Та, о ком не расскажут портреты.

      Следующие два месяца прошли почти спокойно. Если, конечно, в Хогвартсе вообще бывает спокойно.       Профессора Трелони едва не выгнали из школы - весь замок гудел от слухов несколько дней подряд. А ещё по коридорам тихо шептались о том, что Гарри Поттер тайно собирает учеников и учит их настоящей защите от тёмных искусств где-то в замке.       Конечно, «где-то» оказалось Выручай-комнатой.       И, что самое ироничное…: я была единственной слизеринкой в Отряде Дамблдора.       Абсурдно, да?       Иногда, стоя среди гриффиндорцев, хаффлпаффцев и пары когтевранцев, я ловила на себе их слегка недоверчивые взгляды. Не злые, а скорее удивлённые. Будто они всё ещё пытались понять, что я вообще здесь делаю.       Но мне всегда было плевать на стереотипы.       К тому же, половину этих людей я знала уже давно.       С близнецами Уизли мы постоянно перекидывались колкостями в коридорах. Они почему-то решили, что я «слишком приличная для Слизерина», и время от времени пытались втянуть меня в свои проделки.       С золотой троицей всё сложилось… неожиданно легко.       После гибели Седрика что-то в атмосфере школы изменилось. Шутки стали тише, а разговоры осторожнее. И многие начали смотреть на Гарри совсем по-другому.       Я, пожалуй, была одной из немногих, кто ему сразу поверил.       Возможно потому, что видела его лицо в тот день. Так не выглядят люди, которые лгут.       А возможно потому, что выросла в семье мракоборцев.       За ужинами я слышала слишком много разговоров вполголоса. Слишком много имён, которые взрослые старались произносить осторожно. Слишком много слухов о странных передвижениях старых сторонников Тёмного Лорда.       Поэтому, когда Поттер сказал, что Он вернулся, для меня это прозвучало не безумием.       А просто… очень плохой новостью.       Ещё была Амбридж, которая никак не могла угомониться. Она постоянно вынюхивала что-то в коридорах, останавливая учеников, задавая слишком много вопросов и делая вид, будто всё это ради «порядка в школе».       Её особенно раздражало, что в последнее время мы слишком часто появляемся группами.       Казалось бы, обычная школьная жизнь - ученики ходят вместе, разговаривают, смеются… Но для неё это выглядело почти, как заговор.       Правда, от меня она вроде бы немного отстала.       Когда в каких-то журналах она увидела мою почти образцовую посещаемость занятий, её подозрения слегка поутихли. По крайней мере, так мне казалось.       До сегодняшнего дня.       — Профессор Снейп, — её сладкий, приторный голос разносился по коридору. — Мне отнюдь не нравится то, что происходит в школе. Мне становится всё тяжелее контролировать учеников.       Я замерла за поворотом коридора, прижавшись спиной к холодной каменной стене.       — В частности, ученицу вашего факультета… — продолжала она. — Мисс Брауз что-то скрывает. И я непременно выясню, что именно…       Я осторожно выглянула из-за угла.       Вообще-то слежка не входила в мои планы.       Я собиралась встретиться с деканом - обсудить несколько книг, которые… скажем так, позаимствовала из библиотеки Малфоев. Но стоило мне свернуть в этот коридор, как я услышала голос Амбридж.       Ну а тут уже, как говорится, грех не подслушать.       Профессор Снейп стоял напротив неё, высокий и неподвижный, его чёрная мантия почти сливалась с тенью стены.       Он смотрел на Амбридж сверху вниз с тем самым выражением холодного безразличия, которое умело заставляло людей чувствовать себя немного глупо.       — Вот как, — протянул он тихо.       Амбридж прищурилась.       — Мисс Брауз ведёт себя подозрительно. Она слишком часто общается с учениками других факультетов. Я не раз видела её в компании Поттера.       От моего имени в её голосе сквозило откровенное недовольство.       