Thrust

Лорен игнорировала далекое жужжание телефона, пытаясь выпроводить из холла стайку малышей с неподъемными сумками для снаряжения. - Тренер Лорен, вам звонят! - крикнул один из мальчишек, запрыгивая на стол администратора. - Слезай, Колтен, - скомандовала она, придерживая дверь для остальных. - Где твой папа? - Он на гольфе. Хотите, я отвечу? - Нет. Забирай вещи. Школьные каникулы начались всего пару недель назад, а дети уже начали дичать. Обычно Лорен обожала это время расслабленных летних графиков и безудержную энергию, которую ученики приносили с собой в зал. Но сегодня - как и каждый вечер последней недели - у нее просто не было сил бороться с этим хаосом, чтобы хоть как-то минимизировать ущерб, который дети способны нанести друг другу острыми предметами. К восьми вечера она мечтала только об одном: оказаться дома, выпить две таблетки адвила и тихо поплакать в подушку. - Ну ладно, - Колтен спрыгнул на пол. - Просто я подумал, что стоит ответить, раз звонят из Японии. Она замерла. Затем быстро огляделась и, заметив Энрико в окне зала для элиты, крикнула: - Так, все, за кем еще не приехали родители, - живо к тренеру Энрико! Дети уставились на нее так, будто она приказала им прыгнуть с обрыва. - Бегом, прямо сейчас! Должно быть, они почувствовали панику в ее голосе: толпа сорвалась с места и помчалась к человеку, которого большинство из них до смерти боялось. Лорен бросилась к телефону. - Алло? - Здравствуйте. Простите, что беспокою, я не знаю, который сейчас час в Буффало... Это Лорен Стэндиш? Сердце Лорен ухнуло куда-то в область желудка. Это была не Джесс. Она и не подозревала, как отчаянно жаждала услышать ее голос, пока не поверила в это на долю секунды - и тут же лишилась этой надежды. - Алло? Лорен Стэндиш? - повторил голос. - Могу я узнать, кто спрашивает? - Это Хейли Айверс. Пульс снова подскочил до предела. - Что случилось? Это Джесс? Она ранена? Она... - голос сорвался. - Нет! Боже, нет. С ней все в порядке. То есть... не совсем в порядке, но она не травмирована, извините. Мне стоило начать с этого, - в голосе Хейли прозвучало легкое любопытство. - Нет, это вы простите. Это я... Пожалуйста, продолжайте. - Я даже не знаю, что еще сказать, - призналась Хейли, и в ее тоне проскользнула растерянность. - Сама не верю, что звоню вам. Если она выбьет меня в медальном зачете, я буду ненавидеть себя до конца дней. Но она моя лучшая подруга, и она идет ко дну. Лорен пересекла комнату и бессильно опустилась на диван. - Я не знаю, что на это ответить. - Да я тоже. Я уже толкнула ей речь - как мне казалось, неплохую. Но между этим Анселем, графиком и давлением... она просто раздавлена. Она потерялась во всем этом хаосе. Я знаю, что вы не относитесь к ней так же, как она к вам, но мне просто нужно знать: она вам вообще хоть немного дорога? - Да, - выдавила Лорен севшим голосом. - Ну, так сделайте же что-нибудь! Лорен покачала головой: - Даже если я успею прилететь к ее личным поединкам, не уверена, что в такой обстановке от меня будет хоть какой-то толк. - Я в чем-то согласна, но я также вижу, что без вас здесь от нее нет никакого толка, - грустно ответила Хейли и добавила: - Наверное, зря я позвонила. Но я подумала, что вы имеете право знать. - Нет. - Лорен с трудом справлялась с болью, которая снова сжала ее сердце. - Нет. Мне нужно было это знать. Спасибо. Она отключилась и обхватила голову руками. Мимо проходили люди, вокруг шептались, открывались и закрывались двери, но она не шевелилась, пока не почувствовала руку на своем плече. Она подняла глаза. Перед ней стоял Энрико. - Тебе нужно ехать, так? Она кивнула. - Но как? Я не могу просто сорваться и запрыгнуть в самолет. Церемония открытия через несколько часов. Даже если я найду билет, лететь дольше. - Соревнования саблисток начнутся только на второй день. - Энрико подошел к столу, сел за компьютер и начал быстро печатать. - Что ты делаешь? - Посмотрим, что тут можно найти. Она поднялась на ватных ногах и встала за его спиной. Лорен заморгала, прогоняя слезы, чтобы сосредоточиться на экране, и увидела, что он ищет