Проверка связи.

--- Эшли сидела в кабинете начальника, сцепив пальцы в замок на коленях. Сегодня её первое задание. До выпуска из академии оставалось ещё полгода, но лучших в потоке иногда забирали раньше. Испытательный срок, сказали ей. Будешь курировать миссии под присмотром. Справишься — считай, ты в деле. Начальник листал бумаги, говорил что-то про протоколы, частоты, правила связи. Эшли кивала, но слова влетали в одно ухо и вылетали из другого. Она просто пыталась дышать ровно. — Твой первый объект, — он подвинул к ней папку. — Операция простая, зачистка складского комплекса. Кодовая сложность — три из десяти. Агент опытный, справится, но ему нужен голос в ухе. Будешь страховать. Эшли открыла папку. И сердце пропустило удар. Фотография. Короткие светлые волосы. Усталые глаза. Знакомые до боли черты. Леон Скотт Кеннеди. Начальник перехватил её взгляд и кивнул. — Я в курсе, что вы знакомы. Читал отчёт. Жуть, конечно, но главное, что миссия была выполнена. Эшли молчала, не отрываясь от фотографии. — Он не знает, кто будет его курировать, — продолжил начальник. — Но он привык. Иногда студенты проходят практику на настоящих миссиях. Для него это не новость. — Поняла. Она закрыла папку, подняла глаза. — Вопросы есть? — Никак нет. Начальник кивнул и вернулся к бумагам. Эшли вышла из кабинета, сжимая папку в руках. Три года. Узнает ли он меня? --- Офис кураторов оказался большим помещением, уставленным столами и аппаратурой. У каждого своя кабинка — мониторы, наушники, несколько экранов. Здесь работали практиканты. Если примут, потом будет свой кабинет и несколько подопечных агентов. Эшли села за свой стол, включила мониторы, проверила связь. До выхода агента оставалось несколько минут. Пока техника грузилась, вспомнилось начало. Отец был против. Конечно. Как дочь президента может пойти в какую-то академию, стать обычным подчинённым? Они тогда поругались в первый и последний раз. А потом он проиграл выборы. Сразу после её возвращения с того проклятого острова. И, может, поэтому — или просто устал спорить — он дал ей карт-бланш. «Делай что хочешь. Ты достаточно взрослая». Учёба была сложной. Помимо основных занятий — военная подготовка, нормативы. Вот тут было тяжело. Она никогда не была сильной, выносливой. Быстро выдыхалась. Эшли вспомнила, как Леон сказал однажды: «У тебя сил мало. Над этим надо работать». Она тогда промолчала. Но запомнила. Сейчас она могла сказать точно: десять километров без остановки — легко. Эшли улыбнулась своим мыслям, поправила наушники и вывела на экран данные задания. Складской комплекс. Зачистка. Код три. Она выдохнула. Скоро он заговорит. --- На экране показался вертолёт. Он был похож на тот, на котором её увезли после того, как они с Леоном доплыли до берега Испании. Те же очертания, тот же гул винтов. Тогда она сидела внутри, закутанная в спасательное одеяло, и смотрела, как берег становится всё меньше, как фигура Леона растворяется вдали. Эшли хмыкнула, отгоняя воспоминания. Пальцы легли на клавиши. Мониторы загорелись — карта местности, сигнал агента. Всё готово. Она ждала. Спиной чувствовала — за ней наблюдают. Наставница за соседним столом, пара практикантов за спиной. Если что-то пойдёт не так, есть страховка. Ханниган. Та самая, чей голос три года назад Леон слышал в наушнике. Сегодня он услышит другой голос. Как он отреагирует? Эшли прокручивала варианты. Удивится? Замрёт на секунду, а потом спросит: «Эшли?» Разозлится? Скажет, что это не её место? А вдруг не получится? Вдруг Леон пострадает? Вдруг она пропустит что-то важное, не успеет предупредить? Она сжала пальцы. Нет. Это же Леон. Он всегда справляется. Эшли выдохнула и перевела взгляд на экран. Вертолёт приземлялся. --- Картинка была не очень качественной. Уже темнело, на складах не горело ни одного фонаря — только серый сумрак, в котором фигуры сливались с тенями. Но Эшли видела достаточно. Свет от фонарика Леона заметался по экрану — он