Самая неожиданная пара в Готэме

«Современная семья основана на открытом или скрытом домашнем рабстве жены, а современное общество — это масса, состоящая из этих отдельных семей как из своих молекул», — сказала Айви, беря бокал шампанского из башни. И она спросила Харли: «Хочешь?» Харли слегка покачала головой, не отрывая взгляда от Селены, которая с момента их прибытия была слишком занята, чтобы поприветствовать их, в окружении нескольких представителей высшего общества. В отличие от белого платья-«рыбьего хвоста», как в сне Харли, Селена была в роскошном традиционном платье А-силуэта. Она выглядела очень привлекательно. Силуэт подчеркивал ее бюст и стройную талию. А декольте явно было таким же дорогим, как и сам роскошный дом, в котором они находились. Тот факт, что Селена была одета в совершенно другое платье, смягчил ее тревогу, вызванную кошмаром, который ее преследовал. Рядом с ней стоял Томас Эллиот — её муж, потомок одной из самых известных и влиятельных семей Готэма. Он выглядел великолепно в безупречно сшитом чёрном смокинге, подчёркивавшем его стройную и атлетическую фигуру. Костюм идеально облегал его фигуру, излучая ауру элегантности и изысканности. У Томаса были выразительные черты лица, характеризующиеся сильной линией челюсти и слегка точёным подбородком. Его светлые волосы дополняли его образ, излучая тепло и обаяние. Он оказался увлекательным собеседником, легко очаровывая окружающих своим обаянием и остроумием. Всякий раз, когда он говорил что-то остроумное или забавное, Селена наклонялась к нему ближе, ее глаза сияли восхищением, и она улыбалась ему. Магнетическая связь между ними была очевидна по тому, как они обменивались взглядами, а их смех разносился по всей комнате. Харли всегда знала, что Селена хорошо играет, но на этот раз она по-настоящему поверила, что ее счастье рядом с ним было искренним, и улыбка на ее лице не была притворством. Пока Харли наблюдал за новоиспеченной парой, Айви не переставала болтать. «Знаете, традиционный брак, существовавший в капиталистических обществах, был формой рабства для женщин, потому что лишал их автономии и подчинял власти и контролю мужчин», — сказала Айви случайной прохожей женщине, словно проповедуя. — «В рамках института брака женщины были низведены до статуса собственности, обязаны выполнять домашние обязанности и удовлетворять потребности и желания своих…» «Эй, Айви. Я не думаю, что это хорошая тема для свадебного торжества». Харли притянула Айви к себе и прошептала ей на ухо. Айви была уверена в себе и смело отстаивала свою точку зрения: «То, что я говорю, — правда. Брак заражает женщин». «Ну же, Айви. Это не значит, что мы должны говорить это здесь. Это всё равно что преднамеренный саботаж», — пыталась убедить её Харли. «О, правда? Саботаж?» — Айви подняла бровь и бросила возмущенный взгляд на Селену, которая находилась в шумной толпе, не обращая внимания на испепеляющий взгляд Айви. — «Потому что именно это я и собираюсь сделать!» Она объяснила: «После того, как она прислала мне приглашение, я предложила помочь с украшением свадьбы, но она отказалась. Да, я понимаю, но то, что она выбрала обилие свежесрезанных цветов, было недопустимо! О, мы с ней, теперь дело сделано!» Затем она повернулась к Харли и сказала: «А ты, если превратишь свою будущую свадьбу в бойню роз, вот так, я тебя убью!» О, свадьба … это было для Харли слишком серьёзное слово. Немного поразмыслив, она ответила: «Айви, я… я думаю, у меня никогда не будет свадьбы». Айви обрадовалась, услышав это, она погладила Харли по лицу и воскликнула: «О, молодец! Ты уже усвоила мамины наставления». Хотя это и не было причиной, Харли ничего не отрицал и не сказал. «А теперь, извините, мне нужно спасти несколько цветов». Затем Айви повернулась к букету роз и применила свою магию растений: «Я постараюсь спасти как можно больше». «Увидимся позже», — сказал Харли.

