Дети Девяти Хвостов

      Утро в измерении Хранительницы Доброй Магии начиналось тихо и спокойно. Сквозь высокие арки древнего зала лился мягкий золотой свет, словно само пространство дышало светлой магией. Воздух был наполнен ароматом трав и тёплого хлеба. На небольшой кухне у каменного стола стоял Каин. Он сосредоточенно резал фрукты, иногда бросая взгляд на небольшой котёл, в котором тихо кипело что-то ароматное. Рядом лежал свежий хлеб, немного мёда и чашки с тёплым травяным настоем. Парень старался работать аккуратно, но было видно — готовка всё ещё давалась ему не так легко. — Если я снова всё пересолю… — пробормотал он себе под нос, — Лилиан точно скажет, что мне лучше заниматься магией, а не кухней.       Он тихо усмехнулся. Каин поправил тарелку и поставил на стол чашку. — Хотя… она всё равно скажет, что получилось хорошо. Он на секунду остановился и посмотрел на приготовленный завтрак. — Потому что она всегда так делает… Тем временем у входа в кухню тихо стояла Лилиан. Она остановилась у дверного проёма и несколько секунд просто наблюдала за ним. Парень был настолько сосредоточен, что даже не заметил её. В её глазах появилась мягкая улыбка. Ещё несколько лет назад этот мальчик был напуганным ребёнком, которого бросили и убедили, что у него нет магии. А сейчас он стоял здесь, в её измерении, и пытался приготовить для неё завтрак. Лилиан тихо прислонилась к дверному косяку, не желая его прерывать. Каин тем временем осторожно попробовал настой. Он поморщился. — Хм… Он добавил ещё немного трав. — Так… лучше. Парень повернулся к столу и начал аккуратно раскладывать всё по тарелкам. — Надеюсь, она ещё спит… Лилиан тихо улыбнулась шире. — Уже нет. Каин резко вздрогнул. Он быстро обернулся и увидел её у двери. — Лилиан?! Парень слегка покраснел. — Я… я не заметил, что ты проснулась. Он неловко почесал затылок. — Я просто… решил приготовить завтрак. Лилиан медленно подошла ближе, глядя на стол. — Вижу. Она мягко сказала: — Пахнет очень вкусно. Каин немного смутился. — Правда? — Да. Лилиан посмотрела на него с тёплой улыбкой. — Спасибо, Каин.       Парень немного расслабился. Он не сказал этого вслух. Но для него было важно лишь одно — увидеть, что она улыбается. Каин поставил на стол последнюю чашку и осторожно сел напротив Лилиан. Несколько минут они ели молча. Но Лилиан выглядела задумчивой. Она почти не притрагивалась к еде, словно её мысли были далеко отсюда. Каин заметил это. Он немного наклонился вперёд. — Лилиан… что-то случилось? Она подняла взгляд. На её лице была мягкая, но немного грустная улыбка. — Нет… просто воспоминания. Каин нахмурился. — О чём? Лилиан некоторое время молчала, словно решая, стоит ли говорить. Потом тихо сказала: — Ты знаешь… я всегда говорю тебе, что прошлое не должно определять нас. Она провела пальцами по чашке. — Но иногда прошлое возвращается. Каин внимательно слушал. — Это из-за того мага… Календора? Лилиан медленно кивнула. — Да. Она глубоко вздохнула. — Когда мне и Льюису было всего пять лет… он уже тогда был рядом с нашей семьёй. Каин удивился. — Рядом? — Он был союзником наших родителей. Она тихо усмехнулась, но в этой усмешке не было радости. — По крайней мере… все так думали. Каин нахмурился. Лилиан продолжила: — Наши родители часто уходили на миссии. И иногда Календор оставался присматривать за нами. Она на секунду закрыла глаза, вспоминая. — Но он никогда не был тем, кем притворялся. Каин тихо спросил: — Он обижал вас? Лилиан медленно кивнула. — Он любил пугать нас… унижать. Говорил, что мы слабые. Её голос стал тише. — Особенно Льюиса. Каин нахмурился сильнее. — Почему? — Потому что Льюис всегда был тихим ребёнком. Она посмотрела в окно. — Календор считал его слабым. Лилиан глубоко вдохнула. — В один день всё стало хуже. Она сжала руки. — Наши родители снова ушли на миссию. А Календор… решил развлечься. Каин почувствовал, как внутри у него поднимается холодная злость. — Что он сделал? Лилиан ответила тихо: — Мы сбежали. Я и Льюис. Мы взяли маленького Боуэна… он был тогда младенцем. Каин резко поднял голову. — Вы убежали с младенцем?! Лилиан кивнула. — Да. Мы были детьми… но мы понимали, что оставаться нельзя. Она тихо сказала: — Мы побежали в Запретный лес. Каин вздохнул. — Но… это же самое опасное место. Лилиан грустно улыбнулась. — Мы это знали. Но тогда он казался безопаснее, чем дом. Она опустила взгляд. — Мы бродили там несколько часов. Было холодно… темно…Боуэн плакал. Каин тихо прошептал: — И что было потом? Лилиан некоторое время молчала. — Мы бы не выжили. Она сказала это спокойно, но в голосе чувствовалась истина. — Если бы не Фирас. Каин слегка наклонился вперёд. — Кто он? Лилиан подняла глаза. — Наш друг. Отшельник, который жил в глубине леса. Она тихо улыбнулась. — Он нашёл нас. Каин слушал, не перебивая. — Мы сидели под большим деревом. Льюис пытался успокоить Боуэна. А я уже почти не чувствовала рук от холода. Её голос стал мягче. — И вдруг появился свет. Тёплый… спокойный. Это был Фирас. Она тихо сказала: — Он взял Боуэна на руки. И просто сказал: «Вы больше не одни.» Каин долго молчал. Потом тихо спросил: — И он спас вас? Лилиан кивнула. — Да. Он укрыл нас в своём доме. И помог дождаться родителей. Она посмотрела на Каина. — Если бы не он… нас бы здесь не было. В комнате повисла тишина. Каин медленно сжал кулаки. — Значит… Календор виноват во всём этом. Лилиан тихо ответила: — Да. Она посмотрела на него внимательно. — Поэтому я знаю, каково это… когда тебя предают. Она мягко добавила: — И именно поэтому я не могла оставить тебя одного. Каин опустил взгляд. В его глазах появилась благодарность. — Спасибо… что рассказала мне это. Лилиан улыбнулась. — Ты часть моей семьи, Каин.       Свет в измерении стал ярче, словно сама магия слушала этот разговор. И в этой тишине их связь стала ещё крепче. Лилиан на несколько секунд замолчала после своего рассказа. В её глазах появилось то далёкое выражение, которое бывает у людей, когда память уносит их в совсем другой момент жизни. Она тихо провела пальцем по краю чашки и сказала: — Знаешь… после того случая мы с Льюисом начали часто ходить в тот лес. Каин удивлённо поднял голову. — В тот самый… Запретный? Лилиан кивнула. — Да. Она слегка улыбнулась. — Но уже не из страха. Её голос стал мягче. — Мы ходили туда к Фирасу. Каин тихо повторил: — Фирас… Лилиан кивнула. — Он был очень старым магом. Настолько старым, что даже наши родители говорили о нём с уважением. Она задумчиво посмотрела куда-то в сторону. — Его дом стоял глубоко в лесу. Маленький, деревянный, почти скрытый среди огромных деревьев. Вокруг всегда росли странные растения… и светлячки светились даже днём. Каин слушал, не перебивая. Лилиан продолжила: — Фирас часто принимал нас у себя… мы могли просто прийти к нему в любой день. Она тихо усмехнулась. — Иногда мы даже не стучали. Каин улыбнулся. — И он не злился? — Никогда. Она мягко покачала головой. — Он всегда говорил: «Дети, которые ищут свет, всегда желанные гости.» Лилиан на секунду закрыла глаза, вспоминая. — В его доме пахло травами… книгами… и огнём из старого камина. Он всегда готовил для нас тёплый чай. Даже для Льюиса, хотя тот вечно говорил, что чай — это «взрослый напиток». Каин тихо рассмеялся. — Похоже на него. Лилиан кивнула. — А Фирас просто улыбался и говорил: «Когда-нибудь ты поймёшь вкус тишины.» Она немного наклонилась вперёд. — Он был… очень мудрым. Иногда он рассказывал нам истории о старых временах. О магах, которые жили сотни лет назад. О духах леса. О равновесии света и тьмы. Каин тихо спросил: — Он обучал вас магии? Лилиан немного задумалась. — Нет… не так, как учат обычно. Она объяснила: — Он не заставлял нас тренироваться. Он учил нас понимать магию. Она посмотрела на Каина. — Однажды он сказал нам: «Настоящая сила мага не в заклинаниях. Она в том, что находится внутри его сердца.» Лилиан тихо улыбнулась. — Льюис тогда закатил глаза и сказал, что звучит слишком сложно. Каин рассмеялся. — А ты? — А я слушала. Она посмотрела в окно. — Потому что чувствовала… что он говорит правду. Лилиан на мгновение замолчала. — Иногда мы просто сидели у камина. Фирас читал книги. Льюис играл с деревянными фигурками, которые он сам вырезал. А я слушала ветер в деревьях. Она тихо сказала: — Там было спокойно. Каин внимательно смотрел на неё. — Он был для вас как дедушка? Лилиан мягко улыбнулась. — Наверное… да. Её голос стал чуть тише. — В те годы он был одним из немногих взрослых, рядом с которыми мы чувствовали себя в безопасности. Она на секунду задумалась. — И думаю… Фирас всегда знал, что наша жизнь будет сложной. Каин тихо спросил: — Почему? Лилиан посмотрела на него серьёзно. — Потому что однажды он сказал нам одну фразу. Я тогда не поняла её. Но сейчас понимаю. Каин наклонился ближе. — Что он сказал? Лилиан тихо ответила: — «Однажды вы станете теми, кто держит равновесие мира.» В комнате повисла тишина. Каин прошептал: — Он уже тогда знал… кто вы. Лилиан медленно кивнула. — Возможно. Она добавила тихо: — Фирас всегда видел больше, чем другие.

***

      Это было много лет назад. Ночь была тихой, и в доме старого мага Фираса горел только камин. Пламя мягко освещало стены, уставленные древними книгами и свитками. Перед огнём сидела Рита. Тогда она ещё не была той холодной и властной Императрицей, которой её знали сейчас. В её взгляде было больше мягкости, больше сомнений. Она пришла к старому другу за советом. Фирас медленно перемешивал травы в небольшой чаше, словно слушая не только её слова, но и саму магию вокруг. — Ты пришла не просто так, — спокойно сказал он. Рита слегка усмехнулась. — Ты всегда это чувствуешь. Старик поднял на неё светлые, мудрые глаза. — Мир снова начинает меняться. Он сказал это так тихо, словно говорил не ей, а самому времени. Рита нахмурилась. — Что ты имеешь в виду? Фирас некоторое время молчал. Потом подошёл к старому столу и развернул древний свиток. На нём были знаки, похожие на звёзды и переплетённые линии магии. — Есть силы, которые должны поддерживать равновесие. Он говорил медленно. — Свет и тьма никогда не должны принадлежать одному хозяину. Рита скрестила руки. — Ты говоришь загадками, как всегда. Фирас тихо улыбнулся. — Иногда истину нельзя произнести прямо. Он посмотрел на неё внимательно. — Но я могу сказать одно. Старик коснулся символа на свитке. — Когда пробудятся два древних пламени… появится третий. Рита слегка наклонилась вперёд. — Третий? Фирас кивнул. — Не тот, кто владеет светом. И не тот, кто владеет тьмой. Он тихо произнёс: — А тот, кто сможет удержать их вместе. В комнате стало тише. Рита нахмурилась. — И кто это? Фирас покачал головой. — Он ещё ребёнок. Мир считает его слабым. Его отвергнут те, кто должен был стать его семьёй. Старик посмотрел в огонь. — Но однажды он станет тем, кто увидит магию глубже, чем другие. Рита молчала. Фирас продолжил, словно читая древнее пророчество: — В его руках будет сила, что соединяет разрушение и создание. Он будет стоять между двумя дорогами. Между светом и тьмой. Пламя камина слегка вспыхнуло. — Если он выберет гнев — мир может погрузиться в хаос. Но если он выберет сердце… Фирас тихо закончил: — Он станет тем, кто удержит равновесие, когда древние силы начнут бороться. Рита медленно поднялась. — Ты говоришь о ребёнке, который связан с ними. Она внимательно посмотрела на старого мага. — С теми, кто должен хранить магию. Фирас не ответил прямо. Но в его глазах появилась лёгкая улыбка. Рита сразу всё поняла. Она тихо сказала: — Значит… ты знаешь. Фирас спокойно посмотрел на неё. — Я знаю лишь то, что показывает мне магия. Он аккуратно свернул свиток. — Но имена иногда лучше оставлять тайной. Рита долго смотрела на него. Теперь она была уверена. Старый маг знал, кто однажды станет хранителями равновесия. И знал, что рядом с ними появится ещё один. Тот, кого мир пока даже не замечает. Мальчик, чья судьба однажды соединит силы, которые никогда не должны были встретиться.

