All the Young Dudes читают "Гарри Поттер и Философский камень"

Косой переулок Прочитал Римус, слабо улыбнувшись. За всю свою жизнь от побывал там всего один раз уже будучи совершеннолетним. Ему интересно как отрегарует ребенок. На следующее утро Гарри проснулся рано. Он знал, что уже рассвело, но не торопился открывать глаза. — Дай угадаю, он подумает что это все было сном? — улыбнулась Лили. «Это был сон, — твердо сказал он себе. — Мне приснилось, что ко мне приходил великан по имени Хагрид, чтобы сообщить мне, что я пойду учиться в школу волшебников. Когда я открою глаза, то окажусь дома в своем чулане». — Ты права, цветочек, — усмехнулся Сириус. — Конечно права, он же все-таки мой сын. — Или ты сама думала что это все сон в его возрасте, — хмыкнул Блек, на что девушка скорчила рожицу и показала язык, вызвав смех у ребят. Внезапно раздался громкий стук. «А вот и тетя Петунья», — подумал Гарри с замиранием сердца. Но глаза его все еще были закрыты. Сон был слишком хорош, чтобы просыпаться. Тук. Тук. Тук. — Хорошо, — пробормотал Гарри. — Я встаю. Он сел, и тяжелая куртка Хагрида, под которой он спал, упала на пол. Хижина была залита светом, ураган кончился, Хагрид спал на сломанной софе, Юфимия закатила глаза. — Сам устроился на софе, а ребенка на пол. Хорошо же устроился. И мне плевать, Монти, насколько теплой была его куртка. Нормальный взрослый должен был отправить ребенка спать на софе! — Да я вообще молчал, — пробормотал Флимонт. а на подоконнике сидела сова с зажатой в клюве газетой и стучала когтем в окно. Гарри вскочил с постели. Счастье распирало его изнутри, словно он проглотил воздушный шар. Лили и Римус хихикнули прекрасно понимая его чувства. Гарри подошел к окну и распахнул его. Сова влетела в комнату и уронила газету прямо на Хагрида, но тот не проснулся. — Хорошо спится, — язвительно попрекнула миссис Поттер. Затем сова спикировала на пол и набросилась на куртку Хагрида. — Прекрати! Гарри замахал руками, чтобы прогнать сову, но она яростно щелкнула клювом и продолжила терзать куртку. — Ей надо денег, — важно кивнул Джеймс. — Хагрид! — громко позвал Гарри. — Тут сова… — Заплати ей, — проворчал Хагрид, уткнувшись лицом в софу. — Что? — Она хочет, чтоб мы ей денег дали за то, что он газету притащила. Деньги в кармане. — Ну умный какой, а откуда Гарри знает о наших деньгах! — фыркнула Юфимия. Казалось, что куртка Хагрида состоит из одних карманов. Связки ключей, расплющенные дробинки, мотки веревки, мятные леденцы, пакетики чая… Наконец Гарри вытащил пригоршню странного вида монет. — Дай ей пять кнатов, — сонно произнес Хагрид. — Кнатов? — Маленьких бронзовых монеток. — А сам заплатить ей не мог? — Эффи, дорогая, не будь столь строга к нему, — ласково погладил жену по волосам Флимонт. Гарри отсчитал пять бронзовых монеток, и сова вытянула лапу, к которой был привязан кожаный мешочек. А затем вылетела в открытое окно. Хагрид громко зевнул, сел и потянулся. — Пора идти, Гарри. У нас с тобой делов куча, нам в Лондон надо смотаться да накупить тебе всяких штук, которые для школы нужны.

— И как мне не быть строгой? К чему это представление, я не понимаю. Улегся на софу, ребенка положил на пол, не в состоянии поднять свой зад и заплатить сове за газету, да даже объяснить нашу валюту ребенку который в жизни не видел таких денег! — Я сомневаюсь что он вообще каких либо денег видел в свой жизни, — вздохнула Лили. Гарри вертел в руках волшебные монетки, внимательно их разглядывая. Он только что подумал кое о чем, и ему показалось, что поселившийся внутри его шар счастья начал сдуваться. — М-м-м… Хагрид? — А? — Хагрид натягивал свои огромные башмаки. — У меня нет денег, и вы… — Как это нет денег?! — наконец взорвался и Флимонт, — да нашем счету галеонов не сосчитать! Я уж молчу про основой счет Поттеров! — Спокойнее, Монти, не будь так строг, — ехидно покачала головой Юфимия. Мародеры и Лили захихикали. Великан внимательно посмотрел на него, словно напоминая о вчерашнем уговоре. Гарри вдруг понял, что ему, всегда такому вежливому и обращающемуся на «вы» ко всем старшим, будет легко называть Хагрида на «ты». Потому что Хагрид относился к нему с большей теплотой, чем кто бы то ни было, и вел себя как друг. — Но нельзя же так доверять первому встретившемуся кто отнесся к тебе с лаской, — грустно вздохнула Лили. — Ты слышал, что сказал вчера вечером дядя Вернон. Он не будет платить за то, чтобы я учился волшебству. — А ты не беспокойся. — Хагрид встал и почесал голову. — Ты, что ли, думаешь, что твои родители о тебе не позаботились? — Вообще-то не только родители, — пробурчала миссис Поттер. — Родители родителей, — ухмыльнулся Джеймс. — Но если от их дома ничего не осталось… — Волшебники не хранят золото в домах, — хохотнул Флимонт. — Да ты чо, они ж золото свое не в доме хранили! — отмахнулся Хагрид. — Короче, мы первым делом в «Гринготтс» заглянем, в наш банк. Ты съешь сосиску, они и холодные очень ничего. А я, если по правде, не откажусь от кусочка твоего вчерашнего именинного торта. — Я думаю его сожрал Дадли, — хмыкнул Джеймс. — Он не напоминай мне о нем, в жизни Хагриду этого не прощу! — вновь разозлилась Юфимия. — У волшебников есть свои банки? — Только один. «Гринготтс». Там гоблины всем заправляют. Гарри уронил кусок сосиски, который он держал в руке. — Гоблины? — Да, и поэтому я тебе так скажу: только сумасшедший может решиться ограбить этот банк. — Вот это точно, даже темный лорд туда не сувался, — покачал головой Флимонт. С гоблинами, Гарри, связываться опасно, да, запомни это. Поэтому если захочешь… э-э… что-то спрятать, то надежнее «Гринготтса» места нет… Разве что Хогвартс. Да сам увидишь сегодня, когда за деньгами твоими придем — заодно и я там дела свои сделаю. Дамблдор мне поручил кой-чего, да! — Хагрид горделиво выпрямился. — Он мне всегда всякие серьезные вещи поручает. — Что странно, — буркнула женщина. Тебя вот забрать, из «Гринготтса» кое-что взять — он знает, что мне доверять можно, понял? Ну ладно, пошли. Гарри вышел на скалу вслед за Хагридом. Небо было чистым, и море поблескивало в лучах солнца. Лодка, которую арендовал дядя Вернон, все еще была здесь, но после урагана она была залита водой. — А как ты сюда попал? — Гарри огляделся, но другой лодки так и не увидел. — Прилетел, — ответил Хагрид. — Прилетел? — Прилетел, — фыркнул Джеймс, — наверняка воспользовался порт ключом. — Ну Гарри пока такое рано знать, для начала основы бы изучить, — ответил Флимонт. — Да… не будем об этом. Теперь, когда ты со мной, мне… э-э… нельзя чудеса творить.

