Thrust

Лорен смотрела на спящую женщину рядом с собой. Она и подумать не могла, что Джесс может выглядеть такой невинной, растянувшись на старом диване в холле клуба, особенно после всех тех греховных удовольствий, которыми они упивались прошлой ночью. Она не собиралась здесь спать. Просто диван оказался самой мягкой поверхностью, на которую можно было рухнуть после того, как они «осквернили» спортзал «Элиты» всеми возможными способами. Эти стены за десятилетия повидали немало столкновений и изнурительных тренировок, но Лорен была почти уверена: они никогда не были свидетелями того, что эти двое вытворяли друг с другом на матах и перед зеркалами. Они были пьяны от своего интеллектуального триумфа, эмоциональной близости и чистой, первобытной физики тел. В те моменты Лорен едва узнавала саму себя, но Джесс она не теряла из виду ни на секунду - и сейчас не могла отвести глаз. Где-то по пути они раздобыли пляжное полотенце - бог знает откуда, - и Джесс натянула его до самого подбородка. Гладкая кожа, казавшаяся в тусклом свете еще бледнее, только подчеркивала винный цвет ее губ и медно-рыжий локон, упавший на лоб. Лорен подавила желание поправить его - не потому, что боялась разбудить ее, а потому, что не хотела вносить порядок в тот хаос, в который они погрузились за последние несколько дней. Если она начнет расставлять вещи по местам, то в конце концов ей придется спросить себя, где ее собственное место, а к этой реальности она была не готова. Пока нет. Вместо этого она лежала, наполовину прижавшись к сильному, излучающему тепло телу. Она наблюдала за ее сном, позволяя мыслям блуждать. Когда Джесс привела ее сюда вчера вечером под предлогом того, что хочет показать нечто важное, она в своей истинной манере не просто сдержала обещание, а превзошла его многократно. Того момента, когда ученики Лорен разразились восторженными криками, было бы достаточно, чтобы напомнить ей: она важна, и то, что она создала, важно для других. Но Джесс не остановилась. Она заставила Лорен почувствовать себя гением, когда они вместе взломали тактику ее сильнейшего конкурента. В тот миг казалось, что вдвоем они возьмут любое препятствие. Лорен не чувствовала ничего подобного годами. Нужной, умной, сильной - Джесс делом подтверждала каждое слово, которое давала. Джесс доказывала это снова и снова. Строила планы. Добивалась прогресса. Занималась с ней любовью. Она дала Лорен почувствовать, что та оставила след в ее карьере, в ее теле, в ее будущем. Лорен вздрогнула от последней мысли - той, что заходила слишком далеко. Той, которую становилось всё труднее запихнуть в дальний ящик с каждой минутой, проведенной в объятиях этой женщины. - Тебе холодно? - пробормотала Джесс сквозь сон. - Нет. - Лорен подавила смешок. - Рядом с тобой - никогда. Уголок этого манящего рта дернулся вверх. - Уже утро? - Да. И хотя мне хотелось бы пообещать, что сюда никто не заходит по утрам, иногда люди всё же заглядывают. - Ты намекаешь на то, что нам пора передислоцироваться? - Как бы мне ни было больно это признавать. - О, это будет больно нам обеим, - простонала Джесс, пытаясь поудобнее устроиться на диване. - Не думаю, что моя поза во сне одобрена олимпийским комитетом. - Да уж. И ни одна из нас вчера толком не расслабилась перед сном, - согласилась Лорен. - Сегодня нам понадобится усиленная йога. Много. Очень. Много. Растяжки. Джесс скорчила гримасу, будто сама идея была ей противна. - Жаль, что мы не можем просто взять выходной. Хотя мы вроде как пытались вчера, верно? - Пытались. Но не думаю, что преуспели, потому что после нашего «выходного» мои мышцы ноют сильнее, чем после реальных тренировок. Но еще я думаю, что мы нащупали начало очень важных прорывов, и я не хочу терять темп. Глаза Джесс приоткрылись - вспышка лазури под густыми ресницами. - Мое тело хочет поспорить, но остальная я - нет. Вчера ты была просто откровением. Даже когда на тебе еще была одежда. Лорен улыбнулась ей: - Спасибо. Ты тоже была весьма недурна. Джесс снова закрыла глаза с довольной ухмылкой. - Может, задержимся в этом моменте еще ненадолго? - Прости, чемпион. - Лорен поцеловала ее в губы и начала перелезать через нее. Но как только она оказалась сверху, Джесс мгновенно среагировала. Приподняв бедра, она лишила Лорен равновесия и заставила ее прижаться к своему животу. - Эй, полегче, - предупредила Лорен, но голос звучал совсем не строго. - Ты знала, что ты красавица? - спросила Джесс, как будто это был естественный поворот в разговоре. - Я знаю, что ты так на меня смотришь. Джесс провела руками по бокам Лорен. - Может, я могу сделать нечто большее, чем просто смотреть? - Можешь. - Лорен перекинула ногу и выскользнула из ее досягаемости. - Ты можешь пойти за мной в раздевалку и принять душ в своей кабинке, пока я буду принимать в своей. Джесс рассмеялась ей вдогонку, пока Лорен быстро шла по коридору: - А мы можем договориться о паре деталей? Она не ответила. Она знала, как это бесполезно, и это ей даже нравилось. На самом деле предвкушение, пульсирующее в венах, было столь же великолепным, как и теплая вода, которая вскоре хлынула на ее плечи. Она уже успела намочить волосы и хорошенько намылиться, когда Джесс скользнула за занавеску следом за ней. - Значит, фраза «своя кабинка» была одной из тех деталей, о которых ты хотела договориться? - Видишь? - игриво спросила Джесс. - Ты блестяще анализируешь ситуацию и предугадываешь мой следующий шаг. Именно это сделало тебя великой фехтовальщицей и, если позволь сказать, совершенно потрясающей любовницей. - Хмм. - Лорен закрыла глаза и откинула голову под струю теплой воды. - Я бы сказала, что лесть тебе не поможет, но раз уж она помогла тебе оказаться со мной в душе, пожалуй, поберегу дыхание. - Побережешь его для более… насущных дел? - Джесс обвила ее талию рукой и начала покрывать поцелуями ее шею. Лорен встретила ее губы на взлете. Она могла бы поспорить. По