Граница Света

Глава 7. Разговаривать никому не хотелось. Спутники хаотично разместились по световой зоне. Бай Лун так и продолжал сидеть, уставившись в темноту. Эмоции несколько улеглись, осталось лишь чувство сожаления да ощущение одиночества. «Может, Доктор прав и я действительно отребье? Как же я устал...» — думал парень. Он вспоминал свою жизнь. Когда он в последний раз чувствовал, что может дышать свободно? Когда он вообще был волен поступать так, как ему самому хочется? Казалось, всю жизнь ему указывали, что нужно делать. А когда он делал, этого всегда было недостаточно. Если же парень бунтовал, пытался сопротивляться, родители всегда находили способ надавить, добиться своего. Последний раз, когда он ушел из дома, пытаясь оборвать контакты с родителями, Бай Лун был уверен, что его жизнь наконец станет принадлежать только ему. Но все пошло кувырком. Может, и правильно, что он решил покончить с таким существованием? Видимо, прав был его отец, утверждая, что сын ни на что не способен сам, а только и делает, что создает ему проблемы. Миссис Рэд сидела неподалеку от Рози, погрузившись в свои переживания. «Что, если такое произойдёт снова, — содрогалась она от одной мысли, — но в этот раз со мной? Если Рози «показали» ее прошлое, может ли такое случиться с каждым из нас? Это такое возмездие — заставить нас снова пройти через подобное? Или же это шанс попрощаться?» Рози плакала какое-то время, а потом затихла. Кажется, за последнее время она выплакала целое море слез. Вид сестры, снова покидающей её, всколыхнул самые болезненные струны души. Но одновременно она была даже рада, что смогла снова увидеть ее, пусть и таким односторонним образом. Девушка долго сидела, бесцельно скользя глазами по окружающему пространству. В конце концов её девушки зацепился за фигуру в отдалении. Бай Лун выглядел таким отрешенным. Он с самого начала держался особняком. Но Рози помнила его последний взгляд, наполненный искренним сожалением. С самого начала он пугал ее. Громкий, дерзкий, импульсивный. Но сейчас она поймала себя на мысли, что, вероятно, это его способ защиты от мира. Когда-то давно, когда она еще училась в средней школе, Рози нашла кота. Он сидел под машиной у обочины и громко шипел на всех прохожих. Кот напугал ее, девочка убежала. Дома она рассказала о животном маме. «То, что он шипит, не значит, что он хочет навредить тебе, — сказала мама, — возможно, он просто защищается. Может, ему больно?» Рози с мамой вернулись к коту и выманили его из-под машины. Мама тогда ловко завернула рычащее животное в плед и отвезла в клинику. Оказалось, кот был ранен и мучился от боли. Он прожил с ними еще пять лет, пока не ушел тихо во сне. И это был самый ласковый, самый благодарный питомец, какого только можно было представить. Может, Бай Лун — Белый Тигр — просто такой же раненый кот? Что-то же заставило его спрыгнуть... Пока они были тут, остальные неизменно оказывали ей поддержку — Миссис Рэд утешала, Профессор и Доктор подбадривали. Бай Лун же оставался сам по себе. Возможно, ему тоже нужно участие, но парень просто это не показывает? Рози сидела какое-то время, обдумывая эти мысли, а затем бесшумно встала и пошла в сторону Бай Луна, привлекая этим внимание остальных. «Я мертва. Сестра мертва. Так чего же мне ещё бояться?» — думала она, подбадривая себя. Девушка молча села рядом с Бай Луном, повернувшись лицом к остальным. Никто не произнес ни слова. Парень сидел в глубокой задумчивости, поэтому сначала невольно отшатнулся, вдруг обнаружив кого-то рядом, но уставший взгляд ее заплаканных глаз и едва заметная улыбка подействовали успокаивающе. Его губы тоже тронула слабая улыбка. Он словно говорил: «Спасибо». Мистер Хэт сидел в глубокой задумчивости, потирая подбородок. Он все еще пытался сопоставить, найти закономерность, выискать ответы на мучившие вопросы. Но четкой картины в голове пока не получалось. Доктор лежал, закрыв глаза и подложив под голову руки. Мужчина устало плавал