Свист смерти

      Дверь закрыта, она «спала». Брюнетка облегчённо сделала большой вздох и потянулась. День был пасмурным, предвещая ещё больше дождя. Плотник должен был прийти сегодня, поэтому привести себя в порядок обязательно нужно. Не выглядеть же оборванкой при встрече с ним.       Она прошла вглубь дома, запинаясь об непонятное углубление в полу. Дыхание замерло, и она медленно перевела взор зелёных глаз вниз. Холодок по спине пробежал то ли от оставленных серпами «царапин», то ли от распахнутой ранее ею же настежь двери, через которую задувал прохладный ветер.       Быстро образовавшийся болезненный ком в горле и глаза, наполненные крупицами слёз. Нет, не сон – реальность. Она судорожно выдохнула и тронула щёку, которую в момент её потери сознания обдало дыханием… Смерти? Что ж, детская колыбельная, напоминающая больше страшилку, теперь явилась к ней, и «волчку» понравился запах её страха.       — Завораживающий… — повторила слова та, после чего передёрнулась. Если он пришёл просто потому, что от неё пахнет таким липким запахом ужаса, от которого он без ума, то нужно перестать дрожать от всего и вся, как осиновый лист на ветру. Делов-то.       Девушка издала нервный смешок и вытерла влажный след со щеки.       — И как мне перестать бояться? — она посмотрела на подрагивающие распахнутые ладони рук. — А если… Кот в сапогах? — в тусклых глазах вспыхнул обнадёживающий огонёк.       Но где он сейчас, с кем и вообще в их ли королевстве – неясно. А как с ним связаться – и думать не стоит – неизвестно. Она понурила плечи, а былое решение этой проблемы улетучилось так же быстро, как и порывистый резкий ветер.       Кумир, который её уже спас от чудовища однажды, второй раз вряд ли прискачет на белом коне. Она горько усмехнулась и снова перевела взгляд на пол с глубокими прорезями.       — Хозяюшка! — раздался громкий мужской голос на улице.       Девушка бегло осмотрела себя и впопыхах накинула платье, выходя из дома. Крэг с несколькими ребятами стояли возле двери, а поодаль находилась тележка, с запряжённым в неё конём, с длинными досками.       — Здравствуйте, дядя Крэг, — девушка попыталась выдавить из себя улыбку, но получилось не то, на что она рассчитывала.       — Не выспалась, что ли? Пойди прикорни ненадолго, сейчас должны ещё привезти дощечки, чтобы точно ни одной капли не просочилось! — он уперся руками в бока и посмотрел на Катрину. Та отрицательно качнула головой.       — Тогда я, пожалуй, схожу к колодцу, да за хозяйством присмотрю.

***

      Кровельные работы закончились только к вечеру, когда сумерки накрыли багровой пеленой деревню. Брюнетка поблагодарила рабочих, вручив им остаточные снадобья, а для Крэга пообещала сделать намного больше той исцеляющей мази.       Она с беспокойством осмотрелась, когда силуэты плотников скрылись из её поля зрения. Удушающее чувство страха нарастало с таким же темпом, как и биение сердца, которое отдавалось глухими ударами в ушах из-за наставшей резко тишины: ни шелеста листьев, ни жужжания сверчков – абсолютно никаких звуков. Катрина сделала пару глубоких вдохов и медленных выдохов, чтобы выровнять дыхание и унять напряжение.       Полная белоснежная луна с едва заметным отливом алого показалась в окне, запуская свой свет линиями сквозь прозрачное стекло. Девушка, переминаясь с ноги на ногу, нервно трепала подол сжатого в руке платья, после чего резко стянула через голову.       Распахнув веки, брюнетка ахнула от резкого удара двери о стену. Снова злосчастная ночь, сгущающаяся и давящая в тисках тишина, высокий тонкий силуэт Смерти в проёме, и всё те же пугающие до дрожи в коленях кроваво-красные глаза.       — Ну, ну, — голос волка прозвучал хрипло, — не бойся. Хотя… — он задрал морду вверх, принюхиваясь, а после томно с полурыком выдохнул, — прекрасно. — облизнул острые зубы.       