Снейп медленно сложил руки за спиной.       — Как вам должно быть известно, профессор Амбридж, — произнёс он холодно. — Ученикам не запрещено разговаривать друг с другом.       На секунду воцарилась пауза.       — Тем не менее, — с нажимом сказала она. — У меня есть основания полагать, что она принимает участие в деятельности… которая противоречит образовательным указам.       Я почувствовала, как внутри неприятно сжалось.       Снейп слегка наклонил голову.       — Если у вас есть доказательства, — произнёс он. — Я уверен, вы немедленно предоставите их директору.       Тишина.       Я почти видела, как у Амбридж дёрнулась улыбка.       — Пока что… нет, — признала она. — Но я их найду.       Я осторожно отступила вглубь коридора.       Становилось всё яснее:       если Амбридж действительно взялась за меня, значит скоро она начнёт копать глубже.       Через несколько секунд разговор оборвался.       Я услышала, как каблуки Амбридж резко застучали по каменному полу. Звук удалялся по коридору - быстрый, раздражённый, почти сердитый. Даже не видя её, можно было представить, как она поджимает губы и нервно сжимает свою розовую папку.       Похоже, разговор пошёл совсем не так, как ей хотелось.       Я подождала ещё пару секунд, прислушиваясь.       Тихо.       Только где-то далеко хлопнула дверь и по коридору прошёл сквозняк, заставивший факелы тихо затрещать.       Я осторожно выглянула из-за угла… а затем буквально выползла из своего укрытия.       Снейп всё ещё стоял там же, где и минуту назад. Он смотрел прямо перед собой, словно знал, что я здесь всё это время.       Чёрные глаза медленно переместились на меня.       — Мисс Брауз, — холодно произнёс он, будто я только что появилась из воздуха. — Если вы решили сменить факультет на факультет привидений, то должен заметить: подслушивание в коридорах - весьма странный способ начать новую карьеру.       Я невольно усмехнулась, отряхивая мантию.       — Вообще-то, я пришла к вам, профессор.       Я приподняла тяжеленную сумку, в которой лежали книги.       — По поводу… тех самых экземпляров. Нам так и не удалось их изучить. В прошлом месяце профессор Амбридж решила заглядывать к вам чаще, чем обычно.       Снейп медленно повернул голову и посмотрел на сумку, будто мог видеть сквозь плотную кожу и ткань все тома, спрятанные внутри.       — Она будто поселилась у вас в кабинете. Я начала подозревать, что ей нравится подземелье, — сказала я.       На долю секунды уголок его губ едва заметно дрогнул.       — Уверяю вас, мисс Брауз, — сухо сказал он. — Удовольствие от этих визитов испытывает только сама профессор Амбридж.       В какой-то момент сумка вдруг стала весить тонну.       Сначала я подумала, что мне показалось. Но с каждым шагом ремень всё сильнее врезался в плечо, а рука начинала неприятно ныть. Вес становился всё больше, будто внутри лежали не книги, а кирпичи.       Я постаралась не подавать виду.       Снейп шёл впереди, и я совсем не собиралась жаловаться. Но через несколько шагов стало ясно - ещё немного, и я просто уроню её на пол.       Поэтому я медленно опустила сумку на холодные каменные плиты коридора, стараясь сделать это, как можно незаметнее.       Снейп остановился. Он повернулся ко мне, прищурившись.       — Мисс Брауз?       Я слегка прочистила горло.       Он протянул руку.       — Дайте сюда.       Снейп поднял её одним движением, будто она почти ничего не весила. Затем, он слегка покосился на меня, и на его лице появилось выражение лёгкого недоумения.       — Любопытно.       Я скрестила руки, чувствуя себя немного глупо.       — Ммм… да… — пробормотала я. — Они почему-то очень тяжёлые для меня… будто не хотят, чтобы я в них копалась.       — Некоторые старые книги… обладают весьма неприятной привычкой защищать себя от нежелательных читателей, — тихо произнес зельевар.        Я нахмурилась.       — То есть… они действительно могут становиться тяжелее?       Снейп слегка наклонил голову.       — Если быть точным - только для того, кто не должен их открывать.       По спине пробежал холодок.       — Но… — я указала на сумку. — Вы же её спокойно подняли.       Снейп на секунду задержал на мне взгляд.       — Именно.       Я несколько секунд смотрела на сумку, будто надеялась, что она внезапно станет легче… или хотя бы извинится.       — Круто, — пробормотала я. — Книги меня ещё не буллили.       Снейп бросил на меня короткий взгляд.       На мгновение показалось, что в его глазах мелькнула тень усмешки. Настолько быстрая, что я почти решила, будто мне показалось.       — В таком случае, мисс Брауз, — сухо произнёс он. — Считайте это новым образовательным опытом.       Он развернулся и направился дальше по коридору, неся сумку так спокойно, будто в ней лежали обычные учебники.       Я тяжело вздохнула и поплелась следом.       Подземелья Хогвартса становились всё темнее и тише. Факелы на стенах потрескивали, отбрасывая длинные тени, которые тянулись по каменному полу.        Наконец Снейп остановился у тяжёлой деревянной двери его кабинета.        Она тихо скрипнула, когда он открыл её заклинанием. Внутри было тепло и полутемно. На полках вдоль стен стояли ряды банок с ингредиентами, в камине тлели угли, а на длинном столе были аккуратно разложены пергаменты и колбы. Снейп поставил сумку на стол. Тяжёлый глухой звук разнёсся по кабинету. Он медленно открыл её и достал первую книгу. Пожелтевшие страницы тихо зашелестели. — Посмотрим, — тихо сказал он, почти самому себе. — Что именно вы принесли нам из библиотеки Малфоев. Потом он поднял глаза на меня. — И будем надеяться, мисс Брауз, что среди этих книг нет ничего, что решит защитить себя более… радикальным способом. Я скрестила руки, облокотившись на край стола. — Принесла только то, что вы просили… — я чуть прищурилась. — И, кстати, они меня чуть не пришибли в той библиотеке. Снейп медленно перевёл на меня взгляд. — Неужели, — протянул он без тени удивления. Он аккуратно перелистнул несколько страниц, будто проверяя состояние книги. — Учитывая происхождение этих томов, — продолжил он, — это скорее говорит о том, что вы всё сделали правильно. Я усмехнулась. — То есть, если книги не пытаются тебя убить — значит, ты что-то сделал не так? Он поднял на меня глаза. — Именно, — короткая пауза. — В библиотеке Малфоев, мисс Брауз, безобидных знаний не держат под замком. Я чуть сдвинула брови. — Обнадёживает. Снейп закрыл книгу и отложил её в сторону. Затем достал следующую — более тонкую, но с потемневшим переплётом, на котором едва угадывались старые руны. Он провёл по ним пальцами, словно считывая что-то невидимое. — Вы сказали, что они пытались… «пришибить» вас, — тихо уточнил он. — Каким образом? Я на секунду задумалась. — Одна книга летела со скоростью света и рухнула на стол, едва не сломав его, — начала я. — Но, кажется, она целилась в меня.  Я сделала паузу. — А ещё одна книга упала прямо с верхней полки. Причём я к ней даже не прикасалась. Снейп кивнул, будто это полностью укладывалось в его ожидания. — Защитные чары реагируют на намерение, — сказал он. — Не обязательно на действие. Я склонила голову. — То есть библиотека поняла, что я собираюсь стащить книги? — Позвольте перефразировать, — спокойно ответил он. — Она поняла, что вы собираетесь получить доступ к знаниям, к которым вас не допускали. Я хмыкнула. — Разница, конечно, огромная. Снейп не ответил. Он открыл книгу с рунами. И в тот же момент в кабинете стало… тише. Слишком тише. Пламя в камине слегка дрогнуло. Снейп замер на секунду, вглядываясь в