О львах и ягнятах

Утро вторника встретило Драко привычным серым небом и моросящим дождем. Он сошел со школьного автобуса и сразу же принялся сканировать взглядом толпу учеников, пока не наткнулся на знакомую темноволосую фигуру. Белла стояла, прислонившись к своему ярко-красному пикапу, но смотрела не на него. Её взгляд был прикован к другой машине на противоположной стороне парковки — ослепительно красивому красному кабриолету. И из этого кабриолета выходили трое: Розали, Элис и Эммет. Ни Эдварда. Ни Джаспера. Драко нахмурился и направился к подруге. Странное чувство шевельнулось в груди — смесь тревоги и непонятной обиды. Неужели они отсутствуют из-за него и Беллы? Их реакция в первый день была слишком острой, слишком… неестественной. Может, что-то в них двоих оскорбило этих прекрасных незнакомцев? Мысль казалась абсурдной. И всё же… — Привет, Белла, — мягко окликнул он девушку, которая только что отказалась от предложения прокатиться в кузове синего фургона. — Похоже, наших фанатов сегодня нет. — Нет, — Белла наблюдала, как оставшиеся Каллены заходят в школу. — Видимо, нет. — Она повернулась к нему, и в её глазах мелькнуло то же недоумение, что он чувствовал сам. — Что мы такого сделали? — Понятия не имею, — честно ответил Драко. День тянулся бесконечной чередой уроков, на которых Драко с трудом сосредотачивался. Мысли то и дело возвращались к пропавшим Калленам. А в конце дня, когда он уже готовился тащиться на ненавистном желтом автобусе, Белла сделала неожиданное предложение: — Я подброшу тебя до дома. Оказалось, что красный пикап принадлежит ей — подарок отца в честь возвращения в Форкс. Драко с некоторой опаской забрался в кабину. — Он тебе вообще нравится? — спросил он, изо всех сил стараясь не вцепиться мертвой хваткой в сиденье, когда Белла с душераздирающим хрустом воткнула вторую передачу. — Я к нему привыкла, — философски заметила Белла. — А ты будешь покупать машину? — Я не умею водить. — Что? — Она удивленно покосилась на него. — В Англии права выдают с семнадцати, — пояснил Драко, мысленно поблагодарив Гарри за ускоренный курс по маггловским реалиям обеих стран. — А я еще не начинал учиться. Я не против, меня вполне устраивает автобус. Э-э, здесь налево. — Автобус — это ужасно. Школьные автобусы всегда ужасны, — Белла поморщилась с таким искренним отвращением, что Драко невольно улыбнулся. — Четвертый поворот направо, — кивнул он на свой дом. Белла притормозила. — Спасибо, что подбросила… — У меня есть идея, — перебила она. — Как спасти тебя от автобуса. — Я же сказал, меня автобус устраивает. — Слушай, я живу всего в двух кварталах отсюда. — Белла повернулась к нему, и в её глазах горел тот упрямый огонек, который Драко уже начал узнавать. — Я могу подвозить тебя в школу и обратно. Что скажешь? — Ты уверена? — Иначе бы не предлагала. Драко помолчал, вглядываясь в её лицо. Простую, искреннюю доброту, которую он там видел, было трудно принять — слишком непривычно. Но отказываться не хотелось. — Хорошо. Если тебя это действительно не затруднит, я с радостью принимаю предложение. — Он помедлил и добавил с тенью прежней малфоевской обаятельности: — И раз уж мы сегодня раздаем предложения… — Да? — Не хочешь зайти и помочь мне с этим дурацким сочинением по английскому? Белла рассмеялась — легко и искренне. — Конечно. Дом Малфоев встретил их запахом свежей краски и новой мебели. Драко повел Беллу по дорожке, отметив про себя, как внимательно она разглядывает фасад. — Этот дом — практически копия моего, — заметила она. — Даже жутковато. Драко распахнул дверь и, шагнув внутрь, громко объявил: — Матушка! Отец! Я дома и привел друга! Для Беллы это прозвучало совершенно нормально. Для Малфоев это был сигнал тревоги: убрать всё магическое, что могло попасться на глаза случайному гостю. Нарцисса появилась первой, сбегая по