***

В измерении Хранителя тёмной магии стояли глубокие сумерки. Это место всегда выглядело так — спокойное, тихое, словно вечная ночь, в которой не было страха, только сила и древняя магия. На высоком каменном балконе стоял Льюис. Он опирался на холодные перила и смотрел в бесконечное пространство измерения. Между его пальцами тлела сигарета, тонкая струйка дыма поднималась вверх и растворялась в воздухе. Льюис выглядел задумчивым. Он медленно выдохнул дым и тихо сказал: — Иногда кажется, что тишина здесь слишком громкая… Позади него послышались шаги. Льюис даже не обернулся. — Вы не умеете приходить тихо, мастер. Старый голос спокойно ответил: — Когда тебе столько лет, сколько мне, мальчик… ты перестаёшь заботиться о том, слышат тебя или нет.       Из полутени вышел древний маг — Астарон. Его длинные седые волосы были заплетены в тонкую косу, а глаза были глубокими и внимательными. Он был одним из старейших магов, служивших Хранителю тёмной магии. Астарон остановился рядом. — Я пришёл не для разговоров о тишине. Льюис сделал ещё одну затяжку. — Тогда говорите. Старый маг сложил руки за спиной. — Календор начал поиски. На секунду в глазах Льюиса мелькнул холод. Но внешне он остался спокойным. — Кого? Астарон внимательно посмотрел на него. — Мальчика.       Льюис медленно выдохнул дым. Он прекрасно понимал, о ком речь. О Каине. Он знал, что мальчик находится в измерении Лилиан. И что там он в безопасности. Но Льюис решил ничего не говорить. Чем меньше людей знает — тем лучше. Он спокойно спросил: — И как именно он ищет? Астарон ответил: — Он отправил свою шестерку. Льюис нахмурился. — Наблюдатели? — Да. Их задача — следить за магическими потоками. Старый маг добавил: — Календор уверен, что мальчик связан с силами, которые скоро проявятся. Льюис потушил сигарету о камень. — Пусть ищет. Он сказал холодно: — Он всё равно опоздает. Астарон некоторое время смотрел на него. Словно проверяя. Потом тихо сказал: — Возможно.       Он повернулся к выходу. Но вдруг остановился. Его взгляд на мгновение скользнул в сторону колонн. Туда, где стояла Моргана. Она пришла через портал всего несколько минут назад. Она хотела просто поговорить с мужем… но услышала часть разговора. Астарон понял это сразу. Но ничего не сказал. Он лишь тихо усмехнулся. — На сегодня всё, Хранитель. Льюис кивнул. — Спасибо за предупреждение. Старый маг направился к порталу. Проходя мимо колонн, он на секунду остановился рядом с Морганой. И очень тихо сказал: — Иногда супругам стоит разговаривать друг с другом честно. После этих слов он исчез в портале. Балкон снова погрузился в тишину. Льюис ещё несколько секунд смотрел в пространство измерения. А потом тихо сказал, не оборачиваясь: — Ты можешь выходить, Морго. Моргана медленно вышла из тени. Она остановилась в нескольких шагах от него. — Давно ты знал, что я здесь? Льюис слегка усмехнулся. — Почти сразу. Он повернулся к ней. И теперь между ними стояла тишина — уже совсем другая. Не магическая. А семейная. Моргана скрестила руки. — Календор...Шестерки…Какие-то поиски мальчика… Она внимательно посмотрела на мужа. — Может, объяснишь мне, что происходит, Льюис?       Он несколько секунд молчал. А потом тихо вздохнул. Похоже, этот разговор всё-таки придётся продолжить. Слабый ветер шевелил края плаща Льюиса, а тёмное небо его измерения медленно переливалось магическими потоками. Моргана стояла напротив него, скрестив руки. В её взгляде было сразу несколько чувств — тревога, раздражение и знакомое упрямство, которое Льюис слишком хорошо знал. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Наконец она заговорила первой. — Значит… — её голос был спокойным, но в нём чувствовалось напряжение. — Календор ищет какого-то мальчика. Она сделала шаг ближе. — И мой муж почему-то знает об этом больше, чем говорит. Льюис тихо вздохнул. — Морго… — Нет, — перебила она. — На этот раз ты не отделываешься половиной ответа. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Я уже слышала достаточно, чтобы понять — это серьёзно. Тишина снова повисла между ними. Льюис провёл рукой по волосам и наконец сказал: — Хорошо. Он подошёл ближе к перилам балкона. — Речь действительно о мальчике. Моргана нахмурилась. — Кто он? Льюис ответил не сразу. — Его зовут Каин. Она слегка удивилась. — И чем он так интересен Календору? Льюис опёрся на камень. — Когда Каин был ребёнком… его семья решила, что он не умеет пользоваться магией. Моргана тихо сказала: — Такое бывает. — Бывает, — согласился Льюис. — Но в его случае всё было наоборот. Он посмотрел на неё. — Его сила просто… спала. Моргана прищурилась. — И кто это понял? Льюис слегка улыбнулся. — Лилиан. Теперь Моргана удивилась сильнее. — Твоя сестра? Он кивнул. — Она нашла его несколько лет назад. Маленький, брошенный… убеждённый, что он никому не нужен. Моргана тихо сказала: — И она забрала его. — Да. Льюис немного расслабился, когда говорил об этом. — Он уже несколько лет живёт в её измерении. Она обучает его магии. Моргана немного смягчилась. Льюис продолжил спокойно: — Умный.Упрямый. И очень сильный, хотя сам ещё этого не понимает. Он посмотрел на неё серьёзно. — Именно поэтому Календор начал поиски. Моргана нахмурилась. — Значит он чувствует его силу. — Возможно. Льюис пожал плечами. — Или просто чувствует, что что-то меняется. Она некоторое время молчала. Потом спросила: — Ты волнуешься за него? Льюис покачал головой. — Нет. Моргана удивилась. — Нет? Он спокойно ответил: — Потому что он у Лилиан. Льюис слегка усмехнулся. — А если кто-то и умеет защищать своих учеников… то это она. Моргана тихо хмыкнула. — Тут я спорить не буду. Она подошла ближе и опёрлась на перила рядом с мужем. — Значит, мальчик в безопасности. — Пока да. Льюис посмотрел в тёмное небо измерения. — И пока он там — я спокоен. Моргана некоторое время молчала. Потом тихо сказала: — Ты всё равно что-то недоговариваешь. Льюис чуть улыбнулся. — Морго… Она повернула голову к нему. — Я слишком давно тебя знаю. Он вздохнул. Но на этот раз спорить не стал. Он просто протянул руку и слегка сжал её руки. — Не всё сразу. Моргана посмотрела на него. И тихо сказала: — Хорошо.       Но по её взгляду было ясно — этот разговор ещё не закончен. Тишина на балконе стала мягче. Ветер медленно проходил между каменными колоннами, колыхая края плаща Льюиса. Магия его измерения тихо мерцала вокруг — словно сама ночь наблюдала за ними. Моргана всё ещё стояла рядом с ним у перил. Их разговор закончился, но между словами осталось много чувств. Она смотрела в тёмное небо, будто пытаясь осмыслить всё, что услышала. Льюис несколько секунд молчал. Потом тихо сказал: — Ты злишься? Моргана слегка усмехнулась. — Немного. Она повернула голову к нему. — Но больше я переживаю. Льюис внимательно посмотрел на неё. — За мальчика? Моргана покачала головой. — За тебя.       Эти слова прозвучали тихо, но искренне. На лице Льюиса появилась мягкая улыбка — редкая для него. Он сделал шаг ближе. — Морго… Она посмотрела на него. В её глазах уже не было раздражения — только тепло и лёгкая усталость. — Ты иногда забываешь, — тихо сказала она. — что я не просто ведьма из совета. Она слегка коснулась его руки. — Я твоя жена. Льюис осторожно взял её ладонь в свою. — Я знаю. Моргана посмотрела на него внимательнее. — Тогда не заставляй меня волноваться в одиночку. Он тихо усмехнулся. — Постараюсь.       Несколько секунд они просто стояли рядом. Магия вокруг стала спокойнее. Льюис медленно поднял руку и аккуратно убрал прядь волос с её лица. Моргана не отстранилась. Наоборот — она слегка наклонилась ближе. — Ты всё равно ужасно упрямый, — тихо сказала она. — А ты слишком хорошо меня знаешь.       Она едва заметно улыбнулась. И в следующую секунду Льюис мягко притянул её к себе. Поцелуй был тихим и нежным. Без спешки. Просто тёплый поцелуй двух людей, которые прошли вместе слишком многое. Моргана положила руку на его плечо, отвечая на поцелуй. Несколько секунд мир вокруг словно исчез. Осталась только тёплая магия ночи и их дыхание. Когда они немного отстранились, Моргана тихо сказала: — Знаешь… Льюис посмотрел на неё. — Что? Она улыбнулась. — Иногда мне кажется, что даже вся магия мира не такая сложная, как ты. Льюис тихо рассмеялся. И впервые за этот вечер в его глазах появилась настоящая спокойная искра.       Балкон постепенно погрузился в ещё более глубокие сумерки. Магия измерения мягко струилась вокруг, словно сама ночь укутывала пространство тёплым покрывалом тишины. Льюис и Моргана всё ещё стояли рядом. После поцелуя между ними повисла пауза — но она уже не была напряжённой. Это была та редкая тишина, когда слова больше не нужны. Льюис осторожно коснулся её щеки кончиками пальцев. Его взгляд был мягким, почти уставшим, но в нём было то тепло, которое он редко показывал другим. Моргана накрыла его руку своей ладонью. — Ты иногда носишь слишком многое в себе, — тихо сказала она. Он усмехнулся почти шёпотом. — А ты всегда это замечаешь.       Она шагнула ближе. И теперь между ними почти не осталось расстояния. Льюис обнял её осторожно, но крепко, словно ему действительно нужно было почувствовать, что она рядом. Моргана прижалась к нему, положив голову ему на грудь. Несколько секунд они просто стояли так. Слышали дыхание друг друга. Чувствовали знакомое тепло. Потом она подняла голову. И посмотрела на него так, как смотрят люди, которые давно знают сердце друг друга. Льюис наклонился первым. Поцелуй был уже другим — глубже, медленнее, наполненный тем чувством, которое накапливается между людьми годами. Моргана ответила сразу, её пальцы скользнули по его плечам, притягивая его ближе. В их движениях не было спешки.       Скорее наоборот — будто они оба позволяли этому моменту длиться дольше. Ветер тихо прошёлся по балкону, колыхнув волосы Морганы. Льюис провёл рукой по её спине, и она тихо выдохнула, прижимаясь к нему ещё ближе. В их близости было всё — усталость после долгих тревог, облегчение от того, что они снова вместе, и та тихая страсть, которая рождается не из вспышки, а из глубокой привязанности. Словно именно этого им сейчас и не хватало. Не битв. Не магии. А просто друг друга. Моргана тихо прошептала его имя. — Льюис… Он ответил мягко: — Я здесь. И в этот момент всё остальное — пророчества, поиски, опасности — на время исчезло. Остались только они. И тепло, которое возвращало им силы перед тем, что ещё ждало впереди.       Сумерки в измерении становились глубже, словно ночь медленно укутывала мир вокруг. Магия мягко мерцала в воздухе, отражаясь в каменных стенах и создавая тихое, почти интимное свечение. После поцелуя Льюис не отпустил Моргану. Наоборот — его руки крепче обняли её за талию, притягивая ближе. Он словно боялся, что если ослабит объятия, этот момент снова растворится в тревогах и обязанностях. Моргана подняла на него взгляд. В её глазах больше не было напряжения. Только тепло… и то знакомое пламя, которое появлялось между ними каждый раз, когда они оставались наедине. — Ты иногда смотришь на меня так, будто снова видишь впервые, — тихо сказала она. Льюис едва заметно усмехнулся. — Может, так и есть.       Он наклонился и поцеловал её снова. Но на этот раз поцелуй был другим. Глубже. Горячее. В нём было всё то чувство, которое они оба держали внутри слишком долго. Моргана ответила сразу, её руки скользнули по его плечам и шее, притягивая его ещё ближе. Она чувствовала его дыхание, его тепло — и это ощущение мгновенно разжигало внутри неё ту самую тихую, но сильную страсть. Льюис провёл рукой по её спине, и она едва слышно выдохнула. Её пальцы скользнули в его волосы, слегка сжимая их. — Ты невозможный человек, — прошептала она между поцелуями. — Ты всё равно вышла за меня, — тихо ответил он.       Она тихо рассмеялась, но этот смех растворился в очередном поцелуе. Льюис осторожно прижал её к себе сильнее, и Моргана почувствовала, как его сердце бьётся быстрее. В его движениях больше не было той сдержанности, которую он обычно держал перед всем миром. С ней он позволял себе быть настоящим. И она отвечала тем же. Они медленно переместились внутрь зала, где мягкий свет магических огней делал пространство ещё теплее. Льюис на секунду остановился, глядя на неё. Моргана выглядела так же уверенно и сильной, как всегда… но сейчас в её взгляде была та редкая нежность, которую он видел только наедине. Она коснулась его лица ладонью. — Иногда я думаю, — тихо сказала она, — что мы слишком много времени проводим, сражаясь за мир… Она приблизилась к нему ещё ближе. — И слишком мало — просто живя. Льюис провёл пальцами по её щеке. — Тогда сегодня мы живём.       Он снова поцеловал её — медленно, но уже без всяких попыток сдерживать чувства. Моргана прижалась к нему, позволяя этому моменту захватить их полностью. В эту ночь не было советов, врагов, пророчеств и тайн. Только они. И та сильная, живая связь, которая снова напоминала им, почему среди всех битв они всегда возвращаются друг к другу.       Утро в измерении Хранителя тёмной магии было необычно спокойным. Сумерки, которые обычно царили здесь, стали мягче — свет магических огней отражался в высоких каменных стенах, создавая тёплое, спокойное сияние. В комнате было тихо. На широкой кровати, укутанная лёгким одеялом, спала Моргана. Её тёмные волосы рассыпались по подушке, а на плечах была только большая рубашка Льюиса, которая явно была ей немного велика. Она пошевелилась, медленно открывая глаза. В комнате пахло чем-то тёплым и сладким. Свежий хлеб. Травяной чай. Мёд. Моргана приподнялась на локтях. И в этот момент дверь тихо открылась. В комнату вошёл Льюис. На нём были только тёмные брюки, а в руках он держал поднос с завтраком. Его волосы были немного растрёпаны, словно он только что встал, но на лице была спокойная улыбка. Моргана прищурилась, наблюдая за ним. — Скажи честно… — сонно сказала она. — Ты только что пытался приготовить завтрак? Льюис поставил поднос на небольшой столик рядом с кроватью. — Пытался? Он посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. — Морго, я его приготовил. Она тихо рассмеялась. — Это звучит опасно. Льюис сел на край кровати. — Я вообще-то стараюсь. Моргана подтянула колени и поправила его рубашку на плечах. — И что же у нас сегодня? Он снял крышку с подноса. Там был тёплый хлеб, ягоды, мёд и чашки ароматного чая. Моргана удивлённо подняла брови. — Ладно… это выглядит даже хорошо. Льюис чуть наклонился ближе. — Значит, я заслужил благодарность? Она посмотрела на него с хитрой улыбкой. — Возможно. Моргана наклонилась вперёд и быстро поцеловала его в губы. — Вот твоя награда. Льюис тихо усмехнулся. — Неплохая система оплаты. Он протянул ей чашку. — Сегодня ты никуда не идёшь. Моргана вопросительно посмотрела на него. — Это ещё почему? — Потому что вчера был слишком длинный день. Он спокойно добавил: — И иногда даже самой упрямой ведьме стоит отдохнуть. Она сделала глоток чая. — Ты сейчас пытаешься отправить меня в отпуск? — Да. Моргана покачала головой. — Боюсь, сегодня не получится. Льюис нахмурился. — Почему? Она поставила чашку на стол. — Потому что сегодня я собираюсь сделать то, что должна была сделать давно. Он внимательно посмотрел на неё. — И что именно? Моргана слегка улыбнулась. — Познакомить Удонну с моим мужем. Льюис замер на секунду. — Серьёзно? Она кивнула. — Она моя лучшая подруга. И до сих пор не знает, кто именно стал моим мужем. Льюис тихо вздохнул. — Мне кажется, она будет очень удивлена. Моргана усмехнулась. — Это мягко сказано. Она снова посмотрела на него. — Но, думаю, пришло время. Льюис некоторое время молчал. Потом слегка улыбнулся. — Тогда, видимо, сегодня мне придётся познакомиться с подругой жены... Он тихо рассмеялся. — Это будет ещё сложно. Моргана прищурилась. — Почему? Льюис посмотрел на неё с лёгкой иронией. — Потому что твоя лучшая подруга…Моя мама. Моргана на секунду замолчала. А потом тихо сказала: — Да… — Думаю, это будет очень интересное знакомство. Она же эту маленькую детальку не знает.