страницы. Затем очень медленно закрыл книгу. И только после этого посмотрел на меня. — Мисс Брауз, — его голос стал чуть ниже обычного. — Надеюсь, вы понимаете… что именно вы принесли в мой кабинет? От этого вопроса по спине пробежал холодок. — Профессор Снейп, пожалуйста, хватит говорить загадками, — я скрестила руки, чувствуя, как внутри нарастает раздражение, вперемешку с тревогой. — Мне и так не по себе от всей этой заварушки… Я принесла то, что вы просили. Снейп не сразу ответил. Он всё ещё держал книгу в руках, пальцы чуть сильнее обычного сжимали потемневший переплёт. Затем он медленно отложил её на стол — аккуратно, почти осторожно, как будто перед ним лежало нечто… живое. Тишина в кабинете стала плотной. — Именно это меня и беспокоит, мисс Брауз, — наконец произнёс он тихо. — То, что я выполнила задание? — я нахмурилась. Он перевёл на меня взгляд. — То, насколько хорошо вы его выполнили. Я на секунду замерла. — Не поняла. Снейп сделал шаг в сторону стола, не сводя глаз с книги. — Я просил вас принести определённые тексты, — сказал он. — Старые, редкие… возможно, с элементами защитных чар, — он слегка постучал пальцами по обложке. — Но не это. Я посмотрела на книгу. — Она лежала там же. — Без сомнений, — холодно ответил он. — И, вероятно, не случайно. Он провёл палочкой над переплётом, не касаясь его. Воздух едва заметно дрогнул. — Некоторые предметы, мисс Брауз, — продолжил он. — Обладают способностью… привлекать к себе внимание. Я скрестила руки сильнее. — Хотите сказать, она сама «попросилась» ко мне в сумку? Снейп чуть наклонил голову. — Я хочу сказать, что вы могли быть выбраны. В кабинете стало ещё холоднее. Я невольно усмехнулась, но уже без прежней уверенности. — Отлично. Сначала книги меня не пускают, теперь ещё и выбирают. Он не ответил на шутку. — С этого момента, — его голос стал жёстче. — Вы больше не прикасаетесь к этим книгам без моего разрешения, — короткая пауза. — Ни к одной из них. Я приподняла бровь. — Даже к тем, которые вы сами просили? — Особенно к ним, — спокойно ответил он. Я посмотрела на стол, затем снова на него. — Тогда, может, всё-таки скажете, что в них такого? Снейп выдержал паузу. И только потом тихо произнёс: — Некоторые знания… лучше открывать постепенно, — он чуть сузил глаза. — А некоторые - лучше вообще не открывать в одиночку. Следующий час мы изучали запретные книги, Снейп варил зелья по рецепту из них, и проверял, как каждое на меня реагирует.  Декан почти не смотрел на меня - его внимание было приковано к котлам. Он двигался точно, холодно, без лишних жестов, будто давно знал, что именно должно произойти. Зелья одно за другим вспыхивали тусклым светом, меняли цвет, густели, иногда едва слышно шипели. — Нет, так не пойдет, — сказал он. — Вы сами должны их сварить, иначе они не поддаются. Я послушалась и встала напротив котла. Он контролировал каждое мое движение, чтобы я все делала правильно.  В какой то момент я увидела, что текст снова начал сиять, некоторые слова, в разных строчках. Они словно что-то говорили мне… Текст над рецептом будто завибрировал. «Они плывут сквозь туман, ведомые светом Луны, и шепот звезд напоминает о тайнах, что скоро откроются. Каждые движения рук начнут плести узоры силы, а магия постепенно начнет влиять на восприятие. Чудеса скрыты в каждом дыхании, и ваши глаза вскоре будут видеть то, что прежде было скрыто. И каждый, кто готов слушать, ощутит магию внутри себя, держа в сердце древние знания.» Я вгляделась в распорядок сияющих слов и сердце начало колотиться с такой силой, что вот-вот выпрыгнет из груди. — П…профессор… — я показала пальцем на текст.  