вышел. Она выдохнула. Тихо. Он спрыгнул с вертолёта, пригнулся по привычке, огляделся. Показал пилоту знак — свободен. Винты загудели громче, поднимая пыль, и через минуту вертолёт скрылся в небе, оставляя Леона одного. Эшли замерла. Сейчас. — Кеннеди, проверка связи, я на месте. Голос в наушнике. Его голос. Хрипловатый, чуть уставший, но тот самый. Тот, который она не слышала три года. Эшли прикрыла глаза на секунду. — Принято. Пока всё чисто. На экране Леон замер. Стоял неподвижно, глядя куда-то вверх. Будто пытался разглядеть тот самый спутник, с которого она за ним наблюдала. Будто чувствовал. — Эшли? Он спросил так, будто проверял не связь, а реальность. Будто не верил, что ответит именно она. Эшли улыбнулась. — Так точно, агент Кеннеди. Эшли Грэм, ваш куратор на сегодняшнем задании. На экране Леон провёл рукой по волосам. Жест, который она помнила. Злится? Но он молчал. А потом просто кивнул куда-то в пустоту и пошёл вперёд, в темноту. — Принял. --- Эшли замерла. Чего она ожидала? Что он обрадуется? Она тряхнула головой, прогоняя лишнее, и перевела взгляд на экраны. Леон двигался вперёд, фонарик выхватывал из темноты ржавые контейнеры, брошенную технику, высокие ворота с облупившейся краской. Территория тянулась метров на триста. Ангары, открытые площадки, лабиринты из штабелей поддонов. Спутник видел всё сверху, но детали — только камера на Леоне. Эшли переключилась на неё, отслеживая каждый шаг. Пока чисто. — Как ты оказалась в BSAA? Голос в наушнике заставил её вздрогнуть. Леон говорил тихо — шёл медленно, держа оружие наготове, но явно не ожидал нападения в ближайшие секунды. — Ты бросила университет? И как твой отец позволил? Эшли улыбнулась. Три вопроса подряд. Он не отчитывал. Просто спрашивал. Она быстро проверила периметры и ответила, не отрываясь от мониторов: — После того похищения я поняла, что я не на своём месте. Пауза. Леон двигался дальше. — И нет, я не про то, что мне нравятся похищения и рыцарские спасения. — Она хмыкнула. — Я поняла, что в мире много преступников. И хочу бороться с этим. Она перевела дыхание. Леон молчал — слушал. — Вот я здесь. Я бросила университет. Отец был против. Но после его проигрыша на выборах... — она запнулась, — он отпустил меня. Эшли помолчала, потом добавила тише: — Я просто послушала себя. И тебя. За спиной шуршала аппаратура. Она знала, что каждый разговор прослушивается. Но сейчас ей было всё равно. Леон молчал. А потом тихо сказал: — Понял. И снова пошёл вперёд. --- Леон двинулся дальше. Эшли следила за картой, когда датчики ожили. — Леон, стоп. Два силуэта, левее. Метров пятнадцать. Он замер. Прижался к стене, прислушался. — Вижу. Эшли смотрела, как он перезарядил пистолет, выдохнул и вышел из укрытия. Два выстрела. Тишина. — Чисто. — Принято. Двигайся к центральному ангару. Там цель. Леон пошёл. Эшли переключила камеры. — Ты хорошо справляешься, — вдруг сказал он. — Что? — Оператор из тебя лучше, чем пловец. Эшли фыркнула. Вспомнила гидроцикл, холодную воду и как она вцеплялась в него мёртвой хваткой. — Остроумно, Кеннеди. — Стараюсь. --- Он вошёл в ангар. Эшли переключила камеры на внутренние — качество хуже, но силуэты видны. — Цель в дальнем углу. Документы или образцы. Там же могут быть люди. — Сколько? — Четверо. Может, пятеро. Тепловизор показывает движение. Леон пригнулся, пошёл между штабелями. — Трое слева. Один справа. Ближе. — Вижу. Выстрел. Ещё два. Короткая очередь в ответ — Леон укрылся за ящиками. — У них автомат. Эшли просматривала карту. — Обходи справа. Там контейнеры, зайдёшь сбоку. — Принял. Она смотрела, как он перемещается, уворачивается от пуль, тяжело дышит. Леон вышел с другой стороны. Два выстрела — автоматчик упал. — Чисто. — Цель в двадцати метрах прямо. Леон двинулся вперёд, но на полпути замер. — Леон, стоп. — Она заметила движение в дальнем углу. — Там люди. Не вооружены. Он прислушался. Сквозь шипение в эфире она услышала