♦

В тускло освещенном углу шумного свадебного зала мужчина прислонился к колонне, его взгляд был прикован к девушке в светло-розовом, полупрозрачном платье, грациозно ниспадающем до колен. Ее светлые волосы были собраны в пучок на затылке. Серьги покачивались, когда она двигала головой вперед и назад, ведь она разговаривала со своей подругой. Увидев Харли целой и невредимой после всего, что им пришлось пережить, Брюс почувствовал долгожданное облегчение, и его сердце затрепетало от горько-сладкой тоски. Харли никогда не казалась ему прекраснее, и дело было не в её одежде или макияже, а в том томлении, которое жило в его сердце. Он так сильно по ней скучал, что хотел подойти к ней прямо сейчас, немедленно обнять её. Но он не мог. Наблюдая за ней, он нервно постукивал пальцами по бокалу для шампанского, из которого делал вид, что пьет, и игристая жидкость чуть не перелилась через край. Он увидел, как развевается платье Харли, когда она потянула Айви за руку и что-то прошептала ей на ухо. Затем Айви ушла одна, оставив Харли одну. И она начала оглядываться по сторонам. В мгновение ока их взгляды встретились. Его сердце на мгновение замерло. Но вскоре Харли отвела взгляд в сторону. Брюс прекрасно понимал, что она не чувствует его присутствия, однако этот момент лишь укрепил его решимость подойти к ней, несмотря на нервозность и все свои угрызения совести. Выйдя из тени, Брюс положил свою флейту на случайного проходящего мимо официанта. «Извините», — сказал он, осторожно пробираясь сквозь толпу. «Эй, мистер Уэйн». Какой-то звук заставил его остановиться. Брюсу пришлось остановиться, чтобы поздороваться с ним: «Мистер Джефферсон, как у вас дела?» «Я давно от тебя ничего не слышал. Слышал, что ты попал в аварию в Швейцарии…» Пока этот человек говорил, Брюс оглянулся, но в башне с шампанским никого не было видно. Тяжело вздохнув, он неохотно отвел взгляд и повернулся к Джефферсону, чтобы продолжить их скучную беседу.  

♦

Харли в одиночестве бродила по оживленному залу. Это был старинный дворец Готэма — роскошное зрелище, изобилующее экстравагантностью, великолепными люстрами и витиеватыми росписями на потолках. Воздух был наполнен смехом, звоном бокалов и мелодичными звуками музыки. Однако Харли не интересовало потакание этим торжествам, потому что у нее была здесь миссия. Это была свадьба Селены. Бэтмен обязательно бы на ней присутствовал.  «Я должен его найти», — подумал Харли. По мере того как она продвигалась дальше в центр зала, ее шаги становились медленными и размеренными, что резко контрастировало с оживленным движением гостей. Ослепительные люстры отбрасывали мягкий свет, освещая изысканную архитектуру и роскошные цветочные композиции, украшавшие зал. Несмотря на окружающую ее красоту, ее глаза продолжали искать кого-то. Ее сердце тосковало по его присутствию. И все же, блуждая по чарующей обстановке, она чувствовала в своих шагах оттенок пессимизма. Возможно, это были просто выдаваемые за действительное мечты. Чем дольше она смотрела на ослепительные огни и окружающих ее людей, тем больше чувствовала себя потерянной и растерянной. Внезапно она столкнулась с каким-то незнакомым мужчиной в угольно-черной одежде. «О!» — воскликнула Харли, когда их тела столкнулись друг с другом. Из его пальто что-то вылетело. Харли наклонилась, чтобы поднять это для него. И когда она обнаружила, что это пистолет, ее рука на мгновение замерла. Харли взяла предмет в руку и повернулась к его владельцу. Она увидела, что у мужчины узкое лицо и орлиный нос. Его лицо было серьезным, и на нем не было видно никакой паники, поэтому она подумала, что это чей-то телохранитель. Она отдала ему пистолет и сказала: «Прости. Я немного отвлеклась…» Мужчина проигнорировал ее извинения, отобрал у нее пистолет и бесшумно слился с толпой. Это вызвало у нее некоторое любопытство, но она не обратила на это особого внимания. Поднявшись по винтовой лестнице, Харли вышла на балкон второго этажа. Перила были низкими. Она оперлась на них руками, чтобы осмотреть окрестности. Газон и кусты были аккуратно обустроены. Фонтан плескался и танцевал, создавая самые разные узоры и ритмы; его бассейн мерцал в мягком свете вечерних огней. «Нет, его там не было», — пробормотал Харли. Харли обернулась, но вместо того, чтобы вернуться в зал, она прижалась поясницей к низким перилам и продолжала откидываться назад. Брюс, тайно следивший за Харли, стоял у ворот и внезапно встревожился, увидев, как ее верхняя часть тела выглядывает из-за перил балкона. Как раз когда он собирался броситься под балкон, чтобы поймать ее, Харли быстро втянулась обратно. Спустя несколько секунд, убедившись, что Харли больше не совершит ничего подобного, Брюс глубоко вздохнул. Харли понятия не имела, что её безумное поведение кого-то шокировало. Она сделала это лишь для того, чтобы посмотреть, что происходит над крышей, — думая, что именно там обычно появляется Бэтмен. Но нет, ничего. С неизбежным разочарованием в сердце Харли вернулась в толпу.  