крайней мере, она так себе говорила, но сама себе не верила. Да и какой смысл? Даже если бы она оказала достойное сопротивление, Джесс бы победила. Это было в ее натуре, и Лорен не раз становилась бенефициаром этой черты. У нее было множество причин отступить, но причина, по которой она осталась, была самой простой. Она этого хотела. Джесс прервала поцелуй и отстранилась ровно настолько, чтобы вода скопилась между ними. - Хочешь, я помою тебе спину? - Звучит божественно. - Она повернулась в ее объятиях. Джесс целовала ее плечи, убирая мокрые волосы, чтобы провести языком по затылку. - Ты собиралась мыть мне спину ртом? - Возможно, - прошептала Джесс, но всё же взяла гель для душа, вспенила его в ладонях и начала растирать вдоль позвоночника. Затем она перешла к зажатым мышцам, заставляя их покориться, массируя от центра к самым бокам. Ее руки были изумительны - сильные и умелые. Лорен это уже не удивляло, но она всё еще не привыкла к этому ощущению. Джесс находила каждый узел и развязывала его, прежде чем отправиться на поиски следующего. Лорен была готова стоять так вечно, неважно, сколько времени пройдет, и кто их найдет. Но Джесс никогда не была из тех, кто просто принимает сон, не пытаясь дотянуться до большего - и на этот раз ее руки скользнули вперед, накрывая грудь Лорен. Лорен прикусила губу, когда большой палец коснулся соска, дразня и лаская. Джесс приняла отсутствие протеста за поощрение. Она была слишком умна, чтобы дать благоразумию Лорен хоть шанс на реванш, и, продолжая ласкать ее грудь одной рукой, вторую спустила ниже. Ее опытные пальцы скользнули сквозь мокрые завитки в еще более влажные складки. Лорен вздохнула и откинулась на сильное тело, окружавшее ее, пока Джесс начинала медленно и нежно. Она не думала, что способна снова откликнуться, но Джесс не просто знала, что это произойдет - она понимала, как вытянуть из нее всё до капли этими восхитительными, расчетливыми движениями. Лорен позволила голове отяжелеть и уронила ее на плечо Джесс. Джесс целовала ее шею, щеку, ухо, шепча самые сексуальные слова низким, интимным тоном. - Боже, ты такая невероятная в моих руках. Мне нравится, какая ты мягкая снаружи и какая напряженная под моими пальцами. - Это должно быть невозможно, - прошептала Лорен, закрывая глаза и снова сдаваясь ощущениям. - Что? - Всё это, - выдохнула она прежде, чем слова перешли в стон: Джесс усилила давление, очерчивая круги вокруг ее желания. Она не понимала, как у нее это получается. И дело было не только в утреннем сексе в душе на работе, хотя и этого хватило бы, чтобы голова пошла кругом в любой другой день. Ей не должно было быть так легко расслабиться в чьих-то руках. Не должно быть так легко забыть всё их прошлое или груз конфликтов, заложенных в их скором будущем. Не должно быть легко позволять воде смывать все страхи и неуверенность, которые она носила в себе так долго. Но когда ее тело снова начало восхождение к пику, она поняла: это не просто вода смывает тревогу. Это Джесс. Всё Джесс. Лорен качнула бедрами вперед, полностью сливаясь с Джесс, скользкая кожа между ними двигалась плавно и горячо. Джесс прибавила темп, ее собственное возбуждение выдавали твердые соски, прижатые к спине Лорен, и толчки бедер. Они обе были слишком мокрыми для трения, но руки Джесс ни разу не промахнулись мимо цели, даже когда движения стали хаотичными, а сознание Лорен начало угасать. Оргазм вспыхнул мгновенно, выйдя из-под контроля и прошив всё тело. Она прикусила губу, чтобы не закричать, но острая боль не смогла сдержать стон. Наконец, великолепное тело Джесс приняло эту короткую судорогу, удерживая ее на ногах во время судорог оргазма. Когда она пришла в себя и звон в самых чувствительных нервах сменился низким гулом, Джесс осторожно развернула ее лицом к себе. Она нежно целовала ее подбородок, щеку, губы, висок и низким, томным голосом произнесла: - С добрым утром. *** - Вот видишь, именно поэтому я никогда не смогла бы стать элитной спортсменкой, - сказала Кристи, катясь спиной вперед кругами, пока Джесс не спеша нарезала круги по пустому катку. - То есть, я хорошо играю в хоккей. Раньше играла очень хорошо. Одно время даже метила в национальную сборную, но эта штука… она сжирает твою жизнь целиком. - Ну, я тоже не сказать чтобы славлюсь подходом «только работа и никаких развлечений». - Джесс усмехнулась, вспомнив недавние события. - Но мы сейчас на финишной прямой, к тому же у нас с Лорен за последние несколько дней случилось несколько прорывов. - Я так и поняла, учитывая, что от нее ни слуху ни духу с тех пор, как вы начали устраивать ваши ночевки. - Она хитро улыбнулась. - Что я, кстати, одобряю. Но должна признать, я удивлена, что она выпустила тебя из виду сегодня днем. У меня было чувство, что вы заперлись в клубе на несколько дней. - Что ж, ты права. Мы работали без остановки. Она бы не обрадовалась, узнай, что я здесь, поэтому я просто сказала ей, что мне нужно потренировать ноги. Кристи рассмеялась и сделала ленивый круг - ну, он выглядел ленивым, но Джесс заметила, что та покрыла большее расстояние, чем она сама при средних усилиях. - К тому же сделка есть сделка. Честно говоря, то, как мы пашем в последнее время, так же рискованно, как и мои заезды здесь. - Она вспомнила панические нотки в голосе Хейли по телефону. - Один из лучших фехтовальщиков мира только что сломал ногу в обычном поединке. Мне безумно жаль его, но сейчас все чем-то рискуют. Я не могу жить в пузыре. Кристи кивнула: - Ты зарабатываешь на жизнь тем, что тыкаешь в людей железками. Тебе нельзя слишком бояться риска. - Мне нравится твой ход мыслей. И ты права, я постоянно ставлю свое тело на кон. Я выкладываюсь на сто процентов во всем, что делаю, и именно тогда чувствую себя лучше всего. Я счастлива, когда я давлю и когда давят на меня. Именно поэтому последние несколько дней были такими потрясающими. Я снова чувствую себя ребенком. Я просто