Тьма на двоих

Это случилось в жаркий июльский день. Теплая погода стояла уже несколько месяцев, радуя жителей маленького города. Если на небе проскальзывало облако, то оно за мгновение испарялось. Изредка моросил дождь, увлажняя поля. Но зачастую почва оставалась сухой. Солнце простирало свои лучи на необъятные долины, к позднему вечеру уходя за горизонт в алом закате и уступая место луне. Белая начищенная машина подъехала к двухэтажному дому, окруженному постриженным газоном. Вдоль порожков расположились цветы самых разных сортов. Они опоясывали перила, заплетаясь между собой. Дом был старым, но при этом выглядел ухоженным. Деревянные доски слегка поскрипывали от ветра, но в остальном окружение поражало своей чистотой, искусной резьбой и диковинными узорами. Чужак, забредший сюда, не догадался бы, что особняку более сотни лет. Фонари слегка подсвечивали пространство,поблескивая на солнечном свете и придавая месту особый уют. Автомобиль издал протяжный звук, оповещая о своем присутствии. Несколько птиц, сидевших на ветках, заверещали, с интересом наблюдая за происходящим. Долго ожидать не пришлось. Послышался скрежет открываемых дверей и топот ног. Стройная женщина в пышном нежно-голубом платье сбежала с крыльца. Несмотря на быстроту движений, ее ровная осанка продолжала оставаться прямой при каждом шаге. Темные локоны свисали с плеч, устремляясь к объемной груди. - Франчесса, добро пожаловать в наше поместье. - Женщина распахнула объятия, прижимаясь к близкой подруге. Улыбка засияла на ее лице, как только она получила ответную взаимность. - Как долго мы не виделись, Адель? - С тоской в голосе спросила Франчесса. - Кажется, прошла целая вечность. Адель отступила, все еще сжимая запястье родного человека, и оглядела ее. Давняя подруга выглядела восхитительно. Длинное красное платье в пол придавало контраст ее светлым волосам. Тонкие руки, обрамленные в короткие белые перчатки, изящно перебирали лямки серебристой сумки. Подкрашенные сочные губы сияли при дневном освещении. Женщины обмолвились пару слов, прежде, чем задняя дверца машины приоткрылась. Шофер, находившийся внутри, поспешил помочь мальчику выбраться из нее, и разочарованно вздохнул, когда его яростно отвергли. - Джозеф, ты как всегда, нерасторопный. - Фыркнул гость, отбрасывая протянутую руку прислуги, и медленно спустился на землю, оглядывая новое место. Это был мальчик лет тринадцати. Его белесые волосы развевались на ветру. Розоватые губы недовольно сжимались. В каждой черте его лица проглядывалась копия матери. Карие круглые глаза в точности походили на ее. Красный атласный пиджак в сочетании с белыми брюками соответствовал ее яркому образу. Красота, элегантность и богатство. Взгляд мальчика остановился на женщинах. Пренебрежение, сквозившее в нем, утихло, уступая место лукавости: - О, здравствуйте, миссис Брунос. - Он отвесил галантный поклон и продолжил. - Рад встречи с вами. Адель просияла: - Какой ты любезный, Корнак. Я тоже рада познакомиться с тобой. - Она повернулась в сторону дома, не желая упускать подходящий момент: - Элизабет, выходи поздороваться с нашими гостями. Корнак с любопытством переводил взгляд с матери на Адель, ожидая появления ее дочери. В дверях показалась девочка с заплетенными длинными косами. Ее розовое платье дополняли золотистые ленты, струящиеся от пояса к полу. Она застенчиво ступила на порог, рассматривая приехавших. - Посмотри, какой милый молодой человек будет с тобой дружить. - Произнесла ее мать, приложив руку к сердцу, тем самым давая понять, насколько это было важно. Корнак сверкнул глазами, осматривая девчонку с головы до ног. Разумеется, она была хороша в нежном розовом платье, подчеркивающем ее невинность. Элизабет шагнула вперед, но крепкая рука, неожиданно ухватившая ее, остановила девочку: - Не нужно, не ходи туда. Он смотрит на тебя плотоядно. - Прошептал тихий детский голосок, наполненный недоверием и настороженностью. - Не бойся, Кирюша, все хорошо. - Она мягко улыбнулась, оборачиваясь к мальчику. - Зайди в тень, не то мама тебя увидит. И не дождавшись ответа, она высвободила ладонь из цепких пальцев, а затем сделала шаг. Шаг, который разделит жизнь Кирилла на до и после. - Я Том. – Беспечно произнес белесый мальчик, привлекая к себе излишнее внимание. Знакомство с Томом Корнаком произошло тринадцатого Июля. До седьмого Августа оставалось двадцать три дня. *** Удивительно, что она не боялась разгуливать по влажному, безлюдному месту, граничащему с лесом в сумерках. Он часто видел ее в этой части города, не понимая, что могло понадобиться молодой девушке в отдаленном районе, в который никто не совался. Но сегодня это лишь сыграло в его пользу. Эмили шла по сырой обочине, так и не успевшей высохнуть после продолжительного дождя. Пальцы сжимали ремешок сумки, а голова клонилась вниз. Она выглядела уставшей.Неделя в больнице видимо дала о себе знать. Розовая кофта была настолько тонкой, что колыхалась на ветру. Эстер была одета слишком легко для подобной погоды. - Какая неожиданная встреча, Ли. - Голос, пропитанный фальшивой радостью. Он остановился за ее спиной, ожидая, когда девушка развернется. А Эмили лишь замерла, только дернув плечами от неожиданности. Ее подбородок гордо приподнялся. Но на ответную реплику у нее не хватило смелости. Он застал ее врасплох. Как бы Ли не пыталась язвить и показывать свой характер, она боялась. Девушка просто не могла не испытывать страх по отношению к нему. Он точно знал это. Наивная, маленькая мышь. Он подошел ближе, едва ли не касаясь грудью ее спины. Девушка продолжала смотреть вперед, выпуская изо рта слабые выдохи холодного воздуха. - Ты не поинтересуешься, зачем я оказался здесь? - Нет. - Твердое и решимое. Но такое лживое. - Как самонадеянно, милая. - Усмешка коснулась уголка его губ. - Думаю, что ты передумаешь в своем ответе. - Грубая рука обхватила ее локоть. С надменной улыбкой он покачал головой, отмечая, насколько она глупа, чтобы выводить его из себя подобным образом. - Тогда мы прогуляемся, Эми..