Чужая игра

Утро началось с того, что дежурный по части позвонил Пригову и дрожащим голосом доложил: — Товарищ генерал-майор, тут… тут к нам гости. На машинах с тонировкой. Предъявили удостоверения. Генерал-лейтенант Храмов. Пригов медленно выдохнул. Храмов. Тот самый. Один из тех, кто сидел наверху и решал судьбы целых подразделений. Если он приехал лично — значит, дело серьёзное. И Костров уже доложил наверх. — Встречай, — сказал Пригов. — Я сейчас буду. Он вышел из кабинета и столкнулся с Бизоном. — Всё плохо? — спросил Бизон, глядя на лицо командира. — Хуже некуда. — Пригов понизил голос. — Храмов приехал. Лично. — Генерал-лейтенант Храмов? — Бизон присвистнул. — Это тот, который… — Тот. — Пригов прервал его. — Собери всех. Пусть сидят тихо. Никаких выкрутасов. Я сам с ними поговорю. — Я с тобой, — сказал Бизон. — Это мой отряд, я должен быть рядом. Пригов кивнул. Бизон был командиром отряда «Акулы», и если Храмов приехал разбираться с его людьми, Бизон имел полное право стоять рядом. Храмов вошёл в штаб так, будто это была его личная резиденция. Не поздоровался. Не представился. Просто сказал: — Где кабинет Пригова? Через десять минут они сидели друг напротив друга. Храмов — во главе стола. Пригов — напротив. Бизон стоял у стены, скрестив руки на груди — молчаливый, огромный, неотвратимый, как скала. Рядом с Храмовым — двое его людей. Один с папкой, второй с диктофоном. — Генерал-майор Пригов, — начал Храмов, даже не глядя на него. — У меня к вам ряд вопросов. — Слушаю, — ответил Пригов спокойно. Он не встал. Здесь он был главным, и Храмов это знал. — Первое. Ваш отряд «Акулы» уже три года работает с нарушениями. Превышение полномочий. Сокрытие информации от вышестоящего командования. Самоуправство. — Документы есть? — перебил Пригов. — Будут. — Тогда и разговор будет, — Пригов сложил руки на груди. — А пока документов нет — это просто слова. Храмов поджал губы, но продолжил: — Второе. Ваша сотрудница, старший лейтенант Зарецкая, проходит по делу о гибели офицера в Севастополе. Дело было закрыто, но появились новые обстоятельства. — Храмов поднял глаза. — Она сейчас в части? — Да. — Я хочу с ней поговорить. — Без меня — нет, — твёрдо ответил Пригов. В этот момент дверь кабинета приоткрылась. На пороге стояла Аврора. Бледная, но с высоко поднятой головой. Рядом с ней — Витязь. Он не собирался её отпускать одну. — Разрешите, — сказала Аврора, входя. Витязь шагнул следом и встал у неё за спиной. Без слов. Просто — рядом. Бизон бросил на него быстрый взгляд и едва заметно кивнул. Правильно. Своих не бросают. Храмов посмотрел на Аврору, потом на Витязя, потом снова на Пригова. — Вы позволяете своим подчинённым врываться в кабинет без доклада? — Это не врываются, — ответил Пригов. — Это приходят, когда слышат, что речь идёт о них. По-моему, нормальная реакция. Аврора встала напротив Храмова. — Товарищ генерал-лейтенант, вы хотели со мной поговорить? Я слушаю. — Вы знаете, зачем я здесь? — спросил Храмов, пытаясь взять инициативу в свои руки. — Догадываюсь, — ответила Аврора. — Дело Волкова. Но оно закрыто. И я уже давала показания. — Появились новые обстоятельства, — Храмов достал из папки какой-то документ. — Волков мог быть жив. Аврора побледнела ещё сильнее, но голос не дрогнул. — Если он жив — тем лучше. Он сможет подтвердить, что я действовала в рамках необходимой обороны. Или… — она сделала паузу, — или подтвердить, что он был предателем. Храмов прищурился. — Вы в чём-то обвиняете погибшего офицера? — Я ничего не обвиняю, — спокойно ответила Аврора. — Я говорю то, что знаю. Если Волков жив — пусть придёт и скажет сам. Витязь, стоявший за её спиной, сжал кулаки. Он видел, как ей тяжело, как дрожат пальцы, которые она спрятала в карманы. Но она держалась. Молодец. Храмов перевёл взгляд на Витязя. — А вы, капитан-лейтенант? Вы тоже хотите что-то добавить? — Добавить нечего, — ответил Витязь. — Аврора сказала всё. Я только подтверждаю: она офицер с честью. И если кто-то пытается на неё надавить — он имеет дело со мной. — И со мной, — добавил Бизон, отклеиваясь от стены. — И со мной, — сказал Пригов, поднимаясь. Храмов посмотрел на них — на этих четверых, которые стояли стеной, — и на секунду что-то дрогнуло в его холодных глазах. — Вы понимаете, — сказал он тихо, — что против системы вы не выстоите? — Мы не против системы, — ответил Пригов. — Мы за правду. И за своих. Храмов молча собрал бумаги. — Мы уйдём, — сказал он. — Но я вернусь. С ордером. С постановлением. И тогда вы все ответите. — Будем ждать, — ответил Бизон и посторонился. Когда чёрные машины уехали, Аврора прислонилась к стене и закрыла глаза. — Витязь, — тихо сказала она. — Ты как? — Я нормально, — ответил он. — А ты? — Теперь да, — она открыла глаза и посмотрела на него. — С вами — да. Бизон хлопнул Витязя по плечу. — Молодец, что пришёл. И ты, Аврора, молодец. Держались как надо. В дверях показался Ворон. — Всё слышал, — сказал он. — И я, кажется, знаю, кто за всем этим стоит. — Кто? — спросил Пригов. — Волков. Он жив. И он теперь — большая шишка в центре. Это он прислал Храмова. Это он хочет убрать Аврору. И всех нас заодно. В комнате повисла тишина. — Вот теперь, — сказал Бизон, — это действительно война. Пригов посмотрел на своих людей. — Значит, будем готовиться. Своих не сдаём. — Своих не сдаём, — эхом ответили все.