комок надежды и энергии. - Забавно, что сейчас ты работаешь больше, чем когда-либо с момента возвращения в город, и давление на тебя колоссальное, но ты кажешься менее мрачной, чем когда-либо. Джесс не могла не согласиться, хотя никогда не считала себя мрачной. Она чувствовала себя сильнее - и ментально, и физически - чем за многие годы. Они с Лорен проработали миллион сценариев и стратегий в зале. Она проводила часы, оттачивая новый, более тонкий подход, который ощущался более естественным, чем любой другой в ее жизни. У нее никогда не было такого ментального единения ни с одним тренером или партнером за всю карьеру, а ей было с кем сравнивать. Но когда дело доходило до их личных отношений - сравнения были бессмысленны. Была только Лорен. Иногда ей было трудно вспомнить, что в ее жизни, в ее объятиях, в ее постели когда-то был кто-то другой. Несмотря на все первоначальные мучения, когда плотина между ними рухнула, всё стремительно встало на свои места. Впервые она чувствовала, что находится именно там, где должна быть, во всех сферах жизни одновременно. Радость внутри нее перелилась через край. - Погоняем наперегонки? Кристи рассмеялась: - Не думаю, что это хорошая идея. - Боишься, что я переусердствую и получу травму? - Нет, боюсь, что я переусердствую и задену твою гордость. - Справедливо. Но, понимаешь, у меня сейчас столько энергии, что хочется сделать что-то масштабное. В глазах Кристи заплясали искорки. - Например? Выиграть Олимпиаду через пару дней? - Туше. - Джесс понимала, что ведет себя глупо и театрально. - Я просто так заведена, что меня буквально распирает. Я хочу ехать прямо сейчас, но я также хочу тренироваться вот так вечно, и я хочу, чтобы Лорен… - Она осеклась, не договорив то, от чего обещала отказаться. - Чтобы Лорен что? Она покачала головой: - Не знаю. Я хочу, чтобы она была так же счастлива, как я сейчас. Что, если я сделаю для нее что-то приятное? - Не хочу звучать грубо, но мне кажется, ты и так делала для нее довольно приятные вещи в последнее время. Лицо Джесс потеплело. - Ну да, я надеюсь на это. Но в этом плане у нас скорее паритет. А она пашет на меня как проклятая в других областях. Мне хочется сделать что-то, что перевесит чашу весов в мою пользу. Кристи начала медленно замедляться, обдумывая услышанное. - Окей. - Окей? - Я только «за», если ты сделаешь что-то крутое для моей лучшей подруги. Она всегда о всех заботится и редко берет что-то для себя. - Она всегда была такой, - согласилась Джесс, - но с возрастом это только усилилось. Кристи кивнула с серьезностью, которой Джесс от нее еще не видела. - И я хочу помочь. Но сейчас мне придется включить режим «защитника», что, поверь, неловко для нас обеих. Эти «весы», которые ты хочешь склонить в свою пользу? Я не уверена, что именно ты вкладываешь в это в долгосрочной перспективе. Это был вопрос на миллион долларов - ответ, который мгновением ранее замер у нее на губах. Она согласилась, что сможет обойтись без этого, и она смогла бы, если бы пришлось. Но жить без чего-то и жить, не желая этого, - вещи разные. - Я бы очень хотела, чтобы она поехала на Олимпиаду со мной. Но даже если нет, я хочу, чтобы она осталась со мной после моего возвращения. Ну, типа, навсегда. - Осталась с тобой навсегда как кто? Как твой тренер или как твоя девушка? - Хм, мне кажется, правильный ответ - и то, и другое. Такой вариант возможен? Кристи пожала плечами: - Не меня спрашивай. Я не знаю правил в вашей тусовке. - Я изучала официальные правила после того, как она упомянула вопросы этики, но не нашла ничего, что касалось бы нас напрямую, - сказала Джесс, не понимая, радоваться ей или злиться, что вообще приходится ставить под вопрос свое право на взаимность. - Всё, что там написано, касается отношений тренеров с молодежью или студентами. Или если отношения начались до того, как спортсмену исполнилось восемнадцать. Или если у тренера есть власть над финансированием или национальным рейтингом. Я понимаю, почему люди относятся к этому щепетильно, но это не наш случай. - Окей. Значит, отсутствие официальных запретов - это хорошо. Но ты не боишься, что на Лорен будут смотреть свысока? - Не могу сказать, что никто не будет смотреть на нее или на меня свысока. Любая встряска в их «мужском клубе» вызывает такую реакцию. Но если они решат сделать из этого проблему, они будут чертовыми лицемерами. Наши отношения более равноправны на всех уровнях, чем подавляющее большинство их собственных. - Чем больше Джесс говорила, тем больше заводилась и тем быстрее катилась по льду. - Мы встретились как товарищи по команде, а не как тренер и клиент. Мы не вступали в физическую связь до того момента, пока у меня не появилось право нанять и уволить ее по собственному желанию. И я сомневаюсь, что кто-то в этом бизнесе поверит, будто я боюсь уволить тренера, который давит на меня без моего согласия. Кристи рассмеялась: - У меня сложилось впечатление, что ты меняешь тренеров почти так же быстро, как противников. И, честно говоря, Лорен это наверняка пугает. - Лорен другая. - Мы обе это знаем, но я не уверена, что она сама это понимает. - Кристи теперь катилась рядом с ней. - Она всё еще считает себя лишь «пит-стопом» на твоем пути к величию. И не пойми меня неправильно, она расцвела в этой роли. Но она не позволит себе втянуться в какое-то долгосрочное приключение. - Ох, я не знаю, какое такое «долгосрочное приключение» она себе воображает. Я же не собираюсь подаваться в шоу-бизнес или становиться поп-звездой. Большинство фехтовальщиков, которых я знаю, заканчивают в долгах, живя в крошечных студиях над клубами, где они тренируются. Серьезно, сколько имен фехтовальщиков назовет обычный американец? - Ноль. - Вот именно. Так что лучший сценарий: если я крупно выиграю через пару недель (и это всё еще большое «если»), я получу от силы пятнадцать минут сомнительной славы. У меня будет кусок металла и пара месяцев