Одинокие папаши

Что же, Роджерс не поскупился, даже не будучи уверенным, что его пустят на порог. Когда Стив поднял багажник, Брок увидел большую пластиковую корзину (Стив ее у супермаркета выкупил что ли?), продукты в которой высились горкой. Чего в ней только не было: сыр с грецким орехом, соленые орешки, яблочная пастила, вырезка со специями, большой пакет замороженных креветок, пакет с зефиром, банановое молоко в литровой бутылке, оливки и маслины, трюфельные конфеты, упаковка с филе форели, торчала ножка копченого цыпленка… Создавалось впечатление, что Стив шел и тащил корзину, а Мэри сбрасывала в нее все, что оказывалось на уровне глаз. Глядя на набитую продуктовую корзину, Брок только крякнул. Он столько не покупал и за неделю, не говоря уже о выборе продуктов. Столько сладостей Стефани за раз получала только на Рождество. — Мы не недоедаем, если что. — Это гостинцы! — возмутился Стив, легко поднимая корзину, а за ней выуживая и подозрительно звякнувший пакет. — Мама учила меня не ходить в гости с пустыми руками! — Мы-то без всего приезжали. — Это другое, — уверенно заявил Стив, без натуги неся и полную корзину и явно тяжелый из-за полных бутылок пакет. Так же легко он поднялся с ношей на третий этаж. Брок шел сзади, любуясь крепким тылом художника. Явно же Роджерс трижды в неделю посещает тренажерный зал, такую грудь, руки и задницу не накачать, даже часами стоя перед мольбертом. Дверь Брок не запирал: Барнс был за главного в его отсутствие. На всю квартиру пахло шоколадом и ванилью, даже Стив задергал носом, принюхиваясь. — То-то же, — он махнул рукой в сторону кухни. — Я принесу нам чего-нибудь пожевать. Ах да, Джеймс, это Стив, Стив, это Джеймс, мой сослуживец. — А Стив у нас кто? — с подозрением спросил Барнс. Брок жестом показал ему на пакет в руках Роджерса и щелкнул себя по горлу. — Я пока только знакомый, — Роджерс опустил ресницы, — но я хотел бы стать для Брока близким человеком. Из кухни донеслось сдвоенное девичье хихиканье. Брок взял у Стива поочередно и пакет, и корзину и для всего нашел место в холодильнике. Сделал вид, что не увидел, как Стефани выкрала с полки пакет с белым зефиром в шоколаде, и бочком ушла в свою комнату. Пусть ест, все не осилит. У всех сегодня стресс, даже у Брока, который собирался открыть одну из бутылок, принесенных чувствующим себя виноватым Стивом. Потеснив Барнса, Брок быстро настругал на деревянной доске твердый сыр и истекающее соком мясо в специях, открыл и смешал в миске по банке оливок и маслин. Сунул разогреваться в микроволновку целого цыпленка на широком блюде с отколотым краешком. Подумав, добавил тостовый хлеб и открыл пакет с орешками кешью. Все это он в два захода перенес в гостиную, расставив и разложив на журнальном столе, который исполнял роль обеденного. Барнс, успев протереть стол до того, уже сунул нос в пакет со спиртным, на что Брок только усмехнулся. Учитывая прием рецептурных лекарств для снижения силы и частоты приступов гнева, пить что-то крепче и больше баночки безалкогольного пива раз в неделю, тот себе позволить не мог. Но пошуршать содержимым ему никто не мешал, кто же погонит такого котищу! Девочки, взяв по кружке горячего какао, сразу же устроились во второй спальне, включили компьютер и запустили прохождение какой-то простенькой компьютерной бродилки. — Эта игра настолько старая, с настолько плохой графикой, что это просто потрясающе! — выпалила перемазанная шоколадом Мэри, на пару секунд показавшись в гостиной. – Почему у меня таких нет? Брок пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Стива. У Стеф был выбор из пары десятков дисков с играми ее возраста, комп у нее был старым, и мало что тянул, но и сами диски брались в маленьком салоне, продававшем подержанную технику, в нем даже Денди и игровые картриджи можно было найти. — Скорее всего «Гарри Поттер и философский камень», в которой Хагрид видел некоторое дерьмо. Стив никак не отреагировал, словно ему никогда не попадался мем с искаженным ранней нечеткой графикой лесником волшебной школы. Брок пригласил мужчин к спонтанному раннему обеду, но Барнс еще доваривал какао и в итоге компанию за столом ему составил только Стив. Разобрав на тарелки закуски и плеснув немного виски в чашки («специальных бокалов нет, и никогда не было» — пояснил Брок) они принялись за еду. Девочки уговорили Барнса поиграть с ними, к его чести, тот посопротивлялся для вида, и сбежал от выяснявшей отношения парочки на кухню. — Мне нужно, для храбрости… Стив, коротко выдохнув, в три глотка влупил виски из своей чашки, а потом еще и из чашки Брока. Двойная порция алкоголя расставила его глаза заблестеть, а небритые щеки порозоветь. Брок вспомнил, как раскраснелся Стив, когда держал в руке оба члена прижатыми друг к другу и поерзал на диване. Не время и не место, чтобы подпирать стол стояком. — Мэри моя племянница, а не дочь, — огорошил он. — Это наша семейная тайна, я никому не говорил, даже Пэгги. Моя младшая сестра родила ее, не будучи замужем, сама она жила как хиппи, в разъездах по всей