— А прошлое представление не считается? — изогнула бровь Юфимия. Они уселись в лодку, а Гарри продолжал внимательно разглядывать Хагрида, пытаясь представить его летящим. — Хотя… да… если по правде, глупо было б грести самому. — Хагрид покосился на Гарри. — Если я… э-э… Если я сделаю так, чтоб мы побыстрее поплыли, ты ведь никому в Хогвартсе не расскажешь? — Конечно нет! — выпалил Гарри, которому не терпелось увидеть что-нибудь магическое. Волшебники фыркнули. — И ему Дамблдор безоговорочно доверяет? — изогнула бровь Лили. — Я о том же, — хмуро произнесла женщина. Хагрид вытащил свой розовый зонт, дважды стукнул им о борт лодки, и та помчалась. — А почему только сумасшедший может попытаться ограбить «Гринготтс»? — поинтересовался Гарри. — Заклинания, колдовство, — ответил Хагрид, разворачивая газету. — Говорят, что там у них самые секретные сейфы драконы охраняют. — Сейф Блэков точно под стражей драконов, — кивнул Сириус. — Основной сейф Поттеров тоже, — произнес Флимонт. К тому же оттуда еще выбраться надо… «Гринготтс» глубоко под землей находится… сотни миль под Лондоном — чуешь? Глубже, чем метро. Даже если повезет грабителю и получится у него украсть что-нибудь, он с голоду помрет, пока оттуда выберется, да! — Странное сравнение с метро, — нахмурилась Лили, — особенно для Великана. — Полувеликана, милая, — поправил Джеймс. — Да-да. Гарри сидел и думал об услышанном. Хагрид читал газету, которая называлась «Ежедневный пророк». Гарри помнил, как дядя Вернон твердил, что, когда человек читает газету, он не любит, чтобы ему мешали. Но сейчас оставить Хагрида в покое было нелегко, потому что никогда в жизни Гарри не хотелось задать столько вопросов. — Это только у твоего дяди моржа, у обычных людей нет такой ненависти к вопросам, — хмыкнул Флимонт. — Ну вот, Министерство магии опять дров наломало, — пробормотал Хагрид, переворачивая страницу. — А есть такое Министерство? — спросил Гарри, позабыв, что мешать читающему газету не следует. — Есть-есть, — ответил Хагрид. — Сначала хотели, чтоб Дамблдор министром стал, но он никогда Хогвартс не оставит, во как! Так что в министры старый Корнелиус Фадж пошел. — Корнелиус?! — в ужасе воскликнул Флимонт, — да он же сам ничего решить не может, бегает все время за Альбусом! — Миллисент Багнолд видимо все-таки ушла на пенсию, — нахмурилась Юфимия. Мародеры решили промолчать, их политические дела пока мало волновали. А хуже его не найдешь. Он теперь каждое утро к Дамблдору сов посылает за советами. — Ничего не изменилось, — фыркнул Флимонт. — А чем занимается Министерство магии? — Ну, их главная работа, чтоб люди не догадались, что в стране на каждом углу волшебники живут. — Почему? — Почему? Да ты чо, Гарри? Все ж сразу захотят волшебством свои проблемы решить, эт точно! Не, лучше, чтоб о нас не знали. — Глупое оправдание, — закатила глаза Юфимия, — если об этом узнают маглы, то вновь начнутся гонения на волшебников и магических существ. Решать свои проблемы с помощью волшебства, это самое малое что может произойти. Раньше ведьм и колдунов сжигали на костре, пока министерство не приняло статут о секретности. Волшебники скрываются ради своей же безопасности. — Да что маглы могут сделать волшебникам? — фыркнул Сириус. — Да много чего! Сейчас магловское правительство изучает все новое и новое оружие массового поражения! — прошипела Лили, которую от одной лишь мысли что начнется война между магами и маглами бросало в дрожь. В этот момент лодка мягко стукнулась о стену причала. Хагрид сложил газету, и они поднялись по каменным ступеням и оказались на улице. Пока они шли к станции, — А лодку он вернул обратно? — изогнула бровь Юфимия. — Об этом ничего не написано, так что сомневаюсь, — хмыкнул Римус. жители маленького городка во все глаза смотрели на Хагрида. Гарри их прекрасно понимал. Дело даже не в том, что Хагрид был вдвое выше обычного человека, он еще и всю дорогу тыкал пальцем в самые простые, на взгляд Гарри, предметы, вроде парковочных счетчиков, и громко восклицал: — Ну дела, Гарри! И чего эти маглы только не придумают! — Статут-статут, — закатил глаза Флимонт. — Хагрид! — произнес Гарри, немного запыхавшись, потому что ему было нелегко поспевать за Хагридом. — Ты сказал, что в «Гринготтсе» есть драконы? — Ну, так говорят, — ответил Хагрид. — Э-э-э, хотел бы я иметь дракона.

— Он до сих пор не расстался с этой глупой мечтой?! — взвизгнула Юфимия, — сколько лет прошло, а он все грезит о драконах! Азкабан по нему плачет! — Ты хотел бы иметь дракона? — Всегда хотел… еще когда маленьким совсем был. Все, пришли мы. Они были на станции. Поезд на Лондон отходил через пять минут. Хагрид заявил, что ничего не понимает в деньгах маглов, и сунул Гарри несколько купюр, чтобы тот купил билеты. Мисси Поттер скривила губы, закатила глаза. — Опять на Гарри спихивает, а он не понимал в магических деньгах ничего. В поезде на них глазели еще больше, чем на улице. Хагрид занял сразу два сиденья и начал вязать нечто похожее на шатер канареечного цвета, вроде тех, где устраивают представления циркачи. — А письмо-то у тебя с собой, Гарри? — спросил он, считая петли. — О, а раньше не мог спросить? Вдруг он его в этой хижине оставил, — фыркнул Джеймс. Гарри вытащил из кармана пергаментный конверт. — Отлично, — сказал Хагрид. — Там есть список всего того, что для школы нужно. Гарри развернул второй листок бумаги, который не заметил вчера, и начал читать.

— Как можно не заметить лист пергамента? — закатил глаза Римус.

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Форма Студентам-первокурсникам требуется:       Три простых рабочих мантии (черных).       Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день.       Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала).       Один зимний плащ (черный, застежки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги Каждому студенту полагается иметь следующие книги:       «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс). Миранда Гуссокл       «История магии». Батильда Бэгшот       «Теория магии». Адальберт Уоффлинг       «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч       «Тысяча магических растений и грибов». Филлида Спора       «Магические отвары и зелья». Жиг Мышьякофф       «Фантастические звери: места обитания». Ньют Саламандер       «Темные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл Также полагается иметь:       1 волшебную палочку,       1 котел (оловянный, стандартный размер № 2),       1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов,       1 телескоп,       1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ.

— Столько лет прошло, а ничего не меняется, — покачал головой Джеймс. Мародеры догадались что парень сокрушается о запрете на метлы. — И это всё можно купить в Лондоне? — ахнул Гарри. — Если знаешь, где искать, — ответил Хагрид. — Косая аллея, — широко улыбнулся Сириус.