***

      На столике рядом с кроватью стоял поднос с завтраком. Моргана, сидя в рубашке Льюиса, медленно пила чай и наблюдала за мужем. Он стоял у окна, задумчиво глядя на мягкие сумерки своего измерения. Внезапно на столе завибрировал телефон. — Кто может звонить так рано… Льюис повернул голову и взял его. Увидев имя на экране, он сразу улыбнулся — той искренней, тёплой улыбкой, которую Моргана видела у него не так часто. — Мам, — тихо сказал он и ответил на звонок. Моргана слегка удивилась. Она знала, что Льюис, Лилиан и Ник очень любили свою приёмную мать — Петту. Для них она давно была настоящей мамой, и они никогда не делали между этим различий. Из телефона сразу раздался живой, немного уставший, но радостный голос. — Льюис! Наконец-то ты ответил! Он тихо рассмеялся. — Доброе утро, мам. Ты уже вернулась? — Вчера ночью! — ответила она. — Съёмки закончились на время. Моргана улыбнулась, слушая разговор. Она знала, что Петта — известная актриса и уже много лет снимается в популярном сериале… и по иронии судьбы это был сериал про рейнджеров. — Мы опять снимали новый сезон, — продолжала Петта. — И я решила, что мне срочно нужно увидеть свою семью. Льюис сел на край кровати. — Это звучит так, будто ты что-то задумала. Женщина засмеялась. — Конечно задумала! Я хочу собрать всех детей. Тебя, Лилиан, Ника… Она добавила с теплотой: — Я ужасно соскучилась по вам троим. Льюис опустил взгляд и мягко улыбнулся. — Мы тоже скучали, мам. Моргана заметила, как в его голосе появилась почти детская теплота. Моргана подняла брови, а Льюис тихо вздохнул. — У меня большой дом места хватит всём и огромное терпение. Он тихо рассмеялся. — В этом я никогда не сомневался. Петта стала говорить мягче: — Я просто хочу, чтобы мы собрались как семья. Без дел. Без работы. Просто поужинать, поговорить… посмеяться. Льюис некоторое время молчал. Потом сказал спокойно: — Хорошо. Я поговорю с Лилиан и Ником. Мы приедем. Из телефона послышался довольный вздох. — Вот и прекрасно. Она вдруг добавила с лёгкой интригой: — Кстати… я всё ещё жду, когда ты наконец познакомишь меня со своей женой. И детей не забудьте. Льюис бросил взгляд на Моргану, которая внимательно слушала. Он улыбнулся. — Думаю, тебе она понравится. — Я в этом не сомневаюсь, — ответила Петта. Они попрощались, и Льюис положил телефон на стол. Моргана слегка наклонила голову. — Значит… это была Петта. Он кивнул. — Она вернулась со съёмок и хочет собрать всех. Нас, Лилиан, Ника… детей… всех. Моргана усмехнулась. — Большой семейный ужин? — Похоже на то. Она задумчиво сказала: — Интересно… женщина, которая играет в сериале про рейнджеров… Она посмотрела на него с лёгкой улыбкой. — Даже не подозревает, что её дети живут в мире настоящей магии. Льюис тихо рассмеялся. — Иногда жизнь любит такие шутки. Моргана поставила чашку на стол. — Значит сегодня… Она начала загибать пальцы. — Сначала я знакомлю тебя с Удонной. А потом мы знакомим твою маму со мной. Льюис усмехнулся.Моргана улыбнулась шире. — Похоже, день будет очень насыщенным. Льюис посмотрел на неё с тёплой улыбкой. — Но мама будет счастлива.       И по тому, как он это сказал, было ясно — Петта действительно была для них настоящей матерью, и они любили её так же сильно, как и она их. Льюис поднялся с кровати и потянулся. Свет его измерения мягко скользил по комнате. На мгновение повисла тишина. Потом он вдруг подошёл к небольшому старому проигрывателю у стены. Моргана удивлённо наблюдала. Через секунду в комнате зазвучала тихая музыка. Спокойная, старая мелодия. Она приподняла бровь. — У тебя в измерении Хранителя тёмной магии… есть музыка? Льюис пожал плечами. — Иногда даже Хранителям нужно что-то обычное. Он повернулся к ней и протянул руку. — Потанцуем? Моргана несколько секунд смотрела на него. — Сейчас? — Почему нет? Он улыбнулся чуть хитрее. — Мама только что напомнила мне, что жизнь — это не только пророчества и опасности. Она тихо усмехнулась. — Значит, это твой способ отметить её возвращение? — Можно и так сказать. Моргана встала с кровати. Его рубашка мягко скользнула по её плечам. Она вложила свою руку в его ладонь. — Хорошо. Но если ты наступишь мне на ногу, я это запомню. Льюис улыбнулся. — Я постараюсь сохранить свою репутацию. Он аккуратно притянул её ближе. Его рука легла на её талию, её ладонь — на его плечо. Музыка мягко наполняла комнату. Сначала их движения были немного неловкими. Моргана тихо рассмеялась. — Ты правда давно не танцевал. — Это клевета, — ответил он. Она слегка толкнула его плечом. — Хранитель тёмной магии, который не умеет танцевать… звучит очень смешно. — Не распространяй слухи.       Он мягко повернул её в лёгком круге. Моргана рассмеялась, когда её волосы на секунду взлетели в воздухе. Она снова оказалась рядом с ним — ещё ближе. Они медленно двигались по комнате, между кроватью и большим окном, за которым переливалась магия измерения. Моргана подняла взгляд на него. — Забавно, — тихо сказала она. — Утром просто танцуем. — Иногда это единственное, что помогает не сойти с ума. Музыка стала тише. Он остановился, всё ещё держа её за талию. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Моргана мягко улыбнулась. — Думаю, твоей маме понравится этот момент. — Какой? — Когда она узнает, что её сын умеет танцевать. Льюис тихо усмехнулся. — Не уверен, что она поверит. Моргана положила голову ему на плечо. Музыка продолжала играть. И несколько минут они просто медленно кружились в танце в его тихом измерении — смеясь, иногда сбиваясь с шага, но не пытаясь быть идеальными. Просто наслаждаясь редким спокойным утром.       Чарльз сидел перед монитором, пальцы сжимали мышь, но взгляд его уже давно не следил за кодом и окнами программы. Голова гудела от долгих часов работы, и мысли начали путаться. Он невольно вспомнил, как Рита и Удонна тихо сидели рядом, как разговор словно затянул его в другой мир: слова о рейнджерах, магии, о том, что он… что он особенный. Сердце сжалось от странного ощущения важности и тревоги. «Это невозможно… — думал он, сжимая ладонь в кулак. — Это просто моя фантазия. После столько часов за компьютером, наверное, я просто выдумал их лица и слова. Сон. Иллюзия. Это не может быть реальностью». Но странное чувство тяготило его: словно что-то глубокое внутри шептало, что все это было настоящим, что слова Риты имели смысл. Он вспоминал её взгляд, мягкий, но одновременно полный силы; Удонну, с ее серьёзной сосредоточенностью, словно она видела в нём что-то большее, чем он сам понимал. «Нет, это невозможно… но… что, если нет?» — мысль забрела глубже, но Чарльз отмахнулся от неё. Он снова посмотрел на экран, пытаясь найти привычный мир кода и цифр, пытаясь вернуть контроль. Но в глубине души он уже знал: что-то изменилось, и это «что-то» ждало его вне монитора. Его мысли метались между рациональностью и шёпотом подсознания: «Я просто устал. Всё это сон… или нет?» — и одновременно чувство, что он больше не сможет вернуться к обычной жизни, постепенно росло. Чип и Рита сидели за столом на кухне, солнечные лучи скользили по старой деревянной мебели, наполняя комнату мягким светом. На столе стояли тарелки с омлетом и свежим хлебом, рядом — чашки с тёплым чаем. Но уютная обстановка не могла скрыть тяжесть того, о чём им предстояло говорить. Рита вздохнула, аккуратно разрезая омлет: — Чип… мне нужно, чтобы ты понял одну вещь, — начала она, её голос был мягким, но в нём чувствовалась тревога. — Всё, что происходило вокруг тебя… моя работа, магия, тайны… я делала это ради твоей безопасности. Ты всегда был моим сыном, и я не хотела, чтобы кто-то навредил тебе, включая меня. Чип, держа в руках чашку с чаем, посмотрел на маму с лёгким удивлением и тревогой одновременно. — Я знаю, — тихо сказал он. — Я… вижу теперь, почему ты скрывала от меня столько всего. И… я понимаю. Но иногда я чувствовал, что от меня что-то утаивают. Даже твоя дистанция казалась иногда… странной. Рита отвела взгляд, её глаза на мгновение наполнились болью. — Я была рядом всё время, — сказала она, — но когда приходили миссии, я говорила, что уезжаю по работе. Я не хотела тревожить тебя. Я боялась, что если ты узнаешь правду, это может сделать тебя уязвимым. Чип кивнул, пытаясь осознать всю глубину сказанного. — Я понимаю, мама… — наконец произнёс он. — И всё же… мне хочется знать больше. Хочу, чтобы мы могли говорить обо всём откровенно. Рита улыбнулась, немного смягчив свой строгий вид: — Тогда мы будем говорить, — сказала она тихо. — Я хочу, чтобы ты знал правду, шаг за шагом, когда будешь готов. Тишина на мгновение наполнила кухню, но она была тёплой, спокойной. Чип сделал глоток чая и почувствовал, что впервые за долгое время он действительно может доверять ей и быть собой. Между ними установилась новая, более честная связь, тихая, но крепкая, как утреннее солнце, просачивающееся сквозь окна. Завтрак, казалось, наконец обрел лёгкость после откровенного разговора Риты и Чипа. Тёплый свет утреннего солнца скользил по столу, запах свежего хлеба и омлета наполнял кухню уютом. Но звонок телефона внезапно прервал этот тихий момент. Чип взглянул на экран: на дисплее высветилось имя Вида. Его брови слегка нахмурились, а Рита заметила напряжение в его лице. — Вида, — сказал он, принимая звонок, — что случилось? По ту сторону линии голос Виды звучал взволнованно: — Чип, ты должен прийти ко мне срочно! Это очень важно! Пожалуйста, приходи как можно быстрее. Чип отложил ложку, ощущая тревогу, которая сразу же поднялась в груди: — Всё в порядке? Что случилось? — спросил он, пытаясь удержать спокойный тон, хотя сердце билось быстрее. — Просто приходи, — повторила Вида, — я не могу объяснить по телефону. Это нужно обсудить лично. Рита наблюдала за сыном, замечая, как его лицо меняется: смесь тревоги и решимости. Она мягко положила руку ему на плечо: — Иди, Чип. Я вижу, что это важно для тебя. Чип кивнул, быстро попрощавшись, и побежал собираться. В этот момент кухня вновь наполнилась напряжением — тревожным предчувствием того, что вскоре он узнает, насколько серьёзной окажется ситуация.       Рита появилась в гостиной Удонны почти мгновенно, словно магия перенесла её через воздух. Комната была тихой, только лёгкий пар от свежезаваренного чая поднимался вверх, создавая иллюзию спокойствия. Но спокойствие было обманчивым — внутри Риты бурлила тревога. Она опустилась на диван, не в силах отвести взгляд от окна, словно искала там знак происходящего. Руки её слегка дрожали, когда она держала чашку, а глаза, обычно спокойные и властные, сверкали тревогой и скрытой материнской ревностью. — Удонна… — начала она, голос срывался на полуслове, — как только она позвонила Чипу, он… он сразу же побежал к Виде. Я… — она сжала чашку сильнее, почти вгрызаясь в фарфор — я боюсь, что между ними есть что-то большее, чем просто дружба. Удонна налила себе чай и внимательно посмотрела на подругу, ощущая всю силу её эмоций: — Ты думаешь, они… — тихо сказала она, но Рита уже кивнула, не отрывая взгляда от дверей. — Да! — выпалила Рита, — я пыталась держать себя в руках, думала, что это просто импульсивный порыв, но нет! Он выбежал к ней сразу, как только она позвонила. Он уже не ребёнок… и это разрывает меня изнутри.       Рита опустила голову на ладони, стиснув пальцы, словно пытаясь удержать в себе бурю эмоций. В её глазах мелькали страх и ревность, материнская тревога за сына, который вдруг стал взрослым и самостоятельным, но для неё оставался её мальчиком. Удонна осторожно положила руку на руку Риты: — Мы разберёмся. Шаг за шагом. Нужно понять, что именно происходит. Рита подняла глаза, на мгновение смягчив выражение лица, но тревога всё ещё пульсировала в каждом движении: взгляд метался по комнате, руки не хотели отпускать чашку, а сердце билось быстрее обычного. Внутри неё сочетались забота, страх и ревность — как материнская буря, готовая обрушиться на любого, кто приблизится к её сыну. Даже чай, который должен был успокаивать, казался слишком слабым, чтобы заглушить этот внутренний шторм.       Чип подошёл к дому Виды поздним утром. Каменная дорожка блестела от недавнего дождя, и лёгкий ветер колыхал листья деревьев, словно предвещая перемены. Он остановился у двери, глубоко вдохнул и постучал. Дверь открылась, и Вида встретила его встревоженным взглядом. В её глазах читалась усталость, смешанная с тревогой, словно она уже давно несла этот груз одна. — Чип… — сказала она тихо, опуская глаза, — спасибо, что пришёл. Мне… нужно, чтобы ты понимал… я боюсь, что люди начнут говорить о Раселе и Эмме… что они «неправильные», что их отец никто не видел… Чип почувствовал, как сердце сжалось. Он знал, что Вида уже много пережила, что за её спокойной улыбкой скрывается боль, которую она несёт ради своих детей. — Всё будет хорошо, — сказал он мягко, улыбаясь. — Я не позволю никому говорить о них плохо. Из-за плеча Виды выглянули двое детей: маленький Расел и его сестра Эмма. Их глаза были полны любопытства и лёгкой настороженности, но в них угадывалась надежда. — Привет, — сказал Чип, присев на корточки, чтобы быть на уровне детей. — Я Чип. Не бойтесь меня. Расел медленно приблизился и, робко улыбаясь, протянул руку. Эмма держалась чуть сзади, но не могла скрыть интереса. — Чип… — произнёс Расел с лёгкой робостью, — а завтра ты можешь забрать нас из садика? Эмма кивнула, держа брата за руку: — Да, пожалуйста! Вида, наблюдавшая за этой сценой, почувствовала, как напряжение в груди чуть ослабло. Она смотрела на Чипа и понимала, что он пришёл не только ради неё, но и ради её маленьких детей. Его присутствие давало ощущение защиты, уверенности, что даже в этом мире, полном непредсказуемости, её дети будут в безопасности. Чип кивнул: — Конечно. Завтра я буду там вовремя. И в этот момент тёплый свет, пробивавшийся сквозь окна, словно подтвердил: сегодня начался новый день, в котором уже была надежда, а вместе с ней — чувство, что всё будет хорошо. После того как Чип пообещал забрать детей из садика, напряжение в комнате чуть спало. Вида осторожно улыбнулась, а дети начали смелее подходить к нему. — Хочешь показать им игрушки? — предложила Вида, указывая на яркий уголок с машинками и конструкторами. Чип кивнул и присел рядом с Раселом и Эммой. Он аккуратно подал мальчику машинку, и тот с восторгом взял её в руки, пытаясь завести колёса. Эмма же осторожно взяла в руки маленький плюшевый мишка, и Чип подыграл, делая вид, что мишка оживает. — Смотри, он умеет разговаривать! — сказал он, мягко улыбаясь, — Привет, Эмма! Дети засмеялись. Лёгкость и неподдельная доброта Чипа постепенно растопили холод, который так долго держался в их маленьком мире. Вида села рядом, наблюдая за их играми, и впервые за долгое время почувствовала, что может расслабиться. — Я… я давно не видела, чтобы они так смеялись, — тихо сказала она, глядя на детей. — Всё будет хорошо. Потом Чип предложил устроить маленькую гонку на игрушечных машинках прямо по ковру. Расел и Эмма закричали от радости, подбрасывая машинки и смеясь. Вида помогала им, смеясь вместе с детьми, а Чип наблюдал за ними с лёгкой гордостью и заботой. Позже они устроили мини-пикник прямо на ковре: сэндвичи, фрукты и соки. Дети расставляли маленькие тарелки, помогали накрывать, а Чип подыгрывал каждому, делая вид, что у них праздник для всей семьи. — Чип… спасибо, что пришёл, — тихо сказала Вида, когда дети увлеклись игрой, — я знала, что могу на тебя рассчитывать. — Всегда, — сказал он, улыбаясь, — вы для меня тоже важны.       День постепенно переходил в вечер, и маленькая квартира наполнилась смехом и теплом. Вида, Чип и дети сидели вместе, и в этот момент казалось, что никакие страхи и тревоги уже не могли нарушить их спокойствие.       С каждым моментом Чип всё больше ощущал, что стал частью этой маленькой семьи, а дети начали доверять ему, как самому близкому человеку после матери. И для Виды это было маленькое чудо — увидеть, как её дети снова обретают радость, смех и уверенность.