- Рот скользнул к ее уху, но не коснулся. -..Ли. - И посмотрел в сторону мрачного темного леса. *** Железной хваткой он вцепился в ее запястье, вынуждая идти за собой. Ветки цеплялись за ее кофточку и царапали руки. Она не сомневалась, что на утро останутся следы. - Почему? - Ли всхлипнула на грани отчаяния. Он ничего не объяснял ей. -Почему ты делаешь это со мной? Дело только во мне? Сгущавшаяся темнота мешала нормально видеть. Ноги путались о ветви корней. Каждый следующий шаг давался все сложнее. Она не должна здесь находиться. Это неправильно. Он. Темнота. Лес. Всего этого- не должно быть в настоящей реальности. Парень резко затормозил, разворачиваясь к ней лицом. Неожиданно. Учитывая, что за всю дорогу он ни проронил ни слова. Ли сделала шаг назад, насколько это было возможным, чтобы отстраниться от него. И снова едва ли сдержалась, чтобы не закричать от боли. Что-то острое вонзилось в ступню некачественного дешевого кроссовка. И адский холод только усугублял ситуацию. Он медленно опустился к ее макушке, смотря ей за голову, и скользнул немного влево, к виску. - Думаешь, ты особенная? - Губы Кирилла сжались в тонкую линию. Прохладный воздух его дыхания колыхнул пряди волос: - Вот уж вряд ли. О чем он говорит? Таких мыслей у нее точно никогда не возникало. С самого детства она не отличалась от других девочек. А возрастом ее и вовсе перестали замечать. По этой причине считать себя не такой, как все, было бы крайне глупо. И кто еще из нас болен, Кирилл?! Он склонился чуть ниже: - На твоем месте могла быть любая девчонка. – Он просто выплюнул фразу. - Но ты оказалась полоумнее всех вместе взятых. Такой тупости, как у тебя, я не видел долгие годы. Секундная пауза проскользнула в воздухе, прежде, чем он прорычал: - И это осложняет мне жизнь. Мне плевать на тебя и твое мерзкое существование. Но Я не позволю вторгаться в мое. И изменять его. Он тут же закрыл рот, как будто последние слова были лишними. Вряд ли это должно было коснуться ее ушей. - Изменять? - Эмили захлопала длинными ресницами, осторожно поднимая на него взгляд. Скорее она внесла неприятные для парня коррективы, помешала в введении преступных дел, но только ради сохранения мира в городе. Взгляд парня сейчас вмещал в себя одновременно три вещи. Первая - в нем искрилась злость. Но она была для нее привычной, потому что всегда присутствовала на его лице, как только он замечал ее. Вторая - отчаяние. В первый раз оно появилось, когда Одоевский сообщил, что жаждет ее смерти. Наверное, теперь он чувствовал тоже самое. И третья - растерянность. Эта эмоция оказалась для нее новой. Раньше она никогда не видела ее в его выражениях. А сегодня Кирилл будто бы находился на распутье. Такое бывает, когда человек перестает понимать, что ему делать дальше. Он колебался. Успокаивался. И тут же злился. - Знаешь... - Неожиданно мягкий голос возвращает ее к настоящему моменту. - Мне нравится, когда ты молчишь... - Так тихо, что ей приходится напрягать слух. - Когда из твоего горла не раздается ни единого звука. Кирилл отшагивает от нее, снова сжимая ее запястье в свои тиски. Останутся синяки. - Хватит, это уже не смешно. - Эмили повышает голос. В душе зарождается тревога. Она не понимает значения его странных фраз. - Да, да, ты уже напугал меня. Мы находимся в чаще леса, в темноте, и я понятия не имею, как отсюда выбраться. Достаточно запугивать... Он не ответил и зашагал быстрее, тем самым приказывая и ей сохранять молчание. Она знала, что он не мог с ней долго разговаривать. Не выдерживал ее общества, чертов аристократ. Ли не успевала за ним. Она задыхалась от скорости. - Черт возьми...в какие игры ты играешь? - Эмили снова в ярости закричала.. Его рука так крепко сжимала запястье, что не было никакого шанса на побег. - Игры? - Прошипел парень, пробуя на вкус это слово. Они оказались на небольшой поляне. Внизу журчала вода, от которой поднимался и развеивался по воздуху густой туман. Рядом слышалось кваканье лягушек. Озеро окружала густая высокая трава с камышами, в которых что-то периодически шуршало. Скорее всего там ползали змеи, как раз под стать парню. - Ты здесь живешь? Очень мило. - Съязвила девушка, не сдержавшись. Непонятное волнение в преддверии чего-то страшного не позволяло ей молчать. Он бросил на нее раздраженный взгляд и подтолкнул вперед. Старые деревья опасно покачнулись, издавав неприятный треск. Это место точно не войдет в ее список самых приятных в городе. Ли почувствовала дрожь в ногах, когда узенькая дорожка, ведущая вниз к воде, начала скользить. Сильная ладонь парня перехватила ее локоть, не давая упасть. Видимо, распластаться перед ним в самой глупой позе, не входило в его планы. В низменности оказалось до жути холодно. Даже через ткань кожа покрывалась противными мурашками, отчего ее кости, словно дрожали. В лицо дул сильный ветер, развивая волосы, которые неприятно хлестали по лицу. Земля заканчивалась на этом месте, обрываясь метров на десять вниз. Все, что она видела- бездна. Судя по звуку, там находилась вода. Кирилл подошел к краю. Он притянул девушку к себе, отступая за ее спину. Эмили почувствовала твердую мужскую грудь, настолько горячую, что она слишком резко контрастировала на фоне нынешней погоды. Захотелось отстраниться. Но это было невозможно. Он подвел ее так опасно близко к утесу, что любой неверный шаг мог стоить ей жизни. - Спрашиваешь, во что я играю?