* * *

Гарри никогда раньше не гулял по Лондону. А Хагрид хотя и знал, куда им надо, но обычным способом туда никогда не добирался. — Дырявый котел? — фыркнула Юфимия, которой было известно о том как Хагрид любит там пропусть стаканчик. А то и два. Для начала он застрял в турникете метро, а после громко жаловался, что сиденья в вагонах слишком маленькие, а поезда слишком медленные. — Пф, сиденья рассчитаны на обычных людей, а не полу-великанов! — обижено фыркнула Лили. — Не представляю, как маглы без магии обходятся, — сказал он, когда они поднялись вверх по сломанному эскалатору и оказались на улице, полной магазинов. Хагрид был так велик, что без труда прокладывал себе дорогу сквозь толпу, от Гарри требовалось лишь не отставать. Они проходили мимо книжных и музыкальных магазинов, закусочных и кинотеатров, но ни одно из этих мест не было похоже на то, где можно купить волшебную палочку. Это была обычная улица, забитая обычными людьми. — Ну разумеется. — улыбнулась Юфимия. Гарри на мгновение показалось, что это сон. Ну разве может находиться под землей волшебный банк, набитый золотом? — Не только золотом. Артефакты, редкие книги, драгоценные камни, — перечислил Флимонт, — Гринготтс набит сокровищами. Разве существуют магазины, которые продают книги заклинаний и метлы? А может, все это ужасная шутка, которую придумали Дурсли? Если бы Гарри не знал, что у Дурслей нет чувства юмора, он бы так и подумал, но он почему-то верил Хагриду, хотя все, что тот говорил, было невероятно. — Пришли, — произнес Хагрид, остановившись. — «Дырявый котел». Известное местечко. — Особенно для алкоголиков, — фыркнула миссис Поттер. Это был крошечный невзрачный бар. Если бы Хагрид не указал на него, Гарри бы его даже не заметил. Проходящие мимо люди на бар не смотрели. Их взгляды скользили с большого книжного магазина на магазин компакт-дисков, а бар, находившийся между этими магазинами, они, похоже, вовсе не замечали. — Чары сокрытия, — улыбнулся Флимонт. У Гарри даже возникло странное чувство, что только они с Хагридом видят его. Но прежде чем он успел спросить об этом, Хагрид завел его внутрь. Для известного местечка бар был слишком темным и обшарпанным. В углу сидели несколько пожилых женщин и пили вино из маленьких стаканчиков, одна из них курила длинную трубку. Маленький человечек в цилиндре разговаривал со старым лысым барменом, похожим на нахмурившийся грецкий орех. — Том все еще работает? — хихикнула Лили. Когда они вошли, все разговоры сразу смолкли. Очевидно, Хагрида здесь все знали — ему улыбались и махали руками, а бармен потянулся за стаканом со словами: — Тебе как обычно, Хагрид? Юфимия закатила глаза. — Не могу, Том, я здесь по делам Хогвартса, — ответил Хагрид и хлопнул Гарри по плечу своей здоровенной ручищей, так что у того подогнулись колени. — Боже милостивый, — произнес бармен, пристально глядя на Гарри. — Это… Неужели это… В «Дырявом котле» воцарилась тишина. — Благослови мою душу, — прошептал старый бармен. — Гарри Поттер… какая честь! — Ну сейчас начнется, — фыркнула лили, крайне недовольная что ребенку даже купить принадлежности нормально не дают. Он поспешно вышел из-за стойки, подбежал к Гарри и схватил его за руку. В глазах бармена стояли слезы. — Добро пожаловать домой, мистер Поттер. Добро пожаловать домой. Гарри не знал, что сказать. Все смотрели на него. Старуха сосала свою трубку, не замечая, что та погасла. — Ни слова, — предупреждающе рыкнул Люпин глядя на своего невинно хлопающего глазами парня. — Я молчал Хагрид сиял. Вдруг разом заскрипели отодвигаемые стулья, и следующий момент Гарри уже обменивался рукопожатиями со всеми посетителями «Дырявого котла». — Дорис Крокфорд, мистер Поттер. Не могу поверить, что наконец встретилась с вами. — Большая честь, мистер Поттер, большая честь. — Всегда хотела пожать вашу руку… Я вся дрожу. — Я счастлив, мистер Поттер, даже не могу передать, насколько я счастлив. Меня зовут Дингл, Дедалус Дингл. — Как он популярен, — протянул Питер. — Что, завидуешь, Питти? — Сириус, — отдернул парня Римус. — Я пошутил. Не обижайся, Пит. — И привык. — А я вас уже видел! — воскликнул Гарри, и Дедалус Дингл так разволновался, что его цилиндр слетел с головы и упал на пол. — Вы однажды поклонились мне в магазине. — Он помнит! — вскричал Дедалус Дингл, оглядываясь на остальных. — Вы слышали? Он меня помнит! — Сколько радости, — закатил глаза Джеймс, которому так же как и девушке с родителями не нравилось это представление. У Поттеров было такое ощущение что мальчика привела на показ, зачем Хагрид привлек к себе внимания? Почему позволил толпе облупить ребенка со всех сторон? Ребенка которому явно не нравится происходящее. Гарри продолжал пожимать руки. Дорис Крокфорд подошла к нему во второй раз, а потом и в третий. — Самая ярая поклонница, — усмехнулся Сириус. — Эта поклонница ненамного младше меня, — фыркнула Юфимия. Вперед выступил бледный молодой человек, он очень нервничал, у него даже дергалось одно веко. — Профессор Квиррелл! — представил его Хагрид. — Гарри, профессор Квиррелл — один из твоих будущих преподавателей. — П-п-поттер! — произнес, заикаясь, профессор Квиррелл и схватил Гарри за руку. — Н-не могу п-пе-редать, насколько я п-польщен встречей с вами. Волшебники изумленно переглянулись. — Какой раздел магии вы преподаете, профессор Квиррелл? — Защита от Т-т-темных искусств, — Какая прелесть, — ехидно протянула Юфимия. — Эффи, не суди книгу по обложке. Может как преподаватель он очень даже ничего. — пробормотал Квиррелл с таким видом, словно ему не нравилось то, что он сказал. — Н-не то чтобы вам это было н-нужно, верно, П-п-поттер? — Разумеется, зачем ребенку одиннадцати лет знать защиту от темных искусств? Совершенно не зачем, — раздраженно фыркнула Лили. — Профессор нервно рассмеялся. — Как я п-понимаю, вы решили п-при-обрести все н-необходимое для школы? А мне н-нуж-на новая к-книга о вампирах. Вид у него был такой, будто его пугала сама мысль о вампирах. Но остальные не желали мириться с тем, что Квиррелл безраздельно завладел вниманием Гарри. Прошло еще минут десять, прежде чем зычный голос Хагрида перекрыл другие голоса. — Пора идти… нам надо еще кучу всего купить. Пошли, Гарри. — Наконец то показ закончился, теперь можно вспомнить о первопричине. — Эффи, ты сегодня как-то не в духе. — Я просто раздражена всей этой ситуацией. За нашим внуком послали лесничего после десяти лет издевательств в доме маглов, не удосужились ничего объяснить, да еще и выставили на всеобщее обозрение. Герой? Убийца темного лорда? В первую очередь он ребенок, а не красивая игрушка! — Сделаем перерыв после этой главы, да и нам всем надо бы пообедать, — успокаивающе сжал ладонь разошедшейся жены Флимонт. Ребята молча кивнули, большинство было согласны со словами миссис Поттер. Дорис Крокфорд напоследок опять пожала Гарри руку. Хагрид вывел его из бара в маленький двор, со всех сторон окруженный стенами. Здесь не было ничего, кроме мусорной урны и нескольких сорняков. — Ну, что я тебе говорил? — Хагрид ухмыльнулся. — Я ж тебе сказал, что ты знаменитость. Даже профессор Квиррелл затрясся, когда тебя увидел… хотя, если по правде, он всегда трясется. — Он всегда такой нервный? — Да. Бедный парень. А ведь талантливый такой, да! Он пока науки по книгам изучал, в полном порядке был, а потом взял… э-э… отпуск, чтоб кой-какой опыт получить… Говорят, он в Черном лесу вампиров встретил, и еще там одна… э-э… история у него произошла с ведьмой… с тех пор он все, другим совсем стал. Учеников боится, предмета своего боится… — Как странно, — задумчиво произнес Флимонт. — Профессор по защите от темных искусств который боится вампиров? Изумительно! — простонала Лили, миссис Поттер хранила молчание, лишь сжала губы в тонкую полоску. — Ну, Веселый чел, такого бы обкидать парочкой навозных бомб, — ухмыльнулся Сириус, Джеймсу. Тот широко улыбнувшись согласна закивал. Так, куда это мой зонт подевался? Вампиры? Ведьмы? У Гарри кружилась голова. — А еще оборотни, гоблины, эльфы, русалки и многие другие, — ухмыльнулся Римус. А Хагрид тем временем считал кирпичи в стене над мусорной урной. — Три вверх… два в сторону, — бормотал он. — Так, а теперь отойди, Гарри. Он трижды коснулся стены зонтом. Кирпич, до которого он дотронулся, задрожал, потом задергался, в середине у него появилась маленькая дырка, которая быстро начала расти. Через секунду перед ними была арка, достаточно большая, чтобы сквозь нее мог пройти Хагрид. За аркой начиналась мощенная булыжником извилистая улица. — Добро пожаловать в Косой переулок, — произнес Хагрид. — Добро пожаловать в мир магии, — широко улыбнулся Сириус. Он усмехнулся, заметив изумление на лице Гарри Они прошли сквозь арку, и Гарри, оглянувшись, увидел, как она тут же снова превратилась в глухую стену. Ярко светило солнце, отражаясь в котлах, выставленных перед ближайшим к ним магазином. «Котлы. Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро. Самопомешивающиеся и разборные» — гласила висевшая над ними табличка. — Ага, такой тебе тоже нужен будет, — сказал Хагрид. — Но сначала надо твои денежки забрать. — А где ключ от сейфа? — нахмурилась Юфимия, — вряд ли Гарри знает о нем. — Скорее у Хагрида, — пожал плечами Джеймс. — А что он делает у Хагрида? — прищурилась женщина. — Да ладно тебе, Эффи, само собой у Гарри нет ключа, скорее всего гоблины вызовут поверенного Поттеров, а уж он организует Гарри собственный ключ от ученического сейфа. — Надеюсь. Гарри пожалел, что у него не десять глаз. Пока они шли вверх по улице, он вертел головой, пытаясь увидеть все сразу: магазины, выставленные перед ними товары, людей, делающих покупки. Римус и Лили легко улыбнулись, полностью понимая Гарри. Полная женщина, стоявшая перед аптекой, мимо которой они проходили, качала головой. — Печень дракона по семнадцать сиклей за унцию — да они с ума сошли… — А цены та растут, — поморщилась Лили, — за пятнадцать лет взлетела почти в три раза. Из мрачного на вид магазина доносилось тихое уханье. «Торговый центр «Совы». Неясыти обыкновенные, сипухи, ушастые и полярные совы» — прочитал Гарри. Несколько мальчишек примерно его возраста прижались носами к другой витрине, — Дай угадаю, все для квиддича? — улыбнулся Джеймс, ибо сам не отрывался от этого магазинчика в своем детстве. Да и сейчас тоже мало что изменилось. разглядывая выставленные в ней метлы. Римус усмехнулся, кивнув. — Смотри, — донеслось до Гарри, — новая модель «Нимбус-2000», самая быстрая. — Оооо, глаза младшего Поттера восторженно загорелись. Здесь были магазины, которые торговали мантиями, телескопами и странными серебряными инструментами, каких Гарри никогда не видел. Витрины по всей улице были забиты бочками с селезенками летучих мышей и глазами угрей, покачивающимися пирамидами из книг с заклинаниями, птичьими перьями и свитками пергамента, бутылками с волшебными зельями и глобусами Луны… Сириус мечтательно прикрыл глаза, откинувшись на спинку дивана. Косая аллея была его любимым местом. А какое там продают мороженое? Ммм, пальчики оближешь. — «Гринготтс», — объявил Хагрид. Они находились перед белоснежным зданием, возвышавшимся над маленькими магазинчиками. А у отполированных до блеска бронзовых дверей в алой с золотом униформе стоял… — Гоблин, — фыркнул Блек, поморщившись. С гоблинами у семьи Блек натянутые отношения. В принципе как и у всех остальных. — Да, это гоблин, — спокойно сказал Хагрид, когда они поднимались по белым каменным ступеням. Гоблин был на голову ниже Гарри. У него было смуглое умное лицо, острая бородка и, как заметил Гарри, очень длинные пальцы и ступни. Он поклонился, когда они входили внутрь. Теперь они стояли перед вторыми дверями, на этот раз серебряными. На них были выгравированы строчки: Мародеры закатили глаза наизусть зная эти строчки, а потом подражая громкому голосу Римуса, Джеймс и Сириус зачитали по памяти в унисон с Люпином. Питер не решился открывать рот, боясь сказать не то.