лестнице с грацией, которой могла бы позавидовать любая аристократка. Её лицо сияло улыбкой. — С возвращением, Драко! Как прошел день? — Она ласково провела рукой по его волосам, и этот простой жест сказал Белле больше, чем любые слова. — И кто эта милая юная леди? — День прошел нормально. Это Белла, — Драко улыбнулся подруге. — Она тоже новенькая, так что мы страдаем одинаково: новое место, новые лица, новые учителя. Белла протянула руку, слегка ошеломленная неземной красотой женщины, стоящей перед ней. И это платье… Белла ни за что не надела бы такую облегающую, почти вызывающую вещь просто так, по дому. А миссис Малфой носила его так, будто это были старые джинсы. — Приятно познакомиться, миссис Малфой. — О, дорогая, зови меня просто Нарцисса, — тепло сказала та, пожимая её руку. — Я так рада, что Драко нашел друга в первые же дни. Я очень переживала. — Матушка, — протянул Драко, чувствуя, как предательский румянец заливает щеки. — Ты сегодня рано, сын, — из столовой вышел Люциус, и Белла моргнула, пораженная. Этот мужчина был так же элегантен, как его жена, и так же светловолос, как его сын. Семейка, однако! — Белла подбросила меня, — пояснил Драко. — На своем пикапе. — Пикапе? — бровь Люциуса поползла вверх. — Машине. — Мы пойдем заниматься ко мне в комнату, — Драко направился к лестнице. Белла, очнувшись от легкого ступора, последовала за ним. — Дверь не закрывайте! — крикнула им вслед Нарцисса. — Матушка! — возмутился Драко, но, войдя в свою комнату, послушно оставил дверь распахнутой настежь. Комната оказалась… впечатляющей. Белла замерла на пороге, оглядываясь. Плотные черные шторы, которые Драко поспешил раздвинуть, скрывали солнечный свет, но даже после этого помещение оставалось мрачным: стены темно-зеленого цвета, черное шелковое белье на огромной кровати, черный тюль, ниспадающий с потолка, и мебель — черная или темно-зеленая. Единственными светлыми пятнами были серебряные подхваты для штор и массивные серебряные подсвечники на письменном столе. — Ничего себе, — выдохнула Белла. — Что? — Драко обернулся. — Я и не знала, что вы готы. — Кто? — переспросил он. Такого термина в его исследованиях маггловского мира не встречалось. — Ты не знаешь, кто такие готы? — удивилась Белла. — Нет. — Ну… это люди, которые любят всё темное, мрачное… — она запнулась, подбирая слова. — В общем, они обычно подавленные и несчастные, и… — О, я не такой. — Драко слегка смутился. — Просто черный — мой любимый цвет. Черный или темно-зеленый. Серебряный тоже неплох, но черный — фаворит. — Значит… это английское? — Ага. Они уселись рядом на невероятно мягкой, уютной кровати и погрузились в сочинения, то и дело прерываясь на болтовню. Драко узнал, что Белла согласилась жить с отцом, потому что её мать снова вышла замуж. Но дело было не в неприязни к отчиму — она просто понимала, что матери нужно пространство и свобода, чтобы путешествовать с новым мужем. — Ты очень хороший человек, — неожиданно сказал Драко. — Не то что я. — Что ты имеешь в виду? — Я могу быть эгоистичным, — он говорил тихо, словно признаваясь в страшном грехе. — Невероятно эгоистичным. И иногда злобным. И избалованным. В детстве я был просто невыносимым ребенком. А еще я злопамятный: малейшая мелочь может заставить меня возненавидеть человека. — Уверена, это не так, — запротестовала Белла. Драко не стал спорить. Она сама всё поймет, когда он, как пить дать, ошибется. Он лишь надеялся, что не сделает больно своей новой подруге. Она была такой милой и искренней, и он уже успел к ней привязаться. Белла ушла только в половине шестого, когда сочинения были наконец дописаны. Люциус и Нарцисса рассыпались в комплиментах в адрес симпатичной девушки, которая заставила их сына улыбаться, и чьи манеры оказались на удивление хороши для американской магглорожденной. Следующие дни тянулись в