***

Рита стояла у окна в доме Удонны, держа в руках чашку с остывшим чаем. Волнение не отпускало её ни на секунду — мысли о сыне не давали покоя. Она знала, что Чип сейчас у Виды, и сердце сжалось от тревоги. — Удонна… — сказала она тихо, с лёгкой дрожью в голосе. — покажи мне, что он делает. Мне нужно увидеть… понять, что происходит.       Удонна кивнула и мягким движением руки активировала магический визуализатор, показывающий происходящее у Чипа дома. На экране постепенно проявилась сцена, которая поразила Риту: Чип был на коленях перед двумя маленькими детьми, Раселом и Эммой. Он играл с ними, помогал собирать конструктор, а дети смеялись и весело реагировали на его шутки. Рита замерла, удивление и тревога мгновенно смешались в её взгляде. Она опустила чашку: — У… у Виды есть дети…? — прошептала она, не в силах поверить своим глазам. — И Чип уже сближается с ними. Он заботится о них, они чувствуют, что могут доверять ему. Рита сжала чашку в руках, и в её груди одновременно вспыхнули тревога, материнская ревность и лёгкое облегчение. Сын был рядом с Видой и её детьми, защищал их, смеялся с ними — а она до сих пор не знала, что у Виды вообще есть малыши. — Он… он уже стал частью их маленького мира… — тихо сказала Рита, — и я… я должна это принять. — Значит… вы всё-таки имеете отношение к магии? Льюис не улыбнулся, но в его взгляде появилась лёгкая тёплая искра. — В какой-то степени.       Ответ был осторожный. Слишком осторожный. И именно это окончательно убедило Удонну. Перед ней сидел человек, который занимал важное место в мире магии. Очень важное. Она только ещё не понимала — насколько. Чай в чашках уже немного остыл, но разговор за столом продолжался. Удонна сидела напротив Льюиса, слегка опершись руками о стол. Внешне она выглядела спокойной и дружелюбной, но внутри её любопытство уже давно проснулось. Она внимательно наблюдала за новым знакомым. Льюис держался очень сдержанно. Он говорил мало, почти не жестикулировал, каждое слово было спокойным и точным. Иногда он больше слушал, чем отвечал, и в этом было что-то необычное — словно он привык наблюдать, прежде чем говорить. Удонна слегка улыбнулась. — Моргана рассказывала, что вы археолог, — сказала она, делая глоток чая. — Это интересная работа. Льюис кивнул. — Иногда. — И что именно вы изучаете? Он ненадолго задумался. — Древние места… старые культуры… забытые вещи. Ответ был спокойный, но очень общий. Удонна чуть наклонила голову. — Забытые вещи? Это звучит загадочно. Льюис слегка пожал плечами. — В мире много того, что люди перестали замечать. Моргана тихо усмехнулась, зная, что её муж снова отвечает так, чтобы сказать правду и одновременно не сказать ничего лишнего. Но Удонна не собиралась так просто отступать. — А вы много путешествуете? — продолжила она. — Бывает. — И находите что-нибудь необычное? Льюис посмотрел на неё спокойно. — Иногда. Удонна на секунду рассмеялась. — Вы очень немногословный человек, Льюис. — Это помогает избегать проблем. — Или скрывать тайны? Он слегка улыбнулся уголком губ. — Иногда это одно и то же.       Моргана наблюдала за этим разговором молча. Она видела, как осторожно Удонна пытается прощупать Льюиса. И видела, как спокойно её муж уходит от прямых ответов. Удонна снова внимательно посмотрела на него. — Скажите честно… — мягко произнесла она. — Вы ведь не просто археолог. Льюис спокойно встретил её взгляд. Несколько секунд он молчал. Потом ответил тихо: — Я занимаюсь вещами, которые лучше оставлять… в прошлом. Удонна медленно кивнула. Ответ снова был расплывчатым. Но её интуиция говорила совершенно ясно: этот человек видел древнюю магию, тайные знания и, возможно, участвовал в вещах, о которых обычные маги даже не слышали. Она посмотрела на Моргану. — Ты выбрала очень… необычного мужа. Моргана улыбнулась. — Я знаю.       Льюис спокойно сделал ещё один глоток чая. Он выглядел расслабленным, но внутри прекрасно понимал — Удонна чувствует, что перед ней человек из мира магии. И чем дольше длился разговор, тем труднее становилось скрывать это полностью. Но пока он держался всё так же спокойно. Сдержанно. И очень осторожно. Разговор за столом тек спокойно, хотя в нём всё ещё чувствовалась лёгкая осторожность. Чай уже почти закончился, полевые цветы мягко покачивались в вазе от лёгкого сквозняка. Удонна сидела напротив Морганы и Льюиса, продолжая ненавязчиво расспрашивать их о жизни, о путешествиях, о работе. — Значит, вы действительно мног                  о времени проводите в экспедициях? — спросила она у Льюиса. — Иногда приходится, — спокойно ответил он, держа чашку в руках.       Он говорил ровно, без лишних деталей, как и прежде. Удонна уже собиралась задать ещё один вопрос, когда вдруг на столе рядом с Льюисом завибрировал телефон. Звук был тихим, но резким. Льюис бросил короткий взгляд на экран. И на долю секунды его лицо изменилось. Это было почти незаметно — лишь лёгкое напряжение в глазах и чуть сильнее сжатая челюсть. Но Моргана заметила это сразу. Он поднял телефон. — Извините, — сказал он спокойно, обращаясь к Удонне. И ответил на звонок. — Да. На другом конце линии раздался взволнованный голос его помощника — старого мага, который обычно никогда не звонил без серьёзной причины. Льюис слушал молча. Но через несколько секунд его взгляд стал холоднее. Слова на другом конце были короткими… и тревожными. — …мы пытались стабилизировать поток…но не успели…измерение разрушено. В комнате повисла почти незаметная тишина. Льюис медленно опустил взгляд на стол. — Полностью? — спросил он тихо. Ответ был коротким. — Да. Несколько секунд он молчал. Потом сказал спокойно: — Я понял.       Он завершил звонок. И положил телефон на стол. Внешне он оставался абсолютно спокойным. Но Моргана уже смотрела на него внимательно. Она слишком хорошо знала своего мужа. Она видела, как его пальцы на секунду сжались в кулак, прежде чем снова расслабиться. — Льюис? — тихо спросила она. Он поднял взгляд. — Одно из моих… рабочих мест, — ответил он спокойно. — Больше не существует. Удонна слегка нахмурилась. — Рабочее место? Льюис кивнул. — Старый исследовательский объект.       Ответ снова был осторожным. Но Моргана уже поняла. Что-то произошло. Что-то очень серьёзное. Она чуть наклонилась к нему и тихо сказала: — Что случилось? Он посмотрел на неё. На секунду. И этого взгляда ей хватило. Его глаза были слишком спокойными. Слишком холодными. — Потом, — тихо ответил он.       Моргана медленно кивнула. Она не стала задавать больше вопросов. Но внутри неё уже росло тревожное чувство. Если разрушено измерение, которое контролировал Льюис…значит в мире магии произошло что-то намного более опасное, чем просто случайность.

