Легенда о Намикадзе-Учихи

Ледяной ветер, подобно тысяче бритв, хлестал его по уши, врываясь в легкие обжигающим холодом. Воздух был настолько пронзительным и разреженным, что каждый вдох казался борьбой. Где-то на периферии зрения, в лазурной бездне, мелькали тени птиц, парящих на восходящих потоках. Это сон? — пронеслась вялая мысль. — НАРУТО! Крик, полный первобытного ужаса, разорвал пелену дремоты. Наруто распахнул глаза. Мир вокруг него вращался в безумном калейдоскопе синего и белого. Секундное замешательство сменилось леденящим осознанием: под ним не было опоры. Он не лежал в кровати. Он падал. С НЕБА. Он крутанулся в воздухе, отчаянно ища опору, которой не существовало. В нескольких футах ниже он увидел Армина. Тот беспомощно кувыркался, его светлые волосы разметались, а лицо было бледнее проплывающих мимо облаков. — ЧТО ЭТО ЗА ХЕРЬ?! — завопил Наруто, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Страх такой силы он не испытывал даже перед лицом разъяренной Микото. — Я не знаю... нас просто сбросили! — Армин задыхался от набегающего потока. Слезы закипали в его глазах и тут же улетали вверх, превращаясь в крошечные льдинки. Земля внизу казалась декорацией — лоскутное одеяло из зелени и коричневых пятен, стремительно увеличивающееся в размерах. Пять тысяч футов. Четыре. Смерть приближалась со скоростью свободного падения. — Мы умрем... Наруто! МЫ СЕЙЧАС РАЗОБЬЕМСЯ! — кричал Армин, окончательно сдаваясь. Его сознание начало меркнуть. Шок и перепад давления делали свое дело — мир вокруг него стал тускнеть, превращаясь в серый туннель. Неужели это конец? — подумал он. — Как я посмотрю в глаза родителям там, по ту сторону? Внезапно его сильно тряхнуло. Армин с трудом разлепил веки и увидел лицо Наруто. Тот вцепился в него мертвой хваткой, его глаза горели лихорадочным, почти безумным огнем. — Успокойся! Слышишь?! Я вытащу нас из этого дерьма живыми! — прорычал Наруто. Земля была уже пугающе близко. Тридцать секунд до удара. Наруто глубоко вздохнул, стараясь унять дрожь в руках. — Армин... я сейчас сделаю кое-что совершенно безумное. Армин, несмотря на ужас, выдавил слабую, истеричную усмешку. — А разве мы все здесь не сумасшедшие ублюдки?.. — прошептал он. Если умирать, то хотя бы с другом. «Я чувствую воду... влага в облаках, влага внизу... если я смогу преобразовать её всю разом...» — тактический мозг Наруто работал на пределе. Он резко оттолкнулся от Армина, оказываясь ниже него. Воздух вокруг Наруто внезапно завибрировал. Армин вскрикнул, увидев, как тело его друга окутало мощное синее сияние — чакра выплескивалась из него такими объемами, что воздух начал светиться. — Мидзу Буншин но Дзюцу! (Техника водяного клонирования) Это не было обычной техникой. Это был взрыв. Сотни водяных клонов возникли прямо в воздухе, создавая живой, текучий барьер вокруг детей. Но цена была велика: Армин увидел, как из носа Наруто брызнула кровь, а его глаза закатились. Он выжег себя досуха. — Армия клонов! Приготовиться к столкновению! Окружить Армина! — из последних сил выкрикнул настоящий Наруто, прежде чем его сознание окончательно погасло. Водяные копии послушно сомкнули ряды, образуя огромную мягкую сферу. Лес Смерти: Искаженные тени Армин очнулся от того, что его тело пронзила острая боль. Одежда была насквозь мокрой, во рту стоял вкус тины. Он попытался встать, но ноги подогнулись, и он рухнул обратно в грязь. — Наруто? — прохрипел он, озираясь. Вокруг расстилалось поле, переходящее в густой, мрачный лес. Никаких следов клонов — они лопнули при ударе, смягчив падение. Но где его друг? Страх, холоднее того ветра в небесах, сковал его сердце. Наруто мог упасть в чащу, и тогда шансов на выживание почти не оставалось. Внезапно из его подсумка выпал свиток. Простой, серый, без печатей. «Этот мир полон лжи», — вспомнил он слова Микасы. Армин стиснул зубы и убрал свиток обратно. Сначала — Наруто. Он медленно побрел к лесу, хромая на вывихнутую ногу. Тишина леса давила на уши, пока её не разорвал звук, от которого кровь застыла в жилах. Шшшш-ссс... Из-под земли, вздымая пласты дерна, выметнулась исполинская змея. Её чешуя отливала тусклым золотом, а глаза-плошки смотрели на Армина как на ничтожную закуску. — ЕБЕНА МАТЬ! — взвизгнул Армин и припустил так, как не бегал на тренировках Хана. Он бежал, не разбирая дороги, пока не запнулся о корень. Змея была уже над ним, раскрывая пасть, источающую зловоние гнили. Армин зажмурился. — Простите... Микаса, Наруто... Вспышка! Яркая, как комета, стрела пронзила