Запретная любовь

Четыре месяца. Сто двадцать дней. Две тысячи восемьсот восемьдесят часов. Сара даже не заметила, когда начала считать. Сначала она считала дни, потом недели, потом сбилась и просто пыталась жить дальше. Та ноябрьская ночь долго не отпускала её. Просыпаясь утром в колледже, она ловила себя на мысли, что прокручивает в голове тот самый танец. Засыпая, она снова чувствовала на своей талии его руку. А этот взгляд... Этот чёртов взгляд, который она видела даже сквозь закрытые веки, преследовал её в снах. Она постоянно ждала, что, придя к Джейку, снова увидит Майка. Но его не было. Ни в первый месяц, ни во второй, ни в третий. Сначала это причиняло тупую, ноющую боль. Потом боль притупилась. Сара — умная девушка, она прекрасно понимала расклады: Майк женат, у них с Эми двое маленьких детей — трёхлетняя Лия и годовалая Мэй. У него семья, работа, ипотека, пелёнки и бессонные ночи. Какое там до Сары? — Дура ты, Сара, — говорила она себе, глядя на своё отражение в зеркале старого шкафа в комнате Джейка. — Напридумывала себе чёрт знает что. Просто пьяный мужик пялился. Бывает. И она старалась забыть. Погрузилась в учёбу, готовилась к практике в школе, ходила с однокурсницами в кино. К марту ей почти удалось убедить себя, что всё прошло. Почти. Начало марта встретило Сару чавкающим снегом под ногами и противным ветром, который, казалось, специально забирался под куртку. Она, как обычно, шла к Джейку. Джинсы, свободный свитер, небрежный пучок на голове — она не ждала ничего особенного, просто очередной уютный вечер с братом и Кэсси, просмотр какого-нибудь дурацкого фильма и чай с печеньем. Когда она открыла дверь своим ключом (Джейк давно дал ей дубликат), из прихожей были видны чужие ботинки. Мужские и женские. Крупные, дорогие, не Джейковы. Сердце Сары пропустило удар. Замерло на секунду, а потом пустилось вскачь. Из гостиной доносился знакомый женский смех — Эми. И этот голос... Низкий, бархатный, от которого внутри всё переворачивается. Сара замерла в прихожей, прижимая к груди пакет с печеньем, которое купила по дороге. Ладони вспотели. Глупо. Смешно. Прошло четыре месяца, а её трясёт, как школьницу перед экзаменом. — Сара! Ты пришла! — Кэсси выглянула в коридор. — Чего стоишь? Проходи быстрее, у нас сюрприз! Сюрприз. Ага. Сара выдохнула, натянула на лицо самую беззаботную улыбку, на которую была способна, и шагнула в гостиную. Он сидел на том же самом месте, что и в ноябре. В том же кресле. Та же расслабленная, но напряжённая поза хищника, готового к прыжку. Когда она вошла, Майк поднял голову, и их взгляды встретились. Время остановилось. В животе у Сары будто взорвались миллионы бабочек. Сердце ёкнуло так сильно, что, казалось, все в комнате услышали этот глухой удар. Четыре месяца самовнушения, четыре месяца попыток забыть рассыпались в один миг, как карточный домик. Потому что в его глазах было то же самое. Тот же голод. Та же страсть. Та же собственническая искра, от которой у неё подгибались колени. — Сара, привет, — Эми подскочила к ней и обняла. — Как же я рада тебя видеть! Ты совсем не изменилась. Всё такая же красотка! — Привет... — Сара с трудом отвела взгляд от Майка и обняла Эми в ответ. — Я тоже рада. Она чувствовала на себе его взгляд, пока здоровалась с Джейком, пока целовала Кэсси в щёку, пока садилась на диван. Он смотрел. Неотрывно. Изучающе. Прожигающе. — Давно не виделись, Сара, — произнёс Майк, когда она наконец рискнула снова посмотреть в его