… - Снова этот змеиный тембр. Холодные пальцы коснулись ее шеи, пуская по коже неровный строй непонятных для нее мурашек, и аккуратно перекладывая волосы вперед. - Шахматы- довольно неплохо, Ли. - Голос спокойный. Тихий и тлеющий. Она слышала его только, когда Кирилл брал в руки сигареты в ожидании наступления скорого экстаза. Не такого ответа она ожидала, но пусть так. - Если бы была возможность ходить одной фигурой, какую бы ты выбрала? – Шепот парня. Ладонь опустилась на косточку ее позвоночника, медленно двигаясь вниз. И как только он терпит эти прикосновения к ней, а не плюется обыденной желчью и не скручивается дугой от тошноты к ее запаху? Эмили открыла рот, жадно глотая воздух, когда его палец стал вырисовывать на спине узоры. Спину обожгло. - За короля, конечно. - На выдохе произнесла девушка. Что-то давящее внутри живота мешало ей нормально дышать. Ей показалось, или он сделал еще один крошечный шаг вперед?! Но больше некуда идти. Его действия зашли слишком далеко. Она решила продолжать. - А за кого играл бы ты? - Эмили резко развернулась к нему лицом, опасно покачиваясь на пятках. Она бы спешно полетела вниз, если бы он не придерживал ее. Колени подтрухивало. Зрачки Кирилла потемнели. Лицо стало бледным, как будто из него постепенно выходила жизнь. Или рассудок с здравым смыслом. - Только за Ферзя. - Но короля защищают, в том числе это делает и ферзь. - Прошептала девушка, боясь пошевелиться. Можно шагнуть к нему навстречу, вынужденно касаясь его тела, и тем самым отойти немного от края. Но нет, конечно, она себе этого не позволит… Он не позволит. Голос Кирилл заледенел: - Но это не значит, что короля смогут спасти. - И с вызовом бросил: - Что тогда? Эмили смотрела в его глаза, пытаясь найти в его глубинах ответ. Но там уже был только чистый и сухой лед. Звуки природы остановились. Больше ничего не было слышно, словно мир погрузился в сон. Даже ветер уже не пытался остановить их безумие. Он смирился с неизбежным, как если бы знал, что случится дальше. Вот он - пустой, ускользающий взгляд парня. Ему потребовалось каких-то пара жалких минут, чтобы запечатать здравый рассудок в клетке. Он словно ждал ее замедления. Ждал, что его решение медленно дойдет до ее сознания. А она поняла все слишком поздно. Действительно опоздала. На несколько...недель, когда сама позволила узнать о себе. Эмили видела, что его тело оставалось на месте, рядом с ней, но душа...она как будто больше была не здесь... Вот и ответ на его вопрос. - Тогда они оба погибнут... Крошечная секунда, за которую он обдумывал ее слова. Губы сжались в тонкую линию. Глаза наполнились кровью. Или жестокостью. - Именно. - И снова в голосе лишь мерзкий холод. *** - Папа! Папа, я не хочу...не буду...не могу. - Плакала девочка, пятясь от него. Отец протягивал руки в приглашающем жесте, с просьбой зайти в реку. Около получаса назад они спустились на мелководье. Мама считала, что такой способ поможет дочери быстрее перебороть свой страх. Семья часто прогуливалась по окраине города, доходя до нужного места. Эмили знала его, как свои пять пальцев. Поэтому оставалась надежда, что девочка скоро начнет снова привыкать к воде. Но только лишь оставалась… Посмотрев в добрые и манящие глаза родного человека, после долгих уговоров, Ли действительно наконец-то доверилась ему, делая шаг навстречу. Лицо мамы победно просияло. Она знала, что у ее дочки точно получится снова. Но как только детские пальчики ног коснулись прохладного, как ей показалось скользкого песка, малышка в панике отскочила назад. - Нет. Ни за что. Нет. Нет. Нет. - Ладошки накрыли глаза, пряча от папы слезы. Попытки завести Эмили в реки, озера, моря и даже бассейны продолжались несколько лет. Но со временем их количество снизилось, а затем полностью рассыпалось в пух и прах. Нельзя было сказать, что родители сдались. Нет. Сдалась сама Ли, окончательно потеряв в себе уверенность когда-либо свободно плавать. Она походила на котенка, в природе которого есть возможность зайти в воду и проплыть. Но как и он, девочка оставила эти попытки в параллельной реальности. Прошло восемь лет. Страх перед источниками вод нисколько не уменьшился. Поэтому она просто исключила подобные места из жизни. Сейчас, падая вниз с утеса, приятные, радостные и страшные моменты, чередуясь, проносились с невероятной скоростью у нее в голове: мамины клубничные пироги. Хэллоуинская ночь в лесу. Душевные разговоры с Соней и Оливией. Грубый бас Харрисона. Теплая улыбка отца. Парк аттракционов с попкорном. Все они промелькнули перед ней в кратчайшие секунды, прежде чем послышался громкий всплеск воды падающих тел. Их тел. Сегодня Кирилл открыл ей истину, которая все эти дни лежала на поверхности. Но она упорно не замечала ее. Он делал многое для того, чтобы она поняла его намерения. Как же Эмили была слепа, понимала реальность сквозь призму. Он хотел ее смерти. Раньше она не воспринимала его угрозы с полной серьезностью.