***

Измерение Лилиан было тихим и почти неподвижным. Высокие деревья с серебристой листвой мягко шуршали под лёгким ветром, а свет, который никогда полностью не становился ни днём, ни ночью, спокойно переливался между каменными колоннами древнего зала. Лилиан стояла у края каменной террасы, глядя на далёкие холмы измерения. Её длинные рыжие волосы слегка колыхались от ветра, а в руках она держала старую книгу с печатями защитной магии. Но читала она уже давно не внимательно. Она чувствовала что-то. Что-то чужое. Позади неё послышались тяжёлые шаги. Её заступник — старый маг, который много лет помогал ей хранить это измерение — остановился у колонны. Его лицо было серьёзным. — Вы тоже это почувствовали… хранительница? Лилиан медленно закрыла книгу. — Да. Она не обернулась сразу. Несколько секунд она просто вслушивалась в магическое пространство вокруг. — Это не просто странный поток энергии, — тихо сказала она. Старый маг подошёл ближе. — Я проверил внешние барьеры. Он сделал паузу. — Их не пробивали. Лилиан нахмурилась. — Значит они не пытаются войти. — Пока нет. Она наконец повернулась к нему. В её зелёных глазах появилось напряжение. — Чья магия? Старый маг посмотрел на неё тяжёлым взглядом. — Я надеялся… что ошибся. Тишина вокруг стала гуще. — Но нет. Он медленно произнёс имя. — Календор. Лилиан замерла. На секунду в её глазах вспыхнула старая, очень старая злость. — Он нашёл след… Старый маг кивнул. — Не напрямую. Но его маги прочёсывают границу измерений. Лилиан подошла ближе к каменному перилам. Её взгляд стал холоднее. — Он ищет Каина.Или вас. Она покачала головой. — Меня он давно ищет. Она тихо выдохнула. — Но сейчас ему нужен мальчик. Старый маг нахмурился. — Мы можем усилить защиту. Лилиан слегка усмехнулась. — Если маги Календора уже чувствуют это место… значит защита сработала слишком хорошо. Он удивлённо посмотрел на неё. — Хорошо? — Да. Она подняла руку, и вокруг террасы на секунду вспыхнули золотые руны защиты. — Они чувствуют только эхо. Настоящий вход скрыт. Старый маг немного успокоился. Но всё равно сказал: — Я всё равно усилю барьеры. Лилиан кивнула. — Сделайте это. Она снова посмотрела на дальние холмы измерения. Где-то там сейчас тренировался Каин. — Календор не остановится, — тихо сказала она. — Я знаю. Значит и мы не остановимся. Старый маг посмотрел на неё с уважением. — Вы уверены, что мальчик готов к тому, что идёт? Лилиан долго молчала. Потом ответила тихо: — Нет. Она закрыла глаза на секунду. — Но времени на подготовку у нас больше нет. Где-то далеко в границах измерения на мгновение вспыхнула чужая магическая искра. И Лилиан сразу почувствовала её. Она медленно открыла глаза. — Они ближе, чем я думала.       В комнате витал лёгкий аромат трав. Моргана что-то рассказывала подруге о своей последней поездке, а Удонна внимательно слушала, иногда задавая вопросы. В комнате витал лёгкий аромат трав. Моргана что-то рассказывала подруге о своей последней поездке, а Удонна внимательно слушала, иногда задавая вопросы. Льюис сидел немного в стороне, как и прежде — сдержанный, спокойный, почти молчаливый. Он держал чашку в руках, наблюдая за разговором двух женщин. Но его внимание внезапно привлёк телефон, который лежал рядом на столе. Экран загорелся. Имя на нём заставило его взгляд на мгновение потемнеть. Лилиан. Он сразу взял телефон. — Прошу прощения, — спокойно сказал он, поднимаясь из-за стола. Он отошёл на несколько шагов к окну и ответил на звонок. — Да. На другом конце линии голос Лилиан звучал тихо, но напряжённо. — Льюис… у нас проблема. Он сразу понял — она не звонит просто так. — Что произошло? На секунду в трубке повисла тишина. — Маги Календора начали поиски. Льюис замер. Его лицо осталось спокойным, но пальцы слегка сжались вокруг телефона. — Где? — Возле границы моего измерения. Он медленно вдохнул. — Они нашли вход? — Нет. Пока нет. Лилиан сделала короткую паузу. — Но они ищут Каина. Льюис закрыл глаза на секунду. Он тихо выдохнул. — Барьеры держатся? — Да. Но их магия уже чувствуется рядом. Несколько секунд он молчал, обдумывая услышанное. — Усиль защиту. — Уже сделала. — И держи Каина подальше от границ измерения. — Он тренируется в центральной зоне, — ответила Лилиан. — Там безопасно. Льюис кивнул, хотя она не могла его видеть. — Я скоро появлюсь. — Хорошо.       Звонок закончился. Он медленно опустил телефон. Через несколько секунд он снова вернулся к столу. Моргана сразу заметила, что что-то изменилось. Он сел так же спокойно, как и раньше… но в его взгляде появилась лёгкая холодная сосредоточенность. — Всё в порядке? — мягко спросила Удонна. Льюис сделал глоток чая. — Рабочие вопросы.       Ответ был коротким. Но Моргана уже смотрела на него внимательнее. Она знала этот взгляд. Он означал только одно. Что-то серьёзное произошло. И когда их взгляды встретились, Льюис едва заметно кивнул ей. Очень маленький жест. Но его было достаточно, чтобы Моргана поняла. Где-то в мире магии началась охота. И её целью был Каин. Разговор за столом у Удонны продолжался, но Льюис уже почти не слушал. Он сидел спокойно, как и раньше, иногда кивая на слова Удонны или Морганы, но его мысли были далеко. Слова Лилиан всё ещё звучали у него в голове: «Маги Календора возле границы измерения… они ищут Каина.» Он понимал — времени на спокойные разговоры больше нет. Но он также знал, что не может просто исчезнуть из дома Удонны без объяснений. Это вызвало бы слишком много вопросов. Льюис медленно поставил чашку на стол. — Прошу прощения, — сказал он спокойно. Удонна посмотрела на него. — Что-то случилось? Он слегка покачал головой. — Ничего серьёзного. Он сделал паузу, словно подбирая слова. — Мне нужно ненадолго отлучиться. У моей сестры… возникла небольшая проблема. Удонна кивнула. — Конечно. Семья всегда важнее разговоров. — Спасибо. Он поднялся из-за стола. В этот момент Моргана тоже посмотрела на него. Она чувствовала, что причина гораздо серьёзнее, чем он говорит. Льюис встретился с ней взглядом. — Я быстро, — сказал он спокойно. Потом добавил чуть тише, чтобы слышала только она: — Лилиан нужно помочь. Моргана едва заметно напряглась. — Что произошло? Он покачал головой. — Объясню позже. Затем тихо добавил: — Когда будешь уходить от Удонны… перенесись к ней. Она поняла. Её взгляд стал серьёзнее. — Хорошо. Удонна тем временем поднялась, чтобы проводить его до двери. — Надеюсь, ничего серьёзного не произошло. Льюис слегка улыбнулся — спокойной, почти мягкой улыбкой. — У моей сестры иногда бывают… сложные дни. Удонна тихо усмехнулась. — Тогда передайте ей мои пожелания удачи. — Обязательно. Он вышел на крыльцо дома. Дверь закрылась. И выражение его лица сразу изменилось. Спокойствие исчезло. Он посмотрел в сторону леса, и в его глазах появилась холодная сосредоточенность. — Календор… — тихо произнёс он. Через секунду вокруг него вспыхнула тёмная магическая энергия. И Льюис исчез, переносясь в измерение Лилиан — туда, где уже начиналась новая опасность.       За окном шелестел ветер, слегка качая ветви деревьев, а в комнате всё ещё стоял аромат чая и полевых цветов, которые он принёс. Удонна несколько секунд смотрела на дверь, словно задумавшись о чём-то. Потом медленно вернулась к столу и села напротив Морганы. Она не спешила говорить. Просто взяла чашку, сделала глоток чая… и внимательно посмотрела на подругу. Моргана сразу почувствовала этот взгляд. Она знала Удонну слишком давно, чтобы не понять: та что-то почувствовала. — Ты хочешь что-то спросить, — спокойно сказала Моргана. Удонна чуть улыбнулась. — Ты меня слишком хорошо знаешь. На несколько секунд повисла тишина. Потом Удонна аккуратно поставила чашку на стол. — Морго… — мягко сказала она. — Кто на самом деле твой муж? Моргана слегка вздохнула. Она ожидала этого вопроса. — Он мой муж, — спокойно ответила она. Удонна тихо усмехнулась. — Это я уже поняла. Она наклонилась чуть ближе. — Но он не просто археолог. Моргана ничего не ответила. Удонна продолжила: — Он чувствует магию. Очень хорошо чувствует. Он говорит осторожно, как человек, привыкший скрывать знания. И когда ему позвонили… он изменился. Моргана посмотрела на неё внимательно. — Ты очень наблюдательная. Удонна слегка покачала головой. — Это не наблюдательность. Это опыт. Она немного помолчала. — Я прожила достаточно времени в мире магии, чтобы чувствовать силу людей. Она посмотрела в сторону двери, куда недавно вышел Льюис. — И твой муж… обладает силой. Моргана медленно вздохнула. — Он не любит говорить о себе. — Я заметила. — И он не делает этого из гордости. Удонна нахмурилась. — Тогда почему? Моргана некоторое время молчала. Потом тихо сказала: — Потому что многие вещи становятся опасными, когда о них начинают говорить. Удонна внимательно смотрела на неё. — Значит, он действительно связан с миром магии. — Да. — И не просто связан. Моргана чуть улыбнулась. — Нет… не просто. Удонна провела пальцами по краю чашки. — Морго… я не собираюсь вытягивать из тебя тайны. Она подняла глаза. — Но я должна знать одно. Моргана слегка напряглась. — Что именно? Удонна спросила тихо, но серьёзно: — Твой муж… на стороне света? Моргана не колебалась ни секунды. — Да. Ответ прозвучал уверенно. И искренне. Удонна заметно расслабилась. Она откинулась на спинку стула и тихо выдохнула. — Тогда этого достаточно. Моргана посмотрела на неё с лёгкой благодарностью. Но Удонна вдруг добавила, чуть улыбнувшись: — Хотя признаюсь честно… Она посмотрела в сторону вазы с полевыми цветами. — Мне всё равно кажется, что твой муж гораздо более необычный, чем ты сейчас признаёшь. Моргана тихо рассмеялась. — Возможно.       И в её голосе прозвучала лёгкая, почти тёплая тайна. Слова Морганы ещё звучали в комнате, но Удонна вдруг замолчала. Её взгляд на мгновение остановился на полевых цветах в вазе. Что-то в этом букете… в спокойствии Льюиса, в том, как он держался… странным образом задело старое воспоминание. Очень далёкое. Тёплое. Она слегка улыбнулась, будто увидела что-то только ей одной понятное. — Знаешь… — тихо сказала Удонна. — Ты сейчас напомнила мне одну старую историю. Моргана посмотрела на неё с лёгким любопытством. — Какую? Удонна мягко усмехнулась. И воспоминание само всплыло в её памяти.       Это было много лет назад. Дом в лесу был наполнен вечерним светом. За окнами уже сгущались сумерки, а в камине тихо потрескивали дрова. Воздух пах травами, которые Удонна сушила для зелий. На ковре возле камина сидел маленький мальчик — её сын. Льюис. Ему было не больше пяти лет. Светлые волосы падали на глаза, а рядом на полу лежали деревянные фигурки рыцарей и магов, которыми он увлечённо играл. Удонна тогда сидела за столом, перебирая травы. — Мам! — вдруг громко заявил мальчик. Она повернулась. — Что случилось, Льюис? Мальчик поднялся на ноги, очень серьёзный, как будто собирался объявить что-то невероятно важное. — Когда я вырасту… Он сделал паузу. — Моргана станет моей женой. Удонна на секунду растерялась. А потом тихо рассмеялась. — Правда? Льюис уверенно кивнул. — Да! — А ты спросил у Морганы, хочет ли она этого? Мальчик нахмурился, будто такой вопрос даже не приходил ему в голову. — Она согласится. — Почему ты так уверен? Он пожал плечами. — Потому что она самая сильная. Удонна улыбнулась. — Сильная? — Да. Он начал объяснять, размахивая руками: — Она не боится тёмного леса… Она может победить любого монстра…И она самая красивая. Удонна едва сдерживала смех. — Значит, ты уже всё решил? Мальчик кивнул с абсолютной серьёзностью. — Да. Он поднял деревянную фигурку рыцаря. — Я буду её защищать. Удонна подошла к нему и мягко взъерошила его волосы. — Тогда тебе придётся очень постараться, маленький рыцарь. Льюис гордо выпрямился. — Я смогу. Камин тихо трещал, а за окном медленно опускалась ночь. И в тот момент это было просто милое детское обещание, сказанное с полной уверенностью маленького мальчика. Удонна тихо вернулась из воспоминания. На её губах появилась мягкая, почти ностальгическая улыбка. — Мой сын… — сказала она тихо. — Когда был маленьким, всё время утверждал, что однажды женится на тебе. Моргана удивлённо посмотрела на неё. — Правда? Удонна кивнула, всё ещё улыбаясь. — С полной уверенностью. Она посмотрела на огонь в камине. — Он был очень упрямым ребёнком.       