голову чудовища, пригвоздив его к дереву. Змея конвульсивно дернулась и обмякла. — Йо... — раздался спокойный голос. Армин поднял глаза. На ветке, с сияющим луком в руках, стояла Рангику Мацумото. Ад внутри Ада В это время Наруто висел вниз головой на высоте десяти метров, зацепившись курткой за сук. Кровь из рассеченного лба заливала глаза, превращая мир в красное марево. Каждое движение отзывалось хрустом в ребрах. Он дернулся, куртка с треском порвалась, и он рухнул на землю. — А-А-А-А-А-А! — крик боли вырвался сам собой. Левая рука была вывернута под неестественным углом. Превозмогая тошноту, он пополз. Инстинкты сенсора кричали об опасности. Пройдя пару метров, он наткнулся на след. Кровавый след. Хромая в сторону зарослей, Наруто увидел то, что заставило его желудок вывернуться наизнанку. На траве лежало тело. Шинко Заика, парень из их группы. Точнее, то, что от него осталось. Его живот был разворочен, кишки вырваны... и не зубами зверя, а как будто чьими-то руками. «Кто... кто мог сотворить такое?» — Наруто едва не лишился чувств. Внезапно его сенсорика вспыхнула десятком сигналов. Он был окружен. Из кустов, бесшумно и жутко, начали выходить существа. Они передвигались на четырех конечностях, изгибаясь под невероятными углами. На них были лохмотья... лохмотья формы «Блэклайт». Это были люди, кадеты прошлых лет, но их лица... Длинные клыки, безумные глаза, когти. Им было по 15-16 лет. Одичавшие, превращенные в монстров дети. Один из них прыгнул. Наруто увернулся, но двое других вцепились в его раненую ногу, пытаясь оторвать кусок плоти. — ПОШЛИ ВОН! — закричал он, отбиваясь здоровой ногой. Он бежал, задыхаясь. Чакра была на нуле. Слова матери звенели в ушах: «Тебя ждет ад». Теперь он видел этот ад в лицо. Внезапно чья-то рука затащила его за массивный ствол дуба. Ладонь прикрыла ему рот. Наруто дернулся, но увидел холодные синие глаза. Микаса. Она прижала палец к губам. Из кустов выскочило одно из существ. Микаса не колебалась ни секунды. Её кунай с глухим звуком вошел в череп монстра. Тело обмякло. Наруто смотрел на это, и его рука задрожала. Она убила его. Просто так. Как животное. — Все будет хорошо... — прошептала Микаса, вытирая его слезы. Она поднялась и в два отточенных движения прикончила еще двоих нападавших. В её движениях не было страха — только пугающая эффективность хищника. — Наруто, в этой войне выживают только победители, — сказала она, присаживаясь рядом. — Мир безжалостен. Прими это. Но прежде чем он успел ответить, сверху, прямо с ветвей, на них рухнули еще двое. Один прижал Микасу к земле, мешая ей достать оружие. Второй навалился на Наруто, его зловонное дыхание обжигало кожу. — УБЕЙ ЕГО! НАРУТО, УБЕЙ! — закричала Микаса, борясь со своим противником. В этот миг внутри Наруто что-то надломилось. Доброта, привитая Минато, тепло дома — всё исчезло. Его глаза стали черными, как сама бездна. Он ударил монстра прямо в глазницы, чувствуя, как лопаются глазные яблоки, а затем погрузил пальцы в развороченную рану, разрывая ткани мозга. — ГАХ-А-А-А! Зверь затих. Наруто вскочил, схватил упавший кунай и бросился на того, кто держал Микасу. — УМРИ! УМРИ! УМРИ! — кричал он, нанося удар за ударом в голову уже мертвого существа. Кровь фонтаном брызгала на его лицо, смешиваясь с грязью. Микаса перехватила его руку. Наруто посмотрел на нее — взгляд был диким, животным. Она повалила его на землю, садясь сверху, и прижала его ладони к траве. — Все кончено, Наруто... мы в безопасности, — ласково прошептала она. Наруто замер. Пустота в его глазах начала заполняться осознанием содеянного. Они были детьми. Им было по восемь лет. И сегодня они стали убийцами. В этой тишине, среди трупов и запаха крови, их лица оказались слишком близко. Никто не знал, кто начал это движение, но их губы соприкоснулись. Это был поцелуй, рожденный из отчаяния и близости смерти. Губы Микасы были мягкими, как лепестки розы, и холодными, как лед, который он должен был растопить. Её дыхание смешалось с его, вкус ягод и лета ворвался в этот проклятый лес. Наруто зарылся пальцами в её волосы, чувствуя, как дрожит её тело. Она была его якорем в этом океане безумия. Через вечность Микаса отстранилась. Её лицо, обычно стоическое, пылало густым румянцем. Наруто смотрел на нее, тяжело дыша. — Что это было? — прошептала она, касаясь своих губ. — Я не знаю... — ответил Наруто, и в его голосе впервые за этот день прозвучала жизнь. Они сидели в крови своих врагов, связанные тайной, которую не смог бы понять никто в мирной Конохе.