по океану своей памяти. Воспоминания накатывали волнами. Он помнил не всё, словно часть памяти была специально скрыта, заблокирована, но какие-то фрагменты вспыхивали очень ярко. Он помнил свою детскую мечту стать медиком. Помнил ликование, когда узнал о поступлении в медицинский. Помнил то ощущение азарта, желание помочь всем вокруг, которое сопровождало его всю учебу и практику. В какой момент он стал вот таким? Усталым, злым, агрессивным... В какой момент он стал ненавидеть пациентов? Тяготиться их проблемами... И Мистер Гипс точно знал ответ на этот вопрос. Вся его жизнь пошла под откос, когда его настигло осознание, что он сделал что-то не так, не сумел помочь другу... В своей практике он терял пациентов — это было неизбежно. Не всех можно спасти. Главное — сделать все возможное, выложиться на максимум... Почему эта аксиома, актуальная для пациентов, не сработала тогда? Почему он уехал? Почему оставил его там? Это мучительное сожаление душило. Уже три года прошло с момента его смерти. Кажется, с тех самых пор не было ни единой ночи, чтобы его не преследовал один и тот же сон. Мягкая улыбка, а затем глаза, молящие о помощи... — Я надеялся, что все закончится, — вдруг заговорил он вслух. Остальные подняли глаза. Даже Бай Лун повернул голову в его сторону. — Думал, умру и все — страданиям конец, но не тут-то было, — горько усмехнулся Мистер Гипс. — Я не всегда был таким доктором, знаешь? Он открыл глаза и повернулся к Бай Луну. Парень не смотрел на Доктора, но невольно развернулся в его сторону. Он молчал, но его молчание не было враждебным или неодобрительным — он просто слушал. Мистер Гипс уловил это. — Да и вообще... — продолжил Доктор, — нормальный человек ведь не порежет себе вены просто так... — Наверняка у вас были свои причины, — участливо сказала Миссис Рэд. — Как и у каждого из нас. — Я даже не знаю, что произошло, поверите? — в голосе Доктора сквозила боль. — Вы потеряли пациента? — предположил Профессор. — Нет, мой друг покончил с собой... — тихо проговорил мужчина, — а я не помог... — Разве вы могли что-то сделать? — уточнила Миссис Рэд. — Мы все знаем, что значит принять подобное решение... — Да вот это меня и мучает, — в сердцах воскликнул Доктор, усаживаясь. — Мне кажется, я мог помочь! Эти мысли мучают меня уже столько времени... Я не могу нормально спать... Ничего нормально делать не могу... Раз за разом прокручиваю все в голове, но не нахожу ответа! — А что случилось? — деликатно поинтересовалась Миссис Рэд. — Я не все отчётливо помню... Какие-то детали ускользают... Тут помню, тут не помню... — Расскажите, что помните, — предложил Профессор. — Мы познакомились на конференции, я уже был практикующим врачом. Он был иностранец, сейчас не могу вспомнить, откуда. Но мы как-то быстро нашли общий язык, сдружились. Он даже работал в нашей больнице по программе обмена опытом. Мы почти год трудились бок о бок, а затем он вернулся к себе в страну для повышения квалификации. Мы оставались на связи. Он все звал меня приехать, погостить. Я и поехал. Устроил ему сюрприз. Он был рад, показал мне университетскую больницу, в которой работал, мы несколько дней гуляли по городу, осматривали достопримечательности. Все было нормально. А дальше... Доктор запнулся и замолчал, его лицо исказилось от огорчения. — Все случилось так быстро, я ничего не понял, — наконец, выдавил он. — Мы шли к его дому, он хотел показать мне свою квартиру, как вдруг откуда-то появились его родственники: как я понял, это были его родители и еще кто-то, всего четверо. Они начали кричать, громко ругаться, но я ни слова не мог разобрать — я не знаю их языка! Они что-то говорили мне, а потом усадили в такси. Я уехал. Друг остался, спорил о чем-то с родными... Я думал, что расспрошу его, когда увидимся в следующий раз, решил не лезть в семейные разборки. Но он не брал трубку. Я несколько дней пытался его найти, приходил к дому, в больницу... Спустя два дня его коллеги мне сказали, что его