Входи, незнакомец, но не забудь,

Что у жадности грешная суть,

Кто не любит работать, но любит брать,

Дорого платит — и это надо знать.

Если пришел за чужим ты сюда,

Отсюда тебе не уйти никогда.

— Позеры, — фыркнула Лили, глядя как парни весело переглядываются. Римус, продолжил читать один. — Я ж тебе говорил: надо быть сумасшедшим, чтобы попытаться ограбить этот банк, — сказал Хагрид. — Скорее самоубийцей, — фыркнул Питер. — Что и есть сумасшествие, — пожал плечами Джеймс. Два гоблина с поклонами встретили их, когда он прошли сквозь серебряные двери и оказались в огромном мраморном холле. На высоких стульях за длинной стойкой сидела еще сотня гоблинов — они делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Из холла вело больше дверей, чем Гарри мог сосчитать, — другие гоблины впускали и выпускали через них людей. Хагрид и Гарри подошли к стойке. — Доброе утро, — обратился Хагрид к свободному гоблину. — Мы тут пришли, чтоб немного денег взять… э-э… из сейфа мистера Гарри Поттера. — У вас есть его ключ, сэр? — Где-то был, — ответил Хагрид Флимонт и Юфимия изумленно переглянулись, не понимая почему гоблин не вызвал поверенного семьи Поттер, и что собственно делает ключ у Хагрида?! — Может спустя столько лет правила изменились, — нерешительно пожал плечами Джеймс, с опаской глядя на пышущих гневом родителей. — Сотню лет не менялись, а тут взяли и изменились?! — разозлилась Юфимия. — Безобразие, — фыркнул Флимонт. и начал выкладывать на стойку содержимое своих карманов. Пригоршня заплесневелых собачьих бисквитов посыпалась на бухгалтерскую книгу гоблина. — Отвратительно, — поморщилась миссис Поттер. — Неудивительно почему Хагрид не является желанным гостем в Гринготтсе, — покачал головой мистер Поттер, — с такими та манерами. Гоблины не любят такое. Гоблин сморщил нос. Гарри наблюдал за гоблином, сидевшим справа и взвешивавшим груду рубинов, огромных, как пылающие угли. — Нашел, — наконец сказал Хагрид, протягивая крошечный золотой ключик. Гоблин изучающе посмотрел на него. — Кажется, все в порядке. — И у меня тут еще письмо имеется… э-э… от профессора Дамблдора, — с важным видом произнес Хагрид, выпячивая грудь. — Это насчет Вы-Знаете-Чего в сейфе семьсот тринадцать. — Вы знаете чего? Что это еще за секретность в присутствии ребенка? — нахмурился Флимонт. — Как беспечно вести секретные диалоги при детях, все равно прямым текстом предложить ему сунуть туда нос, — закатил глаза Джеймс. Гоблин внимательно прочитал письмо. — Прекрасно, — сказал он, возвращая письмо Хагриду. — Сейчас вас отведут вниз к вашим сейфам. Крюкохват! Крюкохват тоже был гоблином. Когда Хагрид распихал все собачьи бисквиты по карманам, они с Гарри последовали за Крюкохватом к одной из дверей. — А что такое это Вы-Знаете-Что в сейфе семьсот тринадцать? — спросил Гарри. — Не могу я тебе сказать, — таинственно ответил Хагрид. — Очень секретно. Это школы «Хогвартс» касается. Дамблдор мне доверяет. А я своей работой слишком дорожу, чтобы секреты тебе раскрывать. — Какой бред, — фыркнула Юфимия, — я не могу понять кто из них двоих больше спятил Альбус или Хагрид?! Крюкохват открыл перед ними дверь. Гарри, ожидавший увидеть вокруг мрамор, был удивлен. Они стояли в узком каменном коридоре, освещенном горящими факелами. — Мрамор только в главном холе, гоблины слишком жадные чтобы так потратится в подземелье, — фыркнул Сириус. Дорога круто уходила вниз, на полу были тоненькие рельсы. Крюкохват свистнул, и к ним с лязгом подкатила маленькая тележка. Джеймс и Сириус скривились, зная не по наслышке об этой чудовищной тележки. Они забрались внутрь — Хагриду это удалось с трудом — и поехали. Сначала они неслись сквозь лабиринт петляющих коридоров. Гарри пытался запомнить дорогу — налево, направо, направо, налево, на развилке прямо, опять направо, опять налево, — но вскоре оставил это бесполезное занятие. — Тем более что пусть никогда не повторяется дважды, _ покачал головой Флимонт, — в следующий раз они будут ехать уже другим путем. Казалось, дребезжащая тележка сама знает дорогу, потому что Крюкохват ею не управлял. Гарри обдало ледяным воздухом, глаза защипало, но он держал их широко открытыми. В какой-то момент ему почудилось, что он заметил вспышку огня в конце коридора, — Дракон, — широко улыбнулся Сириус. и он быстро обернулся, чтобы увидеть, не дракон ли это, но опоздал — тележка резко ушла вниз. Сейчас она проезжала мимо подземного озера, на потолке и стенах росли сталагмиты и сталактиты. — Знаешь, Хагрид, — громко произнес Гарри, пытаясь заглушить шум тележки. — Я никогда не знал, в чем разница между сталактитом и сталагмитом. — В слове сталагмит есть буква «м», — ответил Хагрид. — Откуда Хагриду знать о таких вещах? — закатила глаза Лили, — Сталактиты это то что свисает с потолка, а сталагмиты это образование на дне пещер. Все очень просто. — Ну мы та это знаем, — фыркнул Блек, на что девушка смущенно покраснела. — Конечно, это я так, по привычки. — И больше не спрашивай меня ничего… меня, похоже, сейчас наизнанку вывернет. Хагрид был весь зеленый. Когда тележка наконец остановилась перед маленькой дверью в стене, он выбрался из нее, прислонился к стене и подождал, пока у него перестанут дрожать колени. Крюкохват отпер дверь. Изнутри вырвалось облако зеленого дыма, а когда оно рассеялось, Гарри ахнул. Внутри были кучи золотых монет. Колонны серебряных. Горы маленьких бронзовых кнатов. — Это лишь малая часть наследства Поттеров, — улыбнулся Флимонт. — Это все твое, — улыбнулся Хагрид. «Все твое» — это было невероятно. Дурсли наверняка не знали об этих деньгах, иначе они отняли бы их у него, не успел бы он и глазом моргнуть. — А потом на собственной шкуре узнали что такое круциатус, — разозлилась Юфимия, но заметив как передернулся Сириус, сжалась, — извините, кажется я и правда перебарщиваю. — Все в порядке, дорогая, — ласково улыбнулся Флимонт. Сколько раз они жаловались, что Гарри им дорого обходится? — Дорого обходится, да? Держать ребенка в чулане и изредка кормить? Очень дорого, — прошипел Джеймс. А все это время глубоко под Лондоном хранилось принадлежащее ему сокровище. Хагрид помогал Гарри бросать монеты в сумку. — Золотые — это галлеоны, — пояснил он. — Ну наконец то решил рассказать о наших деньгах, — закатила глаза Юфимия. — Один галлеон — это семнадцать серебряных сиклей, а один сикль — двадцать девять кнатов, это просто, да? Ладно, тебе этого на пару семестров хватит, а остальное пусть тут лежит. — А может он сам решит сколько брать денег из своего сейфа? — угрожающе изогнул бровь Флимонт, которому совершенно не нравилось присутствие постороннего в ученическом сейфе. — Он повернулся к Крюкохвату. — А теперь нам нужен сейф семьсот тринадцать… и… э-э… пожалуйста, нельзя ли помедленнее? — У тележки только одна скорость, — ответил Крюкохват. Теперь они спускались еще ниже, а тележка ехала почему-то еще быстрее, чем раньше. — Меньше будет глупых вопрос задавать, тележка живая и сама решает с какой скоростью двигаться, — буркнула Юфимия. Воздух становился холоднее. Когда они проезжали над подземным ущельем, Гарри перегнулся, чтобы разглядеть, что скрывается в его темных глубинах, У Лили дернулся глаз. — И кого это он мне напоминает? — фыркнул Флимонт, Джеймс невинно пожал плечами. но Хагрид со стоном схватил его за шиворот и втащил обратно. В сейфе номер семьсот тринадцать не было замочной скважины. — Отойдите, — важно сказал Крюкохват. Он мягко коснулся двери одним из своих длинных пальцев, и она просто растаяла. — Если это попробует сделать кто-то, кроме работающих в банке гоблинов, его засосет внутрь, и он окажется в ловушке, — произнес Крюкохват. — Какая охрана, — присвистнул Римус. — А как часто вы проверяете, нет ли там кого внутри? — поинтересовался Гарри. — Примерно раз в десять лет, — ответил Крюкохват с довольно неприятной улыбкой. — Лож, — фыркнул Флимонт. Гарри был уверен, что в этом сверхсекретном сейфе лежит что-то ужасно важное, как минимум, драгоценные камни невероятных размеров, и он поспешно шагнул вперед, чтобы увидеть, что там. Сначала ему показалось, что там вообще пусто. Затем он заметил на полу маленький невзрачный сверток из коричневой бумаги. Хагрид нагнулся, подобрал его и засунул во внутренний карман куртки. Гарри хотелось узнать, что там, но он понимал, что спрашивать не стоит. — ЕСли это так секретно, почему Гарри вообще пустили в этот сейф? Разве он не должен был ждать в тележке, или, в крайнем варианте, у выхода сейфа? — нахмурилась Лили. — Меня не спрашивай, я сам не понимаю что там происходит, — пожал плечами Джеймс. — Пошли обратно к этой адовой тележке, и не разговаривай со мной по дороге. Лучше будет, если я буду держать рот закрытым, — сказал Хагрид. — Уж будь добр, — скривился Сириус.

