносясь по ночному Готэму, где в небе висит Бэт-сигнал. Они рассказывали людям, как хорошо им подходит друг другу. Джокер вернулся, как и Харли Куинн.