***

После отъезда Храмова в расположении отряда повисла тяжёлая тишина. Никто не знал, чего ждать дальше, но все чувствовали — это затишье перед бурей. Пригов собрал всех в столовой. Не официальное совещание — так, поговорить по душам. За круглым столом сидели Бизон, Ворон, Витязь и Аврора. Кот молча пил чай в углу и слушал. Даже Молчун пришёл — сел в сторонке и просто присутствовал, потому что чувствовал: свои должны быть вместе. — Короче, так, — начал Пригов, обводя всех взглядом. — Ситуация хреновая. Храмов уехал, но обещал вернуться. Костров до сих пор где-то тут, и мы не знаем, что он задумал. Волков, судя по всему, жив и сидит в центре. Вопрос: что делаем? — Ждём, — сказал Бизон. — У нас нет выбора. Если мы начнём действовать первыми — они нас закопают. Пусть они сделают первый шаг. А мы будем готовы. — А если они приедут с ордером? — спросил Ворон. — Тогда будем разбираться, — ответил Пригов. — Но своих не отдадим. Это закон. Аврора сидела молча, сцепив пальцы в замок. Витязь, заметив это, накрыл её руку своей. Она бросила на него быстрый взгляд и чуть заметно улыбнулась. — Аврора, — Пригов повернулся к ней. — Ты как? Выдержишь? — Выдержу, — ответила она твёрдо. — Я уже через это проходила. Пройду и ещё раз. — Ты не одна, — тихо сказал Витязь. — Знаю, — она сжала его ладонь в ответ. — Ладно, — Пригов поднялся. — Всем отдыхать. Завтра может быть тяжёлый день. Все разошлись. Витязь и Аврора вышли на улицу. Ночь была холодная, звёздная. — Не хочешь спать? — спросил он. — Нет, — ответила она. — Пойдём на пирс? Они сели на старые доски, свесив ноги к воде. Где-то вдалеке гудел буксир. — Витязь, — тихо сказала Аврора. — Ты не боишься? — Чего? — Что из-за меня всех вас втянут в это дело. Что отряд могут расформировать. Что тебя... — Не боюсь, — перебил он. — Я боюсь только одного. Что с тобой что-то случится. — А если меня заберут? — Не заберут, — он посмотрел ей в глаза. — Придётся сначала через меня перешагнуть. Она придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. — Ты мой герой, — прошептала она. — Я просто Витязь, — ответил он. — Твой Витязь. Они замолчали. Вода плескалась о сваи. Где-то кричали чайки. А в кустах неподалёку притаился Ворон с телефоном. — Ну что там? — спросил Кот, который стоял за его спиной. — Красота, — прошептал Ворон. — Прям кино. — Отойди, дай посмотреть. — Сам отойди. Я первый пришёл. — Мальчики, — раздался голос Бизона. — А ну-ка оба за мной. Нечего подглядывать. — Мы не подглядываем, мы охраняем, — возмутился Ворон. — Охранять будешь завтра. А сейчас — спать. Ворон вздохнул, сделал пару прощальных кадров на телефон и поплёлся за Бизоном. — Красиво, — сказал Кот, когда они отошли. — Прям как в кино. — Лучше, чем в кино, — ответил Бизон. — Потому что это правда.