больше нет… Я хотел пойти на похороны, но его родные меня не пустили! Они просто вытолкали меня вон! Я до сих пор не понимаю, почему? За что? И не могу перестать думать — зачем я уехал? Что же там произошло? Что мне нужно было сделать? Он снится мне каждую ночь. И каждую ночь мне кажется, что он просит о помощи. А я раз за разом сажусь в это чертово такси и уезжаю! Доктор закрыл ладонями лицо и беззвучно заплакал. Все сочувственно молчали. Каждый из них сожалел о чем-то. Каждый понимал чувства Мистера Гипса. Как помочь безутешному человеку? Никакие дежурные слова вроде «все образуется», «не переживай», «все будет хорошо» не смогут облегчить боль. Если бы только была возможность все изменить... Один самый крохотный шанс... — Снова начинается, — проговорил Бай Лун внезапно, вскакивая на ноги. Он протянул руку Рози, помогая ей подняться. Остальные тоже встрепенулись, лишь Мистер Гипс продолжал сидеть, оглушенный своим горем. Пространство вокруг приходило в движение. — Доктор! — позвал мужчину Бай Лун. — Доктор! Мистер Гипс поднял глаза, покрасневшие от слез, и в одну секунду оказался на ногах, осознав происходящее. — Что теперь? — взволнованно проговорил Профессор. — Скоро узнаем... — прошептал Бай Лун. В этот раз все произошло быстрее. Очертания окружающего пространства менялись, приобретали форму, обрастали деталями. — Это какая-то улица, — предположил Профессор. — Я знаю это место, — ошарашенно выдохнул Доктор. Он осознал, что с минуты на минуту ему придётся столкнуться лицом к лицу со своим кошмаром. И это знание прошлось холодом по позвоночнику, ослабило ноги, сковало дыхание. — Что это? — взволнованно спросил Бай Лун. — Что за место? Что тут случилось? Пространство сформировалось и замерло. Они оказались внутри жилого района. Высокие дома окружали широкий, засаженный деревьями внутренний двор, к одной из сторон которого прилегала четырехполосная дорога. Широкий тротуар вел внутрь жилого комплекса. Доктор оглядел все вокруг, желая точно убедиться, что не ошибся. — Это то место, где я видел его в последний раз, — прошептал Доктор. — Вон его дом, а здесь мы встретились с его родными. Доктор указал на пятачок тротуара, на котором они сейчас находились. Рози охнула. Остальные в нерешительности замерли. Как и в прошлый раз, сначала появился гул, предвещая начало «действия». Шум проезжающих мимо машин, детский смех, доносящийся с площадки, неразборчивые голоса людей. Сцена словно «включилась» по щелчку. Раз — и пространство «ожило». Дорога заполнилась машинами, на тротуаре тут и там появились прохожие. Доктор лихорадочно озирался по сторонам, пока его взгляд не замер, зацепившись за знакомый силуэт. По тротуару неспешно приближались двое. Другой Мистер Гипс, широко улыбаясь, разговаривал с человеком, шагающим рядом. Это был мужчина среднего роста с ярко выраженными азиатскими чертами лица. Невысокий рост, темные волосы, широкая улыбка. Доктор стоял будто вкопанный, во все глаза глядя на друга. Остальные замерли в нескольких шагах. Они понимали, что им неизбежно придётся стать свидетелями драматичной сцены. Кажется, каждый из них будет вынужден через это пройти. Мужчины подошли к широкой световой зоне и вступили в нее. Они дружелюбно переговаривались между собой. — О чем они говорят, кто-нибудь понимает? — спросил Профессор. Бай Лун, Рози и Миссис Рэд отрицательно покачали головами. Доктор, казалось, даже не услышал вопроса. Он как загипнотизированный следовал за другом, которого ему предстояло увидеть сейчас в последний раз. — Прости, — непроизвольно вырвалось у мужчины, — прости меня. По щекам катились слезы. — Вон там, — тихо указал Бай Лун, и все увидели, что со стороны жилого дома к мужчинам быстро приближаются несколько человек. Пара постарше — мужчина и женщина — видимо, были родителями друга. С ними было еще двое мужчин помоложе, вероятно, какие-то родственники. Родители громко окликнули сына. Парень, заметив их, сразу поменялся в лице. Улыбка моментально