Отчаянная попытка растопить холодное сердце

Джисон и Минхо работали в одной школе уже третий год. Джисон вёл математику, Минхо — физику. Коллеги, партнёры по сексу, но... не больше. Для Минхо это было просто удобно: регулярный, качественный секс без обязательств. Для Джисона — пытка. Он влюбился. По уши, по самые яйца, по самые анальные шарики, которые он регулярно покупал Минхо в подарок. Потому что Минхо нравились игрушки. А Джисону нравилось, когда Минхо нравилось. — Смотри, — Джисон протянул коробочку, перевязанную бантиком. — Новый вибратор. С пультом. Двадцать режимов. Минхо равнодушно взял, повертел в руках и сунул в ящик стола. — Спасибо. Сегодня после уроков? — Да, конечно! — Джисон засиял, хотя внутри всё сжалось. Они трахались. Жёстко, сладко, так, что у Джисона сердце выпрыгивало. А Минхо просто получал удовольствие. И уходил. Всегда уходил. Ни поцелуя на прощание. Ни «останься». Ничего. Джисон дарил подарки каждый месяц, даже каждую неделю. Дорогие. От души. От всего своего разбитого сердца. — Минхо, это тебе. Браслет. — Минхо, это тебе. Пальто. — Минхо, это тебе. Член из чёрного нефрита. Минхо принимал всё с каменным лицом. Иногда просто кивал. Иногда сразу шёл тестировать нефритовый раздиратель жоп. — Спасибо, Хан, — говорил он, расстёгивая ширинку. И Джисон снова надеялся. И снова ошибался. *** Восьмое марта. Женский день. Джисон сидел в своей квартире, окружённый неотправленными подарками для Минхо. Букет роз, коробка конфет, новые анальные шарики с подогревом, открытка с признанием. Он взял открытку. Прочитал то, что написал вчера в три ночи, обливаясь слезами под порно с большими членами. — "Минхо, ты смысл моей жизни. Я люблю твой голос, твой смех, твою задницу. Особенно задницу. Но и голос тоже. Выходи за меня. Или просто позволь любить тебя вечно. Твой Джи." Джисон завыл в голос. — Это пиздец, — сказал он пустоте. — Я не могу так больше. *** Наступило 8 марта. Джисон напился до состояния бочонка. Он сидел в ванной, обняв унитаз, и рыдал. В голову ударил алкоголь, или арматура наконец на него свалилась. — Богиня любви! — заорал он в унитаз. — Я вызываю тебя, сука! Вода в унитазе забурлила. Оттуда поднялась прекрасная женщина в белых одеждах, вся светящаяся. — Кто посмел нарушить мой покой? — её голос звучал как перезвон колокольчиков. — Я, Джисон, учитель физики, гей недотраханный! — Джисон икнул. — Богиня, помоги! Я люблю одного мудака, который ценит во мне только мой член и умение пользоваться анальными шариками! — Стоп, — перебила богиня. — Анальные шарики? — Да! Ему понравились! Мы их тестировали целый вечер! Богиня задумчиво посмотрела на него. — И он их носил? — С удовольствием! — И на каком режиме кончил? Джисон покраснел до корней волос. — На третьем... и на пятом... и на седьмом... — И что ты хочешь? — Я хочу, чтобы он меня полюбил! — Джисон зарыдал. — Я дарю ему подарки, но он радуется только когда я приношу очередной дилдо! Я купил ему коллекцию из 25 вибраторов! 25, блядь! А он даже спасибо не сказал! Просто сказал "поставь на зарядку"! Богиня слушала, и её божественное лицо говорило само за себя «нахера я пришла к этому алкашу». — Я покупал ему наручники, смазку со вкусом клубники, книгу "50 оттенков серого", светящийся в темноте фаллоимитатор, гель для душа с феромонами, секс-качели, которые мы так и не повесили, потому что он сказал, что потолки низкие... — Хватит! — Богиня подняла руку. — Я поняла. — Что? — Джисон утёр сопли. — Что мне делать? Богиня задумалась. Её божественный мозг просчитывал варианты. — Я знаю, что делать, — наконец сказала она. — Но только, блять, в школе этого не надо делать! — Говори! Богиня наклонилась к его уху. То, что она прошептала, заставило Джисона протрезветь на месте.