авиабилеты. - Я и не знала, что ты умеешь покупать вещи в интернете. Он фыркнул: - Ты же знаешь, я всегда экономлю деньги. С этим не поспоришь. - Придется лететь из Торонто прямым рейсом. Доедешь туда за четыре часа? На международные рейсы нужно прибывать за два часа до вылета. - Если соберусь быстро, а Кристи будет гнать как сумасшедшая, то... но... Он решительно кивнул и выбрал рейс. - Тогда звони маме, пусть начинает закидывать вещи в чемодан. И не забудь паспорт. Лорен взглянула на цену на экране и обомлела: - Я не могу себе это позволить. Он пренебрежительно махнул костлявой рукой: - Зато я могу. - Ты? - недоверчиво переспросила она, глядя, как он достает кредитку из бумажника. - То, что я не люблю тратить деньги, не значит, что у меня их нет. - Но почему ты тратишь их на меня? Она заглянула в его темные глаза, в которых отразились чувства, которых она никогда раньше в нем не видела. - Потому что я старик, у которого нет детей. А ты - молодая женщина, у которой нет отца. Я всегда думал, что мы могли бы присматривать друг за другом. Грудь Лорен сдавило - на этот раз не от боли, а от нежности. Она поцеловала его в макушку. - К тому же, - пробормотал он, скрывая смущение за легким румянцем, - все эти деньги все равно остались бы клубу. А клуб переходит к тебе. - Что? Когда? Он пожал плечами: - Я хотел подождать, пока не буду уверен, что он не утянет тебя на дно. Хотел передать тебе процветающее дело, но до этого момента дела шли не так успешно. - А сейчас оно процветает? Он усмехнулся: - Пока нет. Но под твоим руководством - будет. Особенно если ты будешь тренировать олимпийскую чемпионку. А теперь живо в аэропорт! - Но даже если я успею, что я буду там делать? У меня нет билетов на стадион! Он проигнорировал ее слова и нажал кнопку «Оплатить». - Боже мой, Энрико, что ты натворил? Он улыбнулся и нажал «Печать посадочного талона». Лорен открыла рот, но тут же осеклась. Хватит споров. Пора действовать. Она схватила его за плечи, поцеловала в обе щеки, выхватила из принтера талон и пулей вылетела за дверь. *** Джесс так долго ждала этого дня. Она тренировалась ради него больше половины жизни, а в деталях представляла его с тринадцати лет. Она работала, планировала, сражалась, и еще пару недель назад ей искренне казалось, что она готова. Она мотнула головой, пытаясь вытрясти из памяти воспоминания о последней неделе, проведенной с Лорен в каком-то безумном мареве из сабель и секса. Тогда она чувствовала, что ей море по колено, и какая-то часть её души отчаянно жаждала вернуть ту уверенность, но вернуться в это состояние было невозможно, не ощутив снова острую боль от того, как всё закончилось. Должно быть, она поморщилась от этих мыслей, потому что Хейли обеспокоенно на неё посмотрела, но Джесс лишь отвернулась к окну. Ей не хотелось, чтобы лучшая подруга - и по совместительству одна из самых грозных соперниц - увидела неуверенность в её глазах. Вся уверенность Джесс давно сгорела, оставив после себя лишь чистый, первобытный адреналин. Когда они съехали с шоссе и поток машин замедлился до черепашьего шага, её пальцы начали непроизвольно дергаться, а колени - подпрыгивать на заднем сиденье. Она не могла прочесть ни одного дорожного указателя, но и так знала, что цель близко: они петляли по запруженным улицам к конференц-центру, где должны были пройти все олимпийские соревнования по фехтованию. Улицы кишели людьми - пестрая, бурлящая масса сновала туда-сюда. Джесс боролась с отчаянным желанием выскочить из машины и смешаться с толпой, и не только потому, что пешком сейчас можно было передвигаться быстрее. Ей нужно было движение. Ей нужно было бежать. Ей хотелось почувствовать толчки чужих плеч и жар чего угодно, кроме того давления, что распирало её изнутри. Она снова повернулась к Хейли: - Когда выйдем, ты должна оставить меня. - Что? - От меня исходит плохая энергия. Тебе нужно держаться от меня подальше. - Ты же знаешь, я надеру тебе задницу при первой же возможности, но разминаться мы можем вместе. - Нет. Тебе нужно отделиться, - решительно отрезала Джесс. - Найди Анселя. Будь