Кирилл просто запугивал. Но Эмили считала, что это было лишь на словах. Сегодня Одоевский сделал свой шаг, он решился. Эмили не понимала, почему Кирилл не сбросил только ее тело. Зачем сам полез в такую опасность? Ведь он хочет жить. Такие, как Одоевский всегда в центре этого мира. Они просто обязаны здесь существовать. Но сейчас он падает рядом с ней. И разрушает чертову систему. Взволнованное неожиданным, неестественным тяжелым грузом, озеро накрыло их с головой, отбрасывая друг от друга. Жидкость моментально проникла в нос, мешая дышать. Эмили ошибочно открыла рот, в который тут же попала вода. Ее потянуло вниз, к самому дну. Она распахнула глаза. Из-за наступившего мрака и паники ничего не удавалось рассмотреть. Внутри было слишком мутно, лишь слабые знакомые очертания крупного тела мелькали поблизости. Но оно казалось таким далеким, что Ли не была уверена в правоте своего зрения. Было безумно холодно находиться здесь в такое время года. Сковывало внутренности. Как будто в организм тоннами заливали лед. Но это было не самое страшное. Руки заметались по сторонам, когда стало катастрофически не хватать кислорода. Невыносимо осознавать, что через пару секунд ты задохнешься. В такие минуты ты сделаешь все возможное, чтобы выжить. Да, сейчас жизнь не кажется таким дерьмом. Хотелось кричать, звать на помощь. Но разве это было возможно в таких обстоятельствах? Ей казалось, что после падения прошла целая вечность , что она долгие часы провела под водой. Но на деле это было бы нереальным. Ли забилась сильнее, ощущая, как голову сдавило давление. Дикая безудержная пульсация в висках, как будто вас прикладывают с невероятной силой к бетону. Ногти судорожно вцепились во что-то мягкое. На поверхности отдаленно послышалось раздраженное шипение, смешанное с болью. Если бы Эмили находилась в адекватном состоянии, то непременно порадовалась бы, что так сильно зацепила его. Значит Кирилл все еще жив. Он совсем не покалечился? Почему на свете есть такие везучие люди? В пять лет они с племянником упали с велосипеда. В ее колене образовалась трещина. Родственник же отделался легкой царапиной. Кириллу действительно плевать, что он только что чуть ли не утонул? Эмили крепко ухватилась за него, будто он был спасительным кругом. Символично. Ведь сейчас он для нее жизнь и смерть в одном лице. Откуда у нее взялись силы? Скорее всего, дикий выброс адреналина и инстинкт самосохранения приказали ей вцепиться в парня. Вода помогла вытолкнуть свое тело наружу. Ледяной ветер обволакивал кожу, покрывая ее тоннами мурашек, стоило только показаться на поверхности. Эмили жадно заглотила воздух. Первый глоток обжег внутренности, как будто за это мгновение она вовсе разучилась дышать. Со вторым стало легче. Она чувствовала, как Кирилл пытается отпихнуть ее от себя. Но тщетно. Собственные ладони нервно дергались, пальцы неконтролируемо расцарапывали его кожу. - Тебе давно пора было сдохнуть, Эстер- Прохрипел Кирилл. Из краешка его губ стекала вода. Он тоже вдоволь нахлебался, но считал должным съязвить ей, даже если бы ему пришлось захлебнуться ею. В мыслях это осознание заставило усмехнуться, но в жизни теперь на это не осталось сил. Она понимала, в какой ярости он сейчас находился, оттого, что она позволила себе дотронуться до его тела. Будь его воля, он с радостью оторвал бы ей руки. Эмили считала, что самое страшное уже закончилось. Множество причин было для ее сегодняшней смерти: вода озера, попавшая внутрь организма, нехватка воздуха, адский холод, удар о поверхность во время падения. Но, пожалуй, она упустила еще одну. Самую опасную, смысл которой сейчас находился перед ней. Под кончиками ее ногтей. Спасательный круг, который она поспешно выбрала в приливе паники, дал трещину. Кирилл, пытавшийся отцепить ее от себя, пару секунд назад, неожиданно поменял тактику. Он резко перехватил ее руку, царапающую его, а второй надавил на плечо, погружая в воду. На ее пальцах показались алые пятнышки крови. Видимо она задела его спину. Девушка еще не успела опомниться после первого раза, как в нос снова хлынула мутная жидкость. Сейчас он утопит ее. Сегодня ей несказанно везет на количество неудач. Маленькое тело беспрекословно поддалось ему, полностью уходя под воду. Она заметила, как легкая улыбка победы коснулась его лица. Извращенная и безрассудная. Безусловно, ему тоже было тяжело, все таки он не бессмертен. И вряд ли получил удовольствие от удара о воду. Но сейчас проигрывала она. Судьба сыграла с ней злую шутку, дав ложную надежду на спасение. Ли захотелось вдохнуть пресную воду, позволить ей проникнуть до самой глубины, чтобы мучения не были слишком долгими. Сколько пройдет дней, недель, месяцев, прежде, чем найдут ее бездыханное тело? Она опустилась ниже, касаясь пальцами ног непонятного скользкого вещества. Словно липкие змеи опоясывали ее ступни, заволакивая ко дну. Знакомое ощущение. Ее будто взяли за шкирку и отшвырнули в прошлое. Туда, где были родители. Яркое солнце с невероятным закатом. Горячий песок. Звук улетающих чаек. И...белоснежное, развевающееся на ветру платье, в котором она бежала к злосчастному морю. Платье, которое заплетало ее ноги в воде, также, как сейчас это делали водоросли. Мерзко. Холодно. Страшно. Ужас переполнил внутренности, как это бывало каждое утро, когда она запутывалась в одеяле, но представляла вместо него их зеленые ветви. Только сейчас это было намного ужаснее, потому что действительно происходило на яву. В немом крике она изо всех сил дернулась вперед, буквально вырываясь из плена зелени. Можно было услышать тихий разочарованный треск где-то в глубине, словно они были живыми, и упустили свою добычу. Колени обхватили пояс Кирилла, отчаянно вжимаясь в него. Эмили была уверена- парень считал, что она перестала бороться. Смирилась. Девушка и сама на какой-то миг в это поверила. Но страх прошлого взял над собой вверх, тем самым внезапно спасая ее. Они оба погрузились под воду. Кирилл потерял бдительность, не рассчитывая, что Эмили сделает подобную глупость. Глаза Ли распахнулись. Влажность снова окутала их, но было терпимо. Внизу оставалось все также мутно. Однако это не помешало увидеть перед собой Кирилла. Его лицо находилось в непростительной близости к ней. А еще он раздражался и злился. Каждый напряженный мускул говорил об этом. Эмили боялась сдвинуться хоть на миллиметр. В ушах шумело от напора воды. Он, скорее всего, вообще