стране, не оформила на ребенка никаких документов. Справлялась одна, бог знает как, но однажды серьезно заболела. Обратилась ко мне лишь раз, незадолго до смерти, вернее, скинула по смс свой временный адрес. Я приехал на следующий день, но… я опоздал. Наша мать не пожелала даже заняться похоронами дочери, опозорившей ее, как она сама сказала…что уж говорить про заботу о маленьком ребенке. Стив замолчал. Лицо у него покраснело, но уже не от выпитого. Брок почти ждал, что тот расплачется, но Стив сдержался, лишь хлюпнул носом. — А как тогда?.. — Брок оглянулся на Мэри, колдовавшую над одноруким снайпером. Та сосредоточенно заплетала длинные каштановые патлы Барнса в кривоватые косички, подвязывая на кончиках их канцелярскими резинками, которые для них принесла Стеф. Тот сидел совершенно неподвижно, как мог только снайпер. Короткие ногти на его расслабленной правой руке Стеф покрывала прозрачным лаком с блестками в виде крохотных красных звездочек. Брок никогда не видел Барнса настолько довольным. После тяжелого ранения и возвращения — точно нет. А были ли у Барнса младшие сестры? Он, которого Барнс называл командиром, не знал о Джеймсе и этого. — Большие деньги, — односложно ответил Стив, и после собственного тяжелого вздоха рассказал подробнее: — Я проплатил оформление всех нужных бумаг и Мэри стала моей дочерью от сожительницы, кинувшей меня ради нового любовника. Богема любит скандалы, но быстро к ним охладевает. Меня, молодого отца-одиночку, пообсуждали пару месяцев и остыли, переключившись на другое. Брок налил им обоим еще виски до половины емкости чашек, размышляя, что с такой скоростью потребления содержимого пакета хватит только на этот день. И о том, что это ему придется приглашать Стива переночевать, чтобы тот проспался. Как бы быстро, по словам Роджерса, тот ни перерабатывал алкоголь, за руль Брок его не пустит. О чем он думал вообще, закупаясь бухлом в количестве, как на праздник? Выговорившись, Стив наклонился к Броку и уткнулся щетинистым лицом ему в грудь. — Куда я теперь тебя дену? — риторически спросил Брок, чувствуя непрошенную нежность. — Такого красивого и такого пьяного? Брок бросил опасливый взгляд в сторону кухни, которую от гостиной отделяла только узкая стойка, но за ней никого не было: видимо, он проморгал момент, когда девочки вернулись в комнату, к компьютеру. Но свидетелей сопливой слабости не было и он, взяв Стива за подбородок, поднял его лицо повыше и поцеловал пухлые губы, которые не распробовал в их единственный раз. Стив вспыхнул моментально, кладя ладонь Брока на затылок и прижимая к себе. Сползая с оказавшегоcя очень напористым Роджерсом в промежуток между столом и диваном, Брок подумал, что видел их взаимодействие не так. Когда Стив, сунув руку под тонкую футболку, ущипнул его за сосок, подумал, что надо как-то придержать настойчивого и поспешного, пока они не стали полноценными любовниками прямо на голом полу гостиной. А потом он ничего не успел подумать, потому что над диваном возникло сосредоточенное лицо Барнса в обрамлении мелких локонов — результатом хитро сплетенных косиц. — Командир, вы бы уединились, а я с девочками погуляю, — предложил он до черта миролюбиво, при том, что на его глазах Брока ухватили за скрытый под джинсами член. Хорошие успокоительные в этот раз прописали парню. Подавив вскрик, Брок отпихнул жадную руку Стива и не без усилий выбрался из-под него. — Стив, мы не будем зажиматься, когда за стеной наши девочки. То есть, твоя и моя. У каждого — своя. Брок, опершись об подлокотник дивана, встал и быстро поправил стояк, чтобы не мешал ходить, пока сам не опадет. Обломавшийся со сладким, Стив только вздохнул и согласно кивнул. Он оперся о диван, но вставать не торопился, и Брок, глянув ему между бедер, понял почему. Ширинка на брендовых джинсах Стива трещала, не рассчитанная на такое давление изнутри. Природа нигде не обидела Роджерса размерами. В итоге Барнс протянул руку Роджерсу, а тот, приняв помощь, поднялся, почти не задев стол. Деловитая Мэри появилась из комнаты Стефани, чтобы, зябко передернув плечами в тонкой спортивной курточке, взять себе и подружке еще по порции какао. Брок нахмурился и потрогал батарею под окном — едва теплая, а чего он ожидал? Стефани в своей комнате шумно чихнула. Брок понадеялся, что она не простудилась. Снова. В ноябре она и так пропустила неделю занятий, сопливя дома, в холоде. Брок обвел взглядом небольшую комнату, не знавшую ремонта с года постройки дома. За окном бушевал ветер со снегом, а батареи в комнатах были лишь чуть теплыми — и за это стоило сказать спасибо владельцу дома. Да, он сдавал квартиры недорого, но совершенно не интересовался условиями, в которых обитали его жильцы, а от жалоб, если до него удавалось дозвониться, просто отмахивался. Стив, заметив недовольство на лице Брока, тоже подошел и потрогал батарею. — У нас по всему дому так, — пожал плечами Барнс. — Брок, — позвал Стив. Облизал губы, сомневаясь, но все же повторил предложение: — перебирайся со Стефани в наш с Мэри дом. Мы будем рады.