с ним. Иди своим курсом. Ты была мне отличной подругой, лучшей, о какой я только могла мечтать в эти последние дни, но сегодня и твой большой день тоже. Я хочу, чтобы ты наслаждалась каждой минутой, а ты не сможешь этого сделать, если тебе придется держать мне волосы, пока меня тошнит. Хейли рассмеялась: - У тебя волосы слишком короткие для этого. - Ты понимаешь, о чем я. Как только выйдем из машины, расправь плечи, смотри только вперед и уходи. Если ты этого не сделаешь, я не прощу этого ни тебе, ни себе, а я и так слишком много потеряла на этой неделе. Не хочу потерять еще и лучшую подругу. Челюсть Хейли дрогнула, будто она собиралась возразить, но она тоже была бойцом. Она работала так же упорно и долго, как Джесс, и профессиональные инстинкты взяли верх. Они обнялись так крепко, как позволяли ремни безопасности. Затем Хейли сказала: - Увидимся в финале, идет? - Попробуй только не выйти. - Джесс выдавила улыбку, когда машина затормозила. Она выбралась наружу и вытащила из багажника сумку на колесиках со своим снаряжением. К тому времени как она обернулась, Хейли уже была в нескольких шагах впереди, растворяясь в толпе, текущей к входам для атлетов. Со всех сторон смыкалась какофония звуков: чиновники, охрана и зрители толкались, отвоевывая места получше. - Джесс! - позвал кто-то, а может, ей просто почудилось. Она быстро огляделась, но среди мельтешения лиц не нашла ни одного знакомого. Хейли уходила всё дальше, Ансель уже был внутри, так что Джесс продолжила путь, пока крик не повторился - далекий и неразборчивый. Она могла бы списать это на галлюцинации, если бы на этот раз Хейли тоже не остановилась. - Джесс! - Имя прозвучало снова, или что-то очень похожее, пробиваясь сквозь многоголосье на разных языках. Хейли обернулась с широко раскрытыми глазами. Джесс не могла её слышать, но четко прочитала по губам: «О боже мой». Холодок пробежал по спине Джесс: туман, окутывавший её последние недели, мгновенно испарился под теплым лучом узнавания. На этот раз, когда крик повторился, она не просто узнала свое имя - она узнала голос. - Лорен? - крикнула она в ответ, лихорадочно выискивая её в толпе. Сотни лиц мелькали перед ней, пустые и безликие, пока взгляд не наткнулся на те самые глаза, которые она больше всего на свете мечтала увидеть. Лорен прижалась к металлическому ограждению, неистово размахивая рукой. Джесс бросила сумку и побежала; её сердце разбивалось и заново склеивалось с каждым шагом. Она не знала, что это значит и чего она сама хочет от этой встречи, но Лорен была здесь, и в эту секунду всё остальное перестало существовать. - Прости меня, - выдохнула Лорен, как только Джесс оказалась достаточно близко, чтобы та могла схватить её за руку. - Ты приехала... - только и смогла выговорить Джесс сквозь рой вопросов в голове. - Я должна была быть здесь с самого начала. - Лорен сжала её руку над ограждением. - Боже, я совершила ужасную ошибку, отпустив тебя одну. Я так боялась тебя потерять, что сама выбросила шанс удержать тебя или хотя бы быть рядом. Джесс коснулась её лица, проводя пальцами по плавному изгибу щеки, запуская их в мягкие пряди волос. - Ты, правда здесь. Лорен улыбнулась. - Я здесь. И, что важнее, я хочу быть рядом и дальше - кем угодно: другом, тренером или любовницей. Потому что я люблю тебя. Я знаю, тебе было больно, что я не смогла сказать этого, когда тебе было нужно, но это не значит, что я этого не чувствовала. Просто ты быстрее меня... ну, во всем. Джесс рассмеялась. На этот раз она не могла сдержать радость, которая буквально распирала её изнутри. - Ну, так что скажешь? - Лорен прикусила губу. - Да, - решительно ответила Джесс. - «Да» - на что именно? - На любой твой вопрос. - Кажется, я спрашивала, ничего ли страшного в том, что мне потребовалось больше времени, чтобы осознать то, что ты знала всегда? - Ничего. - И ты прощаешь меня за то, что я не сказала «да» всем тем нашим общим мечтам, когда был шанс в Буффало? Хотя мне этого очень хотелось. - А сейчас ты говоришь им «да»? Лорен кивнула. - Тогда мой ответ определенно «да». - Джесс запрыгнула