сторону. — Давно, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Четыре месяца. Он чуть приподнял бровь. Считала? Конечно, считала. Вечер тянулся мучительно медленно и одновременно пролетел как одно мгновение. Они снова пили глинтвейн, снова болтали, снова смеялись шуткам Джейка. Но Сара физически ощущала каждое движение Майка. Как он поправляет манжет рубашки. Как проводит рукой по волосам. Как смотрит на неё, когда никто другой не видит. Кэсси сияла больше обычного. — У меня через неделю день рождения! — объявила она, когда бутылка опустела. — Вы все обязаны прийти. Без подарков не пущу! Шучу. Но буду ждать. Сара обрадовалась. Ещё одна встреча. Ещё один шанс увидеть его. И тут же испугалась своей радости. Неделя спустя Сара перемерила три наряда, прежде чем остановиться на тёмно-синем платье-свитере, которое выгодно подчёркивало фигуру, но не выглядело вызывающе. Волосы распустила, нанесла лёгкий макияж. Подарок для Кэсси — огромный набор профессиональной косметики, о котором та мечтала полгода, — лежал в красивой подарочной бумаге. Когда она вошла в дом Джейка, праздник был в самом разгаре. Воздушные шары, салаты на столе, музыка. Кэсси завизжала от подарка, расцеловала Сару в обе щеки и тут же убежала хвастаться косметикой Эми. А Майк... Майк стоял у окна с бокалом виски. Когда Сара вошла, он медленно окинул её взглядом. Сверху вниз. Снизу вверх. Задержался там, где не следовало бы. В его глазах вспыхнуло что-то тёмное, опасное, от чего по спине Сары побежали горячие мурашки. — Выглядишь... — начал он, делая глоток виски, не отрывая от неё взгляда. — Потрясающе. — Спасибо, — прошептала она, чувствуя, как краснеют щёки. — Ты тоже ничего. Он усмехнулся этому неловкому комплименту. День рождения шёл своим чередом. Танцы в гостиной, тосты за Кэсси, смех. Эми была душой компании — весёлая, громкая, заботливая. Она то и дело обнимала мужа, целовала его в щёку, поправляла ему воротник. И каждый раз, когда это происходило, Сара чувствовала, как внутри закипает что-то мерзкое, липкое, неправильное. Ревность? К жене? К женщине, которая была с ним рядом, родила ему детей, имела на него все права? Сара ненавидела себя за это чувство. Но ничего не могла с собой поделать. А Майк... Он будто специально испытывал её на прочность. Каждый раз, когда Эми отворачивалась, его взгляд находил Сару. Он смотрел на её губы, когда она пила вино. Смотрел на её ноги, когда она садилась на диван. Смотрел в глаза с такой интенсивностью, что у неё перехватывало дыхание. — А давайте в клуб! — снова предложила Кэсси, когда часы показали одиннадцать. — Моя сестра присмотрит за детьми Майка и Эми, они уже согласились! Идею встретили одобрительными возгласами. Клуб был тот же, что и четыре месяца назад. Те же басы, тот же разноцветный свет, тот же запах духов и пота. Компания заняла столик в углу, заказала ещё выпивки. Майк появился рядом с Сарой, когда Эми и Кэсси ушли в туалет, а Джейк отвлёкся на бармена. — Потанцуем? — те же слова, что и в прошлый раз. Сара подняла на него глаза. Она была пьяна. Не сильно, но достаточно, чтобы разрешить себе то, что запрещала трезвая. Достаточно, чтобы утонуть в его глазах. — Да. Они вышли на танцпол. Сначала это был просто танец. Ритмичный, быстрый, почти дружеский. Но потом заиграла медленная композиция. Люди вокруг начали прижиматься друг к другу. Майк не спросил. Он просто сделал шаг вперёд и положил руки ей на талию. Притянул к себе. Так близко, что Сара чувствовала жар его тела через тонкую ткань платья. Она положила руки ему на