внимания прессы, которые я постараюсь использовать, чтобы выбить пару контрактов, может, крупное спонсорство. - Насколько крупное? - Не настолько, чтобы до конца жизни швыряться деньгами. Реклама кроссовок для фехтования от Nike была бы пределом мечтаний, но даже тогда я бы потратила эти деньги на следующие несколько лет тренировок в надежде повторить всё это через четыре года. - Да уж, умеешь ты зажигать. Джесс хмыкнула: - Вообще-то умею. Но фехтование я люблю больше. К тому же у меня нет никаких других внятных навыков. И у меня столько же шансов прогореть, сколько и добиться успеха. Честно, многие старые фехтовальщики советовали мне валить из этого спорта, пока не поздно. - И почему ты не уходишь? - Может, я не такая умная, как мне кажется. А может, я склонна к вспышкам страсти и мании величия. - Похоже на правду. - Спасибо. - Она улыбнулась, несмотря на подколку. - Но я думаю, я остаюсь по той же причине, по которой Лорен продолжает работать в клубе, который ниже ее уровня. Этот спорт у нас в крови. И нет выхода из него, который не ощущался бы как медленная смерть. - Во-первых, я всегда знала, что у вас, женщин со шпагами, винтиков не хватает. Но ты же понимаешь, что это не единственная причина, по которой Лорен всё еще здесь, верно? Джесс резко затормозила, в груди внезапно стало слишком тесно. - Она рассказала мне о том, что случилось с ее отцом. Я думала об этом, но концы всё равно не сходились. - В каком смысле? - Я понимаю, почему она вернулась в Буффало. Я бы сделала то же самое ради мамы. Но даже в Буффало у нее был выбор. У нее диплом Принстона по экономике. Она могла пойти в любую корпорацию или банк. Но она выбрала фехтование. Она осталась в спорте, которому принадлежит ее сердце и который всегда ее поддерживал. В фехтовании она чувствует себя сильнее и увереннее всего. Разве это не значит, что именно здесь она может начать строить свой путь обратно к величию? - Я думаю, она боится мечтать даже о таком, - быстро ответила Кристи. - Я вообще не уверена, что она позволяет себе мечтать. Но в первой части ты права. Она обожает этот спорт. Она любит клуб и всех этих задротистых детишек, которые там ошиваются. - Эй, я сама была одной из этих детишек. - Ага, и именно так ты и втерлась к ней в доверие. Тебе нужно придерживаться того, что работает. Если ты убедишь ее, что одна из этих твоих «мечтаний» - больше, чем вы обе, тогда, может, что-то и получится. - Кристи вздохнула. - Ее внутренние демоны сильнее, чем у кого-либо, кого я знаю, так что битва будет тяжелой. Джесс кивнула, в голове начали роиться идеи. Но прежде чем хоть одна из них оформилась окончательно, Кристи схватила ее за плечо: - И ты должна говорить это всерьез. - Воу. - Джесс пошатнулась на коньках. - Прости, но это принципиальный момент. Если ты «продаешь» ей мечту, ты должна верить в нее по-настоящему. - Конечно. - Нет, серьезно, - сказала Кристи. - Я понимаю, что ты хороший человек и не хочешь делать ей больно. Но я также вижу, что ты из тех, кто принимает решения на лету. Джесс не стала спорить. - И не пойми меня неправильно: Лорен бы не помешало немного импульсивности, - продолжала Кристи. - Но ты гонялась за ней чуть ли не полжизни. Тебе нужно остановиться и подумать: что будет значить для вас обеих, если ты ее наконец поймаешь? Джесс открыла рот, но сердце застряло в горле. Даже когда она осознала, насколько ее жажда завоевать Лорен подпитывала всю ее карьеру, она всегда боялась только одного - потерять ее. Она ни разу не задумывалась о том, каково это - поймать и, что важнее, удержать Лорен в своей жизни. *** - Ого, тренер Лорен, а я и не знал, что вы знаменитость, - бросил на ходу один из старшеклассников, проходя мимо с двумя красно-бело-синими капкейками в руках. - Да никакая я не знаменитость! - крикнула она ему вслед, заставив рассмеяться одну из местных журналисток. - Может, пока и нет, но после сегодняшнего наплыва прессы ваши акции пойдут в гору, - заметила женщина. - Я и понятия не имела, что в этом старом ангаре работает клуб. - Я часто это слышу. - Возможно, после сегодняшнего дня будете слышать реже. Не ручаюсь за ваши методы тренировок - всё это для меня слишком быстро и сложно, чтобы хоть что-то понять, - но могу сказать точно: вечеринки вы устраиваете отличные. - Спасибо. - Лорен улыбнулась, оглядывая переполненный зал. Пришлось признать - пусть и наедине с собой, - что официальные проводы Джесс на Олимпиаду удались на славу. Мероприятие получилось чем-то средним между прощальной вечеринкой, пресс-туром для местных СМИ и днем открытых дверей. Последние три часа они проводили показательные поединки для новичков, крутили лучшие бои Джесс на большом экране и скормили гостям столько сладкого, что хватило бы на сахарный диабет для целой армии. А гвоздем программы стал шуточный поединок между ней и Джесс, который судил сам Энрико. Лорен заметила его через большое окно в зале «Элиты» - он всё еще был в центре внимания и, поймав ее взгляд, широко улыбнулся. Она не видела его таким оживленным уже много лет и подозревала, что во время их боя он даже накинул ей пару очков «от заведения», просто потому что получал истинное удовольствие от процесса. - Чему это ты улыбаешься? - спросила Кристи, подходя со своим «аквариумом», набитым наличными. Видимо, роль кассира на «ночных боях» ей так приглянулась, что она самоназначилась на ту же должность сегодня и весь вечер курсировала по залу, выбивая пожертвования. - Мне просто очень весело, - ответила Лорен. - Здорово, что все пришли: и мои ребята, и мама, и родители Джесс, и куча незнакомых людей. - Прямо как на «ночных боях», только без этого удушливого запаха тестостерона в воздухе. - О, кстати, - Лорен схватила листок бумаги и ручку со стойки регистрации. - Главный тренер из Рочестера хочет обсудить проведение официальных межклубных соревнований и парочку подпольных поединков. - Что-то вроде секретных матчей-реваншей