И в её голосе прозвучала тёплая материнская нежность… даже спустя столько лет. Моргана вздохнула. Она чувствовала, как на неё давит желание сказать что-то большее. Она хотела намекнуть на правду о детях Удонны — на то, что они живы, — но не знала, как это воспримут Льюис и Лилиан, если узнают. — Иногда… — начала она тихо, выбирая слова, словно осторожно ступала по льду, — люди сохраняют вещи в тени, потому что боятся, что правда слишком сильная для других. Удонна кивнула, её взгляд стал внимательнее. — Понимаю… — сказала она, тихо, почти шёпотом. — Но иногда тьма и правда пересекаются, и тогда всё становится яснее. Моргана слегка улыбнулась, осторожно позволяя себе намёк: — Иногда то, что кажется скрытым, живёт где-то рядом. И если очень внимательно смотреть… можно понять, что не всё потеряно Измерение Лилиан обычно сияло мягким золотистым светом, который струился сквозь высокие арки дворца. Но сегодня свет казался холодным, почти тревожным. Воздух был тяжёлым, словно сам мир предчувствовал опасность. Лилиан стояла у окна, её взгляд блуждал по мерцающему горизонту. Внутри неё росло чувство тревоги, будто невидимая рука коснулась сердца. Она чувствовала присутствие чужой магии — сильной и опасной. В комнату вошёл Льюис, сигарета в руке, его лицо было спокойно, но глаза выдавали внутреннее напряжение. — Лилиан… — начал он тихо, — одно из моих измерений разрушено. Она резко обернулась, чувствуя, как тревога обострилась. — Разрушено? Как? — спросила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Сейчас не время обсуждать детали, — ответил Льюис. — Главное — Каин в опасности. Нам нужно перевести его в наше общее измерение, где у нас есть совет, который сможет его защитить. Лилиан глубоко вздохнула. — Но как? — тихо сказала она. — Перенос между измерениями — это риск. Льюис сделал шаг ближе, его голос был тихим, но твёрдым: — Я знаю, поэтому мы должны действовать быстро. Ты доверяешь мне? Она кивнула, но тревога не уходила. В её мыслях возникло имя Календор. Она вспомнила его холодные глаза, его хитрость и разрушительную магию, которая когда-то уничтожала измерения. — Льюис… — начала она, слегка дрожа, — я чувствую… Календор здесь. Он вышел на моё измерение. Льюис нахмурился, и впервые в его глазах мелькнула напряжённая тень. — Ты уверена? — спросил он, голос стал холоднее. — Да, — ответила Лилиан, тяжело дыша. — Я ощущаю его силу, его магию… Он нашёл меня.       Льюис молча сделал несколько шагов к окну, его взгляд устремился в пространство измерения. Он видел то, что скрыто от обычного глаза: магические следы, линии силы, которые Календор оставлял, пробуя проникнуть в её мир. — Хорошо, — сказал он наконец, обернувшись к Лилиан. — Нам нужно действовать быстро и осторожно. Каин должен быть переведён, чтобы он был в безопасности. Лилиан опустила взгляд, мысленно перебирая возможные сценарии. Она знала, что Календор — не просто противник. Он хитёр, коварен и безжалостен. Если он узнает, где находится Каин, все их усилия могут рухнуть. — Льюис, — тихо сказала она, — если что-то случится с Каином… — Ничего не случится, — перебил он, уверенно, но с едва заметным напряжением в голосе. — Я его защищу. Лилиан кивнула, стараясь успокоить сердце. Она видела силу и решимость в Льюисе, ту же, что когда-то проявлялась у маленького мальчика, упрямого и решительного, который всегда шел напролом. — Хорошо, — сказала она, всё ещё слегка тревожась, — мы действуем. Льюис кивнул, опуская взгляд на сигарету, сжав её пальцами. — Время осторожности закончилось, — тихо сказал он. — Нужно действовать, и нужно сделать это сейчас.       Мягкий свет измерения словно усилился, отражая напряжение и решимость обоих. Лилиан понимала: впереди — опасность, но вместе они смогут защитить Каина и сохранить баланс магии. И в этом свете тревога переплеталась с решимостью, а мысли о Календоре заставляли сердце биться быстрее. Он был близко, слишком близко, но они были готовы встретить его, стоя плечом к плечу.       Измерение Льюиса и Лилиан было одновременно тёмным и светлым — магия Доброй и Темной силы переплеталась здесь, создавая странное ощущение равновесия. Тени мягко растягивались по аркам и коридорам, а светные линии защиты мерцали на стенах, как тонкие нити судьбы. Каждое движение, каждый звук здесь казался важным. Рядом появилась его заместительница — девушка лет восемнадцати с жёлто-зелёными волосами, переливающимися на фоне мерцающего света. Её взгляд был сосредоточен, но сердце колотилось быстрее обычного: тайная привязанность к Льюису придавала каждому её движению лёгкую робость. — Комната для Каина готова, — сказала она, слегка опустив взгляд, чтобы скрыть дрожь в голосе. — Всё проверено, заклинания активированы, защиты усилены. Льюис кивнул, оценивая её работу. Его глаза, полные спокойствия и опыта, быстро пробежали по символам и заклинаниям. — Отлично, — ответил он ровно. — Он будет в безопасности. Хорошая работа. Девушка едва заметно улыбнулась, и её щеки слегка покраснели. Она знала, что Льюис видит не только результаты её работы, но и её старания, её преданность. — Если что-то будет не так, — тихо добавила она, — я поправлю сразу. — Я уверен, — сказал Льюис, едва улыбнувшись, — но пока могу довериться тебе полностью. Он продолжал говорить спокойно, но уверенно: — Убедись, что все заклинания останутся стабильными, когда Каин прибудет. Каждая деталь имеет значение. — Понимаю, — кивнула девушка. — Я прослежу за каждой энергией, каждая защита будет усилена. Их взгляды встретились на мгновение, и Льюис уловил решимость в её глазах, но не догадался о чувствах, которые скрывались за этим взглядом. Мягкий свет измерения плавно переливался, освещая их лица, а тёмные тени создавали ощущение тайны. В этом пространстве, где магия Доброй и Темной силы была одновременно мощной и хрупкой, каждый жест и каждое слово имели значение. Льюис стоял у центра комнаты, спокойный, но с напряжением в глазах. Он обращался к своей заместительнице — молодой девушке с жёлто-зелёными волосами, чьи глаза скрывали одновременно тревогу и некую робость. — Ладно, скажи прямо, — тихо начал он, голос ровный, но с оттенком ожидания. — Что на самом деле ты сделала? Девушка глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и произнесла почти шёпотом: — Я… я помогла найти след Хранительницы Врат темному волшебнику… древнему Ворксу. Сначала я должна была передать информацию полностью, как было приказано, но… я не смогла.       Льюис замер, внимательно слушая каждое её слово, чувствуя, как тянется невидимая нить между правдой и последствиями её действий. — Ты понимаешь, к каким последствиям это могло привести? — спросил он спокойно, но его взгляд был пронзительным. — Да… я знаю… — прошептала она, едва сдерживая дрожь. — Я… я не смогла полностью выдать Хранительницу. Я… я не могла. Именно в этот момент, тихо и незаметно, Моргана появилась в измерении. Она спряталась в тени, но каждое слово доходило до неё отчётливо. Её сердце сжалось: в голосе девушки звучала вина и страх, а в глазах — искреннее стремление не навредить. — Она тайно помогала Ворксу? — подумала Морго, — и всё же доверие Льюиса к ней сейчас будет испытано. Льюис сделал шаг вперёд, удерживая дыхание, словно сам выбирал слова, которые смогут повлиять на будущее. — Ты поступила правильно, — наконец сказал он, тихо и ровно. — Но помни: каждая твоя ошибка или решение здесь имеет последствия не только для тебя, но и для всех, кого мы защищаем.       Девушка кивнула, её глаза блестели от слёз, но она была готова слушать, готова учиться, готова работать ради цели, которая была выше её страха и чувств. Моргана же, стоя в тени, поняла: здесь нет случайных действий. Всё, что происходит, связано с равновесием магии, и даже маленькая тайна может изменить ход событий. Селестина стояла рядом с Льюисом, её жёлто-зелёные волосы мягко переливались в мерцающем свете измерения Хранителей. Она следила за каждым движением Льюиса. Они оба одновременно почувствовали мягкое, но настороженное присутствие: кто-то наблюдает. — Чувствуешь это? — спросил он тихо, взглядом обводя мерцающие тени. Селестина замерла, ощутив энергию, которая была одновременно знакомой и настораживающей. Она поняла, что это Моргана, пришедшая в измерение тихо, почти незаметно. — Она здесь… — прошептала Селестина, слегка напрягаясь. — Думаю, мне лучше оставить вас одних. Льюис слегка кивнул, Селестина сделала шаг назад, её движения были лёгкими, грациозными, словно она растворялась в мягком свете измерения. Её взгляд задержался на Льюисе и Морго, и в нём мелькнула легкая смесь уважения и тихой ревности. — Буду рядом, если что-то понадобится, — сказала она, прежде чем исчезнуть за аркой, оставив Льюиса и Морго одних в этом темно-светлом пространстве. Моргана чувствовала силу и уверенность мужчины, а также ту скрытую заботу и ответственность, с которой он ведёт всё это измерение. Он держал в руке сигарету, слегка наклонив голову, будто пытаясь сосредоточиться перед важной задачей. — Льюис… — сказала она мягко, подойдя ближе. — Не стоит сейчас… — её пальцы осторожно коснулись его руки и мягко гасили сигарету, погасив огонёк. Он слегка улыбнулся, ощутив тепло её заботы. Его глаза встретились с её глазами — глубокие, спокойные, полные доверия. Морго положила ладонь на его плечо, чуть прижимаясь к нему, словно хотела передать всю уверенность и поддержку, которая у неё была. — Я с тобой, — прошептала она тихо, почти на уровне сердца. — Всё будет хорошо. Льюис глубоко вдохнул, ощутив магическую энергию измерения вокруг них, и в этот момент его тело расслабилось, плечи опустились. Его рука мягко коснулась её пальцев, как будто благодарила за нежность и понимание. — Спасибо… — тихо произнёс он. — Это… важно для меня.       Момент был тихим, почти интимным. Морго чуть наклонилась, прижимаясь к нему ближе, а Льюис позволил себе на мгновение забыть обо всём остальном, ощущая тепло и заботу, которые исходили от женщины рядом. И в этой мягкой, почти домашней атмосфере он чувствовал, что его сила под контролем, что тьма внутри пока не требует выхода, что есть кто-то, кому он может довериться полностью.       Но это было лишь передышкой: вокруг мерцали тени, и где-то глубоко внутри него тёмная сторона Киццуне уже начинала пробуждаться, тихо ожидая момента, чтобы проявиться. Морго стояла рядом, удерживая его взгляд, ощущая в воздухе напряжение, которое нарастало с каждой секундой. Сначала это было почти незаметно — лёгкая дрожь в плечах Льюиса, тень в глазах, которая мелькнула слишком быстро. Но затем тёмная сторона Киццуне начала пробуждаться, медленно заполняя сознание Льюиса, словно незримый вихрь, пытаясь взять над ним контроль.       Его движения стали резкими, взгляд пронзительным, тело дернуло непроизвольно. Морго почувствовала, как магия вокруг них сжимается, наполняясь опасной энергией. — Льюис! — воскликнула она, делая шаг ближе. — Держись!       Но внутренняя тьма почти овладела им. В мгновение он почувствовал желание, которое могло навредить… ей. Морго, его жена, стояла рядом, и его разум дрожал от возможности причинить ей боль. В самый критический момент Льюис сжал зубы и собрал всю силу воли. Сердце билось бешено, дыхание сбивалось, но он удержался. Он глубоко вдохнул, сосредоточился на Морго и на том, что она для него значит, и вернул контроль над собой. Вихрь тёмной энергии рассеялся, оставляя лишь лёгкое мерцание в воздухе. Льюис упал на колени, тяжело опираясь руками на пол, усталый и уязвимый. — Морго… — выдохнул он, и голос был слаб, почти трепетный. Она бросилась к нему, обняла его, прижимая к себе. Его руки инстинктивно обвили её, и они оба почувствовали, как страх постепенно отступает, уступая место спокойствию и безопасности. — Всё будет хорошо, — шептала она ему, удерживая его голову на плече. — Ты справился. Ты контролируешь себя. Я рядом.       Льюис закрыл глаза, чувствуя тепло её присутствия, и впервые за долгий момент позволил себе быть слабым. Он знал, что тьма внутри него ещё существует, но сейчас он видел, что с Морго рядом он может устоять, и даже самые сильные силы Киццуне не смогут его победить, пока она рядом. Измерение снова успокоилось, свет и тени мягко переплелись, отражая восстановленное равновесие — но напоминание о внутренней борьбе оставалось, тихо дыша между светом и тьмой.