* * *

Еще одна бешеная гонка на тележке — и вот они уже стоят на улице у банка, щурясь от солнечного света. — А ключ ему отдали? — изогнул бровь Флимонт. — Ну это мы узнаем лет через пятнадцать, — хмыкнула Юфимия. Сейчас, когда у него в руках была сумка, полная денег, Гарри не знал, что с ними делать, и с трудом подавлял в себе желание начать покупать все подряд. — Понимаю, — усмехнулся Римус. Ему даже не было интересно, каков курс галлеона по отношению к фунту, — важно было, что сейчас у него денег больше, чем за всю его жизнь. Даже больше, чем когда-либо было у Дадли. — Поттеры не в какое сравнение не идет с каким то там Дадли, — закатил глаза Джеймс. О том, что это волшебные деньги и их можно тратить только в волшебном мире, он как-то забыл. — Ну что, надо бы купить тебе форму, — заметил Хагрид, кивнув в сторону магазина с вывеской «Мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни». — Слушай, Гарри, ты… э-э… не против, если я заскочу в «Дырявый котел» и пропущу стаканчик? Ненавижу я эти тележки в «Гринготтсе»… мутит меня после них. Волшебники еле подавили желание приложится лбом об что нибудь твердое. — Хагрид такой Хагрид, — неловко улыбнулась Лили. — А если там будут пожиратели? Оставить ребенка одного когда он первый раз в магическом мире? Как безответственно! — разозлилась Юфимия. Хагрид на самом деле был все еще бледным, поэтому Гарри кивнул. Хотя он немного нервничал, входя в магазин мадам Малкин в полном одиночестве. Мадам Малкин оказалась приземистой улыбающейся волшебницей, одетой в розовато-лиловые одежды. — Мадам Малкин не обидит, это чудо а не женщина, — улыбнулся Флимонт. — Едем учиться в Хогвартс? — спросила она прежде, чем Гарри успел объяснить ей цель своего визита. — Ты пришел по адресу: у меня тут как раз еще один клиент тоже к школе готовится. — Сокурсник? Как думаешь, подружатся, Джеймс? Мы с тобой сразу коннект нашли, при первой же встрече, — широко улыбнулся Сириус. — Не знаю не знаю, — озадаченно пробормотал Поттер. В глубине магазина на высокой скамеечке стоял бледный мальчик с тонкими чертами лица, а вторая волшебница крутилась вокруг него, подгоняя по росту длинные черные одежды. Мадам Малкин поставила Гарри на соседнюю скамеечку. — Привет! — сказал мальчик. — Тоже в Хогвартс? — Да, — ответил Гарри. — Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, — Смысл что она смотрит их? Купить без волшебника все равно не сможет, — фыркнул Римус. — Вообще-то в аристократических семьях чаще всего волшебные палочки готовят на заказ, — не согласился Сириус, вытаскивая на свет свою, — моя ждала меня за несколько лет до начала учебы в Хоге. Люпин поджал губы, но кивнул. — сообщил мальчик. Он говорил как-то очень устало, специально растягивая слова. — А потом потащу их посмотреть гоночные метлы. Не могу понять, почему первокурсникам нельзя их иметь. — Я тоже этого никогда не понимал, — фыркнул Джеймс. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую… а потом как-нибудь тайком пронесу ее в школу. — И смысл? В следующем году выйдет метла еще более новее и снова уговаривать ее купить? Полетать та все равно не сможет, — фыркнул Флимонт. — Интересно, а Гарри понравится квиддич? — задумался Джеймс. — Конечно понравится, он же твой сын, — фыркнул Сириус. — Ну и что? Гены на это не влияют, — закатила глаза Лили. — Даже если не понравится, ничего страшного, — улыбнулся Джеймс. Мальчик сильно напомнил Гарри его кузена. — А у тебя есть своя собственная метла? — продолжал тот. — Нет. — Гарри отрицательно кивнул головой. — А в квиддич играешь? — Нет, — повторил Гарри, спрашивая себя, что же это такое — квиддич. — Квиддич это игра для великих волшебников, — широко улыбнулся Джеймс. — А я играю. Отец говорит, что будет преступлением, если меня не возьмут в сборную факультета, и я тебе скажу: я с ним согласен. Ты уже знаешь, на каком будешь факультете? — Никто не знает, — фыркнула Лили. Сириус кивнул, полностью согласный. — Нет, — в третий раз произнес Гарри, с каждой минутой чувствуя себя все большим дураком. — Ну, вообще-то никто заранее не знает, это уже там решат, но я знаю, что я буду в Слизерине, Мародеры дружно поморщились. вся моя семья там была. — Значит он точно один из чистокровных родов. Интересно, — задумался Флимонт. — Семей которые из поколения в поколение были лишь в Слизерине не так уж мало. Крэббы, Гойлы, Лейстренджи, Блэки, — Юфимия бросила виноватый взгляд на Сириуса, — еще Малфои. — О, значит есть вероятность что это мальчишка кто-то из Блэков? — насторожился Джеймс. — Ни шанса, уж скорее придурки Малфои или Крэббы. ни одного Блэка не отпускали шататься в одиночестве по косому переулку, и уж точно не разрешили болтать с ребенком одетым в маггловскую одежду, — фыркнул Сириус. А представь, если определят в Пуффендуй, тогда я сразу уйду из школы, а ты?