голоса. Испуганные, приглушённые. — Заложники. — Да. Четверо. В клетке в дальнем углу. Охраны рядом нет, но... — Но они могут вернуться. Эшли проверила данные. — Три минуты до возврата патруля. Леон уже двигался к клетке. На экране мелькнули лица — грязные, испуганные, живые. — BSAA, — коротко бросил он, показывая значок. — Тихо. Выводить буду. Леон рванул дверь — петли скрипнули, поддались. — Выходим по одному. За мной. Эшли смотрела, как он выводит их, прикрывая спиной. — Две минуты. — Знаю. Он вывел всех. Повёл вдоль стены, к зоне эвакуации. — Леон, патруль возвращается. Метров пятьдесят. — Вижу. Он ускорился, подталкивая заложников. — Ещё немного. Они добежали за минуту до того, как патруль вышел из-за угла. — Вертолёт через две, — выдохнула Эшли. — Патруль услышит гул лопастей. Придётся устранить. Леон оглянулся на заложников. — Всем лечь. Не двигаться. Они послушались, вжимаясь в землю. Леон двинулся на звук шагов. Эшли смотрела на экран, не моргая. Первого он снял сразу — выстрел в голову. Второй дёрнулся, вскинул автомат, но Леон ушёл перекатом за контейнер. Очередь выбила искры из металла. Эшли молчала. Леон выглянул, выстрелил дважды. Второй упал. Третий попытался обойти. Леон развернулся, но поздно — автоматная очередь заставила его упасть на землю, укрываясь за штабелем поддонов. Эшли видела это сверху. Видела, как охранник приближается, как Леон проверяет магазин. Пусто. Он выдохнул. Достал нож. Она не дышала. Когда охранник вышел из-за угла, Леон уже ждал. Рванул вперёд, уходя от ствола, и одним движением вогнал лезвие под челюсть. Охранник осел на землю. Леон стоял над ним, тяжело дыша, вытирая лезвие о штанину. — Чисто, — выдохнул он. Эшли моргнула. — Вертолёт через минуту. Леон кивнул, развернулся и пошёл к заложникам. — Подъём. Уходим. Гул винтов нарастал. Леон загрузил людей, заскочил последним. Борт поднялся в воздух за секунду до того, как из-за складов показались машины подкрепления. — Ушли. Точка на карте начала подниматься. Леон в вертолёте откинул голову назад, прикрыл глаза. — Хорошая работа, — сказал он в пустоту. И добавил тише: — Оператор. Эшли улыбнулась. — Работаю, агент Кеннеди. --- Через несколько минут точка на карте скрылась с экранов. Эшли смотрела, как исчезает сигнал. Потом медленно вынула наушник и откинулась на спинку стула. В ушах всё ещё гудела тишина. Сбоку послышалось шуршание. Эшли выпрямилась. Ханниган стояла рядом, сложив руки на груди. — Отлично, — сказала Ингрид. — Ты хорошо справилась, Эшли. Эшли замерла. — Миссия была простая, для Леона особенно. Но ты отлично его прикрывала и направляла. Образцы у него, заложники тоже. Она помолчала. — Теперь мне придётся писать подробный отчёт начальству. И... — пауза, — рекомендательное письмо. Эшли замерла. — Рекомендательное? Это значит... меня приняли? Ханниган чуть качнула головой. — Формально тебе нужно ещё практиковаться. Будут другие мини-задания. Нужно больше опыта для сложных операций. — Она помолчала. — Но начало положено. Ты хорошо справилась. Ингрид коротко похлопала её по плечу, забрала свои пометки и вышла. Эшли осталась одна. Она позволила себе снова откинуться на спинку. Закрыла глаза. Она справилась. Леон цел. Заложники живы. Образцы у него. Значит, у этих террористов не получится навредить людям. Она открыла глаза, прибралась на столе, успокаивая нервы. Встреча. Эшли представила, как он войдёт. Уставший, наверное, после миссии. Волосы всё так же растрёпаны, под глазами тени. Будет молчать, смотреть куда-то в сторону — он всегда так делал, когда не знал, что сказать. А она будет смотреть на него. Просто смотреть — и чувствовать, как три года ожидания сжимаются в одну секунду. Эшли не знала, что скажет ему. Не знала, потянется ли обнять или просто замрёт на месте. Знала только одно: она хочет увидеть его. Живого, настоящего, того, ради которого просыпалась в шесть утра, бегала кроссы, зубрила уставы. Три года она шла к этому моменту. Осталось совсем чуть-чуть. ---