♦

Селена внимательно осматривала толпу. Она слегка сжимала зубы, держа бокал за тонкий ободок, а Томас держал ее за другую руку. «Что-то не так?» — спросил мужчина рядом с ней. «Нет», — ответила Селена, оставив несчастный стакан в покое. «Ну же, Китти». Томас обнял её за талию сзади и прижался челюстью к её плечу: «Я знаю, что у тебя такое выражение лица, будто у меня что-то на уме. Что-то затуманивает твой разум? Я так хочу, чтобы этот день был идеальным, что… у меня тоже странное предчувствие». «Всё будет так же идеально, как ты и думаешь», — сказала Селена с улыбкой, нежно поглаживая лицо Томаса. Но, немного поколебавшись, Селена спросила: «Ты думаешь… Брюс придёт сегодня вечером?» «Брюс? Конечно, он придет. Я только что его видел», — сказал Томас. «Он уже здесь?» — Селена немного удивилась. — «Я думала…» «Вы думали, он откажется от нашей свадьбы? Он не настолько ограниченный. Он уже был здесь до того, как мы обменялись клятвами». «Он был там, когда мы произносили клятвы? Вау, я даже не заметила. Там было столько людей». Селене было немного трудно в это поверить, потому что раньше Брюс был для нее в приоритете. «Я имею в виду... назови хотя бы одного человека, которого ты заметила во время нашей церемонии бракосочетания, можешь?» — спросил Томас, держа ее за лицо. Когда Селена уже собиралась что-то сказать, Томас добавил: «Не считая меня». Селена на секунду оцепенела, а затем расхохоталась: «Я тоже заметила священника, вот это да!» Томас поцеловал Селену в щеку и сказал: «Ты же его знаешь, наверное, сейчас занят с какими-нибудь девчонками. Я позову его, когда ему будет удобно».  