Волк, будто скользя по только отремонтированному полу, приблизился к девушке, которая часто дышала носом. Когда он оказался почти впритык, красные омуты, казалось, загорелись ещё ярче – в алой пелене чётко вырисовывался худощавый силуэт главной героини.       — Для чего ты… сейчас тут? — дыхания не хватало даже на то, чтобы связать всё вместе.       Он приподнял тёмную шёрстку над глазом, а алые омуты забегали по лицу девушки.       — Чтобы договорить, — кратко.       Подушечки пальцев неприятно кольнули, а ноги предательски обмякли. Она, не прерывая зрительного контакта с ним, попятилась к кровати и с характерным скрипом пружин присела на неё.       — Я же в первую нашу встречу даже побеспокоился о тебе, — начал наигранно обиженным тоном свою историю, вырисовывая узоры острым когтем по столу, — даже те травинки вернул.       Значит, она забыла про корзинку ещё в том злосчастном месте, с которого началась эта чертовщина. Она шумно сглотнула слюну, не решаясь продолжить диалог.       — Не поблагодаришь? — глаза колко сверкнули, а свет в них стал ярче, будто, оставшись без ответа, он разъярится.       — С-спасибо, — девушка запнулась, и сердце замерло под пристальным взглядом Смерти.       — Что ж, мой животный интерес… — он хищно осмотрел девушку в исподнем с головы до ног, — вызвал желание с тобой… как у вас, людей, это говорится, — он рыкнул и посмотрел в сторону окна, — точно, подружиться!       Хищник не повернул головы, но его ярко светящиеся зрачки медленно скользнули по стене, после чего впились в собеседницу.       Катрина нервно улыбнулась уголком рта. Подружиться? Воплощение самой смерти – со смертным? Звучит дико и отталкивающе.       — Но с твоим страхом, конечно, наладить отношения не получится так быстро, как я хотел, — он устремил взгляд на хрупкие руки, которые нервно трепали край исподнего.       Катрина непроизвольно сжалась, заметив, куда направлены его глаза. Сильнее вцепившись в льняную ткань, она судорожно выдохнула. Набравшись крупиц оставшейся храбрости перед ответом, брюнетка мимолётно встретилась глазами с волком.       — Мой страх – это естественно, — голос прозвучал твёрдо, но с хрипотой. Она прочистила горло. — Куда менее естественно увидеть саму Смерть, стоящую напротив меня, при этом – с желанием подружиться. — девушка сама не ожидала от себя такого колкого замечания. Катрина всё же встретилась взглядом с волком, который едва заметно кивнул.       — Да, ты права. Но страх может смениться ужасом в считаные секунды, — прорычал тот, и зверь оказался настолько близко к девушке, что обжигающее дыхание обдало щеку. От запоздалой реакции расширились глаза, а тревога накрыла её с головой. — И с этим фактом невозможно поспорить.       Волк переместился, не издав ни единого звука. Он игриво подул ей в ухо, прислоняясь своей шерстью к щеке. Колючие мурашки моментально пробежали по телу, и девушка отпрянула назад, ударяясь затылком о стену. Катрина болезненно простонала, уставившись на улыбающиеся в полумраке губы волка.       — Твой запах страха сейчас просто чудесный, — промурлыкал тот и выпрямился, оглядываясь по сторонам.       Взгляд зацепился за деревянный стул возле окна, и на лице заиграла лёгкая улыбка. Он плавно прошёл к нему. Из-под плаща показался серп в чехле, рукоять которого выглядела пугающей. В голове зеленоглазой вспыхнули моменты с их первой встречи, где он безжалостно расправился с человеком.       Она сглотнула вязкую слюну и посмотрела на силуэт зверя, который под холодными лучами луны выглядел ещё более гнетуще. Волк выжидающе уставился на Катрину, закинув одну лапу на другую.       Тишину разрезал громкий раскат грома, сопровождаемый вспышкой молнии, отчего девушка, забившаяся в угол, вздрогнула. Единственный посторонний звук помимо их голосов. От этого природного явления волк «Смерть», казалось, даже не шелохнулся.       — Расслабься, что ты. Я же не пришёл выставить счётчик за то, что вернул корзинку, — послышался гортанный смешок, от которого девушка ещё сильнее вжалась в прохладную стену.       — Ты действительно пришёл, чтобы… подружиться?       