на парапет и поцеловала её в губы - жадно, чувствуя себя сумасшедшей, на седьмом небе от счастья, пьяной от одной её близости. Лорен отстранилась ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза: - Ты не злишься на меня? Джесс качнула головой и рассмеялась: - Злюсь? На тебя? Нет. - Почему? - спросила Лорен, и в её глубоких глазах всё еще читалась серьезность. - Я знаю, что сделала тебе больно. Я была так далека от того, что тебе требовалось, что в итоге мы оказались на разных концах света. - Но мы больше не там. И на этот раз всё потому, что ты погналась за мной. - От этой мысли и осознания всей сложности их отношений, в которых можно было разбираться до конца жизни, у Джесс закружилась голова. - Я всю жизнь бегала за тобой и никогда не знала, что будет, если я остановлюсь. Теперь знаю. Улыбка Лорен наконец расцвела - яркая и прекрасная. - Теперь мы обе знаем. И повторюсь: пусть я не такая быстрая, как ты, но я обещаю, что пойду за тобой хоть на край света, Джесс Кидман. - Ты уже это сделала! - закричала Джесс. - Боже мой, но как? На этот раз Лорен рассмеялась: - Это долгая история. Кристи подбросила меня до Канады, потом был самолет и два поезда... Я не спала тридцать шесть часов. Но сейчас у нас есть дела поважнее. Например, как ты собираешься провести меня в этот центр? Джесс решительно выставила подбородок, её глаза сузились: - Это предоставь мне. Стой здесь, а я пойду уволю Анселя и вернусь с твоей аккредитацией. *** - Боже мой, - прошептала Лорен, когда они с Джесс толкнули дверь в раздевалку. Здесь было заметно тише, чем утром. Первый бой Джесс закончился еще до девяти утра, а сейчас, когда время перевалило за три, она уже успела внести свой вклад в то, чтобы из шестидесяти четырех фехтовальщиц на дистанции остались трое. А когда Хейли закончит свой поединок, их - к лучшему или к худшему - останется всего двое. - Джесс, ты выходишь в финал за золото, - прошептала Лорен с благоговением в голосе. Джесс медленно кивнула. Всего несколько минут назад она светилась от счастья, когда прыгнула Лорен на руки и закружила её в диком восторге после победы в полуфинале с преимуществом в четыре очка. Это не был разгром, но ни разу за весь бой не возникло ощущения, что Джесс проигрывает. Весь день она не уступала лидерство дольше, чем на пару секунд. Она буквально проутюжила соперниц в первых раундах, и хотя последние два боя дались нелегко, в них не было удушающего напряжения. Джесс принимала каждый вызов с агрессивной уверенностью, державшей всех в тонусе. Однако сейчас по ней этого нельзя было сказать. Краска сбежала с её лица. Она побледнела, не отрывая взгляда от монитора, где её лучшая подруга стояла против их заклятого врага. Лорен беспомощно наблюдала, как лицо Джесс искажается от сочувственной боли, когда Елена нанесла Хейли безответный укол. - Эй, - тверже сказала Лорен, - ты финалистка Олимпиады. Джесс отрешенно кивнула. - Ты можешь позволить себе насладиться моментом, - Лорен взяла руку Джесс и переплела их пальцы. - Это великое событие, Джесс. То, ради чего ты работала всю жизнь. Джесс покачала головой, на этот раз, повернувшись к ней, и поднесла их сцепленные руки к губам, поцеловав тыльную сторону ладони Лорен. - Я так рада, что ты здесь. - Я тоже, - серьезно ответила Лорен, - но ты тоже должна быть здесь. Ты не можешь быть там, на дорожке с Хейли, и не можешь возвращаться в прошлый год на чемпионат мира. А самое главное - ты не должна уходить в те темные закоулки своего разума, где хранишь страхи о том, что будет, если этот матч закончится не так, как тебе хочется. Желваки на лице Джесс дрогнули, подтверждая догадку Лорен: она именно об этом и думала. - Никаких «если», - сказала Джесс, снова поворачиваясь к экрану как раз в тот момент, когда Елена провела безупречную контратаку. - Хейли совершенно не тянет. Лорен не могла спорить. Елена разделывала бедную женщину так хладнокровно, будто готовила праздничное блюдо к столу. - Она побеждала меня всю неделю. - Елена? - Нет, Хейли, - голос Джесс дрогнул от эмоций. - На тренировках она была лучше меня, а сейчас её