— Что за глупости? На Пуффендуй учатся очень даже прилежные дети и вырастают великим людьми! — возмутилась Юфимия. — М-м-м, — неопределенно промычал Гарри, жалея, что не может сказать что-нибудь более содержательное. — Ну и ну, ты только посмотри на этого! — внезапно воскликнул мальчик, кивком показывая на окно. За окном стоял Хагрид, улыбаясь Гарри и показывая на два огромных мороженых, словно объясняя, почему он не может войти внутрь. — Он не пошел выпить? — удивилась женщина. Приятно удивилась. — Это Хагрид, — радостно пояснил Гарри. Ему было приятно, что он знает что-то, чего не знает этот мальчик. — Он работает в Хогвартсе. — А-а-а, — протянул тот. — Я о нем слышал. Он там что-то вроде прислуги, да? — Как грубо, — поморщилась Лили. — Он лесник, — сухо ответил Гарри. С каждой секундой этот мальчик нравился ему все меньше и меньше. — Полностью согласен, — важно кивнул Сириус, надеясь что этот ребенок никак не принадлежит к семейству Блэков. — Да, точно. Я слышал, он настоящий дикарь. Живет в хижине на территории школы и время от времени напивается и пытается творить чудеса, а все кончается тем, что вспыхивает его собственная постель. Джеймс и Сириус испуганно переглянулись. Римус и Питер прекрасно зная о чем подумали друзья, фыркнули. Лили настрожено прищурилась. — Постель вспыхивает не сама? — О чем ты? — Мы тут не причем! — Это было всего один раз! — Джеймс! — возмутился Сириус, на то как друг их рассекретил. — Идиоты, — выдохнула девушка, покачав головой. — Лично мне он очень нравится, — холодно парировал Гарри. — Умница, друзей нужно защищать, — улыбнулся Джеймс. Сириус, Римус и даже Питер по доброму усмехнулись. — Вот как? — На лице мальчика появилась презрительная усмешка. — А почему он с тобой? Где твои родители? Лили и Джеймс помрачнели. — Какое воспитание отвратительное, — поджала губы Юфимия. — Они умерли, — коротко ответил Гарри. Ему не хотелось разговаривать с мальчиком на эту тему. — О, мне очень жаль, — произнес тот, хотя по его голосу нельзя было сказать, что он о чем-либо сожалеет. — Но они были из наших или нет? — Точно чистокровный, — фыркнул Сириус. Джеймс настороженно посмотрел на книгу. — Они были волшебники, если ты об этом. — Если честно, я не понимаю, почему в школу принимают не только таких, как мы, но и детей не из наших семей. Они ведь другие. Они по-другому росли и ничего о нас не знают. Представь, некоторые даже никогда не слышали о Хогвартсе до того дня, как получили письмо. Я думаю, что в Хогвартсе должны учиться только дети волшебников. Кстати, а как твоя фамилия? — О Мерлин, Гарри не говори этому зазнайке! — простонала Лили. — Напротив, пускай скажет. В следующей раз этот гаденыш дважды подумает прежде чем открывать свой рот, — прошипел сириус. — Сириус, он всего лишь ребенок и говорит то что ему говорили его родители, — покачала головой миссис Поттер. Но прежде чем Гарри успел ответить, в разговор вмешалась мадам Малкин. — Все готово, — произнесла она. Нельзя сказать, чтобы Гарри был огорчен тем, что у него появился повод закончить разговор, и он поспешно спрыгнул со скамеечки. — Что ж, встретимся в школе, — бросил ему вслед мальчик. — В жизни не поверю если Гарри окажется на Слизерине, — поджал губы Блэк. — Только ради того что бы не оказаться с этим выскочкой уже стоит не хотеть учится у змей, _ согласилась Лили. — Между прочим, Снейп такой же, — буркнул Джеймс. — Не правда. У Северуса конечно тяжелый характер, но он не такой… У него есть причины не любить магглов, — расстроено прошептала Эванс опустив взгляд в пол. — Это какая же? — усмехнулся Сириус, — в детстве маглы покусали? — Не говори того о чем не знаешь, Блэк! — зашипела она так яростно, что парень тут же прикусил язык. Джеймс вглядывался в огорченное и потерянное лицо возлюбленной и гадал что она знала об этом Слизеринце чего не знали они? Гарри молча ел купленное Хагридом мороженое — ванильно-шоколадное с колотыми орешками. Мороженое было настолько вкусным, что есть и одновременно разговаривать было бы слишком. Но Хагрид заметил, что Гарри какой-то притихший и грустный. — Чой-то случилось? — спросил он. — Все в порядке, — соврал Гарри. — Врать он точно не умеет, — произнес Питер, найдясь вызвать какую нибудь реакцию у друзей, но все были слишком расстроены. Они зашли в магазинчик, чтобы купить пергамент и перья. Гарри немного развеселился, купив флакончик чернил, которые меняли цвет в процессе письма. — Хагрид, а что такое квиддич? Джеймс покачал головой, понимая что Гарри просто не от куда было узнать о нем, и все же не могло нее шокировать. — спросил он, когда они вышли из магазина. — Черт меня подери, Гарри, разве можно не знать, что такое квиддич?! — Можно, я не знала о нем абсолютно ничего, — нахмурилась Лили. Извини… э-э… все время забываю, что ты почти ничего не знаешь. — Перестань. Мне и так плохо, — мрачно сказал Гарри. И рассказал Хагриду о том, что произошло в магазине одежды. — И еще он сказал, что детей из семей маглов не следует принимать в школу, и… — Гарри не магл, а даже если бы и был им, все это такие глупые предупреждения! — пробурчала Лили. — Ты права, милая, — улыбнулась Юфимия. — Но ты же не из маглов, — горячо возразил Хагрид. — Знай этот мальчишка, кто ты есть… Он твое имя с детства знает, если он из наших… Ты ж видел, как тебя встречали в «Дырявом котле». И вообще ничего он в этом не понимает, да! Ты мне поверь, среди лучших магов такие есть, которые от маглов родились и с ними жили. Да вот хоть маму твою возьми и сестру ее… Лили покраснела, смущено отведя взгляд. — Ты мне так и не ответил: что такое квиддич? — Это наш спорт. Спорт волшебников. Что-то вроде… э-э… футбола у маглов. Все играют в квиддич, и болельщиков куча. В него в воздухе играют, на метлах, и там четыре мяча… ну… сложно это, в общем, тебе все объяснять, правила и все такое… — Ничего сложного, — фыркнул Джеймс. — А что такое Слизерин и Пуффендуй? — Школьные факультеты. Их четыре всего. Про Пуффендуй говорят, что там самые тупицы учатся, но… — В наше время в Пуффендуй желали попасть больше половины учеников, — закатила глаза Юфимия. — Готов спорить, что я попаду в Пуффендуй, — мрачно заметил Гарри. — Лучше в Пуффендуй, чем в Слизерин, — еще более мрачно ответил Хагрид. — Все те, кто потом плохими стали, они все из Слизерина были. — Чушь собачья! — разозлился Флимонт, — что за вдор?! Темные волшебники были и на гриффиндоре, и на Когтевране и даже на Пуффендуе! В Слизерин попадают большинство чистокровных семей, но не все они темномагические! Вот так вот и рождается вражда между факультетами, все просто настраивают друг против друга! Ты-Знаешь-Кто тоже оттуда. — Волан… извини… Ты-Знаешь-Кто учился в Хогвартсе? Волшебники помрачнели. Знали конечно что он обучался и там скорее всего на Слизерине, о той жизни темного волшебника почти ничего не известно. — Много-много лет назад, — ответил Хагрид. После этого они зашли за учебниками в магазин под названием «Флориш и Блоттс», где было столько книг, сколько Гарри ни разу в жизни не видел, — они стояли на полках, занимая все пространство магазина от пола до потолка. Там были гигантские фолианты в кожаных переплетах, каждый весом с огромный булыжник; там были книги размером с почтовую марку и книги в шелковых обложках; там были книги, испещренные непонятными символами, и книги, в которых были только пустые страницы. Лили и Римус улыбнулись, для девушки этот магазинчик был просто отдушиной А для парня источник новых книг которые можно заказать после у мадам Пинс. Ведь взять в библиотеке на время куда выгоднее чем тратить последнее сбережение. Эти книги не оставили бы равнодушным даже Дадли, который никогда ничего не читал. Хагриду пришлось буквально силой оттаскивать Гарри от учебника профессора Виндиктуса Виридиана «Как наслать проклятие и защититься, если проклятие наслали на вас» («Очаруйте ваших друзей и одурманьте ваших врагов. Самые современные способы взять реванш» — гласил подзаголовок книги. — «Выпадение волос. Ватные ноги. Немота и многое-многое другое»). — Первый курс, — фыркнул младший Поттер. Флимонт и Юфимия со вздохом переглянулись, решив не вмешиваться, они прекрасно знали о всех выкрутасах сына в школе. Письма от Макгонагалл стали постоянными в их доме уже на протяжении шести лет. — Я пытался узнать, как наслать проклятие на Дадли, — объяснил Гарри. — Я его понимаю, — хохотнул Люпин, чем не мало удивил всех. В самом начале когда я, эээ, — парень перевел взгляд на Сириуса, не желая признаваться что даже читать не умел на первом курсе, если бы не помощь Сириуса… — первый раз увидел нечто такое, жутко захотелось проклясть некоторых мальчишек в приюте. Джеймс и Сириус одобрительно загудели. — Не скажу, что идея плоха, но ты пойми, нельзя… э-э… пользоваться магией в мире маглов. Хотя, если по правде, иногда можно… н-ну… от ситуации зависит. — Какой правильный взрослый, — фыркнула миссис Поттер, — нельзя нарушать правила, но иногда можно если ситуация позволяет? Чему он его учит, вообще? — Хагрид покивал, показывая, что с пониманием относится к тому, что сказал Гарри, — ведь это именно из-за Хагрида у Дадли вырос поросячий хвостик. — Но ты ж все равно так не сможешь пока — этому не сразу учат. Тебе сначала многое другое надо будет узнать.

