Ведьмин дом

Ищешь справедливого слова — выслушай всех

Гермиона Грейнджер обладала обострённым чувством справедливости и чрезвычайной принципиальностью с толикой некоторой снисходительности к недостаткам окружающих. И четвёртый курс, даже не начавшись, то и дело подкидывал ей ситуации вопиющего нарушения всех взрощенных в ней родителями с детства моральных принципов. Не бороться с несправедливостью она не могла. Дело было так. Летом, в гостях у тётушки Тиль, она задумалась о применении Конфундуса на маглах, и признала его недопустимым. Но на чемпионате по квиддичу им просто разбрасывались. И всем это казалось нормальным. Раз. Потом случилась маленькая эльфийка, сторожившая место хозяину. Гермиона держалась. Её знания о домовых эльфах были сильно ограничены полученными от Добби на втором курсе, но мнение она уже составила. Два. Обвинения, брошенные Краучем в адрес Винки, с какой-то нереальной злобой, заставили Гермиону яростно за неё заступиться, однако это не помогло. Три. Понимание, что Хогвартс обслуживается трудом эльфов, её добило. Так родился Г.А.В.Н.Э. Разумеется девушка понимала как это ужасно звучит, не надо держать её за идиотку. Название она выбрала провокационным специально, для привлечения максимального внимания к проблеме. Но что-то пошло не так. Эльфы от неё шарахались как от ненормальной, шапки и носки, связанные с любовью, кто-то тишком выкидывал, но Гермиона не сдавалась, и как-то совсем позабыла про бабушкин дневник, пока на день рождения не получила от Тиль посылку с книгой. Название книги её чрезвычайно удивило «Архитектура магической Британии». В прилагавшемся поздравительном письме Тилия писала, что нашла эту книгу у себя на полках, и подумала, что Гермиона возможно заинтересуется способами строительства домов, если она действительно решила его строить на своём участке. За любое знание Гермиона готова была хвататься сразу. Книгу прочла залпом и заинтересовалась различиями между обычными домами волшебников и магическими домами. А они были. В книге не рассказывалось в чём разница, но упоминались примеры — Хогвартс, Малфой-мэнор, Блэк-Хаус и другие. И отдельно делался акцент, что строительство магического дома дело сложное, не просто место должно быть особенным, но и для «посадки» дома на землю нужно сделать сложные арифмантические расчёты. И как назло, профессор Вектор, с которой можно было бы посоветоваться, уехала на конференцию, и занятия начнутся лишь в ноябре. «Бабушка не могла всего этого знать», — снова уговаривала себя Гермиона, приступая к чтению дневника и травника.

27 апреля 1910 года

Сегодня мне исполнилось девять лет и мама подарила мне этот изумительный блокнот. Листать его можно до бесконечности, я уже попробовала, а открывается он только мне. Просто чудо!

07 сентября 1910 года

Мы с мамой гостим у бабушки. Бабушка живёт в большом поместье в Йоркшире и ухаживает за дедушкой. А завтра мы едем в какое-то замечательное место, о котором шепчутся мама и бабушка, собирать травы пока не зарядили дожди.

08 сентября 1910 года

Бабушка взяла меня за руку и вжух, мы переместились в другое место. Меня чуть не стошнило. Мама сказала, что в первый раз так бывает со всеми. Что? Прапрабабушка умела аппарировать? Гермиона оторвалась от дневника в шоке. Значит в её роду по женской линии ведьмы были. И умели перемещаться без палочки. Гермиона продолжила чтение. Луг тут замечательный. Бабушка показывала мне травы, а мама собирала плоды тёрна. Я спросила у бабушки, что это за место? Бабушка ответила, что земля вокруг — наша, и когда-нибудь одна из нашего рода построит здесь магический дом. Я удивилась и спросила почему до сих пор не построили. Бабуля грустно улыбнулась и сказала, что сил не хватает. Тогда я пообещала, что я буду той, что построит дом, если смогу, конечно. Бабушка уверенно сказала, что если я буду хорошо учиться, слушать её и маму, то смогу. Я точно смогу! Получается, что про разницу в домах бабушка знала, решила Гермиона.

03 октября 1910 года

С начала месяца мама учит меня варить отвары и заговаривать их. Она сказала, что варка зелий, так по-другому это называется, из растений, в основном не волшебных, это умение исключительно женщин нашей семьи. И помогают они не хуже, чем сваренные Мастерами зелий из магических ком-по-нен-тов, вот такое слово сложное. Рецепты я запишу на следующих страничках. Рецепты отваров были просты до невозможности. От зубной, от головной боли, от боли при месячных, для роста костей (травяной аналог Костероста), от обычных ожогов, от обширных ожогов, для крепкого сна и без привыкания. Тут девушке и пригодились травки, собранные летом. Отвары, в отличие от зелий, не содержали консервантов животного происхождения и не подлежали длительному хранению. Пока удалось опробовать только отвар от головной боли, он был выше всяческих похвал, зелье же, из больничного крыла имело побочный эффект — от него клонило в сон.