там рвут в клочья. Елена нанесла еще один укол в красивом акробатическом выпаде. Джесс дернула головой, словно ей было физически больно на это смотреть. Лорен сжала её ладонь, и когда Джесс встретилась с ней взглядом, страх в её синих глазах уже невозможно было скрыть. - Она не побеждала тебя, - произнесла Лорен, не уверенная, что ей удается скрыть собственный нарастающий страх. Она никогда не видела Джесс такой уязвимой - по крайней мере, в том, что касалось фехтования. Лорен чувствовала, как её саму затягивает в этот водоворот. - На этой неделе ты не тренировалась. Джесс фыркнула: - Еще как тренировалась. Я пахала в зале до седьмого пота. Я с ума сходила от всех этих... - Не ты, - перебила её Лорен. - Это была не ты. Хейли звонила мне и говорила, что ты сама не своя. Она сказала, что хочет победить тебя, когда ты в лучшей форме, а ты была в разобранном состоянии. Джесс приоткрыла рот, но не нашлась что ответить. Поверила ли она ей или просто пыталась подобрать слова среди хаоса мыслей и криков Анселя, разносившихся по залу? Они снова обернулись к нему: тренер набросился на судью, изрыгая каскад слов - то на английском, то на итальянском, то переходя на нечленораздельный рык, который, хоть и не был внятным, предельно ясно доносил его позицию. Судья сдался и отправил эпизод на видеоповтор. У Лорен вспотели ладони. За весь день ей не пришлось так орать на судей. А что, если сейчас придется? Она почти не знала итальянского - так, пара фраз, которые годами выкрикивал Энрико, но вряд ли она сможет вложить в них достаточно убедительности. К тому же судьи на боях меняются. Ей может попасться француз, русский или англичанин, но она всё равно не знала, как подавить их волю так, как это только что сделал Ансель. Видеоповтор подтвердил правоту Анселя, и очко присудили Хейли. Лорен осознала: умение вовремя нажать на нужные рычаги дорогого стоит. Справится ли она, когда придет время? - Черт, - пробормотала Джесс, когда Хейли пропустила еще один резкий удар в бок. На этот раз Лорен поморщилась вместе с ней. Не имело значения, что Джесс доминировала весь день, что она была быстрее, сильнее и умнее всех остальных. То, что ждало ее впереди, не шло ни в какое сравнение с прошлым опытом. Когда Елена вогнала победный укол прямо в грудь Хейли под триумфальный возглас, от которого задрожали окна, стало предельно ясно: неудержимая сила Джесс вот-вот столкнется с неподвижным объектом. Это было испытание всей жизни для них обеих. - Мне нужно к Хейли, - бросила Джесс, высвобождаясь и оставляя Лорен одну. Она бросилась к подруге и крепко прижала ее к себе. - Прости, - выдохнула Хейли, уткнувшись Джесс в плечо. - Я старалась. - Ты сделала всё, что могла, - ответила Джесс, и ее обычно чистый голос прозвучал глухо, с хрипотцой. - Она просто... - Да. - Джесс подтвердила невысказанное. - Я знаю. - И она как будто... я даже не могла... словно она знала наперед... - Знаю, - мягко повторила Джесс. Она обняла Хейли так крепко, что их куртки пошли складками. Но даже прижимая к себе подругу, Джесс искала глазами Лорен. В ее взгляде читалась бездна невысказанного страха и неуверенности. У Лорен перехватило дыхание от острого желания утешить ее, дать обещания, которые она не в силах сдержать, стать кем-то лучшим, более цельным - тем, кто сможет вынести на себе весь груз, грозивший раздавить их обеих. - Какого черта? - рявкнул Ансель, топая в их сторону. - У меня тут две девчонки, которым через пять минут выходить на медальные бои совершенно неподготовленными, а вы тут в обнимашки играете? В глазах Джесс вспыхнуло что-то яркое и опасное. Она выпустила Хейли и резко развернулась к нему: - Ах ты, ничтожный сукин сын... Рефлексы Лорен сработали быстрее мысли. Она перехватила Джесс за руку и потянула назад: - Не надо. - Да уж, Кидман, - огрызнулся Ансель, - убери руки от моего бойца. А то, как бы «мисс Буффало» не приревновала. Джесс рванулась к нему, и на этот раз Лорен и Хейли пришлось сдерживать ее вдвоем. У Анселя хватило ума отступить на пару шагов, но не хватило такта, чтобы замолчать. - Давай, бесись, заводись. Это