Он проследил за направлением моего взгляда, но его лицо оставалось непроницаемо спокойным. Ни тени понимания. Снейп поднял глаза на меня - внимательно, почти пронзительно, словно пытался разобрать, что именно во мне дало сбой. И тогда он увидел. Ужас. Чистый, неконтролируемый ужас на моём лице. — На что вы показываете? — в его голосе впервые прозвучала тревога, тихая, но острая. — Строки… — голос дрогнул. — Они светятся… Он мгновенно перевёл взгляд на книгу. Ничего. — Мисс Брауз, текст не светится, — холодно произнёс он, но в это время уже обходил стол. Декан встал рядом со мной. — Да вот же! — почти выкрикнула я, указывая на страницы. Они скоро начнут видеть… В этот момент котел начал прыгать из стороны в сторону, разливая кипящее содержимое. Он зашатался так, будто внутри что-то пыталось вырваться наружу.  Снейп резко схватил меня за плечо и отдёрнул назад, но этого оказалось недостаточно. Горячая, густая, почти живая масса попала мне на кисть и мир сжался в одну точку. — Ай! — крик сорвался сам собой. Я рухнула на холодный каменный пол, чувствуя, как боль мгновенно вспыхивает - ярче огня, глубже, чем просто ожог. Она не просто жгла. Она будто проникала внутрь. Снейп подлетел ко мне.  — Не двигайтесь, — сказал он, садясь на одно колено рядом со мной. — Не могу! — я пыталась не терять самообладание, но жидкость с каждой секундой обжигала кожу все сильнее. — Не могу… Пальцы дрожали, тело не слушалось. Он взял мою руку осторожно, но крепко, фиксируя. — Смотрите на меня, — сказал он, пытаясь поймать мой взгляд.  Но я не могла. Боль накрывала волнами… Он начал читать заклинания: быстро, чётко, и без пауз. Воздух вокруг стал плотнее, и будто холоднее. Из глаз брызнули слёзы. Я даже не заметила, в какой момент перестала сдерживаться. Жжение усилилось, словно зелье не просто обожгло кожу - оно сопротивлялось. И тогда, сквозь боль, я поняла: Это было не случайно. Что-то в этом котле тянулось ко мне… Несколько минут спустя жжение наконец начало отступать. Медленно, будто неохотно отпуская кожу и там, где ещё мгновение назад пульсировал огонь, теперь разливался глухой холод. Снейп осторожно приподнял меня, и я облокотилась о край стола, стараясь удержать равновесие. Он почти сразу куда-то сорвался, я не посмотрела ему вслед. Дышать…просто дышать… Обожжённая рука дрожала, едва заметно подрагивая, словно всё ещё не веря, что боль отступает. Кожа тихо шипела, и этот звук странным образом удерживал меня в реальности. Вскоре Снейп вернулся.  Он аккуратно взял мою руку. Я едва заметно вздрогнула. — Не дергайтесь, — тихо произнёс он, и в его голосе не было ни раздражения, ни привычной колкости. Только сосредоточенность. Кисть всё ещё пульсировала от боли, кожа была красной, местами потемневшей, словно впитавшей в себя огонь. Я невольно задержала дыхание, когда он кончиками пальцев зачерпнул густую смесь и начал медленно распределять её по ожогу, осторожно, словно боялся причинить лишнюю боль. Сначала резкое жжение, будто пламя вспыхнуло вновь. Я стиснула зубы. Но уже через секунду ощущение изменилось. Холод. Глубокий, проникающий, словно сама боль отступала, вытесняемая этим странным, вязким покоем. Закончив перевязывать мою руку, он пододвинул мне стул.  — Сядьте.  Я послушалась. Ноги всё ещё были слабыми, и я опустилась на стул чуть резче, чем хотела. Сквозь свои растрепанные волосы, я увидела, как он садится напротив.  Между нами повисла тишина.  Слышно было только моё дыхание и едва уловимое потрескивание остывающего котла. Постепенно дыхание выровнялось. Сердце перестало колотиться так бешено. Я медленно подняла взгляд.  Тот же самый человек, к которому я привыкла – холодный, сдержанный, всегда отстранённый. Но сейчас… Что-то было иначе. Слишком долго он смотрел на меня. Слишком внимательно.  