на трассе I-90? - Кристи состроила самую свирепую мину. - Мы их сделаем. Лорен покачала головой, записывая напоминание и кладя его на компьютер. - Вообще-то, без Джесс они нас размажут. Но это даст нашим фехтовальщикам хороший опыт, и, надеюсь, все почувствуют себя частью большого спорта, а не затворниками. - И ты в том числе, - добавила Кристи. Сердце Лорен сжалось. Она не хотела думать об этом сегодня. Она не хотела думать об этом всю неделю. Она жила как человек, который не знает срока годности своего счастья, хотя, конечно же, никогда об этом не забывала. Джесс уезжала меньше чем через сорок восемь часов. Лорен почти неосознанно перевела взгляд в дальний конец холла, где Джесс сидела за столом, раздавая автографы и фотографируясь с бесконечным потоком детей и родителей. Она была в своей стихии: болтала, позировала, играла на камеру, напрягая бицепсы или корча комично-свирепые гримасы. Ее обожали все, и это не изменится, когда в ближайшие недели круг ее известности расширится. Стоило миру увидеть ее в прайм-тайм, и широкая публика, несомненно, влюбилась бы в нее так же безоговорочно. Вперед вышел отец с маленькой девочкой, которую Лорен знала всего пару месяцев. Пока Джесс подписывала открытку, мужчина откашлялся: - Для Эми было очень важно видеть, как здесь тренируется олимпийка. Я знаю, вы заняты, но… вы не даете частные уроки? Джесс улыбнулась ему: - Вообще-то нет. Не исключаю этого когда-нибудь потом, когда всё утихнет, но сейчас при моем графике и излишней тяге к соперничеству я для этого не подхожу. - Даже по профессиональному тарифу? - настаивал мужчина. Джесс рассмеялась: - Зачем бросать деньги на ветер, если у вас в штате уже есть лучший тренер в этом деле? Серьезно, если вы хотите, чтобы ребенок рос в спорте, не нужно бегать за случайными олимпийцами. Идите к тем, кто готовит олимпийцев. Лицо Лорен вспыхнуло, когда Джесс выразительно взглянула в ее сторону и добавила: - Но подозреваю, что ее расценки поползут вверх, как только пойдет слух, что она тренер олимпийского калибра. Так что я бы на вашем месте поспешила забронировать время. Кристи толкнула Лорен локтем в бок: - Она только что подняла твой доход. - Она мастерски повышает ставки, - покачала головой Лорен. - И должна признать, для клуба это очень полезно. - А что полезно для клуба, то полезно и для тебя, - насела Кристи. - Тебе пора начать думать о будущем, в котором ты этим воспользуешься. Лорен вздохнула. Она знала, что подруга права, но не была уверена, что готова к этому. Джесс дала ей бесконечное количество возможностей, и чаша с деньгами в руках Кристи подтверждала: они на пути к новому этапу развития клуба. Камеры - это только начало того, что она могла бы сделать, будь у нее больше учеников и выше ставки за частные уроки. Она могла бы дать своим ребятам все те шансы, ради которых им сейчас приходится уезжать из Буффало. Она могла бы создать здесь сообщество - для них и для себя. Повысить уровень конкуренции и подарить еще многим людям ту надежду, которую она помогла взрастить в Джесс. Месяц назад всё это привело бы ее в неописуемый восторг. И сейчас она чувствовала прилив сил, но его омрачало осознание: Джесс не будет рядом, чтобы разделить этот успех. - А, вот ты где, Лорен, - окликнул ее отец Джесс, подходя с протянутой рукой. - Или мне называть тебя «тренер Стендиш»? Она улыбнулась и пожала ему руку: - Пожалуйста, просто Лорен. Вы знакомы с моей подругой Кристи? - Мы виделись раньше, - сказал он. - Но если она продолжит так ловко собирать деньги, мне придется нанять ее в наш благотворительный фонд в General Mills. Кристи рассмеялась: - Я не из тех лесбиянок, которые хорошо смотрятся в костюмах, но я обожаю хлопья Lucky Charms, так что мы можем договориться. Он от души расхохотался: - Буду иметь в виду. - О, смотрите, те ребята еще не внесли вклад и уже собираются уходить! - воскликнула Кристи с энтузиазмом акулы, почуявшей кровь, и сорвалась с места. Мистер Кидман проводил ее взглядом. - Она хваткая. У тебя талант окружать себя хорошими людьми. Лорен печально улыбнулась: - Я выучила этот урок на горьком опыте, но рада, что у меня есть тесный круг тех, кому я могу доверять. Он кивнул. - Я знаю, мы еще плохо знакомы, но я ценю то, что ты приняла мою дочь в этот круг. И надеюсь, ты знаешь: если тебе что-нибудь понадобится, ты всегда можешь обратиться к нашей семье. - Спасибо. - У нее немного перехватило горло. - Это много значит. - Пока это просто слова, но, чтобы доказать серьезность своих намерений, скажу: я вхожу в совет благотворительного фонда у себя на работе. Мы всегда ищем общественные организации, достойные грантов на развитие. Думаю, ты могла бы написать очень убедительную заявку на те камеры, на которые вы сейчас собираете деньги. Сердце Лорен забилось чаще. - Вы серьезно? - Абсолютно. Мы любим проекты, которые работают на имидж Буффало, и с особой теплотой относимся к заявкам, связанным с молодежью. Плюс, я могу лично подтвердить, как положительно детское фехтование повлияло на жизнь нашей семьи. У нее голова пошла кругом от осознания того, что такая поддержка от одного из крупнейших работодателей города может дать клубу. - И вы правда это сделаете? Не просто потому, что я… ну, работаю с Джесс? Он улыбнулся: - Вовсе нет. Я сказал бы то же самое, заговори мы до ее возвращения в город. Я помню, каково это - быть одним из тех родителей, что сидят в тесном холле, молясь, чтобы у ребенка всё было в порядке, и гадая, предстоит ли им радостная дорога домой или придется вытирать слезы. Лорен улыбнулась, представив, как он нервно заламывает руки, пока его маленькая рыжая дочка разделывает соперников. - Не думаю, что вам часто приходилось вытирать слезы, пока Джесс взлетала по карьерной лестнице. Он поморщился: - Ты удивишься. Она плакала больше после незаслуженной победы, чем после честного проигрыша. - Он медленно покачал головой. - Победа никогда не значила для