лучше, чем то, как Хейли «раскисла» на дорожке, но фактов не изменишь. Тебя сейчас съедят заживо, и твоя подружка ничем не поможет тебе в бою против Елены. - Джесс, - скомандовала Лорен. Одной рукой она твердо уперлась ей в грудь, а другой мягко обхватила за щеку. Она заставила ее посмотреть себе в глаза. И когда их взгляды встретились, искра из глаз Джесс прошила Лорен до самого нутра. Между ними затрещало электричество, как молния, прорезающая чернильное небо и приносящая с собой запах скорого ливня. Все чувства Лорен обострились. Волоски на затылке встали дыбом от этого статического напряжения. Сомнения не исчезли - она по-прежнему понимала, в скольких аспектах может оказаться несостоятельной в этой надвигающейся буре, - но теперь она знала: этого не случится. Глядя в глаза Джесс и чувствуя под ладонью бешено бьющееся, гордое и чистое сердце, Лорен осознала с уверенностью, о которой раньше только мечтала: она станет для этой женщины всем, что той потребуется, какие бы испытания ни ждали их впереди. Она свернет горы и воздвигнет крепости. Она будет тренером и доверенным лицом, союзником и защитником, партнером и опорой. И пусть она не умеет травить и поносить людей, как Ансель, Джесс это и не нужно для победы. Джесс нужно, чтобы Лорен стала ее островком спокойствия в этом хаосе. - Я здесь, - сказала она, глядя прямо на Джесс. - Только ты и я. Пора идти. Хорошо? Джесс кивнула. Ее взгляд начал блуждать по залу, но Лорен удержала ее: - Отпусти всё. Сейчас никто больше не важен, любовь моя. Просто будь со мной. Джесс выдохнула, обмякла и на мгновение прижалась лбом ко лбу Лорен. - Вот так, - прошептала Лорен. - У нас есть план. Мы уже подобрали ключ. Сейчас мы выйдем туда. Мы с тобой, вместе. Ты будешь делать то, для чего была рождена, к чему мы готовились, а я буду рядом - на каждом шагу, в каждом прыжке и каждом выпаде. - Хорошо. - Готова бросить вызов всему миру? - спросила она и, улыбнувшись, добавила: - Потому что я - впервые за долгое время - готова. *** Джесс мерила шагами свой конец дорожки. Пот катился по телу ручьями, заливая глаза, но когда зрение прояснилось, она снова увидела ждущую ее Елену. Казалось, они обмениваются ударами уже целую вечность, но табло подтверждало: счет равный, семь-семь. Было почти нереально осознать, что за этими сухими цифрами скрывается всё то неистовство последних минут. Сердце колотилось так сильно, что болели барабанные перепонки. Судья снова вышел вперед. - Готовы? Она резко кивнула и выставила носок к линии. - К бою. Джесс застыла в позиции, встретившись с холодным, серым, как сланец, взглядом Елены. Эта женщина была впечатляюще чистым листом. Она даже не вздрогнула, когда Джесс брала очки, и ни один непроизвольный жест не выдал ее удивления тем, что бой идет на равных к середине встречи. Середина. Если она возьмет это очко, то впервые в жизни уйдет на перерыв, ведя в счете против нее. Ведет ли Елена те же расчеты в уме? Или она просто пытается соразмерить свое дыхание с обжигающим хрипом собственных легких? Хочет ли она этого очка так же сильно, как Джесс, или просто мечтает, чтобы всё поскорее закончилось? И, что еще важнее, знает ли она, что бедра Джесс жалят тысячи игл, а горло словно выжжено огнем? Каждая клетка ее тела рвалась в быструю атаку, взывая к первобытному инстинкту и грубой силе, но когда судья скомандовал «Алле!», она отступила. Этот маневр уже сработал дважды, выбив Елену из равновесия, и хотя та снова пошла вперед, на сей раз она не была удивлена медлительности Джесс. Два шага, три шага - они продвигались мерно, и Джесс отступала в такт ее движениям. Но чем больше Елена двигалась, тем больше раскрывала свои карты, и когда та наконец решилась на прыжок, Джесс легко его блокировала. Приоритет (право атаки) перешел к ней. Клик, клэк, клэнг - клинки скрещивались, ноги шаркали по покрытию. Теперь настала очередь Елены пятиться назад, пока та не уперлась ногами в дорожку. Обе замерли - простые варианты закончились. Одно мимолетное движение, ложный замах - и обе рванули вперед на чистых инстинктах, как дуэлянты, выхватившие