не понимал ее сумасшедших действий и пребывал в полном недоумении, иначе запросто сбросил бы Эмили. Ее волосы вздымались по сторонам, каждый раз касаясь его влажных щек. Возможно это и стало для него последней каплей. Вот оно - отвращение, проскользнувшее на его лице. Он сделал сильный рывок вверх, вытаскивая обоих на поверхность. Острые колени продолжали плотно стискивать его бедра в то время, как собственное тело дрожало. Возможно, он снова продолжит начатое, как только освободится от ее тисков. Но на третий раз ее сил не хватит. Она не сможет задержать дыхание даже на пару секунд, в легких уже не оставалось воздуха. Почему она должна здесь погибнуть? Ужасно ходить по лезвию ножа из раза в раз, не имея понятия выживешь ты или нет. Страх не отступал. Под собственной грудью билось чужое сердце. Странно, что оно у него вообще существовало. Бах.Бах.Бах. Но уже тише. Замедляется и возвращается к привычному ритму. Ли перевела дух и постаралась забраться повыше на парня. Она напоминала маленького котенка, лезущего на маму-кошку в поисках укрытия. Челюсть Кирилла напряглась. Голова медленно, словно в замедленной съемке, приподнялась к ней. Наверное, он считал, что Эмили сошла с ума. И прежде, чем в его глаза полностью вернулся привычный холод, вызывающий в нем демона, ее тонкие ладошки обхватили его лицо. Кирилл среагировал сразу: - Какого черта ты делаешь? - Голос сухой, уже наполняющийся злостью. Но все же ее поступок смог ввести парня в заблуждение, иначе он бы не произнес ни слова. Зачастую Кирилл ее игнорирует, абсолютно все вопросы остаются безответными. У него нет причин отвечать ей. Для него это всегда лишь пустая трата времени и слов. С другой стороны прикосновение давало обратный эффект, оно начинало быстрее возвращать ему осознание происходящего и пробуждало его. Нельзя было допустить, чтобы он вернулся к прежним действиям. Хрупкие дрожащие пальчики медленно прошлись по идеальным линиям, словно поглаживая их обладателя. Это было неосознанно даже для нее самой, решения рождались машинально. Тело делало все возможное, чтобы сохранить себе жизнь. Будь она в соображающим уме на данный момент, то ни за что бы не прикоснулась к этому человеку. Сейчас она лишь смотрела. Капельки воды стекали по его волосам. Мокрой дорожкой они опускались к черным ресницам, увлажняя их, а затем падали на разгоряченные щеки. Они таяли на нем, словно его тело могло быть горячим. Ли немного приблизилась, изучая этот странный процесс. То, что кожа Кирилла растапливала их, было для нее удивительным явлением. Она всегда считала его слишком холодным. Это открытие поразило ее. Внешне в нем идеально все, кроме этих уродливых глаз. Потому что они всегда наполнены злостью и безграничной жестокостью. Это отталкивает от него и выдает его настоящую сущность. И если бы он не был внутри таким гнусным человеком, то на него бы засматривалась немалая толпа роскошных девушек. Но они уже пожирали его глазами. Эмили же опасалась Кирилла с первого дня их встречи. Парень никогда не вызывал в ней женских чувств. Напротив, его приближение сквозило угрозой на ментальном уровне. Оно словно кричало ей: Беги. А она что? Полезла в его дела со своей никому ненужной правотой и справедливостью. Боже, как это глупо. Но как поступать иначе.. Одоевский молчал. Его глаза неторопливо опустились к ней, заглядывая в них глубже, но не предпринимая попыток сдвинуться с места. Они оба замерзли. Но каждый держался, не желая сдаваться. Эмили хотелось кричать от непонимания и досады. Почему ее постоянно затягивает в неприятности? Кирилл открывает рот, чтобы снова уничтожить ее своими словами. Она уверена в том, что они опять причинят ей боль. Он убивает и физически, и морально. - Пожалуйста... Ли сама не до конца понимает, о чем просит. Возможно, хочет, чтобы между ними и дальше сохранялась тишина. Чтобы он продолжал игнорировать ее, как делал всегда. Одоевский слегка склоняет голову набок. Она смотрит на него, не отрывая взволнованного взгляда. Полные губы парня приковывают к себе внимание. Они до сих пор слегка приоткрыты. Мокрые, влажные и подрагивающие от холода. Девушка медленно приближается к ним, останавливаясь в нескольких миллиметрах. Сердце бесперестанно твердит, что другого пути нет. Что еще может его остановить, если не этот кошмар, который она собирается сделать? Может это прекратит то безумие, которое здесь происходит?! Его руки напрягаются, безотчетно сжимая ноги Эмили. Бедра жжет, как будто к ней прислоняют раскаленное железо. В восьмом классе у нее был парень. Их отношения заканчивались на скупых обниманиях и робких поцелуях в губы, которые она сравнивала с облизыванием лягушек. Скользко и противно. Она ощущала дискомфорт, когда мальчики пытались нарушить ее личное пространство. А с возрастом видела, как интересы мужского пола меняются. Желания парней стали глубже. С тех пор она старалась сократить общение с ними до минимума. Поэтому жест Кирилла заставляет ее опомниться. Ощущение странное, незнакомое: жар постепенно поднимается от бедер все выше. В новом для себя страхе она шепчет в самые губы парня короткое: - Отпусти... Так близко к нему, что в организм попадает уже знакомый яблочный одеколон. Дорогой. Свежий. Заполняющий собой все пространство. Скулы Кирилла становятся более очерченными. Желваки на лице пульсируют. Он хватает ртом воздух, но кажется не дает легким пропустить его внутрь, потому что грудь замирает. Парень не выдыхает. Кажется, что не может. Взгляд напрочь прикован к ней, зрачки темнеют и поблескивают в темноте. В нем мелькает хорошо знакомое ей чувство. Это страх. Но страх чего? Что с ним сейчас происходит? Ведь это не он находится в руках преступника. Ли