исчезла, глаза наполнились беспокойством. Мужчина в возрасте, подойдя вплотную к сыну, начал что-то ему выговаривать. Вид у него был рассерженный. — Что он говорит? — взревел Доктор. — Что ты говоришь? Я не понимаю!!! Он снова ничего не мог поделать. — Вы не понимаете? — вдруг встрепенулась Рози. — Что? — обернулся к ней Доктор. — Ты понимаешь их? Она испуганно кивнула. Доктор бросился к девушке. — О чем они говорят, — взмолился он, — пожалуйста, скажи! Переведи! Рози испугал такой порыв, она инстинктивно отшатнулась. — Доктор, Доктор, потише, — заслонил Бай Лун девушку. — Рози, все хорошо, просто переводи, — мягко сказала Миссис Рэд. Рози кивнула. И начала говорить. Ее негромкий голос был отчетливо слышен каждому. — Отец спрашивает, что это за письма и кому он их писал, — начала Рози. В руках у пожилого мужчины виднелась стопка конвертов. — Ругается: мы тебя родили, вырастили, отправили учиться, а ты нас так позоришь? Дальше... Какие-то ругательства, я не все понимаю... — Хорошо, хорошо, переводи, что понимаешь, — торопливо подбодрил ее Доктор, делая быстрые шаги в сторону друга. — Он говорит: это не ваше дело, я буду поступать так, как считаю нужным и любить того, кого захочу... В ответ на слова сына отец залепил ему звонкую пощечину. Спутники разом вздрогнули. Другой Мистер Гипс стоял неподалеку с растерянным видом, не понимая, что происходит. — Я вам не принадлежу, — продолжила Рози переводить слова парня. — Я живой человек, а не ваша марионетка. Отец... Ругается... Говорит: еще как принадлежишь. Сейчас же отправишься в родной город, останешься там, женишься на дочери соседа, как и договаривались. Сын говорит, что лучше умрет, но не станет жить с той, кого не любит... Отец кричит: а с кем ты будешь жить? С этим? Все увидели, что он машет рукой в сторону другого Мистера Гипса. — Что? — Доктор замер. — Он так сказал... Я лишь перевела... — залепетала Рози. — Все хорошо, продолжай, — успокоил ее Бай Лун. Девушка кивнула: — Отец спрашивает, ему ли он писал эти письма. Сын отвечает: не важно кому, ты не имеешь права врываться в мою квартиру и рыться в моих вещах. Мужчина ругается, сложно понять... Неблагодарный… Позор семьи… Что скажут остальные, если узнают… Женщина просит тех двоих поймать такси и отправить отсюда того Мистера Гипса. — Нет, — внезапно взревел Доктор, напугав всех остальных. Рози нерешительно продолжила: — Отец снова говорит какие-то нецензурные слова. Я имею полное право делать с тобой все, что захочу, потому что я твой отец. Если ты сам не в состоянии понять, что для тебя хорошо, я решу за тебя… И снова какая-то ругань, я не понимаю. — Что? — подал вдруг голос Бай Лун и начал движение в сторону отца. — Имеешь право?! Решу за тебя?! И слова, сказанные чужим отцом чужому сыну, стали для парня спусковым механизмом. Он взорвался. Все, что мучило его долгое время — обида на отца, досада на себя, злость из-за собственного бессилия, — все начало изливаться. Он в несколько шагов приблизился к мужчине, который не мог его увидеть, и заорал: — То, что он твой сын, еще не значит, что ты можешь распоряжаться им как тебе вздумается! Он живой человек! Он имеет право жить, как ему хочется! Оставь его в покое! Просто оставь его в покое! Что ты за отец такой? А? Как можно так обращаться с собственным ребёнком? Казалось, он кричал не столько на мужчину перед ним, сколько на кого-то другого. — Док, — повернулся к Мистеру Гипсу Бай Лун. Его глаза решительно сверкали. — Забери его отсюда! Он не должен оставаться с этими людьми! — Как? Как забрать? Я же ничего не могу сделать! — отчаянно ответил тот. Все увидели, что другого Мистера Гипса уже оттесняют к дороге, где стояло пойманное только что такси. — Нет! — проорал Бай Лун. Казалось, он был не в себе. — Ему нельзя уезжать! Останови его! Доктор был в полнейшей растерянности, поэтому просто сделал так, как ему велели. Он рванул к себе. В это время другой Мистер Гипс сомневался, пытался остановиться, но двое мужчин