пистолеты. Обе поставили всё на кон в этом фатальном выпаде. Аппараты запели в унисон, шлемы обеих зажглись, как рождественские елки. Судья вскинул руку в сторону Елены. Джесс потянулась к шлему, но не успела она еще поднять сетку выше бровей, как Лорен, перегнувшись через ограждение своего сектора, уже вовсю требовала видеоповтор. Джесс широко улыбнулась. Напряжение испарилось: исход этого очка стал вторичным по сравнению с видом любимой женщины, которая так яростно сражалась за нее в углу. У Лорен не было грубой силы или специфического лексикона Анселя, но искренность, проступившая на ее прекрасном лице, подчеркивала бурю эмоций в глазах - и ни один человек не смог бы устоять перед ее призывом. Словно в подтверждение, судья кивнул и повернулся к монитору. Впрочем, ему не потребовалось много времени, чтобы вернуться и объявить победительницей в этом эпизоде Елену. Джесс закрыла глаза, ее плечи поникли. Ей хотелось этого очка сильнее, чем следовало. Один укол из многих не должен значить больше остальных, но психологический подъем от лидерства перед перерывом значил бы нечто такое, на что у нее больше не было сил. - Джесс! - Голос Лорен вернул ее к реальности. Она открыла глаза и увидела, что та протягивает ей бутылку воды. Джесс, спотыкаясь, подошла к ней. Ей хотелось выпить всё и сразу облиться этой водой с ног до головы. - У тебя только что украли очко, - негромко сказала Лорен. В ее шепоте клокотала тихая ярость, но затем она вызывающе вскинула подбородок: - Но это всего лишь один укол. Ты давишь ее так, как никогда раньше. - На табло это выглядит так, но она совсем не изменилась. - Может, она и нет, но ты - да. Джесс покачала главой: - У меня мозг будто плавится. - Ну и пусть плавится, - быстро парировала Лорен. Джесс опустила бутылку и внимательно посмотрела на нее. - Я серьезно, Джесс. Сейчас ты - лучшая саблистка в мире. Тебе не нужно быть кем-то другим. Просто верь в себя. Доверься инстинктам. - А что, если она «раскусила» меня? - Нет. Она не знает ту тебя, какая ты сегодня. Она знает тебя только напуганной, неуверенной и прижатой к канатам. Она ждет, когда ты сорвешься, отступишь, зажмешься и начнешь осторожничать. Но ты этого не сделаешь. - Но если я полезу на рожон, я рискую сорваться в... - Не сорвешься. - Лорен схватила ее за плечо и притянула к себе. - Уверенные фехтовальщики рискуют, помнишь? - Помню, но моя уверенность в бою с ней... - Она покачала головой. - Слушай меня внимательно, пока время не вышло. - Лорен сжала ее плечо так сильно, что эта боль пробилась сквозь адреналиновый шторм. - У тебя есть все причины для уверенности. Ты сегодня должна быть самой уверенной женщиной в мире. Ты слышишь меня? Джесс медленно кивнула. - Ты стоишь на главной арене мира и берешь очки, которые никогда раньше не брала. Тебе уже гарантирована олимпийская медаль, и, более того, ты уже завоевала свою девушку. Джесс улыбнулась - той самой улыбкой, которая не просто меняет лицо, а выводит разум на совершенно иной уровень. - Как бы это ни закончилось, ты вернешься домой героем, и ты вернешься со мной. Мы на всех парах летим навстречу нашим общим мечтам, и мы встретим их вместе, несмотря ни на что. Ты не можешь проиграть, Джесс. Ты не можешь потерять меня, а если будешь так фехтовать, ты не проиграешь и этот бой. - Чем бы это ни закончилось, ты вернешься домой героем. И ты вернешься со мной. Мы мчимся к нашим большим мечтам и встретим их вместе, несмотря ни на что. Ты не можешь проиграть, Джесс. Ты не можешь потерять меня. А если будешь фехтовать так же, ты не сможешь проиграть и этот бой.       