***

      Измерение тёмного мага Воркса всегда казалось Селестине чужим. Холодные каменные стены, запах старой магии и тяжёлый воздух, будто пропитанный силой оборотней, которыми управлял хозяин этого места. Селестина стояла перед Ворксом спокойно, хотя внутри неё всё было напряжено. Её жёлто-зелёные волосы мягко падали на плечи, а глаза внимательно следили за каждым движением древнего мага. — Ты снова отправишься в измерение Хранителей, — медленно произнёс Воркс, его голос звучал словно из глубины старых пещер. — Мне нужен новый сигнал. Любая информация о мальчике… и о тех, кто его защищает. Селестина едва заметно кивнула. — Я сделаю всё, что нужно.       Но в этот момент внутри неё что-то болезненно дрогнуло. Потому что, услышав эти слова, она подумала не о задании… а о Льюисе. О том, как он стоял в своём измерении между светом и тьмой, спокойный, сдержанный, сильный. О том, как он говорил с ней без высокомерия, как с равной. О том, как его голос всегда был тихим, но уверенным. Она вспомнила момент, когда сообщила ему, что комната для Каина готова. Он тогда лишь слегка кивнул и сказал: — Хорошая работа, Селестина.       Всего несколько слов. Но почему-то именно тогда её сердце странно сжалось. Сейчас, стоя в холодном зале Воркса, она внезапно поняла правду. Она думала о Льюисе слишком часто. Она ловила себя на том, что следит за каждым его взглядом. Её радовало, когда он говорил с ней. И странная боль появлялась каждый раз, когда рядом с ним была Моргана. Селестина медленно опустила взгляд. — Что-то не так? — заметил Воркс. — Нет, — спокойно ответила она. — Я просто обдумываю задание.       Но в этот момент она уже знала. Это было не уважение. Не восхищение силой Хранителя. Это было намного опаснее. Селестина тихо выдохнула, словно признаваясь самой себе в том, чего боялась. Она влюбилась в Льюиса. И хуже всего было то, что она понимала — этого никогда не должно было случиться. Потому что Льюис принадлежал не ей. Он принадлежал Моргане. А значит это чувство должно было остаться тайной… глубоко в её сердце.       Старые каменные стены уходили высоко вверх, а между ними медленно двигались тени — словно сама магия этого мира дышала и наблюдала. Селестина стояла перед Ворксом, выпрямившись, как всегда. Она уже получила задание, но древний маг не спешил её отпускать. Он молча наблюдал за ней. Его глаза, старые и слишком мудрые, словно видели намного больше, чем обычные люди могли понять. — Селестина… — медленно произнёс он. Девушка подняла взгляд. — Да, мастер? Воркс слегка наклонил голову, изучая её лицо. — Ты сегодня думаешь не о задании. Она едва заметно нахмурилась. — Вы ошибаетесь. Но Воркс тихо усмехнулся. — Я живу слишком долго, чтобы ошибаться в таких вещах. Он сделал несколько медленных шагов по залу, опираясь на свой древний посох. — Ты думаешь о Хранителе. Сердце Селестины на мгновение дрогнуло. Она сразу поняла, о ком он говорит. Но постаралась сохранить спокойствие. — Я думаю о работе. Он мой господин и лидер. Воркс остановился. — Нет, — спокойно сказал он. — Ты думаешь о Льюисе. В зале на мгновение стало совершенно тихо. Селестина сжала пальцы. — Это не так. Но Воркс снова усмехнулся, на этот раз чуть мягче. — Ты смотришь на него иначе. Он повернулся к ней лицом. — Ты защищаешь его даже тогда, когда никто об этом не просит. Селестина отвела взгляд. Она чувствовала, как внутри растёт неприятное чувство — будто её тайну просто взяли и положили на стол. — Даже если это так… — тихо сказала она. — Это ничего не меняет. — О, меняет, — спокойно ответил Воркс. Он посмотрел куда-то в сторону, словно размышляя. — Льюис — не простой маг. Он стоит между светом и тьмой. И вокруг него всегда будут люди… которые хотят либо спасти его, либо уничтожить. Он снова перевёл взгляд на девушку. — А ты хочешь быть рядом с ним. Селестина ничего не ответила. Воркс заметил это молчание. — Но есть одна проблема, — продолжил он. — Какая? — Его сердце уже занято. Имя Морганы он не произнёс. Но Селестина и так знала. Она тихо выдохнула. — Я это понимаю. Воркс внимательно посмотрел на неё. — Тогда будь осторожна, девочка. Он поднял посох, и вокруг него медленно задвигалась тёмная энергия. — Любовь к таким людям… часто заканчивается болью. Селестина снова подняла голову. Но на этот раз в её глазах появилась решимость. — Я не прошу его любви. Воркс чуть прищурился. — Тогда чего ты хочешь? Селестина ответила почти шёпотом: — Просто быть рядом… и защищать его. На мгновение древний маг замолчал. А затем тихо произнёс: — Интересно… Он развернулся к окну, за которым двигались тени оборотней. — Потому что рано или поздно тебе придётся выбрать…между Льюисом и моими заданиями. Которые будут помогать мне но вредить ему. Селестина медленно поклонилась. — Когда этот момент придёт… я приму решение. Но уходя из зала, она уже понимала — этот выбор может оказаться самым трудным в её жизни.       Тёмное измерение Воркса было погружено в полумрак. В центре зала, среди древних рун и каменных кругов, медленно вращалась магическая сфера наблюдения. Внутри неё переливались нити энергии — образы других миров, других измерений. Воркс стоял перед сферой, опираясь на свой длинный посох. В глубине магического света появилось знакомое место — измерение Лилиан. Серебристый лес, мягкий свет, тихая магия жизни. И она. Лилиан стояла на краю каменной террасы, ветер слегка поднимал её волосы. Она смотрела вдаль, словно пытаясь почувствовать магию окружающего мира. Воркс молча наблюдал. Его лицо оставалось холодным, как и всегда, но взгляд был слишком долгим. В этот момент за его спиной тихо раздался голос. — Я так и знал. Воркс даже не повернулся. — Малкарис.       Из тени медленно вышел высокий мужчина в тёмном плаще. Его глаза светились древней силой — той самой, о которой ходили легенды среди магов. Сила Малкариса была настолько велика, что многие великие маги предпочитали никогда не становиться его врагами. Он подошёл ближе и посмотрел на сферу. На Лилиан. Затем тихо усмехнулся. — Сколько времени прошло… а ты всё ещё смотришь на неё так. Воркс слегка сжал посох. — Я наблюдаю за Хранителями. Это часть моей стратегии. Малкарис тихо рассмеялся. — Конечно. Он медленно обошёл сферу. — Именно поэтому ты выбрал её измерение для наблюдения. Воркс молчал. Малкарис остановился рядом с ним и наклонился чуть ближе. — Или, может быть… дело не только в стратегии? В этот момент в сфере Лилиан повернула голову, словно почувствовала чужой взгляд. Её глаза на секунду стали настороженными. Воркс тихо произнёс заклинание, и изображение стало более размытым. — Ты играешь в опасные игры, Малкарис. Но древний маг лишь улыбнулся. — Нет. Я просто говорю правду. Он снова посмотрел на образ девушки. — Знаешь… самое забавное в этой истории? Воркс ничего не ответил. Малкарис продолжил: — Твоя тёмная сторона давно её забыла. Он сделал паузу. — Но твоя человеческая сторона… Лео… всё ещё любит её. В зале стало холоднее. Магическая сфера на мгновение дрогнула. Воркс медленно повернул голову к Малкарису. — Ты слишком много говоришь. Но тот лишь пожал плечами. — Я просто наблюдаю. Он снова посмотрел на Лилиан в сфере. — Когда-то ты был другим. Не Ворксом… не хозяином оборотней. Он тихо добавил: — Ты был Лео. На мгновение в глазах Воркса вспыхнула странная тень. Словно внутри него действительно боролись две личности. Но через секунду холод вернулся. — Лео больше не существует. Малкарис тихо усмехнулся. — Правда? Он кивнул в сторону сферы. — Тогда почему ты смотришь на неё так долго? Воркс ничего не ответил. Он просто стоял и смотрел на Лилиан. А где-то глубоко внутри него тихий голос, который он давно пытался заглушить, всё ещё помнил её имя.

