Глава 3. Будет — не будет
11 марта 2026 г., 12:08
Гарри внезапно вздрогнул и открыл глаза. Сон, в котором он пытался поймать что-то ускользающее в тумане, мгновенно испарился. Сердце колотилось о ребра, а амулет на шее обжигал кожу настойчивым, живым теплом.
Он не сразу понял, что его разбудило. Тишина на Тисовой улице была почти осязаемой, но амулет продолжал вибрировать. Гарри выпрямился, поправил очки и прижал ладонь к груди.
«Гарри! Проснись!» — голос Джинни в его сознании был чистым и встревоженным. — «Он здесь. Он только что пересек границу защитных чар твоего дома. Я чувствую это через резонанс... это огромная мощь!»
Гарри бросил взгляд на часы. Была почти полночь. Он вскочил, едва не повалив стул, и бросился к окну. В слабом свете фонаря он увидел высокую фигуру в длинном плаще, которая медленно и величественно приближалась к калитке дома номер четыре.
«Вижу его, Джинни. Это Дамблдор», — мысленно ответил Гарри, и волна облегчения захлестнула его, смешиваясь с теплом, идущим от амулета.
«Слава Мерлину. Папа и мама места себе не находят», — передала она. — «Будь осторожен. И не забудь... амулеты связывают нас, Гарри. Если что-то пойдет не так — я почувствую».
Гарри не успел ответить. Снизу раздался звонок. Звук прорезал сонную тишину дома, как удар меча. Через мгновение из соседней спальни донеслось яростное сопение дяди Вернона и испуганный вскрик тети Петуньи.
— ПОТТЕР! — взревел дядя Вернон. — ПОТТЕР, ТЫ СЛЫШАЛ? КТО-ТО В ЛЮКЕ... КТО-ТО В ДВЕРИ!
Гарри схватил свою палочку и выбежал на лестничную площадку. Дядя Вернон уже стоял внизу, в своей необъятной пижаме, сжимая в руках кочергу.
— Откройте, дядя Вернон, — спокойно сказал Гарри, спускаясь по ступеням. — Это за мной.
— В полночь?! — дядя Вернон побагровел. — Никаких нормальных людей не бывает в полночь!
В дверь постучали снова — вежливо, но так, что кочерга в руке дяди Вернона заметно задрожала. Тетя Петунья, выглядывая из-за плеча мужа, прижала руки к лицу.
Дядя Вернон, бормоча проклятия, сорвал засов и распахнул дверь. На пороге стоял Альбус Дамблдор. Его серебристая борода мерцала в лунном свете, а очки-половинки блестели так ярко, словно за ними горели маленькие костры.
— Добрый вечер, — мягко произнес он, переступая порог так естественно, словно его приглашали сюда каждую неделю. — Прошу простить мой поздний визит. Надеюсь, я не слишком помешал вашему отдыху?
Дядя Вернон открыл рот, чтобы что-то возразить, но голос подвел его. Он только издал странный хрюкающий звук.
— Гарри, я вижу, ты уже готов, — Дамблдор лукаво посмотрел на мальчика через голову Дурслей. Гарри почувствовал, как амулет на его груди отозвался на присутствие директора коротким, радостным всплеском. — Однако прежде чем мы отправимся в путь, мне бы хотелось перекинуться парой слов с твоими родственниками. В гостиной, если вы не против?
Это не было вопросом. Дамблдор уже шел в сторону гостиной, и Дурсли, словно загипнотизированные, поплелись вслед за ним.Они вышли за порог дома номер четыре, и ночной воздух, пахнущий сыростью и скошенной травой, ударил Гарри в лицо. Калитка за их спинами захлопнулась с тихим щелчком. Улица была пуста и безмолвна, словно затаив дыхание в ожидании чего-то важного.
Амулет на груди Гарри внезапно ожил. Он не просто потеплел — он завибрировал мелкой, радостной дрожью, отзываясь на то, что Гарри наконец покинул свою «тюрьму».
«Гарри! Ты вышел? Я чувствую... пространство вокруг тебя изменилось!» — голос Джинни в его голове был полон нетерпения.
«Да, я с Дамблдором. Мы на улице», — мысленно отозвался он. — «Он отправил мои вещи в "Нору". Джинни, он только что сказал Дурслям всё, что я сам хотел им сказать годами. Это было... невероятно».
«Представляю лицо твоего дяди», — в её ментальном голосе послышался смешок. — «Но будь настороже. Мама говорит, что на дорогах сейчас небезопасно, даже если ты с директором. Я не буду отключаться, пока ты не доберешься до места».
Дамблдор тем временем остановился у края тротуара и предложил Гарри согнутую в локте руку.
— Ты еще никогда не трансгрессировал, не так ли, Гарри? — спросил он, и в свете фонаря его глаза блеснули за очками-половинками.
— Нет, сэр. Только летал на метле, пользовался порохом и порталами.
— Что ж, это ощущение гораздо менее приятное, чем полет, — предупредил Дамблдор. — Тебе покажется, что тебя заталкивают в очень узкую резиновую трубку. Крепко держи меня за руку.
Гарри схватился за локоть директора. В этот момент амулет на его груди вспыхнул предупреждающим серебристым светом. Магия артефакта, связанная с его жизненными силами, напряглась, готовясь к резкому перемещению в пространстве.
«Гарри, что происходит?!» — вскрикнула Джинни через Узы. — «Твой сигнал... он как будто растягивается!»
«Всё в порядке, мы перемещаемся!» — успел подумать Гарри, прежде чем мир вокруг него взорвался.
Земля ушла из-под ног. Ребра сдавило так, словно его обхватил гигантский удав; в ушах засвистело, а зрение подернулось пеленой. Казалось, каждый дюйм его тела протаскивают через игольное ушко.
А затем — резкий толчок, и под ногами снова оказалась твердая поверхность. Гарри покачнулся, жадно глотая холодный воздух. Его немного подташнивало, но тепло от амулета быстро разлилось по телу, помогая прийти в себя и восстановить равновесие.
— Очень неплохо для первого раза, — одобрительно заметил Дамблдор, придерживая его за плечо.
Гарри огляделся. Они стояли на тихой деревенской улице, освещенной лишь луной. Вокруг были аккуратные каменные домики с садиками, утопающими в тени.
— Где мы, сэр? И почему мы не в «Норе»?
— Мы в местечке под названием Бадли-Бэббертон, Гарри. Здесь живет мой старый друг, — Дамблдор поправил шляпу. — Видишь ли, я подумал, что мне не помешает твоя помощь. Ты обладаешь определенным... обаянием Избранного, которое может оказаться весьма полезным в одном деликатном деле.