21 февраля 1911 года

Как всё-таки удивителен мир. А люди взяли всё чудесное спрятали, сами. Я спросила почему. Мама ответила, что это игры взрослых мужчин, которые делили мир, как мальчишки делили игрушки на соседней ферме. Когда прародительница нашего рода в этих играх участвовать отказалась, ей пришлось уйти к обычным людям и тайно творить волшебство для них. По-умному эти прятки волшебников называются «Статут секретности» и мы плевать на него хотели. И ноги нашей в Хогвартсе не будет. Так и сказала. А что такое Хогвартс я и не спросила. Гермиона задумалась. Она впервые слышала о волшебниках, которые жили и работали среди маглов. Разве такое возможно? Девушка пролистала несколько страничек в поисках подробностей, но бабушка писала о праздниках, о маме, которая работает сестрой милосердия в клинике папы, о десятом дне рождения и об учебнике по анатомии, который она на него выпросила. Тот учебник, что Тиль отдала Гермионе, был новым и самым современным. В нём она нашла записку от Кэтрин. Бабушка писала, что время летит быстро и её старый учебник можно рассматривать только как библиографическую редкость, потому что изучать анатомию по нему опасно. Гермиона переключилась на анатомию и завязла. Ей срочно нужна была помощь.

***

К мадам Помфри она попала случайно. Кто в своём уме захочет находиться в больничном крыле? Так часто говорили Гарри и Рон. И вновь ситуация была до крайности несправедливой. И нет, дело было вовсе в холодных словах профессора Снейпа «Я не вижу разницы», всё началось гораздо раньше, когда пергамент с именем «Гарри Поттер» выплюнуло из Кубка Огня. Момент этот, девушка запомнит навсегда. Потому что это было мгновение, когда один, слегка пошатнувшийся летом авторитет, лопнул как мыльный пузырь. Взрослый, обязанный защищать подростка, предал его. Просто. Предал. Не защитил, хотя Гермиона, знала, он мог, читала в «Истории Хогвартса» 1888 года. Инстинкта самосохранения, чтобы тут же не броситься с публичными обвинениями, ей хватило, она прекрасно понимала, что освобождение маленьких эльфов — это одно, а наезд на второе лицо магической Британии — совершенно другое. Всё что она могла делать — защищать Гарри от нападок, потому что травля, которой он подвергся была беспрецедентной. Когда друг не видел, она пыталась объяснять, но никому не была интересна правда, поэтому она начала шипеть, кричать и одёргивать сокурсников. Рону, пока Гарри был в библиотеке, вообще попало книгой по трансфигурации по голове, и Гермионе совершенно не было стыдно. Когда же Поттер был рядом, она его всячески подбадривала, уговаривала игнорировать неодобрение окружающих, зная, что характер у него был весьма взрывной. Прорвало Гарри перед зельеварением, и в результате мерзкого инцидента Гермиона оказалась в больничном крыле вместе с Гойлом. Несмотря на то, что она убежала в слезах после слов профессора, девушка успокоилась довольно быстро, особенно после того, как мадам Помфри, выдав Гойлу зелья, и уложив его на дальнюю койку, занялась усмирением растущих зубов Гермионы. Несправедливость в собственном отношении не воспринималась ею так остро, как в отношении других. Ведь и в день когда её спасли от тролля, она остыла моментально, а оказалась в туалете потому что пряталась от Пивза, который кидался навозными бомбами. — Мадам Помфри, можно вопрос? — зубы были нужной длины и даже чуть меньше чем были, Гермиона осмотрела себя в зеркале и не удержалась от любопытства. — Да дорогая, спрашивай. — А почему, если зубы так просто поправить заклинанием, не у всех волшебников зубы идеальные? Целительница фыркнула: — Ты о профессоре Снейпе? — уточнила она. Гермиона смутилась и покраснела. — Не все проблемы решаются так просто. Северусу нужно чуть больше внимания, пару дней полежать в больничном крыле, попить сложные зелья. Но у него вечно нет времени, или он говорит, что нет. Мне правда кажется, что ему всё равно. К тому же он так много курит… Но это строго между нами, договорились? Гермиона кивнула, соглашаясь, и не удержалась от вопроса: — А как мне стать целителем? Дело в том, что я недавно узнала, что мамина мама была врачом, а её мама медсестрой, моя мама и папа — дантисты, у меня семейный интерес к медицине. Можно я буду приходить к Вам, и помогать? — протараторила она. — Ты же на четвёртом курсе? Обычно консультации по профессиональной ориентации проводятся на пятом, но ладно. Зелья, чары, гербология — три столпа из школьного курса. Плюс в обязательном порядке — защита от тёмных сил и трансфигурация. Это тебе скажет декан в следующем году. Я бы добавила ещё и арифмантику. Однако, никто на курсы при Мунго тебя не возьмёт, если ты не сдашь экзамен по анатомии. Начни с маггловских учебников. — У меня есть, — расстроенно сказала Гермиона, — но я половину не понимаю, — она достала учебник из сумки и показала мадам Помфри. — Так это же университетский учебник. Тебе надо начать со школьного. Подожди, у меня где-то был. Мадам Помфри зашла к себе кабинет, в который вела неприметная дверь около входа, и через несколько минут вышла с учебником в руках. — Держи. Я приберегаю всегда несколько, для таких интересующихся, как ты. А насчёт помощи — придётся начинать с азов. Обязанности санитаров обычно выполняют эльфы Хогвартса, но ты можешь приходить после матчей по квиддичу, тут всегда есть пациенты. О, забыла, в этом году матчей не будет, лишь испытания Турнира. Хотя по-любому будут пострадавшие, и твой друг — первый кандидат, учитывая его послужной список, так что жду. И по вторникам в пять, я занимаюсь с пятикурсниками, их всего трое, присоединяйся, если интересно. При упоминании эльфов Гермиона напряглась. Впрочем, раз уж Хогвартская целительница