♦

Атмосфера за окном была совершенно иной, чем в свадебном зале. Казалось, мир исчез, оставив ее одну под кроной высокой сосны. Харли пришла сюда, чтобы освежить легкие. Хотя она знала, что ее ждет разочарование, когда она, надеясь найти Бэтмена на свадьбе Женщины-кошки, повергла ее в шок, когда все ее поиски оказались тщетными. Она сдержала эмоции и помассировала брови пальцами. Она молча стояла там, легкий ветерок шелестел в ветвях над головой, когда внезапно чье-то прикосновение к плечу испугало ее. Она резко обернулась, сердце бешено колотилось, и увидела перед собой незнакомца, который молча подошел к ней сзади. Нет, ничего странного. Она знала этого парня. В тот момент, под прекрасными ветвями сосны, их взгляды встретились в безмолвном противостоянии. Брюс не мог подобрать слов, пытаясь завязать разговор. В тот же миг, как он посмотрел Харли в глаза, его охватило чувство нереальности. Весь остальной мир растворился. Осталась только Харли. «Брюс…» — первой заговорила Харли. «Да», — ответил он одновременно. «…Уэйн?» — Харли приподняла одну бровь. «Ну что ж», — Брюс почувствовал себя немного неловко, возможно, ответив слишком поспешно, — «ты мог бы… Просто зови меня Брюсом. Одного «Брюса» вполне достаточно». «О… ладно. Ты ходишь бесшумно, я немного испугалась», — сказала Харли. Она опустила взгляд на плечо — на угольно-серый пиджак, который он на нее надел. «Что это значит?» «Простите. Я не хотел вас напугать. На улице довольно прохладно. Полагаю, вам стоит одеться потеплее», — сказал он. В глазах мужчины мелькнули любопытство и теплота, словно он хранил секрет, известный только ей. Харли провела пальцами по рукаву пальто, и это вызвало у нее приятное чувство. Она взяла пальто и сказала: «Спасибо, Брюс». «Да. Ты обязательно будешь называть меня так». Брюс опустил голову и прошептал. «Что?» — спросил Харли. «Ничего», — сказал он, помогая ей надеть пальто. После того как Харли надела пальто, Брюс засунул руки в карманы и огляделся: «Не возражаешь, если я пройдусь с тобой?» Не найдя себе занятия, Харли покачала головой: «Конечно, нет». Таким образом, они вдвоем начали прогуливаться по двору. «Ух ты, этот костюм тяжелее, чем я думала», — сказала Харли, почувствовав тяжесть пальто на себе. «Скажи мне сам», — ответил Брюс. — «Это лучшая термоткань, которую можно купить на рынке». «А запах...» Найдя его очень приятным и успокаивающим, Харли схватила воротник пальто и глубоко вдохнула: «Ты часто пользуешься духами? Я никогда этого не замечаю». «Нечасто. Я надеваю его только по особым случаям», — сказал Брюс. «Отличный вкус. Мне нравится», — сказал Харли. Затем они некоторое время шли молча, так как им не о чем было говорить. «Какое совпадение, что мы встретились здесь. Вы друг…?» — спросил Брюс, чтобы разрядить обстановку. Харли тут же ответил: «Невеста. Мы раньше…» Она наклонила голову, потому что ей было трудно объяснить: «Мы раньше работали вместе, в некотором роде». «А, значит, коллеги, я понимаю». Брюс подправил ей ложь. Харли быстро кивнул: «Да, коллеги», — что показалось несколько неестественным. Брюс едва заметно улыбнулся и добавил: «Я также… друг… обеих, невесты и жениха». Он дважды помолчал, обдумывая свои отношения с Селеной – уместно ли здесь использовать слово «друг». «Я слышал, что ты раньше встречался с невестой», — прямо заявил Харли. Брюс не пытался это отрицать; он, казалось, был довольно откровенен: «Похоже, на этот раз слухи подтвердились». «Типичный треугольник, да?» — хихикнула Харли, и выражение её лица, когда она взглянула на