Джесс столько, сколько возможность найти хоть какой-то покой в этом хаосе. - Она не из тех, кто легко обретает покой. Он посмотрел на нее, и выражение его лица стало более задумчивым. - Нет, не легко. И всё же за последнюю неделю она успокоилась. Я ожидал, что перед самым отъездом она будет на взводе, но она сейчас в большем мире с собой, чем я видел ее с тех пор как… ну, честно говоря, с самого детства. Я подумал, может, это ты нашла ту самую магическую формулу. Щеки Лорен вспыхнули от воспоминаний о «магической формуле», которую они с Джесс практиковали последние несколько дней. Она не могла приписать себе все заслуги - в этих отношениях Джесс чаще была у руля. - Не думаю, что это моя заслуга. Я не делала ничего особенного. Наверное, она просто такая и есть. Он похлопал ее по плечу. - Не хотел смущать тебя или отнимать время. Пойду, но не принижай себя. У нее было много тренеров и много друзей за эти годы, но никто из них не влиял на нее так, как ты. Так что, может, тебе и не нужно делать ничего «особенного», кроме как просто быть собой. От этого замечания и той теплоты, с которой оно было сказано, сердце Лорен екнуло. Джесс была гораздо больше, чем ее статистика побед и поражений. Сильная, целеустремленная, верная тому, что знала в глубине души. Джесс не успокоится, пока не обретет гармонию с собой, и она понимала, что для этого нужно, лучше любого человека, которого Лорен когда-либо встречала. Она снова взглянула через комнату и увидела улыбку Джесс - широкую, искреннюю и обращенную только к ней. По затылку пробежал холодок, а в груди разлилось что-то мощное. Ей пришлось заставить себя отвернуться, иначе у нее не осталось бы выбора, кроме как дать этому чувству имя. *** - Спасибо тебе огромное за сегодняшний день, - сказала Джесс, перехватывая руку Лорен и увлекая ее на диван рядом с собой, едва за последним гостем закрылась дверь. Лорен уже сняла куртку и нагрудник, оставшись в соблазнительно облегающей белой рубашке поверх фехтовальных бриджей - элегантный и слегка растрепанный вид. - Это не только моя заслуга. Многие помогали с едой, ребята распространили информацию. Твои родители взяли на себя приглашения, а Кристи вытрясла из гостей все кошельки. - Да, и я их всех поблагодарила. Но им нечего было бы поддерживать, если бы ты не собрала всех вместе. - Вообще-то, это была твоя идея. Я бы просто позволила младшей группе посмотреть нашу тренировку, а ты превратила это в событие. - А ты превратила это событие в успех. - Джесс быстро поцеловала ее, не давая спорить. - Мы дополнили видение друг друга. У нас это хорошо получается. Мы отличная команда - и не только в постели, на диванах или в душе. Мы настоящая команда. Лорен прижалась своим лбом к лбу Джесс, замерла так на мгновение с закрытыми глазами, а затем отстранилась с легкой улыбкой, разгладившей ее прекрасные черты. - Ладно. - «Ладно»? - осторожно переспросила Джесс. - Ладно. Я начинаю тебе верить… самую малость. - «Самая малость» - это уже начало. - Джесс рассмеялась, неожиданная волна радости поднялась в ней. - Буду довольствоваться тем, что дают. - На этой неделе тебе досталось очень много меня. - Слишком много? Улыбка Лорен стала шире: - Нет. У тебя потрясающий талант подходить к самой черте и подталкивать ее вперед, не переступая. - Не возражаешь, если я сделаю это снова? Лорен покачала головой, схватила Джесс за шиворот и откинулась назад, увлекая ее за собой на диван. Довольный вздох сорвался с губ Джесс, когда она навалилась всем телом на женщину, которая так долго не давалась ей в руки. - Весь день мечтала это сделать. - Какое совпадение. Я тоже думала об этом несколько раз, когда не следовало. Джесс поцеловала ее - медленно, с той уверенностью, что дает зарождающаяся близость. - Например, когда? - Например, когда мы фехтовали на показательном бою. - О, я тоже, - прошептала Джесс. - Особенно когда ты достала меня в грудь тем красивым рипостом. Так сексуально. - Обожаю то, как тебя заводит правильная техника, - прошептала Лорен, прикусывая мочку уха Джесс. Та вздрогнула. - Меня заводит всё, что ты делаешь. Они снова поцеловались, на этот раз глубже, сплетаясь языками, пока их тела сливались в одно целое. Лорен просунула колено между ног Джесс, дразня обещанием той близости, к которой они стремились. Джесс прижалась бедрами к этой точке опоры, мысленно проклиная количество одежды, которого требовал их вид спорта. В этой позе раздеться красиво было невозможно, и как бы ей ни хотелось убрать все преграды, она не могла заставить себя отстраниться. Она бы вообще не двигалась, если бы могла остаться вот так - прижатой к Лорен, запутанной в ней навечно. В голове зазвонил предупреждающий колокольчик. Нет, не в голове - в кармане. Телефон. Ей потребовалось слишком много времени, чтобы осознать этот резкий звук. Для человека, гордящегося быстротой реакции, это должно было показаться тревожным. - Тебе нужно ответить, - сказала Лорен, проводя языком по шее Джесс и посылая ей максимально противоречивый сигнал. - Он в штанах. Я не дотянусь. - Тогда вставай, и заодно снимай штаны. Это звучало как отличный план по совмещению дел, но Джесс всё равно издала сдавленный стон, скатываясь с Лорен и поднимаясь на ноги. Одной рукой она лезла в карман, другой сбрасывала подтяжки, а затем взглянула на экран. Видимо, на ее лице отразилось нечто такое, что привело бы в восторг любого противника по покеру, потому что Лорен тоже села. - О-оу. Кто это? - Ансель, - прорычала она. - Отвечай. Ты улетаешь на Олимпиаду через два дня. Джесс кивнула и приняла вызов, даже не пытаясь скрыть раздражение. - Что тебе нужно? - И тебе привет, - ровно ответил Ансель. - Я достал твоему тренеру пропуск на арену. - О. - Ее плечи опустились. - «О»? Серьезно, это всё, что ты можешь сказать? Ты понятия не имеешь, какие связи мне пришлось поднять, чтобы провернуть это в такой короткий срок. - Спасибо? - Пожалуйста. Не скажу, что