была к ней добра, девушка решилась и про них спросить. Негативную реакцию окружающих она уже просекла, поэтому над аккуратной формулировкой вопроса пришлось подумать. Поскольку быстро ничего не придумалось, и она промямлила: — Мадам Помфри, а эльфы, они… эээ, бесплатно работают? — Ох, девочка! — всплеснула руками женщина, — пойдём-ка поболтаем за чаем, на урок ты всё равно опоздала. Девушка попала в кабинет Помфри впервые. Он был небольшим, но уютным, с таким же стрельчатым окном во всю стену, что и в основной части больничного крыла. В нём не было ничего лишнего, но и стерильности кабинетов маггловских врачей тоже не было. Несколько шкафчиков, за стеклом которых, виднелись книги и склянки, большая картотека, стол с удобным креслом и таким же креслом для посетителей, камин. — Бинни, милый, — негромко позвала Помфри, — принеси нам с Гермионой чай с сэндвичами, пожалуйста. Домовой эльф так и не проявился, хотя на столе материализовался чайник, молочник, две чашки, сахар и тарелка с сэндвичами. — Спасибо, — поблагодарила женщина невидимого помощника и указала Гермионе на кресло, — располагайся, дорогая. Наслышана про твой интерес к правам эльфов, наслышана. И совершенно не понимаю почему Минерва не сподобилась тебе объяснить реальное положение вещей. — Эльфы разве не волшебные существа? — спросила Гермиона. — Как кентавры или гоблины, например? У них тоже должны быть права, они не должны просто так работать на волшебников, это самое настоящее рабство, в современном мире это недопустимо, — начала заводиться девушка. — Удивительно, но многие волшебники, как и ты, думают, что домовые эльфы — волшебные существа. Отчасти это так, они тоже являются личностями и отличаются друг от друга характером, поведением и внешностью, тем не менее есть один нюанс, Гермиона. Девушка заинтересованно наклонилась чуть вперёд, вот-вот и она узнает как сделать эльфов свободными… Помфри отпила чай, откусила от сэндвича, медленно прожевала и только потом продолжила: — Ты вероятно знаешь, что самая большая община эльфов в Британии — в Хогвартсе. Около ста домовиков. И кстати, были времена, когда община была много больше. Дело в том, что замок — не просто здание, а здание магическое. Говорят, и об этом не написано даже в «Истории Хогвартса», что основатели вырастили его сами. А эльфы, в свою очередь, порождения замка, маленькие духи-помощники, несмотря на имеющееся материальное воплощение. Им не нужна пища в нашем представлении, они получают магию от замка, а замок, в свою очередь, впитывает излишки детского колдовства. — То есть, — начала Гермиона, мысли вертелись в её голове с бешеной скоростью, — вы хотите сказать, что к ним не применимы гуманистические принципы? И можно обращаться с ними жестоко, избивать и заставлять биться головой? Это же неправильно, — с обидой заявила она. — Погоди-ка, не делай поспешных выводов. Во-первых, из моих слов следовало лишь то, что домовые эльфы — иная форма жизни с иными потребностями. Ты же не ходишь в Запретный лес к кентаврам и не учишь их жить, верно? Или в Гринготтс к гоблинам? Во-вторых, я с тобой согласна, с ними необходимо общаться уважительно. — Но мистер Малфой, он шпынял Добби, вынуждал его наказывать себя, и в результате выгнал. Добби — свободный домовик теперь. И мистер Крауч выгнал Винки. Как такое может быть? — Очень печальные инциденты. Парадокс состоит в том, что многие волшебники, особенно относящиеся к древним чистокровным родам, так возгордились этим фактом, что начали забывать основы. Некоторые, я слышала головы эльфам отрубали, мда. И где они теперь? Их дома угасли, их имена забывают. Удивительная тяга к самоуничтожению. А у упомянутых тобой волшебников получилось выгнать духов лишь оттого, что они являются хозяевами магических домов, не таких больших как Хогвартс, но всё же способных пробудить домовых эльфов. — Ничего не понимаю, — честно сказала Гермиона, — получается, что шапки и носки, которые я вяжу и оставляю в гостиной, не могут освободить эльфов? — Конечно нет. Хозяевами замка издревле были главы Домов, только спустя века Хогвартс сам стал выбирать директора в качестве временного хозяина. Насколько я знаю, ни один из директоров не выгонял домовиков, а вот приют тем, кого выгнали — давал. Такие эльфы живут не так долго, как замковые, но хотя бы не превращаются в зловредных духов, терроризирующих и магов, и магглов, и такое возможно. Теперь ты понимаешь, что всё не так просто, как представляется? Гермиона не была бы собой, если бы не спросила, где можно об этом почитать. Доверие к печатным источникам до сих пор оставалось у неё в приоритете. — Боюсь, что нигде, — покачала головой мадам Помфри, — кому из магов придёт в голову исследовать такой вопрос, ума не приложу. Если только в книгах о магических домах. Спроси у Ирмы Пинс, вдруг в библиотеке такие есть. А теперь тебе пора на уроки. Мы засиделись. Жду во вторник в пять. Девушка искренне поблагодарила целительницу за интересный разговор и невидимого Бинни за вкусный чай, пообещала прийти на занятие и уходя, неуверенно сказала: — Мне вероятно стоит извиниться перед эльфами, мой чрезмерный энтузиазм мог испугать их. Полагаю, что со стороны это выглядело ужасно глупо. — Им будет приятно, если ты извинишься. Вход на кухню сразу за входом в гостиную Хаффлпаффа, не забудь пощекотать грушу, удачи! — подсказала Помфри. Гермиона покидала больничное крыло, задумавшись. Информация, которую она получила у мадам Помфри, удивительно переплеталась с темой про магические дома, так её заинтересовавшей из дневника бабушки. И совершенно не услышала как целительница, проводив её, покачала головой и тяжело вздохнула: — Что же ты творишь, Альбус…