Брюса, выдавало жажду сплетен. Милая улыбка Харли заставила губы Брюса невольно изогнуться в улыбке, и он почувствовал, как румянец залил его щеки. Намеренно отведя взгляд от ее лица, он ответил самоуничижительным тоном: «Да, похоже, Томас вышел победителем». Харли не стала зацикливаться на этой теме. Она отбросила в сторону мелкие камешки и сказала: «Давно тебя не видела в «Красной Картошке». Рональд никак не может перестать об этом ворчать. Не пойми меня неправильно. Он очень по тебе скучает, ведь ты для него постоянный клиент». «Я… я не мог поехать, потому что…» Брюс на секунду замялся и слегка потер нос пальцем, — «Я поехал в Швейцарию покататься на лыжах, но попал в лавину…» Харли никогда не испытывала сочувствия к такому незнакомому человеку, как Брюс, но, услышав эту новость, ее сердце сжалось, и она резко остановилась. Она поняла, что пора сказать что-то вроде «Мне очень жаль», но внезапно почувствовала, что не может произнести ни слова. Увидев реакцию Харли, Брюс тоже остановился. «Ты в порядке?» — спросил он. Харли подняла на него взгляд и внимательно осмотрела его лицо, заметив, что миллиардер-плейбой утратил прежнее сияние; его глазницы теперь стали более впалыми, а линия подбородка — более четко очерченной. «Я…» — Харли опустила голову, позволяя ночной темноте скрыть большую часть своих эмоций, — «Я в порядке». Подавив скорбь в сердце, она подняла взгляд и дрожащим голосом произнесла: «Я рада, что ты… ты хорошо поправился, наверное. Тебе очень повезло. И я надеюсь, что он… он тоже сможет…» Харли знала, что ей не следует этого говорить. Более того, она все равно не стала бы продолжать, потому что у нее в горле образовался ком, а из глаз хлынули слезы. Вид того, как рыдает Харли, был подобен тому, как будто огромная рука схватила его за сердце и сжала его. Брюс запрокинул голову назад и глубоко вдохнул. Он больше не мог этого выносить. С приливом крови он положил руки на плечи Харли и нежно сказал ей: «Эй, Харли, послушай меня». «Что…» — Харли посмотрела на него, ее большие, полные слез глаза выражали изумление. — «Откуда ты знаешь мое имя…» «Он жив», — сказал Брюс. Ночь стала такой тихой, что даже ветер перестал завывать. Эти два слова словно стукнули ей в сердце. «Что ты только что сказал… кто? Кто жив? Откуда ты знаешь?» Харли схватил его за воротник рубашки и отчаянно, словно сумасшедший, спросил: «Пожалуйста, уточни. Кто жив… Мне нужно, чтобы ты ясно выразился…» Брюс взял её маленькие ручки в свои и ответил: «Бэтмен. Он жив. Он мой друг. Он хочет, чтобы ты знала, что с ним всё в порядке». Харли внезапно замолчала; ее глаза расширились. После короткой паузы она снова заговорила: «Тогда почему… почему он не пришел меня найти?» Ее слова звучали обидно. «Потому что он не мог», — сказал Брюс. — «Поверь мне, он тоже тебя хочет. Он найдет тебя, когда сможет, обещаю». Брюс нежно вытер слезы с ее лица. Харли крепко сжала ее руку и умоляюще прошептала: «Ты обещаешь… ты обещаешь мне…» В этот момент из задней двери дома послышался мужской голос. «Эй, Брюс!» — крикнул Томас издалека. — «Извини, что прерываю твою встречу, но Селена хочет с тобой потанцевать!» Харли посмотрела в сторону, откуда доносился голос, и увидела, как люди кружатся в вальсе, проносясь сквозь окна от пола до потолка. «Иду!» — крикнул Брюс в ответ. Затем он повернулся к Харли решительным тоном: «Обещаю тебе. Он тебя найдет. А сейчас мне нужно ненадолго уйти; я догоню тебя позже». Брюс вернулся в зал по просьбе Томаса, а Харли оставался неподвижным, так и не осознав произошедшего.  