настойчиво подталкивали его к машине. — Стой, — выпалил Доктор, обращаясь к себе. Ничего не произошло. Действие продолжалось. До такси оставалось несколько метров. — Останови! Сейчас же! Давай! — не унимался Бай Лун. Доктор в несколько быстрых шагов преодолел расстояние до машины и встал перед собой. — Стоять, я сказал! — отчаянно рявкнул он. Другой Мистер Гипс вдруг замер на месте, словно повинуясь приказу. Мужчины пытались заставить его двигаться дальше, но силы были неравны — каждый из них едва доставал высокому парню до плеч. Доктор пребывал в шоке от того, что другой он вдруг остановился, словно услышав его. — Что? — ошарашенно бормотал он. — Такого не было! Не припомню такого! — Док! Забери его! Давай! — наседал Бай Лун. — Скажи ему, чтобы забрал его! Скажи, чтобы забрал! Ему нельзя здесь оставаться! Слова Бай Луна заставили Доктора выйти из шока. Не время было стоять столбом! Каждая секунда может быть решающей. Сейчас нужно было действовать! Если действительно можно что-то изменить — ведь сцена уже пошла не по своему сценарию — значит, нужно сделать все возможное. «Это мой шанс!» — промелькнуло у него в голове, и он снова обратился к себе: — Забери его отсюда! Забирай скорее! Не оставляй тут! — с напором произнес Доктор. Другой Мистер Гипс повернулся в сторону друга. Мужчины пытались отпихнуть его к машине, что-то кричали, размахивали руками перед лицом, но другой Мистер Гипс стоял, почти не шелохнувшись. Он встретился глазами с другом. Родители тащили его в противоположную сторону, а он почти не вырывался, только смотрел на стоящего у такси с горечью и сожалением. — Забери его! — снова рявкнул Доктор. Другой Мистер Гипс рывком убрал с дороги мужчин. Они разлетелись в стороны, как щепки. Широкими шагами он начал приближаться к другу. Доктор следовал за ним. Остальные стояли в стороне, наблюдая за происходящим. Женщины в оцепенении следили за меняющейся сценой. Профессор что-то бубнил под нос. Ноги Бай Луна сами понесли его вслед за Доктором. — Поедешь со мной? — спросил мужчина, глядя на друга. Тот поспешно кивнул, в глазах зажглась надежда. — Уйдите, — громко сказал другой Мистер Гипс мужчине и женщине. Те в ответ что-то громко кричали, размахивали руками. На шум уже собралась толпа зевак. — Они его не отпустят, — заговорил Бай Лун, обращаясь к Доктору. — Хватай его, забирай! — Давай, забери его, пожалуйста, забери, — упрашивал Доктор другого Мистера Гипса. Мужчина настойчивым движением отодвинул в сторону мать, взял друга за руку и потянул на себя. — Вот так, молодец, давай, — подбадривал Бай Лун, словно другой Доктор мог его услышать. Отец пытался удержать парня. Женщина переключилась на другого Мистера Гипса, нанося удары ладонями ему по спине. — Черт, такси уезжает, — с досадой произнёс Бай Лун. И действительно, машина тронулась с места и скрылась из вида. Потасовка продолжалась. Другому Мистеру Гипсу удалось наконец оттеснить отца. Бай Лун быстро огляделся. Заставить другого Доктора поймать еще такси? За это время родственники могли снова предпринять какие-то действия. В любых непонятных ситуациях он сам предпочитал бежать. Им тоже надо бежать! — Док, надо бежать! Скорее! Пусть убегают! — эмоционально прокричал Бай Лун. — Бегите! Бегите сейчас же! — подхватил Доктор. — Бежим, — скомандовал другу другой Мистер Гипс. И они побежали. В едином порыве двое молодых мужчин тронулись с места и что есть силы рванули оттуда, не оставляя преследователям ни шанса. Доктор следовал за ними, пока не влетел в невидимую преграду, о существовании которой даже и не вспомнил. Его отбросило, мужчина упал на землю. Но и тогда он продолжил смотреть вслед убегающим мужчинам. Все закончилось так же быстро, как и началось. Раз — и пятеро спутников снова очутились в пустом пространстве. — Они убежали... — шептал пораженный Доктор. — Они убежали... Они ведь убежали? Бай Лун рухнул на пол, шокированный не меньше Доктора. — Убежали, — выдохнул он, раскидывая на полу руки и