Казацкая дружина. Принцесса казачьей вольницы

Солнце медленно укатилось за горизонт и наступила ночь. Яркая, серебристая, с россыпью звёзд на небосводе. Казачий стан снова приобретал загадочные очертания в полумраке. От костров шёл приглушённый свет, разбегаясь между деревьями и кустарниками. Казаки постепенно расходились по палаткам. Только Хатун Раджа решилась наконец выйти, подышать свежим, ночным воздухом. День у неё пролетел незаметно. После разговора с атаманом, Яков взял её в лес с собой. На дежурство у ложа Алексея остался Матвей. С Волком ей было интересно. Он даже чем-то напомнил ей пандита Рагхуната. Хорошо разбирался в свойствах трав. Знал, какие собирать в сезон весны. Да и для неё, как старательной ученицы, этот поход оказался познавательным. Растения сильно отличались от тех, к которым она привыкла с детства. И сейчас нужно было с нуля учиться различать их по запаху, внешнему виду. Знать, где искать. Сейчас за последние пару суток у неё выдался свободный вечер для раздумий и отдыха. Хатун смотрела на огонь и думала. О том, как осмелилась пойти против семьи. Прошла такой длинный путь. Порой рискуя собственной жизнью и борясь за неё не взглядом. Вспомнила Самира-агу, Юсуф-бека и Георгия. Особенно последний старался предупредить её о грозящей опасности. Зато Самир и Юсуф будто что-то знали. Больше, чем она могла представить. Даже пандитджи. И как же отличались от них хмурые, подозрительные и грубоватые разбойники. Самые что ни на есть настоящие. Угораздило же. Но от этого интерес южной принцессы не умалялся. Их реакция на чужестранку понятна. И при любом исходе к ней отнеслись бы не лучше. Может, даже хуже. - Не спится? - вырвал из раздумий голос. Ермак сидел напротив и наблюдал за ней. - Давно тут сидите? - девушка даже не смутилась. Будто ждала его. - Достаточно, - усмехнулся мужчина. На мгновение ей показалось, что его тёмные глаза стали мягче, светлее. Но только на миг. - Днём тоже наблюдали? - А что такое? Ты, как я заметил, не из робкого десятка, - и снова еле заметная усмешка. - Наблюдательный какой, - проворчала девушка. Поняла, с кем говорит и уже более вежливо спросила: - А вы почему не спите? - Не могу уснуть, когда в стане чужие, - последовал ответ. Немного помолчали и Ермак снова первым заговорил: - Я видел, как ты смотрела на бой моих казаков. - И что? - Сложилось впечатление, что ты не боишься оружия...и мужчин. Ты держишься на равных. Не пытаешься убежать или спрятаться. - Чего же я должна бояться, по-вашему? - Хатун усмехнулась. - Ты - девушка... - Это что-то меняет? - даже договорить не дала. - Достаточно хрупкая. Хатун замерла. Поняла, в какой капкан чуть не угодила. А она расслабилась. Ещё немного и разболтала бы ему всю свою историю. "Тормози, маленькая луна. Разоткровенничалась тут". - То есть, если я девушка, значит, не могу интересоваться оружием? - девушка стала серьёзнее. - И незнакомыми тебе мужчинами? - Ермак даже не скрывал в этот раз насмешку. Чёрные глаза превратились в застывший лёд. - Вы на что намекаете, Ермак Тимофеевич? - прошипела девушка. Атаман наклонился к ней ближе. Она не отвела взгляда. - Просто... - выдержал мучительную паузу и спросил, понизив голос до шёпота: - Кто ты такая, Хатун Раджа? Впервые он назвал её по имени. Не "чужачка", не "девчонка". И будто в самую душу хотел посмотреть, прожигая ястребиным взором. Но добился только гордо вскинутой чёрненькой головы и ледяного ответа: - Я не объясняюсь с чужаками. Атаман замер. Замешательство выдавать не стал. Но и понял, что перешёл опасную грань дозволенного. - Я тебя понял. Ты бесстрашная и упрямая. Хатун удивило то, с какой лёгкостью он отступил. Решила всё же вознаградить его за такую игру. - Одного, атаман, я в своей жизни только боюсь... - Чего же? - Я боюсь не успеть. Девушка моргнула, словно сбрасывая наваждение. И только сейчас поняла, что слишком долго смотрела ему в глаза. "Я во дворце, батенька, жила, так что не переиграешь меня" - про себя улыбнулась принцесса.