Его взгляд был сосредоточенным, почти напряжённым, как будто он пытался не просто оценить последствия, а понять причину. И убедиться…что со мной всё в порядке. От этого на душе стало как-то странно. Я раньше не испытывала этого чувства рядом с деканом. Впервые в жизни мне было так спокойно рядом с зельеваром. Либо у меня настолько помутнелся рассудок от произошедшего, что внутренняя кнопка постоянного напряжения рядом с Снейпом находилась в состоянии «выкл.»… Боль почти ушла, оставив после себя только слабое, тянущее эхо. Я вдруг подумала, как, наверно, жалко выгляжу со стороны. Бледная. С растрёпанными волосами. С глазами, полными слёз.  Совсем не так, как хотелось бы… Его рука поднялась неожиданно. Его пальцы осторожно коснулись моей щеки, почти невесомо, и убрали слезу. Он провёл чуть ниже, стирая дорожку слезы, и на долю секунды задержался, едва заметно, но этого хватило, чтобы дыхание сбилось. Снейп резко встал со стула и выпрямился. Движение было слишком быстрым, почти резким, как будто он стремился немедленно вернуть дистанцию. Тепло его прикосновения исчезло так же внезапно, как появилось. — Боль утихла? — сказал он, подходя ближе к книгам. Я кивнула, ещё не веря, что могла почувствовать эту странную смесь облегчения и тревоги одновременно. — Профессор… что это было за зелье? — я взглянула на перевязанную руку. — Оно будто… пыталось пробраться внутрь… Он замер на мгновение, словно взвешивая, стоит ли говорить правду. — Вы почувствовали это, — тихо произнёс он. — Значит, я не ошибся. Он медленно обошёл стол, скользнув взглядом по раскрытой книге, где строки всё ещё едва заметно мерцали. — Это не совсем зелье в привычном смысле, — продолжил он. — Оно… реагирует. И не на кожу. Его взгляд вновь остановился на мне. — На магию. Я сжала пальцы, чувствуя, как под бинтом всё ещё пульсирует слабое тепло. — Но почему тогда… оно повело себя так? Снейп чуть наклонил голову, будто прислушиваясь не к словам, а к чему-то глубже. — Потому что встретило нечто, чего не должно было быть, — тихо сказал он. — Или, наоборот… то, что было спрятано слишком тщательно. Он сделал шаг ближе. Слишком близко. — Скажите, мисс Брауз… — его голос стал ниже, почти опасно мягким. — С вами в детстве… ничего не делали? Комната будто стала теснее. Воспоминания не пришли сразу — только ощущение. Лёгкое давление, как будто кто-то когда-то закрыл перед тобой двери, о существовании которых ты даже не знала. Снейп внимательно следил за каждым изменением в твоём лице. — Такие зелья, — продолжил он уже тише. — Используются для обнаружения… вмешательств. Заклинаний защиты, блокировок, печатей. Он перевёл взгляд на книгу. — И судя по вашей реакции… на вас наложено нечто весьма… изощрённое. Тишина повисла между вами. — Оно не пыталось навредить вам, — добавил он спустя секунду. — Оно пыталось… пройти дальше. Он снова посмотрел на мою руку. — Но что-то не пустило его. И впервые за всё время в его голосе прозвучало нечто, похожее на… беспокойство. — Вопрос лишь в том, мисс Брауз… — он чуть прищурился. — Что именно вы скрываете. Или… что скрыли от вас. — Если бы я что-то скрывала, профессор, я бы избежала этого, — я подняла обожженную руку.    Я сделала паузу.  — И все же, что мы варили, профессор?  Снейп провёл пальцами по краю стола, будто выравнивая собственные мысли, прежде чем заговорить. — Это диагностическое зелье, мисс Брауз, — наконец произнёс он. — Используется для выявления скрытых заклинаний, проклятий… любого вмешательства в магическую структуру. Он бросил короткий взгляд на мою руку, затем — на книгу. — В норме его действие… весьма безобидно. Оно не проникает. Не воздействует. Лишь подсвечивается. Слово прозвучало почти сухо, как формула. — Лёгкое тепло, возможно покалывание — и на этом всё. Магия, если она есть, становится видимой. Не более, — он сделал паузу. — Но в вашем случае… Снейп медленно подошёл ближе, остановившись напротив. — Зелье не ограничилось