***

      Ночной клуб гремел музыкой. Свет прожекторов скользил по танцполу, люди смеялись, танцевали и не обращали внимания на то, как у входа появилась женщина в светлом плаще. Удонна остановилась у двери, оглядывая зал. Её спокойный взгляд быстро нашёл знакомые лица. За столиком неподалёку сидели Мэдисон, Зандер и Чип. Они разговаривали и смеялись, а музыка заглушала почти всё вокруг. Удонна чуть улыбнулась, увидев их. Но она не подошла сразу. Вместо этого она встретилась взглядом с Чипом и слегка кивнула ему, показывая жестом на выход. Чип сначала не понял. — Подожди… — сказал он друзьям, прищурившись. — Мне кажется… Он снова посмотрел на вход. И увидел её. — Это же Удонна… Он поднялся со стула. — Я сейчас. — Куда ты? — спросил Зандер. — Сейчас вернусь. Чип быстро прошёл через зал и вышел из клуба. На улице было намного тише. Ночной воздух был прохладным, и шум музыки теперь звучал лишь приглушённым эхом за дверями. Удонна стояла рядом со зданием клуба, освещённая мягким светом фонаря. — Удонна! — удивлённо сказал Чип. — Вы почему не зашли? Она тепло улыбнулась ему. — Я хотела сначала поговорить с тобой. Чип подошёл ближе и, не скрывая радости, крепко обнял её. — Я так рад вас видеть. Удонна мягко обняла его в ответ. — И я рада тебя видеть, Чип. Он немного отстранился. — Что-то случилось? Удонна посмотрела на двери клуба, за которыми всё ещё гремела музыка. — Мне нужна твоя помощь. Чип сразу стал серьёзнее. — Какая? Она снова перевела взгляд на него. — Мне нужно поговорить с остальными… с вами всеми. — С рейнджерами? — тихо спросил Чип. Удонна слегка кивнула. — Да. Он на секунду задумался. — Они пока не совсем понимают… что происходит. — Именно поэтому мне нужна твоя помощь, — спокойно сказала Удонна. — Ты уже знаешь больше остальных. Они доверяют тебе. Чип немного смутился. — Я? — Да, — ответила она мягко. — Иногда самый важный человек в команде — тот, кто умеет объединять друзей. Он улыбнулся. — Ладно… попробуем. Чип повернулся к двери клуба. — Пойдём. Я позову их. Но прежде чем открыть дверь, он снова посмотрел на Удонну. — Вы ведь правда думаете, что мы сможем стать рейнджерами? Удонна посмотрела на него с той спокойной уверенностью, которая всегда была в её глазах. — Я в этом уверена. Чип широко улыбнулся. — Тогда им точно стоит это услышать. И он открыл дверь клуба, готовый позвать друзей на разговор, который мог изменить их жизни.       Позади ночного клуба было гораздо тише. Музыка всё ещё гремела за стенами здания, но здесь, под жёлтым светом уличного фонаря, воздух казался спокойнее. Чип привёл друзей, немного волнуясь. Он всё ещё не был уверен, как именно объяснить им происходящее. — Чип, может объяснишь, зачем мы тут? — спросила Вида, скрестив руки и опираясь на кирпичную стену. — Да, — добавил Зандер. — Ты выглядишь так, будто сейчас собираешься объявить конец света. Чип нервно усмехнулся. — Не совсем… Мэдисон заметила женщину, стоящую чуть в стороне. — Чип… а это кто? Он повернулся. — Это… Удонна. Все взгляды обратились к ней. Женщина подошла ближе. Её рыжие волосы слегка колыхались на ночном ветру, а в глазах была спокойная уверенность. — Рада познакомиться с вами, — мягко сказала она. Зандер протянул руку. — Зандер. — Мэдисон, — тихо сказала девушка. Вида лишь слегка кивнула. — Вида. Несколько секунд стояла неловкая тишина. — Итак… — Вида первой нарушила молчание. — Чип вытащил нас из клуба, чтобы познакомить с…? Она посмотрела на Чипа. — Моей знакомой, — быстро сказал он. — Очень важной знакомой. Удонна слегка улыбнулась. — Спасибо, Чип. Зандер прищурился. — Хорошо… тогда вопрос. Почему мы здесь? Удонна посмотрела на каждого из них. — Потому что скоро в вашей жизни начнут происходить странные вещи. Вида фыркнула. — Уже происходят. Чип стал слишком серьёзным. Чип вздохнул. — Вида… Удонна подняла руку, мягко останавливая его. — Всё нормально. Она немного помолчала. — Я пришла к вам не случайно. Мэдисон осторожно спросила: — Тогда зачем? Удонна на секунду задумалась, словно выбирая слова. — Когда-то я тоже жила обычной жизнью. Она посмотрела на тёмное небо. — У меня была семья. Муж… и дети. Чип уже слышал эту историю, но остальные слушали впервые. — Мой муж был человеком, который всегда защищал других, — продолжила она. — Он верил, что мир можно сделать лучше. Зандер тихо сказал: — Значит он был хорошим человеком. — Он и был таким, — ответила Удонна. Её голос стал немного тише. — Но однажды случилось нечто, что изменило всё. Мэдисон нахмурилась. — Что именно? Удонна опустила взгляд. — Я потеряла их. Наступила тишина. Вида перестала улыбаться. — Простите… — тихо сказала Мэдисон. Удонна мягко кивнула. — После этого я долго не понимала, зачем мне продолжать жить. Чип посмотрел на неё с сочувствием. — Но вы всё-таки нашли причину. Она слегка улыбнулась. — Да. Ксандер осторожно спросил: — И какая это причина? Удонна посмотрела прямо на них. — Иногда судьба приводит людей туда, где они нужны больше всего. Вида прищурилась. — Это звучит… загадочно. — Возможно, — спокойно сказала Удонна. Чип немного нервно провёл рукой по волосам. — Ребята… есть вещи, которые я уже знаю… но вам пока сложно поверить. Зандер посмотрел на него. — Например? Чип открыл рот… но остановился. Он посмотрел на Удонну. Она слегка покачала головой. — Пока не нужно. Вида вздохнула. — Ладно, теперь мне ещё интереснее. Удонна мягко улыбнулась. — Всё, что вам нужно знать сейчас — это то, что впереди вас ждёт нечто важное. Мэдисон тихо спросила: — А если мы не хотим? Удонна посмотрела на неё очень спокойно. — Тогда вы сможете жить обычной жизнью. Зандер усмехнулся. — Вы говорите так, будто у нас есть выбор. — Выбор есть всегда, — ответила она. Чип посмотрел на друзей. — Просто… доверьтесь мне. Вида внимательно посмотрела на него. — Чип, ты ведь правда что-то знаешь. Он немного улыбнулся. — Да. Она вздохнула. — Отлично. Значит теперь ты обязан всё нам рассказать. Удонна тихо рассмеялась. — Похоже, разговор только начинается. И в этот момент никто из них ещё не понимал, что этот обычный ночной разговор возле клуба станет началом их настоящей истории. Удонна снова посмотрела на них. — Но правда в том, что скоро магический мир окажется в опасности. Мэдисон напряглась. — И мы… тут при чём? Удонна ответила спокойно: — Потому что у вас есть сила, которая может помочь защитить этот мир. Вида тихо рассмеялась. — Подождите… вы хотите сказать, что мы должны стать… кем? Чип посмотрел на неё. — Рейнджерами. Наступила тишина. Зандер медленно произнёс: — Это звучит как начало очень странного фильма. Вида задумалась пару секунд… а потом широко улыбнулась. — Честно? Я за любой кипиш. Чип рассмеялся. — Я тоже. Он посмотрел на Удонну. — Если это правда может помочь людям… я готов. Мэдисон всё ещё выглядела тревожно. — Это… опасно, да? Удонна честно ответила: — Да. Мэдисон опустила взгляд. — Я никогда не мечтала быть героем… Она посмотрела на Виду. — Но куда я денусь, если моя сестра полезет в это? Вида усмехнулась. — Вот видишь. Зандер развёл руками. — Ну а куда вы без меня? Он улыбнулся. — Кто-то же должен спасать ситуацию, когда всё пойдёт не так. Чип засмеялся. — Значит… мы согласны? Ребята переглянулись. И почти одновременно кивнули. Удонна смотрела на них с тёплой улыбкой. — Я знала, что вы сделаете этот выбор. Но затем её взгляд стал внимательнее. — Подождите… Она пересчитала их взглядом. — Вас должно быть пятеро. Зандер нахмурился. — А, Ник. Чип кивнул. — Да, его сегодня нет. — Где он? — спросила Удонна. Мэдисон ответила: — У него семейный ужин. Вида усмехнулась. — Очень важный ужин, судя по всему. Чип задумчиво сказал: — Думаю, ему тоже стоит услышать эту информацию. Удонна мягко кивнула. — Услышит. Она посмотрела на ночное небо. — Потому что судьба уже начала собирать вас вместе. И никто из них ещё не знал, насколько сильно эта судьба изменит их жизни. Несколько секунд после слов Удонны стояла тишина. И вдруг её прервал Зандер. — Подождите… — он поднял руку. — То есть вы хотите сказать, что мы реально можем стать… героями? Вида усмехнулась. — Ты это так сказал, будто уже представляешь себя на плакате. Зандер пожал плечами. — Ну а что? Если есть шанс..Значит… всё это правда? Магия, монстры, битвы? Удонна чуть улыбнулась. — Иногда всё гораздо сложнее. Но в её глазах мелькнуло удивление. Она ожидала страха. Сомнений. А вместо этого видела интерес. — Это ведь реально круто, — сказал Чип, не скрывая эмоций. — Мы можем защищать людей! Вида слегка наклонила голову. — Ну… звучит веселее, чем просто сидеть в клубе каждую ночь. Она усмехнулась. — Я же сказала — я за любой кипиш. Мэдисон всё ещё выглядела немного тревожно, но даже она не могла скрыть любопытства. — А… какие у нас будут силы? Чип сразу оживился. — Да! И костюмы! Зандер рассмеялся. — Чип, ты уже на шаг впереди. — А что? Это важный вопрос! Удонна тихо рассмеялась. Она смотрела на них и чувствовала, как внутри появляется тёплое чувство. Надежда. — Силы у каждого будут разные, — спокойно сказала она. — Но главное — вы будете работать вместе. Зандер усмехнулся. — Команда. — Именно, — кивнула Удонна. Вида задумчиво посмотрела на неё. — И мы реально сможем драться с… как вы сказали… тёмными силами? — Если понадобится. Чип расправил плечи. — Тогда я точно в деле. Он посмотрел на друзей. — Это же шанс сделать что-то действительно важное. Мэдисон тихо вздохнула. — Звучит страшно… но и немного… интересно. Вида сразу поддела её. — Вот видишь. Ксандер улыбнулся. — Значит мы все согласны. Он посмотрел на Удонну. — Ну что, учитель? Удонна на секунду замолчала. Она действительно была приятно удивлена. Эти ребята не испугались. Они не убежали. Наоборот — их глаза светились любопытством и азартом. Она мягко сказала: — Честно говоря… я ожидала больше сомнений. Вида усмехнулась. — Поздно. Мы уже заинтересовались. Чип улыбнулся. — И теперь вы не отделаетесь. Зандер добавил: — Да, теперь нам нужно обучение, силы и всё остальное. Удонна тихо рассмеялась. — Хорошо. Она посмотрела на каждого из них. — Тогда завтра я покажу вам место, где начинается путь рейнджеров. Чип даже подпрыгнул от радости. — Серьёзно?! — Серьёзно. Но затем Удонна снова вспомнила. — Только… одного всё ещё не хватает. — Ника, — сказал Зандер. Вида пожала плечами. — Он завтра всё равно узнает. Чип улыбнулся. — Думаю, ему тоже понравится эта идея. Удонна посмотрела на них с теплом. И впервые за долгое время она почувствовала, что новая команда действительно может появиться