♦

«Альфред говорил, что у тебя ничего не получится, а ты всё равно здесь». В центре бального зала, покачиваясь в такт музыке, находились Селена и Брюс, окруженные толпой танцующих гостей. Селена смотрела на Брюса с изящной улыбкой, ее красота подчеркивалась изысканным макияжем. «Я должна появиться на твоей свадьбе. Это последнее, что я могу для тебя сделать», — сказала Брюс, поднимая ее руку и кружась в вальсе. «Брюс... Можно я тебя кое о чём спрошу?» «Мм-хем?» «Больно ли тебе было, когда другой мужчина взял меня за руку и пообещал мне остаток жизни?» Брюс не ответил сразу. Он лишь смотрел на неё с загадочной улыбкой, что смутило Селену. Она слегка нахмурилась: «Что?» «Неужели ты хочешь сбежать со мной и пожениться тайно?» — спросил Брюс, притворяясь кокетливым. «Мечтаешь! Я уже дала клятву. Ни за что не брошу Тома ради тебя». Селена фыркнула, закатив глаза. «Что ж. Это меня задело», — спокойно и мягко произнес Брюс. Селена отвела взгляд и тихо сказала: «Я просто думаю… было бы так несправедливо с моей стороны, если бы ты избежала последствий наших отношений». Брюс вздохнул: «Это ты ускользнула от меня, Селена. Ты ускользала от меня столько раз, что я сбился со счета. Думаешь, это меня не задело?» «Отлично! Начинаем снова!» Селена приостановила движения. Но поскольку весь зал продолжал танцевать, она решила продолжить. Когда она поняла, что ей трудно успевать за ритмом, Брюс мягко взял ее за руку и помог ей сделать пропущенные шаги. Чтобы никто не услышал её слов, Селена эмоционально пробормотала: «Разве не потому, что ты слишком упрям, чтобы измениться? Да, ты говорил, что любишь меня, но с моей точки зрения, ты любишь даже GCPD больше, чем меня. Единственное, о чём я тебя просила…» Она остановилась. «Забудьте об этом», — сказала она. Помолчав некоторое время, она продолжила более спокойным голосом: «Ты убивал меня, пока я не перестала тебя любить. Но не думай, что всё кончено, потому что я всё ещё злюсь на тебя!» «Но я думал, что у нас все хорошо, как ты и говорил на крыше», — ответил он. «Видишь? Никогда не знаешь женщину. Любовь угасает, а ненависть может длиться вечно, ты же это знаешь?» Селена покачала головой и сказала: «Я никогда не бываю такой великодушной, Брюс». «Прости... Селена. Я понимаю». Брюс опустил взгляд. «Ты всё ещё извиняешься…» — усмехнулась Селена, прищурив глаза. — «Меня это тошнит, это напоминает о том, насколько правильным было моё решение. Но… это лучше, чем если бы ты ничего не сказал». В конце её тон смягчился. Брюс вежливо улыбнулся ей и сказал: «Я очень рад за тебя. Ты нашла свою настоящую любовь, верно? Я это вижу». «О, да. Без сомнения». Она гордо и уверенно улыбнулась и сказала: «Том — лучший». Брюс был рад увидеть на её лице такую ​​искреннюю улыбку: «Знаю. Том — самый лучший». Селена, довольная, прекратила свои расспросы и начала довольно спокойно танцевать. Они продолжили свой вальс среди гостей под сияющими огнями.  

♦

Харли потребовалось немало времени, чтобы привыкнуть к словам Брюса. Пока она стояла там, в её голове постепенно начали возникать многочисленные вопросы. Откуда он это знает? Откуда он знает, кто такой Бэтмен? Насколько много он знает… столько загадок. И самое главное, где Бэтмен? Харли больше не могла ждать. Она поспешно вернулась в холл в поисках Брюса. Когда она толкнула деревянную дверь, в ее уши хлынула музыка симфонического оркестра, а свет обжигал глаза, создавая резкий контраст с унылой холодностью двора, словно она попала в параллельную вселенную. Она искала Брюса в танцующей толпе и среди покачивающихся ног и струящихся платьев заметила Брюса, который обнимал Селену за талию и разговаривал с ней. Пренебрегая правилами приличия, Харли попыталась броситься к нему. Однако толпа, кружащаяся вокруг, помешала ей продвинуться. Вынужденная ждать на расстоянии от Брюса, Харли чувствовала сильное беспокойство в сердце, словно по нему ползали тысячи муравьев. Она и не подозревала, что по другую сторону толпы находился еще один человек, который тоже искал того же мужчину, что и она…  