наблюдением. Оно попыталось углубиться. Пройти дальше, чем ему позволено. Его взгляд стал пристальнее. — Такое происходит лишь тогда, когда оно сталкивается с чем-то… сокрытым намеренно. Не поверхностным заклинанием, а чем-то встроенным. Слоем, который не просто лежит на магии, а… срастается с ней. Я непроизвольно сжала пальцы под бинтом. — То есть… на мне что-то есть? — Несомненно, — холодно ответил он. — И весьма искусно выполненное. Он обошёл меня, словно рассматривая под иным углом. — Обычные чары зелье бы просто выявило. В худшем случае — вызвало бы слабое сопротивление. Но у вас оно… встретило барьер. Он чуть наклонился, голос стал ниже: — И попыталось его обойти. Тишина сгустилась. — Отсюда и ощущение, будто оно «пыталось проникнуть внутрь», — продолжил он уже ровнее. — Оно искало источник. Настоящую магию под наложенным слоем. Я медленно подняла на него взгляд. — И… не нашло? Снейп задержал паузу дольше обычного. — Нашло, — тихо сказал он. — Но не смогло добраться. Его взгляд скользнул по бинту на твоей руке. — Что бы не было наложено на вас, мисс Брауз… оно не просто скрывает. Оно защищает. Даже в стенах школы. И делает это… с поразительной настойчивостью. Он выпрямился, и в его голос вернулась привычная сдержанная холодность, но теперь под ней угадывалось напряжение: — Вопрос в другом. Снейп наклонился ко мне.  — От кого. И… от чего, — он выдохнул.  Я поправила волосы.  — А вы уже догадались, что именно на меня наложили? Декан не ответил сразу. Его взгляд на мгновение задержался на флаконе, затем вернулся ко мне. — Да… — произнёс он наконец, с едва заметной паузой. — У меня есть… определённые выводы. Он медленно прошёлся по комнате, сцепив руки за спиной. — То, что вас не замечают картины. Что заклинания… не всегда реагируют должным образом. Пауза. — Уже этого достаточно, чтобы понять: вас пытались скрыть. Я сжала пальцы. — Пытались? Он остановился. — И весьма успешно, — сухо уточнил он. — Но это не просто маскировка. Снейп повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнуло напряжение. — Одно заклинание не способно дать такой эффект. Ни даже несколько — если они наложены… стандартно. Он сделал шаг ближе. — На вас — связка. Сложная, многоуровневая. Чары, которые не просто скрывают… Его голос стал ниже. — Они искажают саму возможность вас распознать. Тишина. Я сглотнула. — Поэтому зелье так отреагировало? Он кивнул, но без обычной уверенности. — Именно. Пауза. — Оно не смогло “решить”, что вы такое. Холод пробежал по коже. Снейп чуть прищурился, изучая меня внимательнее. — И это, — тихо добавил он. — Говорит о силе чар куда больше, чем их эффект. Он на секунду замолчал. — Такие вещи накладывают не из предосторожности. Его взгляд стал жёстче. — А когда другого выхода уже нет. Комната погрузилась в тишину. Даже огонь в камине будто притих, лишь изредка потрескивая, как напоминание о том, что мир вокруг всё ещё существует. Я стояла, не двигаясь, пытаясь осмыслить услышанное. Картины. Заклинания. Зелья. Всё это время дело было не в них. Дело было… во мне. — Значит, — тихо произнесла я, не поднимая взгляда. — Это можно исправить? Пауза. Слишком долгая. Я почувствовала, как внутри что-то сжимается, ещё до того, как он ответил. Северус Снейп медленно подошёл ближе. Его шаги почти не было слышно, но пространство между нами исчезло слишком быстро. — Исправить? — повторил он тихо. В его голосе не было насмешки. Только холодная, почти усталая точность. — Это не ошибка, которую можно просто… устранить. Я подняла на него взгляд. — Тогда что это? Снейп смотрел на меня пристально, как будто пытался увидеть нечто глубже, чем я сама могла понять. Секунда. Ещё одна. И затем он произнёс: — Вас не просто скрыли, мисс Брауз… Пауза стала почти ощутимой. — Вас вычеркнули из магической системы.