— Этому вообще не учат, эти проклятия для самоизучения, — закатил глаза Сириус. Хагрид не позволил Гарри купить котел из чистого золота. Поттеры и Блэк весело улыбнулись. — Такое можно только для особых зелий, — улыбнулась Лили, — золото очень мягкое и расплавится после первого же использования. — В списке сказано, что тебе оловянный нужен, значит, оловянный и купим. — Тут великан был неумолим. — Правильно, все ученики должны быть на равных, — кивнул Флимонт. Зато они купили очень красивые и точные весы, а еще приобрели складной медный телескоп. Затем они посетили аптеку, в которой все было так волшебно, что Гарри даже не обратил внимания на ужасный запах — там пахло тухлыми яйцами и гнилыми кабачками. — Фуууу, — скривились мародеры. — Это там любит обитать Снейп? — Сириус! — Да молчу я, цветочек, молчу. На полу стояли бочки с какой-то слизью, вдоль стен выстроились стеклянные банки с засушенными растениями, толчеными корнями и разноцветными порошками, а с потолка свисали связки перьев, клыков и загнутых когтей. Пока Хагрид разговаривал с аптекарем — им нужно было купить всякие ингредиенты для приготовления волшебных снадобий, — Гарри изучал серебряные рога единорога стоимостью в двадцать один галлеон каждый — Ого, — глаза Юфимия в изумлении расширились, — они конечно и сейчас не дешевые, но чтобы двадцать один галлеон! и крошечные глаза жуков, блестящие и черные (пять кнатов за ковшик). Выйдя из аптеки, Хагрид попросил Гарри показать ему письмо и еще раз внимательно его изучил. — Не, еще не все… еще одна вещь осталась, — сказал он. — Я тебе до сих пор… э-э… подарок не купил, а у тебя ж день рождения сегодня. — Мило, — улыбнулась женщина, хоть и Хагрид у нее был на довольно низком счету. Гарри почувствовал, что краснеет. — Но вы совсем не обязаны… — Да знаю я, что не обязан, — отмахнулся от него Хагрид. — Вот чего… куплю-ка я тебе животное. Может, жабу… хотя нет, жабы сто лет как из моды вышли, тебя в школе на смех подымут. И кошек я не люблю, мне от них… э-э… чихать охота. — А причем тут Хагрид? Подарок ты выбирает Гарри, может он очень любит кошек, — закатил глаза Флимонт. — Лучше всего сова, она полезная, но постоянно обитает в совятни, а я бы хотела ему подарить первого друга. Фамильяра, который постоянно был бы с ним. Кошка для этого идеально сгладилась бы, а еще лучше полукнизла. Они очень умные и преданные, — произнесла Юфимия, мягко улыбнувшись. Во — купим тебе сову. О совах все дети мечтают, да и к тому же полезные они, почту твою носят, и все такое. — И не поспоришь, — хмыкнул Джеймс. Двадцать минут спустя они вышли из магазина под названием «Торговый центр «Совы», и Гарри зажмурился от яркого солнца, потому что в магазине царила полная шорохов, шелеста и шуршания перьев тьма, освещаемая лишь мерцанием ярких, как драгоценные камни, глаз. В руке Гарри держал огромную клетку, в которой сидела красивая полярная сова. Сова спала, засунув голову под крыло. Гарри распирало чувство признательности, и он никак не мог остановиться, в сотый раз говоря Хагриду большое спасибо и начиная заикаться, как профессор Квиррелл. — Первый настоящий подарок, — грустно улыбнулась Лили. — Ну хватит тебе, — ворчливо заметил Хагрид, пытаясь скрыть смущение — он явно был очень польщен. — Я ж так понял, что Дурсли эти тебя… ну… не особо подарками баловали. — Мягко сказано, — скривился Джеймс. А ты не с ними теперь, а с нами, тут… э-э… по-другому все будет. Ладно, нам только волшебная палочка осталась. В «Олливандер» пойдем, лучшее место для этого. Там тебе такую палочку подберут, закачаешься, да! — Все наши палочки оттуда, — улыбнулся Питер. — Моя перешла мне от отца, — пожал плечами Римус. — А моя была изготовлена на заказ, — ответил Сириус. — Ха, лохи, — хохотнул Джеймс. Гарри затаил дыхание: получить волшебную палочку ему хотелось больше, чем все остальное, что было в списке. — Разумеется, это основа его магического естества. Проводник, — ласково улыбнулась Юфимия. Магазин находился в маленьком обшарпанном здании. С некогда золотых букв «Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры» давно уже облетела позолота. В пыльной витрине на выцветшей фиолетовой подушке лежала одна-единственная палочка. Когда они вошли внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение было крошечным и абсолютно пустым, если не считать одного длинного тонконогого стула, на который уселся Хагрид в ожидании хозяина. — Как он его не сломал? — удивился Сириус. Гарри чувствовал себя очень странно — словно он попал в библиотеку, в которой были очень строгие правила. У него возникла куча новых вопросов, которые он собирался задать Хагриду, но здесь не решался. Вместо этого он рассматривал тысячи узеньких коробочек, выстроившихся вдоль стен от пола до потолка. Гарри почувствовал, как по коже побежали мурашки. Здешние пыль и тишина были полны волшебных секретов и, казалось, издавали почти неслышный звон.

— Эо ему просто кажется, — хихикнула Лили, — но у меня были те же ощущения. — Добрый день, — послышался тихий голос. Гарри подскочил от неожиданности. Хагрид, по-видимому, тоже подскочил, потому что раздался громкий треск, и великан быстро отошел от покосившегося стула. — А, все понял, — закатил глаза Сириус, — вопросов больше нет. Перед ними стоял пожилой человек, от его больших, почти бесцветных глаз исходило странное, прямо-таки лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак. — Здравствуйте, — выдавил из себя Гарри. — О, да. — Старичок покивал головой. — Да, да. Я так и думал, что скоро увижу вас, Гарри Поттер. — Это был не вопрос, а утверждение. — У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для волшебницы. Лили широко улыбнулась коснувшись кончика своей любимой палочки, которая была спрятана в специальных ножнах на бедре правой ноги. Мистер Олливандер приблизился к Гарри почти вплотную. Гарри ужасно захотелось отвернуться или просто моргнуть. От взгляда этих серебристых глаз ему стало не по себе. — А вот твой отец предпочел палочку из красного дерева. Одиннадцать дюймов. Тоже очень гибкая. Чуть более мощная, чем у твоей матери, и великолепно подходящая для превращений. — Не зря я лучший в трансфигурации, — палочка Джеймса была спрятана в рукаве левой руки, он ловко извлек ее, красуясь перед закатившими глаза друзьями. — И вообще то не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника, — хмыкнул Флимонт. Да, я сказал, что твой отец предпочел эту палочку, но это не совсем так. Разумеется, не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника. Мужчина важно кивнул. Мистер Олливандер стоял так близко к Гарри, что их носы почти соприкасались. Гарри даже видел свое отражение в затуманенных глазах старика. — А, вот куда… Мистер Олливандер вытянул длинный белый палец и коснулся шрама на лбу Гарри. — У него тоже нет такта, не смотря на возраст, — поджала губы Юфимия. — Мне неприятно об этом говорить, но именно я продал палочку, которая это сделала, — мягко произнес он. — Тринадцать с половиной дюймов. Тис. Это была мощная палочка, очень мощная, и в плохих руках… Что ж, если бы я знал, что натворит эта палочка, я бы… — Никто не мог знать что произойдет и виновата не палочка а тот кто управляет ею, _ нахмурился мистер Поттер. Он потряс головой, и вдруг, к облегчению Гарри, который больше не мог выдерживать этот взгляд, заметил Хагрида. — Рубеус! Рубеус Хагрид! Рад видеть вас снова… Дуб, шестнадцать дюймов, очень подвижная, не так ли? — Так и было, да, сэр, — ответил Хагрид. — Хорошая была палочка. Но, как я понимаю, ее переломили надвое, когда вас отчислили? — Мутная такая история, — пробормотал Джеймс все еще не понимая что случилось много лет назад и почему мама вздрагивает от одного лишь упоминания тех годов. — Мистер Олливандер внезапно посуровел. — Э-э-э… Да, так и было, сэр, — согласился Хагрид, изучая свои ноги и зачем-то вытирая их об пол. И вдруг просиял. — Но зато у меня остались обломки. — Надеюсь, вы их не используете? — строго спросил мистер Олливандер. — О, конечно нет, сэр, — быстро ответил Хагрид. — Конечно, так мы и поверили, — закатил глаза ДЖеймс, остальные подростки хмыкнули, Юфимия же рассержено сжала губы, Все еще не простив проступок с ребенком в прошлой главе. Гарри заметил, что Хагрид очень крепко сжал свой розовый зонтик. — Гм-м-м, — задумчиво протянул мистер Олливандер, не сводя с Хагрида испытующего взгляда. — Ладно, а теперь вы, мистер Поттер. Дайте мне подумать. — Он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. — Какой рукой вы держите палочку? — Я?.. — замялся Гарри, наконец спохватившись. — А, я правша! — Вытяните руку. Вот так. Старичок начал измерять правую руку Гарри. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, от колена до подмышки, и еще зачем-то измерил окружность головы. — Никогда не понимал зачем измерять голову? — задумался Джеймс. — Что бы понять существует ли там достаточно мозга не натворить дел? Наверно Волдеморту забыли сделать эту процедуру, Вот он и полет с катушек, — фыркнул Сириус. — Ха-ха, как смешно, — фыркнула Лили. — Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Поттер, — пояснял старичок, проводя свои измерения. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будете пользоваться чужой палочкой. — Не согласен, мои оценки вполне не плохи, — закатил глаза Римус. — Твоя палочка принадлежала твоему отцу, она приняла тебя, поэтому слушается. Так же если отобрать палочку в бою, то она так же переходит обезоружившему, а вот если украсть то ничего хорошего не выйдет, — покачал головой Флимонт. Гарри внезапно осознал, что линейка сама его измеряет, а мистер Олливандер давно отошел к полкам и снимает с них одну коробочку за другой. — Достаточно, — сказал он, и линейка упала на пол. — Что ж, мистер Поттер, для начала попробуем эту. Бук и сердце дракона. Девять дюймов. Очень красивая и удобная. Возьмите ее и взмахните. Гарри взял палочку в правую руку и, чувствуя себя полным дураком, немного помахал ей перед своим носом, но мистер Олливандер практически тут же вырвал ее из его руки. — Эта не подходит, возьмем следующую. Клен и перо феникса. Семь дюймов. Очень хлесткая. Пробуйте. Гарри попробовал — хотя едва он успел поднять палочку, как она оказалась в руках мистера Олливандера. — Нет, нет, берите эту — эбонит и шерсть единорога, восемь с половиной дюймов, очень пружинистая. Давайте, давайте, попробуйте ее. Гарри пробовал. И снова пробовал. И еще раз попробовал. Он никак не мог понять, чего ждет мистер Олливандер. Гора опробованных палочек, складываемых мистером Олливандером на стул, становилась все выше и выше. Но мистера Олливандера это почему-то вовсе не утомляло, а, наоборот, ужасно радовало. Чем больше коробочек он снимал с полок, тем счастливее выглядел. — Олливандер любит тяжелые случаи, готов поспорить, сейчас он в экстазе, — усмехнулся Флимонт. — Гарри сильный волшебник, — улыбнулась Юфимия. — А вы необычный клиент, мистер Поттер, не так ли? Не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно… а кстати… действительно, почему бы и нет? Конечно, сочетание очень необычное — остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая прекрасная палочка. — Она его, Гарри сам не обычный ребенок, и палочка его должна быть не совсем обычной, — хмыкнул Сириус. Гарри взял палочку, которую протягивал ему мистер Олливандер. И внезапно пальцы его потеплели.Он поднял палочку над головой, со свистом опустил ее вниз, разрезая пыльный воздух, и из палочки вырвались красные и золотые искры, яркие, как фейерверк, и их отсветы заплясали на стенах. — Она, — улыбнулся Джеймс. — О, браво! Да, это действительно то, что надо, это просто прекрасно. Так, так, так… очень любопытно… чрезвычайно любопытно… — Ну что еще? — простонала Лили. Мистер Олливандер уложил палочку обратно в коробку и начал упаковывать ее в коричневую бумагу, продолжая бормотать: — Любопытно… очень любопытно… — Извините, — спросил Гарри, — что именно кажется вам любопытным? Мистер Олливандер уставился на Гарри своими выцветшими глазами. — Видите ли, мистер Поттер, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри вашей палочки — перо феникса, я вам уже сказал. Так вот, обычно феникс отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он отдал два. Поэтому мне представляется весьма любопытным, что эта палочка выбрала вас, потому что ее сестра, которой досталось второе перо того феникса… Что ж, зачем от вас скрывать — ее сестра оставила на вашем лбу этот шрам. В гостиной возникла тишина. Волшебники удивленно переглянулись. — Палочка Гарри является палочкой близнецом Волан-де-морта?! — ошарашенно произнес Флимонт. Что ж, Этого не ожидал услышать никто. Гарри судорожно вздохнул. — Да, тринадцать с половиной дюймов, тис. Странная вещь — судьба. Я ведь вам говорил, что палочка выбирает волшебника, а не наоборот? Так что думаю, что мы должны ждать от вас больших свершений, мистер Поттер. Тот-Чье-Имя-Нельзя-Называть сотворил много великих дел — да, ужасных, но все же великих. Гарри поежился. Он не был уверен, что ему нравится мистер Олливандер. Он заплатил за палочку семь золотых галлеонов, и мистер Олливандер с поклонами проводил их с Хагридом до двери. — Действительно, странная вещь эта судьба, — пробормотала Юфимия.