Волк постукал когтями по согнутому колену, и этот звук показался даже громче, чем удар грома ранее.       — А почему бы и нет? — вопрос прозвучал настолько обыденно, будто сейчас не напряжённая ситуация, а лёгкая светская беседа. — Рано или поздно все со мной встретятся. Тебе же я позволю дерзость узнать меня поближе.       Волк задрал голову вверх и с полурыком выдохнул. После небольшой паузы он вновь возобновил зрительный контакт, отчего глаза вспыхнули алым пламенем.       — Ещё никому не доводилось со мной подружиться, — продолжил с досадой волк, прекращая постукивать по колену; на миг в свете луны блеснули острые зубы. — Всё равно конец для всех смертных одинаковый. И этим концом являюсь я, — последняя фраза эхом прошлась по помещению, громко звеня в ушных перепонках девушки.       — Благодарю за привелегию? — голос перестал дрожать и девушка отлипла от стены, — думаю, никому не выпадало возможности, встретившись со своим концом, поболтать в… — она осмотрела себя и ахнула.       На смену страха пришло осознание: сорочка слегка просвечивала тело в приглушённом, алом отливе луны. Румянец вспыхнул на щеках так же резко, как и её движения рук, пытающихся прикрыться. Пружины предательски скрипнули из-за того, что она дёрнулась, разрезая сгущающееся напряжение.       Волк издал низкий, почти рычащий смешок из-за действий девушки, а хвост лениво переместился по полу в другую сторону.       — Успокойся, дорогуша, — голос оставался ровным даже после забавной для него ситуации. — Мне не интересно твоё тело. Я повидал всякое, чтобы заострять на этом внимание.       Румянец в полумраке начал спадать, возвращая бледный цвет кожи, в отливе луны казавшейся мраморной. Страх приглушился, и девушка с некой лёгкостью выдохнула.       Всплески адреналина медленно сходили на нет, когда Катрина позволила себе немного расслабиться: волк по-хозяйски уместился на стуле, не собираясь делать резких движений, а едва слышимое шипение дождя, как мантра, успокаивало накалившиеся нервы.       — Вообще никаких чувств не возникло, глядя на женское тело? — поинтересовалась Катрина, аккуратно перемещаясь на край кровати.       Волк издал лишь сухой рык, который означал отказ.       — Что ты вообще чувствовать можешь? — продолжила девушка, не решаясь всё же встать на ноги.       — Последние несколько столетий – только скуку, — он пожал плечами, — знаешь ли, каждый раз делать одно и то же надоедает.       Он встретился взглядом с Катриной, в котором плескался едва уловимый интерес к беседе.       — На пороге смерти все вопят о пощаде, а ты хотя бы… спрашиваешь, — в голосе послышалась отрешённость. Катрина лишь улыбнулась.       — Я не знаю, как тебя перестать бояться, — искренне призналась девушка и в упор посмотрела на собеседника. — Ну, я даже думала позвать на помощь Кота в сапогах.       Волк прыснул со смеху, чуть ли не падая со стула, который он немного качнул из-за резкого движения. Брюнетка вздрогнула, не ожидая такой реакции от него.       — Ты, что? — он попытался успокоить свой хохот.       После настала тяжёлая тишина, которая свалилась грузом на голову девушки, а от былой забавы в глазах волка не осталось и следа. В свете луны хищно блеснули острые зубы.       — Он как раз у меня на крючке. — голос прозвучал с угрожающей манерой. — Это всё равно что просить одного приговорённого спасти другого.       Девушка сглотнула режущий ком в горле, отчего тонкие брови свелись к переносице.       — И как это понимать?       Её кумир задолжал смерти, и та следует за ним по пятам, – медленно и игриво. По спине пробежался неприятный холодок, когда Катрина заметила на себе пристальный взгляд волка.       Он подался вперёд, своими когтями полоснув по деревянному сидению, отчего по комнате прошёлся сухой, неприятный звук. Девушка сильнее сжала одеяло, но отстраняться не стала, наблюдая за высоким силуэтом Смерти в полумраке.       — У нас с ним предстоит ещё встреча, — с долькой веселья в голосе прорычал тот, — мне нужно вбить в эту маленькую пушистую голову одну простую истину: он не бессмертен.       Девушка перестала дышать, когда силуэт волка приблизился, наклонившись к ней. Яркая вспышка молнии осветила помещение, отчего картина стала ещё мрачнее и зловещее.       Он шумно вдохнул носом, смакуя прилив её страха, и на лице вновь заиграла противоречивая улыбка.       — И как же нам стать друзьями? — звонкий голос девушки раздался после сгустившейся тишины, прорезая её. — Будем ходить на поляну собирать травы? Или… может, ты будешь помогать мне со скотиной? — вопросы будто с издёвкой над ситуацией сорвались с губ Катрины. — Ох, или, быть может, научишь правильно затачивать лезвия серпов?       Волк хмыкнул, не сводя алых глаз с девушки, в которых возрождалось былое веселье.       — Ну, нет, с помощью по хозяйству проси людей, – это не по мне, — отмахнулся зверь и выпрямился, не прерывая зрительного контакта. — Но вот слышать шаги того, кто ещё не вошёл в дверь, научить смогу. Или, может, ты хочешь научиться орудовать моими великолепными серпами? — послышался визгливый металлический звук, а после и сами лезвия, в которых переливались лучи ночного светила.       Он ловко прокрутил оружие в руках, задевая лезвиями друг друга. Металлический скрежет разрезал минутную тишину, заставляя девушку поморщиться от звука.       — Готова ли ты в руках подержать то, что обрывает жизни?       — Я… — брюнетка запнулась, ненароком задумываясь над предложением. Неплохим, кстати, предложением.       Она вдохнула полной грудью и с твёрдым настроем глянула в глаза Смерти. Отпустив одеяло, Катрина решительно ступила на ноги, вставая перед волком. Тело била мелкая дрожь, но девушка сделала шаг навстречу зверю.       — Хм, мне нравится твой настрой, по-дру-га, — пропел волк последнее слово, вглядываясь в зелёные зрачки.       — Научи, друг, — отчеканила девушка, понимая, что весь решительный настрой спадает, освобождая место лёгкому напряжению.       — Но не сейчас, — бросил тот и резким движением вернул серпы в чехлы. Он снова припал на стул, оставляя девушку одну стоять посреди комнаты. — Налей мне лучше чаю из тех трав, благодаря которым ты так кстати оказалась не в том месте не в то время. — уши дёрнулись, а на лице заиграла усмешка.       — Это не для чая.       Волк впился глазами в силуэт брюнетки, отчего та напряжённо прикрыла тело руками. Человеческий фактор всё же не даёт ей спокойно стоять в просвечивающемся исподнем перед кем-то. Особенно, когда светлые лучи бьют прямо на неё.       — С таким-то телом ты даже одну мою лапу не удержишь, когда я расслаблен, — начал тот, забыв про травы. — Куда тебе до серпов? — послышалась язвительная издёвка в голосе.       Девушка вскинула тонкую бровь и сложила руки на груди.       — Я не такая хрупкая, коей кажусь тебе, — заметно, как слова волка задели её эго. На это он лишь издал снисходительный смешок.       — Что ж, у нас вся ночь впереди, — проговорил зверь, переводя взгляд на полную луну, отражение которой проявилось в кроваво-красных омутах. Хвост игриво и тягуче помотался со стороны в сторону, после чего замер, как и хозяин.       Он медленно перевёл безумный взгляд на девушку, которая поёжилась от такого выражения лица волка: маниакальная улыбка, которая была при первой их встрече, уши заметно взметнулись, и дикие загоревшиеся глаза в полумраке.       — Ещё один. Видимо, у нас не получится сегодня выпить чаю, подруга, — бросил зверь и резко встал, издав рокочущий смех.       Он лениво направился к двери, не издавая звука своими массивными лапами по деревянному полу, после чего медленно исчез за стеной дождя. Прохладный воздух прошёлся по помещению, несильно колыша подол исподнего, а тело покрылось колкими мурашками. Катрина поспешно закрыла дверь на засов, облокотившись и облегчённо сползая по ней вниз. Напряжённая ночь, которая плавно перешла в хмурый день, заставляющая с опаской ждать следующий.