***

На следующее утро Костров появился в расположении с таким видом, будто ничего не произошло. Улыбка, рукопожатия, шуточки. Но Ворон, который следил за ним как коршун, заметил, что глаза у Кострова стали другими. Холодными. Расчётливыми. — Он что-то задумал, — шепнул Ворон Витязю, когда они стояли в оружейке. — Что именно? — Пока не знаю. Но смотри. Костров подошёл к Авроре, которая разбирала аптечку в медотсеке. — Маша, — сказал он, улыбаясь. — Можно с тобой поговорить? — Глеб, мы всё уже сказали друг другу, — ответила Аврора, не поднимая головы. — Нет, не всё. — Костров присел на край стола. — Я хотел извиниться. За то, что вёл себя как дурак. За давление. За... ну, ты понимаешь. Аврора подняла голову и посмотрела на него долгим взглядом. — Извинения приняты. А теперь — извини, у меня работа. — Я просто хочу, чтобы ты знала: я не враг. — Костров встал. — И если тебе понадобится помощь... — Моя помощь ей не понадобится, — раздался голос Витязя. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди. Не злой, не агрессивный — просто спокойный, как удав. Костров посмотрел на него, потом на Аврору. — Понял, — сказал он. — Не буду мешать. Он вышел. Но Ворон, который стоял в коридоре, заметил, как на выходе Костров достал телефон и написал кому-то сообщение. «Голубь вылетел», — прочитал Ворон краем глаза и нахмурился. Что это значит?

***

Через час в расположение пришёл нарочный с пакетом. Для Авроры. Витязь взял пакет первым, проверил, нет ли взрывчатки, потом передал Авроре. Она открыла — внутри была повестка. В главное управление. На допрос. На завтра. — Ну вот, — сказала она тихо. — Началось. — Я с тобой, — сказал Витязь. — И я, — добавил Ворон. — И мы, — сказали подошедшие Бизон и Кот. Аврора посмотрела на них — на этих людей, которые готовы были идти с ней в огонь и в воду, — и улыбнулась. — Спасибо, — сказала она. — Но это моё дело. Я сама. — Ничего подобного, — отрезал Бизон. — Ты наша. А значит, и дело твоё — наше. Едем все. — А как же отряд? — спросила Аврора. — Отряд никуда не денется, — ответил Пригов, выходя из штаба. — Я договорился. Едем все. И покажем этим... — он запнулся, подбирая слово, — этим товарищам, что «Акулы» своих не сдают. Ворон довольно ухмыльнулся. — Вот это я понимаю. Коллективный ответ. — Заткнись, — сказал Бизон, но без злобы. — Лучше проверь оружие. — На допрос — с оружием? — удивился Ворон. — А ты думаешь, они нас просто так отпустят? — Бизон усмехнулся. — Будь готов ко всему. Ворон кивнул и ушёл в оружейку. Витязь взял Аврору за руку. — Не бойся, — сказал он. — Мы рядом. — Я не боюсь, — ответила она. — С вами — не боюсь. Они стояли на плацу, и солнце светило им в спины. А впереди был тяжёлый день. Но они были готовы. Потому что «Акулы» не сдаются.