* * *

Была уже вторая половина дня, и солнце опускалось все ниже, когда они с Хагридом прошли обратно сквозь Косой переулок, потом сквозь стену и вошли в «Дырявый котел», в котором уже не было ни единого посетителя. Выйдя оттуда, они оказались в другом мире, но Гарри шел молча и словно не замечал этого. Он даже не обратил внимания на то, как смотрели на них люди, когда они с Хагридом ехали в метро, нагруженные разнообразными свертками причудливой формы и вдобавок ко всему со спящей совой. Они поднялись по эскалатору и оказались на Пэддингтонском вокзале. А Гарри, мысленно все еще пребывающий в Косом переулке, осознал, где они находятся, лишь когда Хагрид потрепал его по плечу. — Согласен, такая новость и правда сбивает с толку, — задумчиво кивнул Джеймс. — Надо б немного перекусить… как раз до твоего поезда успеем, — произнес Хагрид. Он купил себе и Гарри по гамбургеру, и они уселись на пластиковые стулья. Гарри, очнувшись от своих мыслей, озирался по сторонам. Мир, к которому он привык, в котором прожил одиннадцать лет, теперь казался ему каким-то странным. — Это пройдет, — слабо улыбнулась Лили. — С тобой все нормально, Гарри? — спросил Хагрид. — Что-то ты очень тихий. Гарри не был уверен, что сможет объяснить свое состояние, и жевал гамбургер, пытаясь подобрать нужные слова. Да, сегодня у него был лучший день рождения за всю его жизнь, но все же, все же, все же… — Все думают, что я особенный, — наконец произнес он. — Все эти люди в «Дырявом котле», и профессор Квиррелл, и мистер Олливандер… Но я же ничего не знаю о магии. Как они могут ожидать от меня чего-то великого? Да, я знаменит… но я даже не могу вспомнить, как произошло то, из-за чего я стал знаменитостью. Я ведь совсем не знаю, что случилось, когда Волан… извини, я хотел сказать Ты-Знаешь-Кто… В общем, я не знаю, что случилось в ту ночь, когда умерли мои родители… — Они сделали героя из ребенка который просто хочет жить, — поджала губы Юфимия, — это так не справедливо. Хагрид перегнулся через стол. Трудно было поверить в то, что этот ужасающего вида великан с заросшим бородой лицом и кустистыми бровями может так тепло улыбаться. — Да ты не волнуйся, Гарри, — посоветовал он. — Ты всему быстро научишься. В Хогвартсе все начинают с самого начала, так что ты будешь в полном порядке. Просто будь собой — и все дела. Я понимаю, тебя выделили из всех остальных, ты знаменитость. Таким, как ты, всегда непросто. Но поверь мне, тебе будет очень здорово в Хогвартсе… как мне было здорово, да и до сих пор здорово, если по правде. Женщина мягко улыбнулась, радуясь что ХАгрид нашел правильные слова чтобы поддержать ее внука. Будущего внука. Когда подошел поезд, на котором Гарри должен был возвращаться к Дурслям, Хагрид втащил в купе все его вещи и на прощанье протянул конверт. — Это твой билет на поезд до Хогвартса, — пояснил он. — Первое сентября, вокзал «Кингс Кросс» — там все написано, в билете этом. Если с Дурслями… э-э… какие проблемы, ты мне… ну… письмо пошли с совой, она знает, где меня найти… Ну, скоро свидимся, Гарри. Поезд тронулся. Гарри пытался получше рассмотреть Хагрида, пока тот не исчез из виду, — он встал с сиденья и прижался носом к окну. Но стоило ему моргнуть, и Хагрид растворился в воздухе. — Конец главы, — улыбнулся Римус, захлопнув книгу. — Класс, теперь я! Надеюсь в следующей главе он уже попадет в Хогвартс! — Джеймс, сейчас у нас обед, продолжим после. — Ну маааам! — Никаких мам, надо сделать перерыв. Мы с самого утра читаем, даже с моим заклинания быстрого чтения нужно делать перерыв. — Блин. — Погодите, а никого не смутило что Хагрид не рассказал Гарри как попасть на платформу? — изогнул бровь Сириус. — О, Пети знает, она меня каждый год провожала, объяснит, — отмахнулась Лили, поднимаясь на ноги. — Ну если ты в этом так уверенна… — Давайте поедим. Я умираю с голоду, — простонал Питер. — Галли! — Все готово хозяин, Галли уже накрыла на стол и ждет хозяевов к обеду. — Спасибо, ты чудо Галли! Волшебники побрели в сторону кухни, потирая пустые животы. Книга осталась лежать одиноко на крою стала и никто даже не заметил как перелились золотом страницы следующей главы, выявляя новую надпись. Только Галли задержала свой взгляд на подарке из будущего, слабо улыбнулась и отправилась за хозяевами. Домовики знают куда больше чем им положено, но как примерные рабы будут помалкивать и исполнять то что велено.

Продолжение следует…