плечи, и они замерли, покачиваясь в такт музыке. Его дыхание касалось её виска. Руки — твёрдые, горячие — лежали на её талии, чуть сжимая, словно пробуя на ощупь. Сара закрыла глаза. Это было неправильно. Это было запрещено. Это было так сладко, что хотелось плакать. — Я думал о тебе, — прошептал Майк ей в волосы. — Все эти четыре месяца. Каждый день. Сара вздрогнула. Она подняла голову, встретилась с ним взглядом. Вокруг грохотала музыка, мелькали огни, но для них двоих мир сузился до нескольких сантиметров между лицами. — Не надо, — прошептала она. — Ты женат. У тебя дети. — Я знаю, — ответил он, и в его голосе звучала такая тоска, что у Сары сжалось сердце. — Но это не отменяет того, что я чувствую. Его рука скользнула выше, по спине, прижимая её ещё ближе. Сара чувствовала биение его сердца — частое, неровное, как и её собственное. — Майк... — выдохнула она. — Просто танец, — сказал он. — Просто этот танец. Позволь мне эту малость. Она позволила. Закрыла глаза и позволила себе раствориться в нём. В его руках. В его запахе. В его близости. Танец закончился слишком быстро. И в то же время слишком поздно. Когда они вернулись за столик, Эми уже сидела на месте и увлечённо обсуждала с Кэсси какой-то макияж. Она даже не посмотрела на мужа, когда он садился рядом. Сара почувствовала укол совести и тут же возненавидела себя за это. После клуба всё повторилось. Джейк, Кэсси и Сара поехали к ним. Майк и Эми — домой. Но когда такси уже отъезжало, Майк снова обернулся. Тот же взгляд. То же обещание. Тот же огонь. Сара стояла на холодном мартовском ветру, обхватив себя руками, и смотрела вслед удаляющимся огням. Она знала, что не уснёт сегодня. Знала, что будет думать о нём. Знала, что это начало конца. Два дня спустя Пара по педагогике. Лекция о возрастных особенностях младших школьников. Преподаватель бубнит что-то монотонное, за окном серое небо, в аудитории душно. Сара сидела на последней парте и рисовала в тетради какие-то загогулины, почти не слушая. Её телефон, лежащий на столе экраном вверх, вдруг завибрировал и вспыхнул. Уведомление из социальной сети. Сара скользнула по нему равнодушным взглядом и чуть не выронила ручку. «Майкл Коллинз хочет подписаться на Вас» Сердце рухнуло в пятки, потом подпрыгнуло к горлу и забилось там испуганной птицей. Она уставилась на экран, боясь дышать. Майк. Нашёл её. Через четыре месяца. Через два дня после того танца. Её палец завис над экраном. Принять? Отклонить? Пульс стучал в висках. В ушах шумело так, что голос преподавателя казался далёким эхо. Она смотрела на его имя, на его аватарку — на ней было фото заката, безликое, но такое родное теперь. Она знала, что, если нажмёт «принять», обратной дороги не будет. Знала, что ступает на очень скользкую, очень опасную дорожку. Знала, что делает больно Эми, которая ничего плохого ей не сделала. Но она также знала, что не сможет отказаться. Дрожащими пальцами Сара нажала «Принять». И сразу же, спустя секунду, пришло сообщение: Майкл: «Привет. Не мог перестать думать о тебе после субботы. Надо встретиться». Сара закусила губу, чувствуя, как по всему телу разливается горячая волна. Страх. Радость. Предвкушение. Чувство вины. Всё смешалось в один дикий коктейль, от которого кружилась голова. Она оглянулась на преподавателя, на однокурсников, которые что-то писали в тетрадях, и набрала ответ: Сара: «Привет. Я тоже». Нажала «отправить» и замерла, глядя на экран, ожидая, что будет дальше. А дальше начиналось то, что изменит её жизнь навсегда.