чувствует, как его руки продолжают сжиматься на бедрах. Ей и самой страшно. Его ресницы приопускаются. Они и раньше были такими длинными? Он делает первый вдох, который касается краешка ее губ. Эмили завороженно повторяет его движение, вдыхая. И на крохотную секунду кажется, что они дышат одним воздухом. Но снизу что-то цепляется за ее ноги, и девушка сдавленно пищит. Возможно, там снова находятся водоросли или нечто похуже. Змеи, жабы и прочая живность. Ее голос, как детский звук из детства, который она постоянно произносит из-за непереносимого волнения, возвращает прежнего Кирилла, снимает с обоих оцепенение. Он кривит губы в тонкую линию, резким движением расцепляя ее ноги. Все происходит так быстро, что Ли не успевает среагировать. Одно броское невнятное ругательство в ее сторону, и Кирилл отталкивает девушку на безопасное расстояние. На удивление, Эмили осознает, что может стоять здесь. Видимо их отнесло к берегу. Кирилл зачем-то ожесточенно трет ладони и окунает их в воду, словно они перепачканы грязью. Она не требует объяснений, лишь благодарит судьбу за то, что он оставляет ее в покое. Сама же стоит на прежнем месте, боясь пошевелиться и напомнить о себе. Все, что она сейчас может- закрыть глаза, чтобы не видеть вокруг себе мутную воду с дикими тварями, темный лес, устрашающие деревья и глубину ночи. Но только глубоко внизу, под всеми клеточками ее тела, она знает, что Его здесь уже нет. Потому что не ощущаются знакомые ноты яблок. А мозг упорно отрицает эту догадку, предупреждая, что ей нельзя различать среди многих одеколонов лишь один. Кругом стоит тишина, оповещающая о том, что ей пора брать себя в руки и выбираться из этого чертого места. *** Погода сегодня солнечная. Лужи, ранее заполонившие собой асфальт, траву и крыши домов постепенно испарялись. Легкий ветерок покачивал листья на старом дубе, из-за чего казалось, что он еще не совсем иссох. Природа постепенно оживала, возрождалась из вечного холода. Это было действительно удивительно, город не видел солнца много времени. Маленькие лучи осветили Эмили. Девушка запрокинула голову, подставляя лицо навстречу свету. Тепло и уютно. Хотелось сохранить этот момент в памяти. Оливия резко схватила подругу за руку, сильно потянув на себя. Миг мимолетного спокойствия растворился. - Откуда он у тебя? Твоя мама не любит фианит. В груди Эмили что-то перевернулось. - Я и не собиралась оставлять его у себя. -Спешно отреагировала девушка, как будто заранее готовилась к подобному допросу. -Наделала пару раз для разнообразия. - И для пущей убедительности добавила: - Одного маминого кулона на шее мне вполне хватает, остальное кажется лишним. Эмили лгала. Снять браслет казалось невозможным. Она действительно хотела от него избавиться. Но даже старые бабушкины плоскогубцы не могли справиться с его силой. Он будто бы слился с кожей и не желал покидать новую обладательницу. Рассказывать историю его появления девочкам, она не хотела, потому что сама до конца не была уверена в ее правильности. Не было настоящих доказательств, что браслет был получен Одоевским. Выставлять себя еще более ненормальной было бы крайне глупо. Глаза Сони удивленно сверкнули. С губ медленно сошла улыбка. - Но это не фианит. Эмили растерянно посмотрела на нее. - О чем ты говоришь? - Оливия поднесла руку с браслетом ближе к глазам. В комнате на мгновение стало душно. - Это изумруд. У моей мамы в прошлом доме было несколько таких камней. Папин брат привет его из Италии. Что касается моды и дорогих вещей - никто лучше Сони не разбирался в этом. Сердце Ли приостановилось. На ее руке уже несколько недель находился бриллиант. Если он все же принадлежал Кириллу, то он явно безрассудный человек. Наверное, украл его, а затем решил избавиться с помощью нее. Или же захотел подставить и доложить в полицию. Ну разумеется. Девочки понимали, что на такую вещь у нее не хватило бы денег. Для них это не было секретом. Солнечный луч мазанул по щеке и поднялся к глазам, мешая сосредоточенно думать. - Я... Что? Нашла его? Где? На дороге? В мусорном баке? Как же глупо эти мысли звучали в голове. Эмили с ужасом понимала, что никакой разумной идеи у нее нет. Но неожиданно Оливия отбросила ее руку и переключилась на Соню с совершенно другим вопросом: - Можешь одолжить мне платье? Я собираюсь на прогулку. Это было так странно для нее. Соня насупилась, теряя интерес к прежнему разговору. Сейчас появилась более щекотливая для нее тема, чем сплетни о камнях, на которые в своей жизни она уже насмотрелась. - С Ним, да? У вас свидание? - Подруга фыркнула. Обычно Оливия добивалась ответов на свои вопросы, но Эмили была благодарна, что сейчас на первом месте для нее стоял Стоун. Он стал ее первой настоящей любовью. Может пока что она отрицала это, но Ли видела, какими глазами подруга на него смотрит. Соня пока что этого не понимала. - Кстати о свиданиях. Ли, дорогая. Завтра я познакомлю тебя с Джеродом. Он классный и добрый парень. - Оливия мягко коснулась ее плеча. - Остановись. Я не планировала заводить парней. – В ужасе замотала головой Эстер. Подруга нахмурилась: - А когда же? Как только мы начинаем поднимать подобную тему, ты придумываешь массу отговорок. Солнце постепенно зашло за облака. Слабый лучик света промелькнул на оконной раме. - Ой, ну что ты такое говоришь. Ей понадобятся отношения только, когда этот мир перевернется - Соня усмехнулась и задумчиво посмотрела в потолок. - Это же наша Эмили. Вечно витающая в собственных мыслях и мечтающая о...