мне это далось легко. Я по-прежнему считаю ошибкой бросать ее на растерзание львам, но это твое дело, по крайней мере в личном зачете. В командном - ты работаешь со мной. - Да. Ладно. Справедливо. - В этом вообще нет ничего справедливого, Джесс. - Голос Анселя звучал скорее усталым и обиженным, чем злым. - Ни по отношению к тебе, ни к сборной, ни к ней. Кстати, я навел справки. У нее блестящий послужной список. Уверен, если бы мы прогнали ее через программу подготовки, из нее со временем вышел бы толковый тренер, но сейчас она прыгает выше головы. - Это мое решение. - И ты, как обычно, принимаешь эгоистичное решение. Ты рискуешь карьерами всех нас, когда у тебя за спиной нет настоящего защитника, - отрезал он, но тут же взял себя в руки, возвращаясь к профессиональному тону сквозь стиснутые зубы. - Когда она вылетает? Челюсть Джесс напряглась - и от его обвинений, и от самого вопроса. - Я еще не знаю. - Что значит - не знаешь? - Голос Анселя сорвался на визг. - Я узнала о пропуске десять секунд назад. - Пропуск на арену, а не в тренировочный центр! В центр у нее доступ был всегда. У нее что, до сих пор не куплен билет? Джесс ощетинилась: - Тебе-то какое дело? - Такое, что я главный тренер сборной. Я давал тебе полную свободу, но ты сказала, что у тебя всё схвачено, а теперь ведешь себя как… - Как ни в чем не бывало, - перебила Джесс, скорее от собственной паники, чем от злости. - У меня всё под контролем. Он шумно и раздраженно выдохнул прямо в трубку. - Билет Орена еще не переоформлен. Его запасной застрял в Лос-Анджелесе. Если нужен билет из Нью-Йорка, пусть твой тренер позвонит мне сегодня вечером, попробуем внести ее данные в систему. - Мы обсудим это. - Джесс взглянула на Лорен, чьи глаза были полны вопросов. - Вам еще нужно будет состыковать рейс из Буффало. - Я сказала: у меня всё под контролем. - По голосу не скажешь. - Я кладу трубку. - Пусть эта женщина мне позвонит, Джесс. Она нажала «отбой» и уставилась на телефон, словно проверяя, действительно ли он подчинился команде. - Эй, - тихо позвала Лорен, - всё в порядке? Джесс кивнула, не зная, с чего начать. Лорен похлопала по подушке рядом с собой. Джесс села, уперев локти в колени и обхватив голову руками. - Ладно. Это был Ансель. Лорен положила руку ей на спину. - Кто-то еще травмировался? - Нет-нет, - быстро ответила она, - всё нормально. Даже отлично. Но я боюсь, ты разозлишься, когда услышишь, что он сказал. А я не хочу, чтобы ты злилась, потому что ты здесь главная и я тебя уважаю… но помнишь, ты говорила, что я подталкиваю черту? - Что ты натворила? - Дело не в том, что я сделала, а в том, чего я не сделала. - Желудок сжало от жуткой смеси надежды и ужаса. Она отчаянно хотела, чтобы Лорен ее выслушала, но понимала: если надавить слишком сильно, она может потерять не просто тренера, а гораздо больше. От этой мысли ее подташнивало. - И чего же ты не сделала? - Я не позвонила Анселю и не попросила его тренировать меня в личном зачете. - Так, - медленно произнесла Лорен, - значит, он позвонил сам предложить? - Нет. - Джесс попыталась сглотнуть, но в горле стоял ком. - Он позвонил сказать, что выбил пропуск на арену для тебя. - Для меня? - Лорен нахмурилась. - О господи, Джесс, что ты ему наговорила? - Я ничего ему не говорила. Он звучал так самодовольно и снисходительно… Ты же слышала. Я ничего не обещала, но и не сказала, что ты не приедешь. - Ты же знаешь, я не могу. - Нет. - Джесс вскочила. - Я знаю, что ты не хочешь, и я пытаюсь это уважать. Но это чертовски трудно, потому что я считаю, что ты должна. Вот, я это сказала. Я считаю, что ты можешь и должна поехать со мной. - Джесс. - Лорен потянулась к ней, но та отступила. - Ансель ждет твоего звонка насчет билета. Ты можешь вылететь со мной послезавтра. Да, времени в обрез, но Энрико присмотрит за клубом. Да черт возьми, отмени занятия! Три недели на Олимпиаде дадут этому месту больше, чем три недели детского лагеря для малышей. Мы могли бы обеспечить будущее этому клубу вместе. Лорен сидела неподвижно. Тихая, задумчивая, она молчала так долго, что Джесс не выдержала напряжения. - Боже, ты правда на меня злишься? - Нет, - тихо ответила она. - Просто голова кругом. - Прости. - Джесс рухнула обратно на старый диван. - Нет, это ты прости. Я не была готова. Ни к чему из того, что произошло за последние два месяца. - Голос Лорен дрогнул. - У меня нет точки опоры. Я поддалась твоему напору, твоим идеям, твоим глазам, твоему телу… всему, кроме твоего будущего. Я всегда знала, что мне нет места в твоем будущем. Джесс стиснула зубы от пронзившей ее боли. - Я хочу, чтобы ты там была. - Я пытаюсь это осознать. Ты видишь, как сильно я стараюсь ради тебя? - Вижу, - кивнула Джесс. - Но не понимаю, почему это так сложно. Это всего лишь пара недель пропущенных занятий. - В том-то и дело, что нет. - Лорен коснулась ее щеки. - Я сейчас честна с тобой, и ты будь честной со мной. Речь не о трехнедельном отпуске. Ты предлагаешь поставить на карту всю свою карьеру ради меня и какого-то туманного будущего, которое ты сама едва ли понимаешь. - Это не риск. - Риск, - отрезала Лорен. - И то, что ты притворяешься, будто это не так, не отменяет факта: есть люди, которые справятся с ролью твоего защитника на турнире гораздо лучше. Ты не можешь делать вид, что раз мне дали пропуск, меня там будут ждать с распростертыми объятиями. Джесс отвела взгляд, но Лорен взяла ее за подбородок, заставляя смотреть в глаза. - Ансель ведь именно это тебе сказал? Джесс пожала плечами: - Он козел. Я не собираюсь его слушать. - Тогда послушай меня. Ты всю жизнь готовилась к этой Олимпиаде. Это твой мир, ты заслужила это место потом и кровью. Тебе там самое место. А мне - нет. - Ты ошибаешься! - На этот раз Джесс вырвалась. - Ты тоже должна там быть. Ты слишком хороша для этого клуба. Но если этот клуб - твоя мечта, ты могла бы добиться гораздо большего. - Мне ничего не