томительном ожидании. Белла забирала Драко каждое утро на своем пикапе, оба кутались в одежду, спасаясь от бесконечного ливня, и оба молчаливо надеялись, что пропавшие Каллены наконец появятся. Но их не было. Ни во вторник, ни в среду, ни в четверг. К пятнице нервы Беллы сдали. — Если я чем-то так оскорбила Эдварда Каллена, он мог бы хотя бы иметь приличие сказать мне, в чем дело! — выпалила она, вцепившись в руль побелевшими пальцами. — А не прятаться, как трус! — Парочка трусов, — процедил Драко, и в его голосе зазвенела холодная ярость, унаследованная от отца. — Когда я узнаю, чем именно я так отвратил Джаспера Хейла, я прокляну его до смерти за то, что он судит людей с первого взгляда! Он прикусил язык, чуть не проговорившись, но Белла, к счастью, ничего не заметила. На выходные они расстались. А в воскресенье вечером местные новости принесли странное сообщение: охранник на какой-то фабрике погиб в результате нападения животного. — Они уже знают, что это было? — спросил Драко утром в понедельник, когда они ехали в школу. — Нет. Отец просто велел мне быть осторожнее, — ответила Белла, лавируя между машинами на парковке. Она сделала два круга, прежде чем нашла свободное место. Они вылезли из кабины и, повинуясь привычке, посмотрели туда, где обычно парковались Каллены. Серебристый «Вольво» стоял на месте. Рядом с ним переминались с ноги на ногу двое, кого так долго не было. — Значит, они сегодня здесь. — Видимо, да. — Как думаешь, они будут нас игнорировать? — Поживем — увидим. Ждать пришлось недолго. Драко шел из кабинета английского в мужской туалет, когда в коридоре едва не столкнулся с Элис Каллен и Джаспером Хейлом. Сердце пропустило удар — от неожиданности и от того, каким красивым был этот парень вблизи. Драко сердито сверкнул глазами и попытался обойти их, но Джаспер протянул руку и схватил его за предплечье. — Подожди, — его мягкий голос звучал умоляюще. — Я хочу извиниться перед тобой. — А мне плевать. — Драко попытался вырваться. — Отпусти мою руку и дай пройти. — Пожалуйста. — Янтарные глаза смотрели с такой мольбой, что у Драко на мгновение сжалось сердце. Но он тут же напомнил себе, что этот человек заставил его чувствовать себя ничтожеством. — Что? — холодно спросил он. — Я прошу прощения за свою реакцию в прошлый раз. Я был… нездоров. — Джаспер запнулся, словно слово давалось ему с трудом. — Мне жаль, если я тебя обидел. — Хм. — Драко фыркнул. — «Нездоров» — это твое оправдание тому, что при виде меня ты сбежал и спрятался? Что, у тебя аллергия на платиновых блондинов? Или на британцев? — Я сказал, что мне жаль, — повторил Джаспер. — В любом случае, это неважно. — Драко дернулся, пытаясь освободиться. — Я тебя не знаю, и ты меня не знаешь. И вряд ли мы познакомимся поближе. Так что если ты сейчас меня пропустишь — мне отчаянно нужно в туалет. Хватка Джаспера была невероятно сильной — Драко удалось лишь дернуть руку так, что ладонь парня соскользнула и сжала его кисть. — Мерлин, какие у тебя холодные руки, — вырвалось у него. — Прости. — Джаспер мгновенно отпустил его и прижал руку к боку, словно обжегся. — И… возможно, ты прав. Мы не друзья. И, наверное, не должны ими становиться. Извини, что задержал. Он развернулся и ушел, прежде чем Драко успел сказать что-то еще. — Боже, оба они просто невозможны, — пробормотала Элис себе под нос, но Драко услышал. Она улыбнулась ему — странной, понимающей улыбкой — и последовала за братом. Драко остался стоять в коридоре, чувствуя себя так, будто только что пережил землетрясение. Но необходимость посетить туалет взяла верх над недоумением, и он двинулся дальше. Похожий разговор, судя по всему, состоялся у Беллы на биологии. Драко не слышал, о чем они говорили — учитель громко объяснял что-то про луковые корни, а Эмили, как обычно, болтала о Джонни Деппе, — но по выражению лица