о чем? - Сейчас я мечтаю, чтобы мы оставили этот разговор. - Ли деловито отвернулась к окну, поставив руки в бока. На небе показалось еще несколько облаков, но плохой погоды они не предвещали. Оливия подошла к подруге: - Эмили, я прошу тебя. Дай Джероду шанс. - Она нежно провела по ее волосам, начиная аккуратно собирать их в косу. Ли стояла неподвижно, рассматривая горизонт. Как объяснить девочкам, что любовь приводит к привязанности. А привязанность к зависимости. И если что-то плохое случится с любимым человеком, она не сможет жить. Ли давно для себя решила, что отказаться от чувств - самое верное и рациональное решение, которое она когда-либо принимала. К тому же, она действительно по-настоящему никого и никогда не любила. То чувство, о котором написано множество книг, казалось для нее неосуществимым. Ни один парень не вызывал в ней подобных ощущений. Может она слишком поздно повзрослела?! - Он вполне симпатичный. Но главное, у него есть то, что ты ценишь больше всего в людях. - Она выдержала недолгую паузу. - Я говорю о твоей «душе». Поверь мне, ты сама в этом убедишься. - Девчонка погладила ее по макушке, как будто учила маленького щенка набираться опыта. Ли слегка повернулась в ее сторону. Некоторые люди понятия не имеют, что такое Душа. Черствые, лицемерные, жестокие. Их как будто создает сама преисподняя. Потому что в добавление к ледяному непоколебимому характеру зачастую такие люди наделены прекрасной неоспоримой внешностью. Но вот беда, сердца то сотканы из ледышек. Они не боятся терять близких. Им плевать, ведь они лишены чувств. Они не меняются и остаются такими до самой смерти. - Обещаю, если тебе станет некомфортно, ты сразу уйдешь… - Ладно-ладно. – Остановила ее Эмили. – …Сразу уйду… Соня, раскинувшись на кровати, восхищенно присвистнула: – О боже, этот день войдет в историю. Ты наконец-то узнаешь, что значит действительно касаться парня, держать его за руку и.. - Эй, останови фантазию, Софи. – Засмеялась Оливия. Дыхание Эстер застряло где-то в груди. Но Она уже знает, что значит касаться парня. К горлу подступил страх. Она не могла нормально вдохнуть, что-то стучало в ушах. А живот свело спазмом. - Ты даже не представляешь, что почувствуещь в этот момент…- Мечтательно произнесла Соня. – И это не те ощущения, что ты испытывала от своего прежнего парня. Просто ребячество… Последний луч коснулся лица Эмили, прежде, чем скрыться за вечерними облаками. - Что я должна почувствовать? - Ли тяжело сглотнула. Она не хотела разбираться в этом еще глубже. Подруга улыбнулась, отворачиваясь к окну. Малиновый закат осветил комнату. - Трепет, волнение и …желание. - Эмили спрыгнула с кровати. Трепет. Она подошла к окну, распахивая его настежь и подставляя лицо прохладному воздуха. Волнение. Шторы мгновенно закружили в воздухе. Желание. - Ты что творишь, Ли? – Заверещала Соня. - Малышка, если ты хочешь нас заморозить, у тебя получается. – Подтвердила Оливия. Ветер ласкал ее лицо, успокаивая разгоряченные щеки и отгоняя ненужные мысли. Она не могла чувствовать ни один из подобных пунктов. Конечно же, нет. - Это лишь что-то на физическом? - Это то, что совсем не просто, Эмили. *** В зеркале отражалась девушка, сидевшая на деревянном потрескавшемся полу. Она обхватила острые колени руками, безразлично смотря перед собой. Небольшой блик от солнца медленно перемещался по ней, изредка пропадая. Ранний закат приближался, угрожая наступающей темнотой. На улице можно было услышать вечернее пение птиц. Они будто убаюкивали своей мелодией расположившийся рядом лес. Мир вокруг готовился к предстоящему сну. Зеркальные поверхности запечатляли движения девушки, но в этот раз она не смогла дать им должного удовлетворения. Шли минуты, но Эмили продолжала неподвижно сидеть, углубляясь в собственные мысли. Как быстро меняется жизнь. Еще несколько недель назад она беспечно танцевала. А сейчас с трясущимися ногами застыла в одной позе. Хотелось лечь на холодный пол, раскинуть руки по сторонам, закрыть глаза и перенестись в другую вселенную. Оставить позади прошлое и жить будущим. Но она здесь, в суровом настоящем, из которого ей не выбраться. Оно сковывает тугими нитями тело, заставляет принимать его, как должное. На лице отражается полоса яркого света. Она проходится по щекам, достигая невинных глаз. А вот и закат. *** Мама легла спать пораньше, насытившись полноценным ужином. Эмили помогала с готовкой. За последний год Полинария часто обучала дочку домашним блюдам. Пропадая на работе целыми днями, она оставляла Ли одну, поэтому девушке приходилось снабжать дом собственными кулинарными способностями. Вымыв посуду и убрав со стола, Эмили поднялась к себе в комнату, стараясь идти как можно тише, чтобы не разбудить маму. Меньше всего хотелось тревожить ее чуткий сон, ведь все чаще бессонница окутывала ее. Не трудно было догадаться, что причиной этому являлось волнение за Ли. Приоткрыв дверь, ее тут же окутал свежий воздух из распахнутого настежь окна. Полупрозрачная светлая штора вздымалась от сильного ветра. Ли поспешила к нему. Опустить тяжелую раму сейчас оказалось сложнее обычного из-за плохой погоды . Несколько листков ее рисунков беспорядочно валялись на полу. Свечи погасли. Что-то было не так. - Здесь довольно миленько. - Раздался приглушенный знакомый голос. - Но не в моем вкусе. Девушка отпрянула к ближайшей стене, ужасаясь внезапному появлению парня. Он напугал ее до чертиков. В темноте Кирилла практически не было видно. Лишь слабый силуэт, вальяжно сидящий на ее кровати. Он сцепил руки перед собой в замок. Одеяло немного съехало в бок, открывая вид на сиреневые подушки. До этого момента оно было идеально ровно застелено. На парне был капюшон, на этот раз скрывающий половину его лица. Так странно наблюдать, как этот человек меняется при приближении мрака. Днем он полный высокомерия и пафоса, одетый в дорогущие белоснежные рубашки и начищенные до блеска туфли. А ночью от этих качеств остается лишь тень. Он вдруг становится непредсказуемым, слишком странным и...