ноги. Если бы у него было физическое тело, вероятно, он упал бы без чувств от пережитого эмоционального потрясения. — Что это было? — дрожащим голосом проговорила Миссис Рэд. — Вы... У вас получилось что-то изменить?! — Похоже на то, — выдохнул Доктор, совершенно обессилев. Он лежал на полу и не мог прийти в себя. У него действительно получилось? Они убежали? Правда убежали? Если б не Бай Лун... — Бай Лун, — прохрипел Доктор, находя взглядом парня, лежащего неподалеку. Тот не отзывался — схватился руками за голову и что-то бубнил. — Бай Лун, — снова позвал Доктор, поднимаясь с пола и в два счета сокращая расстояние между ними. Профессор вздрогнул и отпрянул, увидев мощное резкое движение. Женщины замерли в испуге. Бай Лун в последний момент заметил фигуру, которая метнулась к нему, и инстинктивно сжался. Казалось, Доктор готов его растерзать. Мистер Гипс хлопнулся на колени, рывком приподнял парня и впечатал в свою грудь, крепко обнимая. — Спасибо, — хрипел он, прижимая парня к себе, — это все ты... Спасибо тебе... Мужчина долго обнимал его, повторяя слова благодарности. — Да я-то что... — слабо отбивался Бай Лун, не в силах даже пошевелиться под натиском сильных рук. — Это все Рози... Доктор наконец поднял глаза на Рози, которая стояла неподалеку. — Рози, спасибо, — искренне проговорил он, отпуская парня и размашистым движением вытирая слезы с лица. Девушка его не слышала. Она дрожала, закрыв лицо руками. Бай Лун, едва взглянув на дрожащую фигурку, моментально вскочил на ноги и бросился к ней. Он подумал, что Доктор напугал ее своим импульсивным порывом. Миссис Рэд, которая обычно первой проявляла участие к Рози, уже какое-то время ходила взад-вперед по световой зоне и бубнила что-то себе под нос, не замечая ничего вокруг. — Рози, — осторожно позвал девушку Бай Лун, — Рози, все нормально, не бойся. Все нормально! — Почему у меня не получилось? — услышал он ее слабый голосок. — Что? — не понял парень. Рози отняла руки от лица и влажными от слез глазами посмотрела на парня. — Почему у меня не получилось?! Я тоже могла что-то изменить? — ее голос дрожал. Бай Лун растерялся. — Я... Я... — лихорадочно думал парень, что ответить... — Но мы же не знали! Никто не знал, что это вообще возможно. Услышав их разговор, немедленно подошли Профессор и Мистер Гипс. — Все случилось так неожиданно, — проговорил Доктор. — Рози, прошу вас, давайте все обдумаем, обговорим, — пытался успокоить ее Профессор, видя, что девушка находится на грани истерики. — Это потому что я слабая... — лепетала она, — я ни с чем не в состоянии справиться... Я могла спасти сестру, но снова ничего не вышло... — Рози, нет, — уговаривал ее Бай Лун, — и ты же пыталась, мы все видели! Просто почему-то не получилось! Мы вообще не знаем, что происходит! — Вот именно, — вступил Профессор, — мы еще не понимаем, по каким законам функционирует это место. — Да мы даже не знаем, действительно ли все изменилось! — воскликнул Доктор. Эта мысль больно ударила его по затылку. Ему хотелось думать, что он что-то изменил. В таком случае он мог бы больше не сожалеть. Мог уйти со спокойной душой. Может, для этого они здесь? Рози почувствовала слабость в ногах, колени подкосились. Бай Лун поймал ее, помог аккуратно опуститься на пол и тоже сел рядом. — Вы действительно думаете, можно что-то изменить? — включилась вдруг в разговор Миссис Рэд. В ее голосе сквозила лихорадочная надежда. — Вдруг мы правда можем что-то изменить? Профессор стоял в растерянности, Доктор и Миссис Рэд замерли рядом, ожидая его ответа. Рози плакала, сидя на полу. Бай Лун держал ее за руку и тихо успокаивал. Парень поднял глаза на остальных: — Я побуду с ней. А вы пока обмозгуйте... Остальные кивнули и отошли в сторону. — Я тоже изначально подумала, что то, что мы видим — это воспоминания, — начала Миссис Рэд, — но получается, их можно менять? — Получается так, мы же все видели! — ответил Доктор. — Но почему не поменялось воспоминание Рози? — задумчиво