Беллы было ясно: ей скормили ту же нелепую историю про нездоровье. Однако они с Эдвардом продолжили работать вместе и, кажется, даже неплохо поладили. — А что мы вообще делаем? — спросила Эмили, когда Белла сообщила мистеру Молине, что они с Эдвардом закончили задание. — Подписываем названия фаз митоза под картинками на слайдах, — ответил Драко, сам толком не понимая. Он безуспешно пытался сделать это в одиночку. — О, — протянула Эмили. — А я не знаю фаз митоза. — Я тоже. — Класс, золотой лук нашел своего героя! — громко объявил мистер Молина, когда Белла и Эдвард подняли руки. — Быстрые мисс Свон и мистер Каллен! Кто получит приз? Он поспешил к своему столу и извлек оттуда лук, выкрашенный золотой краской. Эдвард галантно позволил Белле взять его, и та смущенно улыбнулась. — Кто-нибудь еще закончил? Я хочу, чтобы к концу урока все справились, — объявил учитель. — Э-э, мистер Молина, — подал голос Драко с задней парты. — Я этого раньше не проходил, а Эмили немного запуталась. Не могли бы вы нам помочь? Остаток урока жизнерадостный учитель крутился возле их стола, подсказывая и подбадривая. К звонку они наконец разобрались с этими дурацкими фазами. Драко вышел из класса и увидел Беллу, всё еще разговаривающую с Эдвардом у её шкафчика. Что-то в этом зрелище кольнуло его — непонятная, глупая ревность. Она была с этим типом слишком любезна. Драко держался на расстоянии, наблюдая, и даже обрадовался, когда какая-то фраза Беллы явно задела Эдварда, и тот поспешно ретировался. Но радость тут же сменилась стыдом — Белла выглядела обиженной. — Эй, поздравляю с луком, — улыбнулся он, подходя. — Видел, ты говорила с Эдвардом. Ну и? — Он сказал, что был нездоров. — По тону Беллы было ясно, что она не верит. — Ага, Джаспер сказал то же самое. — Ты с ним говорил? — удивилась Белла. — Э-э, да, в коридоре, до урока. — Драко помялся. — Я, э-э, был не так любезен, как ты. — В смысле? — Ты проговорила с Эдвардом целый урок и после. А я едва минуту с Джаспером. — Он пожал плечами. — Этот тип вел себя как… извини за выражение… и никакие извинения не исправят того, как он себя вел. — Так ты не принял его извинения? — нахмурилась Белла. — Я же предупреждал — я не совсем приятный человек. — Да, предупреждал, — вздохнула она. — Ну что… домой? — Домой. Они вышли на парковку, проходя мимо Калленов, собравшихся у своего серебристого «Вольво». Эдвард провожал Беллу взглядом, полным какой-то нечеловеческой тоски. Джаспер стоял к Драко спиной, но в его позе не было враждебности — скорее, усталая покорность. Белла подошла к пикапу, бросила сумку на капот и принялась рыться в поисках вечно теряющихся ключей. Драко ждал с другой стороны, рассеянно наблюдая за Калленами. А потом всё словно застыло в замедленной съемке. Фургон Тайлера, пытаясь избежать столкновения с другой машиной, вильнул в сторону. Попал на пятно льда. И его понесло прямо на Беллу. Драко открыл рот, чтобы закричать, но крик застрял в горле. Белла даже не видела приближающейся смерти — она всё еще рылась в сумке. А в следующее мгновение Эдвард Каллен уже был там. Он возник из ниоткуда — секунду назад стоял у своей машины, а сейчас уже прижимал Беллу к земле, выставив руку навстречу летящему фургону. Раздался оглушительный металлический скрежет, когда ладонь Эдварда пробила вмятину в капоте и остановила многотонную махину. Драко закричал — наконец-то звук вырвался из горла, — когда Эдвард, бледный как смерть, медленно поднялся, перелез через капот пикапа и, не оглядываясь, бросился в лес, окружающий школу. — Что во имя Мерлина это было? — прошептал Драко, когда вокруг Беллы, дрожащей и потрясенной, начала собираться толпа. Она посмотрела на него, ища ответы, но Драко не мог оторвать взгляда от того места, где скрылся Эдвард. Никто не заметил, как остальные Каллены стремительно покинули парковку.