неуправляемым, стиль меняется на мрачный и непринужденный. Осознанно ли это происходит? - Зачем ты здесь? - Раздосадовано прошептала девушка. По какой бы причине он тут не появился, дело плохо. Вряд ли Кирилл зашел к ней выпить чашечку горячего чая. Он молчал. Глаза очень медленно опустились к ее ногам, не пропуская ни единого участка тела, будто сканируя ее. Только сейчас Эмили поняла, что стоит перед парнем в просторной футболке, которую бесплатно получила в голосовании за партию, и короткие пижамные шорты. Футболка едва ли прикрывала бедра. Щеки вспыхнули, когда она осознала, что он действительно рассматривал ее. Раньше он так не делал, а теперь видимо решил окончательно убедиться в каждом ее недостатке, теперь уже физическом. Захотелось прикрыться, схватить одеяло, простынь, что угодно, лишь бы Кирилл больше не видел оголенные участки ее кожи. На секунду, всего лишь на крохотную секунду ей показалось, что зрачки парня блеснули в темноте комнаты. И тут же его губы скривились в узкую трубочку, так сильно напоминающей отвращение. Он отвел взгляд. Ну конечно, ее детские формы не сравнятся с женственными формами его девушки. Да и вообще, она не должна об этом думать. - Хотел прояснить один момент. - Беспечно сообщил Кирилл. Таким тоном, будто бы вторгаться в ее дом было обычным делом. Тонкие руки девушки обхватили плечи, ожидая продолжения. Был ли смысл ему что-то возражать? Он не уйдет, пока не закончит начатое. Как бы ужасно не было это признавать, но здесь все решения принимал Кирилл, независимо на ее ли территории он находится или за ее пределами. Не хватало сил противостоять ему, хотя она и пыталась. Чего он хотел сейчас? Кирилл подался вперед, подставляя лицо линии оконного света. Словно желал, чтобы на данный момент Эмили видела его. Иначе не позволил бы разглядывать себя. За время знакомства с ним она не могла не заметить, как парня тянуло скрыться от лишних глаз. Ли стала подмечать некоторые детали. Его выражение лица стало непонятным, предвкушающим. Правая бровь слегка приподнялась. Он начал свою казнь: - Совсем недавно я задумался над одной вещью, которая показалась мне довольно любопытной. - Парень сделал паузу, внимательно смотря на нее. Эмили хватило этого времени, чтобы внутри все похолодело в ожидании, которое она не желала слышать. Он всегда знал, какие слова произнести, чтобы задеть посильнее. И почему-то с каждым днем они становились все ожесточеннее. Он открывал запертые двери в ее душе, которые обязаны были оставаться запечатанными на всю жизнь. - Как может человек, который не способен помочь себе, пытаться спасти другого? - Ледяной холод его глаз заглянул в ее. Эмили почувствовала, как ровное дыхание сбилось. Почему эти слова вызвали в ней панику?! Одоевский – не тот человек, который станет кого-то спасать. Тогда о ком он говорит? Он продолжил, опускаясь на кровать всем телом. Голова мягко коснулась одеяла, а руки расположились по обе стороны от него. Эмили была благодарна, что Кирилл не затронул ее подушки. Иначе на них остался бы его кислотный яблочных запах, который она возненавидела всеми фибрами души. - Молчишь? А почему? - Тихий голос сквозил насмешкой. - Разве не тебе лучше всего знать об этом? Нет, пожалуйста! К горлу подкралась боль. Хотелось закрыть уши ладонями, закричать, чтобы он заткнулся. Кирилл смотрел в потолок, рассуждая вслух. Блики света отражались на его лице, играя с ним. А следующим вопросом он перекрыл ей кислород. - Где твой отец, Ли? - Прошипел парень, разрезая воздух своим ядом. От напускной доброжелательности не осталось ни следа. Девушка попыталась сделать глубокий вдох, но воздух наотрез отказывался проникать в легкие. Глаза стали влажными то ли от внезапной нехватки кислорода, то ли от нарастающего болезненного чувства глубо внутри. - Он... - запнулась, переводя дух. - На работе...уехал на некоторое время. Кирилл резко сел, сосредотачиваясь на ее лице. Губы тронула усмешка, он обвел ее скептическим взглядом, раздумывая над ответом. - Твой. Отец. Не на работе. - С расстановкой утвердил парень. - Провалы в памяти помогают тебе верить в давно придуманную историю? - Руки немного сжали кусочек одеяла. - А постоянные обмороки лишь подтверждают это?!. Он медленно поднялся. Эмили прижималась к стене, намереваясь слиться с ней. Чем ближе он подходил, тем сильнее ее уверенность в собственных убеждениях пошатывалась. Нужно было не слушать его. Он хотел задеть за живое. - Ты часто попадаешь в больницу по тем же причинам. А твоя мать настолько свыклась с этой историей, что поддерживает дочь во всем. Она ведь больше не упоминает о диагнозе. Он смотрел, как девушка медленно сползала по стене, и ликовал. В глазах искрилась ярость. С каждым произнесенным словом он наносил ей ранение все глубже. Эстер сама решила свою судьбу, обрекла на страдания. Внутренний зверь жаждет крови, в особенности ее. Он сделал последний шаг к ней, нависая над хрупким телом. Рука потянулась к маленькому лицу, поднимая тонкий подбородок указательным и большим пальцами. Коснулся ее. На кончиках пальцев ощутился слабый непонятный импульс. Он успешно проигнорировал его, не придавая значения. - Твой отец пропал несколько лет назад. - Слегка наклонил голову вправо. - Никогда не забывай об этом. Ей больно. И это именно то, что ему нужно. Он отпрянул от девушки, направляясь к распахнутому окну. Слабый ветерок переминал бумажную утварь на столе Эмили. Парочка карандашей с тихим шумом скатилась на пол. Он даже не повернулся. Кирилл исчез в лунном свете также неожиданно быстро, как и появился в ее комнате