♦

Когда танец подходил к концу, танцующие пары снова слились воедино. Некоторые отправились к десертному столу за вкусными угощениями, другие же задержались, ведя оживленные беседы. Брюс спросил Селену: «Ты всё ещё злишься на меня?» «Ну... Зависит от обстоятельств», — размышляла Селена, скрестив руки на груди. Затем она спросила: «Ты будешь плакать?» «Что?» — Брюс был озадачен. «Вот почему я тебя сюда пригласила. Ну что, будешь плакать из-за меня?» — серьезно спросила Селена. Ее пронзительный взгляд был устремлен на Брюса, словно у хищной кошки, выслеживающей свою добычу. «Ладно, э-э…» Брюсу удалось исказить лицо, изобразив фальшивый плач, что выглядело странно и некрасиво. Он никогда раньше так не делал. Селена расхохоталась: «Да, всё хорошо. Совершенно хорошо». «Брюс!» Женщина крикнула что-то и поспешила к ним, привлекая к себе немалое внимание окружающих. Скрываясь в толпе, мужчина в угольно-черной одежде остановился, потому что кто-то повлиял на его план. Под пальто он от неожиданного волнения крепче сжал пистолет. Селена растерянно расширила глаза, узнав женщину: «Харли? Что ты делаешь…» Харли прервала её: «Извините, Селена. Мне просто нужно одолжить вашего напарника». В зале по-прежнему было многолюдно; цель не двигалась. Поскольку появление невысокой женщины могло послужить хорошим отвлекающим маневром в зале, убийца решил приступить к осуществлению своего плана. «Тебе нужен Брюс?» — Селена настороженно перевела взгляд с Брюса на Харли. — «Зачем он тебе нужен?» С её точки зрения, показалось очень подозрительным, что Брюс был одет только в рубашку, в то время как пальто Харли совпадало по цвету с брюками Брюса. «Ничего особенного… Я ему кое-что должен…» Харли невольно почувствовал себя неловко под взглядом Селены. Брюс заметил дискомфорт Харли и попытался вывести её из затруднительного положения: «Селена. У меня есть к ней кое-какие дела. Давай поговорим с ней». «Нет, нет», — холодно ответила Селена. — «Это не моё дело. Не спрашивай меня». «Подожди!» — воскликнула Харли, когда запах одеколона с пальто снова донесся до ее носа и пробудил в ее памяти какое-то воспоминание. — «Я… я помню этот запах. Ты…» Подняв взгляд на Брюса с удивлением, она заметила тень, незаметно приближающуюся сзади. И эта тень ловко достала пистолет из-под пальто. «Нет…» — прошептала Харли. Она узнала это лицо. «Осторожно!» — крикнул Харли. В то же время человек, стоявший за Брюсом, с сильным европейским акцентом прокричал: «За Альберто!» Хлопнуть! Оглушительный эхо выстрелов разносилось по всему залу. Харли наконец узнала глаза своего возлюбленного, когда бросилась встать между Брюсом и пистолетом. Сильный удар в спину отбросил ее тело вперед, в объятия груди Брюса, когда тот обернулся. Синий… — подумала она. Брюс нежно обнял её. Осмотрев её спину и грудь, он с тревогой позвал её по имени, нежно поглаживая по щеке: «Харли… Харли…» От попадания пули у нее закружилась голова, словно ее зрение окутал серый туман. Подняв взгляд на чистые, меланхоличные глаза Брюса, в которых теперь читалась тревога, она слабым голосом произнесла: «Я уже видела эти глаза…» Ее голос затих, и рука, пытавшаяся дотронуться до его лица, ослабла и соскользнула с его широкой груди. Среди какофонии толпы, отчаянного крика Брюса, зовущего врача, яростных воплей Айви и громких шагов охранников, Харли закрыла глаза и оставила все это позади…