Джесс подалась вперед, пьянея от восторга, пульсирующего в затекших мышцах. Сердце забилось с новой силой - теперь в нем была цель, а не только азарт. Казалось, Лорен взяла частичку себя и подключила ее к источнику питания, который мгновение назад начал угасать. Она не могла поблагодарить ее как следует - не было слов, да и энергию нужно было беречь. Но она быстро поцеловала ее в щеку и прошептала: - Самый. Лучший. Тренер. В мире. Затем она надела маску и легко поскакала обратно к дорожке. На этот раз она оказалась у линии раньше Елены. И, принимая стойку, сделала то, чего никогда раньше в такой ситуации не делала. Она улыбнулась. Не усмехнулась, не сощурилась. Она улыбнулась - искренне и счастливо. Елена побледнела в ту же секунду, когда судья скомандовал «Алле!». Джесс рванулась вперед и ударила ее точно в грудь. Зал ахнул. Судья посмотрел на Елену, присуждая очко Джесс. Табло показывало ничью, но Джесс знала: теперь правила игры изменились. Она была не просто «равна» - она наслаждалась ею. У нее было всё, что нужно, и всё, чего она хотела. Взглянув на Лорен перед следующим сходом, она поймала ответный взгляд и кивнула. - Готовы? - спросил судья, в его голосе прозвучали вопросительные нотки, адресованные Елене. Джесс ухмыльнулась и встала в стойку еще до того, как ее попросили. Получив команду, она задвигалась серией шагов, больше похожих на радостную джигу. Елена виртуозно заблокировала два удара, и Джесс рассмеялась. Она не планировала смеяться, но радость просто пузырилась в ней. Она обожала этот спорт - всю эту страсть, мощь и мастерство. И сейчас она играла на самой вершине. В подтверждение своих мыслей она нанесла еще один идеальный укол Елене в ребра. На этот раз ее противница вздрогнула и быстро отвернулась - вероятно, чтобы скрыть замешательство. Джесс не могла ее винить. Она никогда не чувствовала ничего подобного во время боя. Она подумала, что это новое, еще не изученное чувство внутри - это, должно быть, радость. Чистая, ничем не омраченная радость. Она пружинисто вернулась в позицию, горя желанием продолжать. Разум был чист, дыхание ровным. Ей хотелось попробовать всё и сразу, как ребенку в огромном магазине сладостей, где каждый вариант манит своим вкусом. Занимая позицию, она ясно прочитала смятение в серых глазах напротив. Елена не понимала, что происходит, и Джесс даже стало немного жаль ее за эту неспособность сопереживать чужому счастью. Они сходились снова и снова, пока Елена наконец не нанесла укол. Она уставилась на Джесс, словно выискивая трещину в стене, которую не могла пробить. Но вместо того чтобы поникнуть, Джесс улыбнулась еще шире. - Прекрасный рипост, - сказала она, искренне восхищаясь техникой удара. Елена откровенно нахмурилась в ответ на комплимент. Джесс повернулась к Лорен и слегка пожала плечами. Лорен ответила ей таким же выражением искреннего удовольствия. Сердце Джесс забилось в груди от нежности. Лорен понимала. Она понимала ее. Они понимали друг друга. С этой мыслью, наполнившей ее, как гелий, Джесс буквально подлетела к линии. Когда пришло время, она прыгнула. У нее не было выбора. Тело само взмыло в акробатическом, запредельном выпаде. Елена не смогла бы защититься, даже если бы знала о нем заранее, - а она явно не знала. 13:9. Зал взорвался, и Джесс удивленно оглянулась. Она совсем забыла, что здесь есть люди. Откинув маску и возвращаясь на место, она скользнула взглядом по первому ряду и нашла родителей. Их глаза светились гордостью, руки были сплетены в надежде и страхе. Она подмигнула им, надеясь, что этот жест выглядит ободряющим, а не дерзким. Она не сбрасывала Елену со счетов. Она просто неслась на волне уверенности, которую в ней разожгла Лорен. Еще два укола. Всего два. Сделав глубокий, очищающий вдох и чувствуя за спиной комфортный отрыв в счете, она шагнула вперед. - Готовы? - спросил судья. Она кивнула ему, а затем повернулась и адресовала такой же уважительный кивок сопернице - той, что сплеталась с ней в схватках, изводила насмешками и довела до самого предела ее возможностей. - К бою! Снова принимая стойку, Джесс окончательно утвердилась в выборе маневра, который не предсказал бы и величайший шахматист. - Алле! Елена отпрянула назад и вскинула саблю, явно ожидая один из коронных номеров Джесс - размашистый акробатический выпад. Вместо этого Джесс резко ушла в сторону, низко занесла клинок и по дуге перевела его в восходящий рубящий удар. К тому времени, как Елена осознала смену траектории, было уже слишком поздно блокировать движение, которое можно было описать лишь как сокрушительный щелчок.