произнёс Профессор, бросая короткий взгляд на парня и девушку, сидящих неподалеку. Она продолжала плакать, а он легонько поглаживал её по руке. — Должна же быть какая-то закономерность, — сказал Доктор. — Я не уверен, что мы вообще имеем дело с чем-то рациональным, чтобы говорить о закономерностях, — произнес Профессор, — но мне все отчетливее кажется, что в том, что мы все тут собрались, нет элемента случайности. — Что вы имеете в виду? — в замешательстве спросила Миссис Рэд. — То, что мы пятеро встретились тут... Словно в этом есть какой-то замысел. Ведь мы не только из разных стран... Мы и из разного времени, — выразил наконец Профессор свою мысль, которая пришла ему еще после сцены в аэропорту. — Почему? Что? Вы о чем? — заговорили все разом. Даже Рози замерла и подняла на Профессора глаза. — Профессор, поясните! — То, что мы говорим на разных языках, стало очевидно с самого начала. Я, например, совершенно не понял, о чем вы, Доктор, разговаривали со своим другом в недавней сцене, речь была мне незнакома. — Я тоже не поняла, — подтвердила Миссис Рэд. — И указатели в аэропорту! Рози и Бай Лун легко прочитали, что там написано, а мы нет. — И только Рози поняла чужую речь, — продолжил Профессор. — Значит, мы все в самом деле говорим на разных языках! — Это понятно, да, — согласился Бай Лун. — Но почему из разного времени?! — Вам ничего не показалось странным в аэропорту? — задал всем вопрос Профессор. Остальные одновременно ответили: — Нет. — Я ничего такого не заметила. — Я тоже ничего необычного не видел, просто аэропорт. — Что за аппараты были у людей в руках? — спросил Профессор. — Аппараты? Какие аппараты? — удивились остальные. — Часть пассажиров шла с какими-то аппаратами в руках. Они еще разговаривали по ним, словно это рация... — пытался объяснить Профессор. — Мобильники, что ли? — догадался Бай Лун. — Что такое «мобильники»? — спросил Профессор. Все замолчали, уставившись на пожилого человека. — Вы не знаете, что такое мобильный телефон? — осторожно спросила Миссис Рэд. — Нет, впервые увидел подобное. Так это переговорное устройство? — Да, это телефон, только без провода. Как компьютер, только совсем маленький. Вы знаете, что такое компьютер? — спросил Доктор. — Полагаю, вы имеете в виду электронные вычислительные машины? — Да, они, — подтвердил Мистер Гипс. — Так из какого же вы года? — уточнила Миссис Рэд. — Я не помню. Но убежден, что я попал сюда из более раннего времени, чем вы. — Ну дела... — выдохнул Доктор. — Значит, и мы можем быть из разного времени? — Полагаю, что так, — кивнул Мистер Хэт. — В моем мире уже есть смартфоны, — подала голос Рози. — В моем тоже, — вторил ей Бай Лун. — И в моем... — подхватил Доктор, — но смартфоны появились уже какое-то время назад, нас с вами может разделять и десяток лет! — Тогда почему мы все здесь? — воскликнула Миссис Рэд. — Это хороший вопрос... — пробормотал Профессор, — у меня нет каких-то доказательств своей теории, лишь одно ощущение. И как я уже упоминал ранее, мне все больше кажется, что мы оказались тут все вместе не случайно... — Может, нас что-то связывает? — предположила Миссис Рэд. — Может, между нами есть что-то общее? — Возможно, — согласился Профессор, — только я пока не вижу, что нас объединяет. — Да в том и сложность, — с досадой проговорил Доктор, — я так мало помню о своей жизни. Сплошные обрывки. Тут помню, тут не помню. Как тут узнать, что между нами общего? — Это да, — согласилась Миссис Рэд. — Я тоже странно себя чувствую — словно часть памяти просто изъяли. — Тем не менее это не помешало Доктору исправить то, что мучило его долгие годы, — резонно заметил Профессор. — Верно... — задумчиво проговорил Мистер Гипс, — но я бы не справился один. Если бы Рози не перевела их речь, если бы Бай Лун не сказал мне, что делать, я бы так и стоял там столбом... — Вы думаете, мы поэтому тут? — удивилась Миссис Рэд. — Чтобы изменить прошлое вместе? — Можно лишь предполагать, — пожал плечами Профессор.