нужно… - Хватит! - крикнула Джесс. - Хватит говорить о том, чего тебе достаточно, чтобы просто сводить концы с концами. Ты заслуживаешь большего, чем прожиточный минимум. Ты заслуживаешь величия. Страсти. Мечты. Ты не заслуживаешь того, чтобы гнить в темном ангаре, вечно ожидая, что вот-вот случится беда. Лорен вздрогнула, затем сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. - Я знаю, что ты хочешь как лучше. И я понимаю, что сейчас у тебя зашкаливают эмоции. От этого спокойного, взвешенного тона, от этой почти материнской интонации, которую Лорен использовала много лет назад, по венам Джесс словно потекла ледяная вода. - Но ты даже не понимаешь, о чем просишь. - Лорен всё глубже уходила в эту роль «старшей и мудрой». - Ты видишь только следующий вызов, очередное приключение, новую грандиозную идею. И я обожаю это в тебе. - Только не начинай это снова, - взмолилась Джесс. - Что именно? - Не сюсюкай со мной, будто мне тринадцать, а ты такая взрослая и мудрая, что видишь будущее, которое мне недоступно. - Я думаю, мы видим разное будущее. Ты видишь только возможности, и благодаря тебе я тоже начала их замечать. Но я вижу и пропасти. Вижу, как я могу потянуть тебя назад или подвести. Я смотрю дальше ближайших недель и месяцев. Дальше лет. Внутри Джесс что-то оборвалось. - Нет. Ты видишь только то, чего боишься. Видишь, как тебя бросают. Видишь, как я могу тебя разочаровать. Но ты в упор не хочешь замечать, что у меня есть выдержка, в которой ты мне всегда отказывала. - Я ценю твою выдержку. Я вижу, что тебя ждет… - Знаю, знаю, «ты рождена для величия». Я слышала эту речь, я знаю, чем она заканчивается в твоем мире. Но ты ошиблась в первый раз и ошибаешься сейчас. Открой глаза! - Я не ошиблась. - Кроткое, уверенное выражение лица Лорен вызывало у Джесс желание встряхнуть ее. - Ты добилась всего, что я предсказывала. - Но! - в Джесс закипала праведная ярость. - Ты сказала, что к тому времени, когда я стану достаточно взрослой, чтобы встречаться с тобой, я этого уже не захочу. Ты сказала, что я уйду к кому-то получше. Сказала, что я брошу тебя. Но я клялась, что не брошу. Ты ошиблась, а я сдержала обещание. Сегодня я уверена в этом сильнее, чем когда-либо. Когда ты наконец признаешь это за мной? Глаза Лорен наполнились слезами, она часто заморгала, но слова, казалось, иссякли. Джесс бросилась в эту пустоту. - Я люблю тебя, Лорен. И не говори, что я не могу или не умею, потому что я люблю, и буду любить. Ты думаешь, я не способна видеть наше будущее, но я вижу его ясно с того самого дня, как впервые тебя встретила. Каждый мой шаг с тех пор был посвящен этой мечте. Что это, если не верность? Я влюбилась в тебя, когда мне было тринадцать. - Ты не была влюблена, - обрела голос Лорен. - Я там была. Я знаю, что я чувствовала! - Ты была ребенком, который увлекся восемнадцатилетней девушкой. Но я больше не та девушка. У нее были великие мечты и грандиозные планы. У нее был оптимизм, от воспоминаний о котором у меня болит сердце, и вера, от которой дрожат руки. Она понятия не имела, как жизнь может выбить почву из-под ног. Она не знала страха и не знала, как бывает больно. Я никогда не стану ею снова. Почему ты не видишь, что я так и не стала той женщиной, которой собиралась стать? Всё это было лишь иллюзией. - Ты стала потрясающей, умной, сильной женщиной! И если бы ты только… - «Если бы», «если бы»… ты снова говоришь о потенциале. - Она покачала головой. - Ты влюбилась в мой потенциал, но я его не оправдала. - Это неправда! И ты не имеешь права говорить мне, кого я люблю. Я всегда знала, кто ты. Всегда знала, что ты для меня значишь. - Нет, ты всегда видела меня через фильтр своей первой влюбленности. С тех пор как ты вернулась, ты смотришь на меня так же, и… - голос ее сорвался, - и это разбивает мне сердце. Боже, Джесс, ты разбиваешь мне сердце. - Почему моя любовь причиняет тебе боль? - Потому что ты смотришь на меня как на героя, хотя знаешь, что я самая обычная. - Она ссутулилась, опустив голову и обхватив себя руками за талию. - Я всё жду момента, когда ты заметишь, что я не особенная. Часть меня готовилась к этому моменту с тех пор, как тебе исполнилось тринадцать. - Ну, так мне больше не тринадцать! Сколько мне еще ждать, прежде чем ты поверишь тому, что я вижу в тебе сейчас? Лорен снова покачала головой - медленно, словно это требовало последних сил. - Столько всего изменилось, и столько осталось прежним. У тебя впереди целая жизнь, Джесс. Джесс опустилась перед ней на колени и взяла ее за руки. - Я хочу прожить эту жизнь с тобой. Хочу, чтобы мы делали каждый шаг вместе. Я не отказываюсь от своих мечтаний и не прошу тебя бросать свои. Я прошу идти к ним вдвоем. Я прошу тебя поверить в меня как в партнера так же сильно, как ты веришь в меня как в фехтовальщицу. - В тебя я верю. Я не верю в себя. - Лорен снова судорожно вздохнула. - И мне жаль больше, чем ты можешь представить, что я не могу быть тем человеком, который тебе нужен. Это разрывает меня на части, но я не могу поехать с тобой. Сердце Джесс словно смяли, как листок бумаги. Она осела на пол. - Пожалуйста, прости меня, - прошептала Лорен. Джесс сглотнула чувства, которые царапали горло, как лезвия. - Ты не виновата. - Это целиком и полностью моя вина. - Нет. - Джесс подалась вперед и поцеловала ее в макушку, вдыхая запах ее шампуня и пытаясь сдержать собственную боль перед лицом чужого страдания. - Я не смогла любить за двоих. Лорен взяла ее лицо в ладони. - Послушай меня. Ты и не должна. Ты заслуживаешь кого-то, кто любит так же яростно и свободно, как ты. Того, кто примет любой вызов и разделит любое приключение. Я до конца жизни буду сокрушаться о том, что я не этот человек. Джесс стиснула зубы и отстранилась. Это был конец, с которым она боролась большую часть своей жизни. Лорен заботилась о ней настолько, что отдала ей часть своего сердца, чтобы она разбила его, а потом собрала заново.