***

— Ты уверен, Драко? — спросил Люциус, когда они сидели в гостиной. Нарцисса устроилась в кресле напротив, подавшись вперед, на её красивом лице застыла тревога. — Да. — Драко сжал руками колени, пытаясь унять дрожь. — Этот парень секунду назад был на другом конце парковки, а в следующую уже стоял рядом с Беллой. А потом он остановил фургон голой рукой. Говорю вам — он не человек. Он не может быть человеком. — Но кто же он тогда? — Люциус откинулся на спинку дивана, его глаза сузились. — Ты сказал, он и его брат пропустили школу после того, как странно отреагировали на вас? Насколько странно? — Оба выглядели так, будто их сейчас стошнит. — Какого цвета у них глаза? — мягко спросила Нарцисса. — Янтарные… или золотые. — Как у оборотня? — быстро спросил Люциус. — Да, но полнолуния же не было. — Есть что-нибудь еще странное в этой семье? — Они не едят. — Драко перебирал в памяти детали. — И они очень бледные, мертвенно-бледные. А рука у Джаспера была ледяная. — Его рука? — нахмурился Люциус. — Он остановил меня сегодня в коридоре, схватил за руку. Он тоже очень сильный, но, судя по всему, не такой, как Эдвард. — Ледяные, бледные, золотые глаза, нечеловеческая сила, — тихо перечислил Люциус. Он повернулся к жене. — Любовь моя, мне одному это кажется знакомым? Нарцисса медленно кивнула, и в её глазах мелькнул страх. — Замени золотой на красный — и получишь базовое описание вампира. — Вампира? — ахнул Драко. — Быть не может! В школе? Среди бела дня? — Подумай сам, мой дракон, — мягко сказала Нарцисса. — Разве не так бы ты описал вампира? Нежить. В конце концов, они не могут быть волшебниками — иначе засветились бы на карте Гарри. — Не было абсолютно ничего, — подтвердил Люциус. — Но магическое существо и не должно было появиться — Гарри говорил, карта показывает только ауру волшебников. — Вампиры… — выдохнул Драко. — Но если это так, почему у них глаза не красные? — Этого я не знаю. — Люциус поднялся, в его движениях появилась решимость. — Но я знаю одно: я хочу, чтобы ты держался от них подальше. И Беллу держи подальше. — Отец, он спас ей жизнь… — Неважно. — Голос Люциуса стал жестким. — Если они вампиры, им нельзя доверять. Возможно, они просто выжидают удобного момента. Выбирают жертв… — Он запнулся, и Драко увидел, как тень давнего ужаса скользнула по его лицу. — Или, возможно, пролитие её крови в этой аварии могло привести их в бешенство, раскрыть их истинную сущность. Мы насмотрелись на вампиров в пищевом неистовстве. Все трое содрогнулись, вспомнив. Жестокая игра Темного Лорда: отрубить руку предателю или врагу, пустить кровь, а затем запереть их в стеклянной комнате с выводком голодных вампиров, наблюдая за происходящим из-за магического стекла. Малфоям, как и всем Пожирателям, приходилось смотреть. Драко тогда едва сдержал рвоту, а Нарцисса много раз украдкой вытирала слезы. — Нет, — твердо сказал Люциус. — Я не хочу, чтобы ты был рядом с ними. — Но я хожу с ними в одну школу, — резонно заметил Драко. — Будет подозрительно, если я вдруг переведусь. Нарцисса согласно кивнула, и Люциус задумался, барабаня пальцами по подлокотнику. Наконец он встал, снял одно из множества колец со своей правой руки — все они были фамильными реликвиями, доставшимися от предков. Достав палочку, он прошептал заклинание, и