***

Не сразу, но Гермиона собралась с силами, чтобы навестить кухню и извиниться. Странный Добби пытался было заикнуться, что сам возглавит Г.А.В.Н.Э., но был жестко осажен каким-то сухоньким домовым эльфом в полотенце с гербом Хогвартса: — Не слушайте, мисс, этого эльфа, его дом умирает, многие домовые эльфы сходят с ума в таких домах. Тебе, Добби, повезло, что директор привязал тебя к замку. На Винки посмотри, ей привязку к замку не сделали, как она страдает. — А как сделать привязку? — поинтересовалась Гермиона, которую как обычно, несправедливость происходящего возмутила. — Директор должен или один из деканов может. Тогда замок Винки примет. К Дамблдору девушка не пошла бы ни за какие старинные фолианты, в этом году он возглавлял её черный список, хотя она разумно и не показывала это. Придётся обратиться к МакГонагалл, наверное. Эльфы, увы, академической информацией о магических домах не обладали, они были всего лишь их порождением. Зато внезапно выяснилось, что носки и шапки забирали сами духи, и потом носили их. Просто так, потому что эти вещи им нравились. Гермиона, к своему удивлению, получила дружеский заказ на десятки передников в цветах Хаффлпаффа, галстуков в цветах Рэйвенкло, сдержанных поясов в цветах Слизерина и одну косынку в вышивкой — скрещённые палочка и крест, символ целителей — персонально для Бинни. Гермиона не перестала быть собой, то есть девушкой с повышенным чувством справедливости, однако, история с Г.А.В.Н.Э. показала ей, что за три с половиной года в магическом мире, она не узнала о нём ровным счётом ничего важного, вместо познания, занимаясь зубрёжкой учебников. Она как никогда остро почувствовала, что ей требуется пересмотр отношения к миру, к учёбе, к источникам информации и авторитетам. Каким-то непонятным образом получалось, что даже её бабушка, будучи совсем ребёнком, была более осведомлена, чем она сейчас. Ощущать себя зашоренной твердолобой магглой с палочкой Гермионе не хотелось. Кулон нагревался, но девочка этого снова не замечала.