золотой свет окутал кольцо, прежде чем впитаться в серебро и бриллианты. Люциус вернулся на диван, взял правую руку сына и надел кольцо на средний палец. Еще одно движение палочкой — и кольцо уменьшилось, сев идеально. — Что ты с ним сделал? — Ни один вампир не сможет приблизиться к тебе ближе чем на полтора метра. — Люциус говорил спокойно, но в его глазах горела отцовская тревога. — Этого времени хватит, чтобы сбежать или достать палочку. Я хочу, чтобы ты пообещал мне носить его всегда. — Я… — Драко, я не могу тебя потерять. — Голос Люциуса дрогнул, и это было настолько неожиданно, что у Драко перехватило дыхание. — Хорошо, — тихо сказал он, глядя на кольцо. Серебряная роза с бриллиантами — одно из тех, с которыми он любил играть в детстве. Теперь в нем была заключена защита. — Я буду носить. Но мы можем ошибаться. — Береженого Бог бережет.

***

— Мне сегодня ночью приснился Эдвард, — призналась Белла на следующее утро, когда Драко забирался в кабину её пикапа. Единственным напоминанием о вчерашней аварии была глубокая вмятина сзади — там, куда ударил фургон. — О? — Драко насторожился. — Ага… — Белла вдруг заметила кольцо у него на пальце. — Эй, а это что? — Отец подарил, — отмахнулся Драко. — Так что там насчет сна? — Я… я поцеловала его, — пробормотала Белла, краснея. — Ладно, — медленно произнес Драко. — А с чего вдруг? — Не знаю. — Она смущенно теребила ремень безопасности. — Мне приснилось, что я проснулась, а он был рядом, и я притянула его к себе на кровать и поцеловала. А потом я действительно проснулась, и… мне показалось, что он был там. Но когда я включила свет, никого не оказалось. — Значит, ты еще спала. — Наверное. — Белла помолчала. — Но это было очень странно. — Еще бы. — Драко покосился на неё. Он помялся. — Э-э, а что мы будем говорить о той аварии? — В каком смысле? — Об Эдварде. — Драко понизил голос. — Он остановил фургон. Я был там, я всё видел. Мы расскажем всем о его невероятной скорости и силе? — Я пообещала, что не расскажу. — Хорошо, — Драко откинулся на сиденье. — Ты не скажешь? — удивилась Белла. — У всех есть свои секреты. — Он пожал плечами. — Его просто чуть больше, чем у других. «Еще бы не больше», — подумал он про себя, вспоминая вчерашний разговор с родителями. В голове уже созревал план. Сегодня у них с параллельным классом была экскурсия на природу по биологии. Джаспер и Элис тоже там будут. И Драко проверит, как работает кольцо. Экскурсия оказалась скучноватой — научные термины пролетали мимо ушей Драко, а учитель вещал о чем-то невероятно унылом. Он видел, что Белла снова разговаривает с Эдвардом, и решил не мешать им, занявшись собственным расследованием. Джаспер стоял на несколько человек позади в очереди, тихо беседуя с Элис. Драко притворился, что у него развязался шнурок, присел на корточки и замер, наблюдая краем глаза. — Какого черта…? — донесся до него приглушенный голос Джаспера. Драко незаметно оглянулся. Они оба — Элис и Джаспер — застыли на месте. Любому другому показалось бы, что они просто остановились. Но Драко заметил, как их руки словно упираются в воздух перед собой, будто наткнулись на невидимую стену. «О, борода Мерлина! — мысленно ахнул он. — Они и правда вампиры!» Впереди, в толпе учеников, Эдвард резко обернулся и уставился на него.