Предательство

--- Они остановились, когда край обрыва закончился. Дальше — пустота. Не просто пропасть, а что-то иное: пространство, где не было ни дна, ни неба. Оно медленно переливалось тусклыми оттенками, словно живая рана в самой ткани реальности. Лололошка сделал шаг назад. Его дыхание снова сбилось. — Здесь… — он сглотнул. — Здесь всё неправильное. — Конечно, — спокойно ответил Джон, проходя вперёд и останавливаясь почти у самого края. — Это же моя реальность. Ты чего ожидал? Цветочки и радугу? Он повернулся через плечо, усмехнувшись. Но Лололошка не улыбнулся. Он смотрел вниз. И вдруг… — Они правда… даже не пытались. Голос был тихим. Почти пустым. Джон не перебивал. Лололошка сделал шаг вперёд, почти неосознанно, и остановился рядом. Ветер трепал его одежду, задевая раны. Он поморщился, но не от боли — от воспоминаний. — Я ведь… — он медленно провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть что-то невидимое. — Я ведь ждал. Тишина. — Я ждал, что кто-то скажет «стоп». — его голос начал дрожать. — Что кто-то… просто встанет рядом. Он резко сжал кулак. — Хотя бы один. Пауза. — Но никто. Слова упали тяжело. Как камни. Джон медленно выдохнул. — Потому что ты всегда был тем, кто стоит впереди, — сказал он тихо. — Люди быстро привыкают, что ты справляешься. Он сделал шаг ближе. — И в какой-то момент они перестают думать, что тебе вообще нужна помощь. Лололошка резко повернул голову. — Это… не оправдание! — Конечно нет, — сразу ответил Джон. — Это объяснение. Он наклонил голову, внимательно глядя на него. — Но тебе от этого не легче, да? Лололошка резко отвернулся. — Нет… Тишина снова накрыла их. Только ветер. И пустота впереди. Лололошка медленно опустился на землю, прямо у края. Песок здесь был холодным, почти каменным. Он подтянул колени к груди и обхватил их руками. Поза — защитная. Закрытая. Сломанная. Джон смотрел на него несколько секунд. А потом… сел рядом. Не слишком близко. Но и не далеко. — Знаешь, — сказал он спустя время, — ты сейчас выглядишь максимально жалко. Лололошка даже не отреагировал. Только сильнее уткнулся лбом в колени. — Но, — продолжил Джон, чуть тише, — это нормально. Пауза. — Потому что тебе больно. Лололошка сжал ткань своей одежды пальцами. — Я не хочу быть таким… — Каким? — Слабым. Слово прозвучало почти с ненавистью. Джон тихо усмехнулся. — Ты правда думаешь, что это слабость? Он чуть наклонился вперёд. — Слабость — это когда ты делаешь вид, что тебе не больно. Он посмотрел прямо на него. — А ты сейчас хотя бы честен. Лололошка медленно поднял голову. Глаза были красными. — И что с этого? — С этого начинается что-то настоящее. Джон протянул руку. Но в этот раз — не сразу коснулся. Остановился в нескольких сантиметрах. Давая выбор. Лололошка замер. Он смотрел на эту руку. Долго. Слишком долго. Словно это было не просто прикосновение — а решение, которое изменит всё. Его пальцы дрогнули. Он хотел отстраниться. Хотел закрыться. Хотел снова спрятаться. Но… Очень медленно… Он всё-таки потянулся вперёд. И коснулся. Сначала едва-едва. Кончиками пальцев. Будто проверяя — реально ли это. Джон не двигался. Не сжимал. Не тянул. Просто позволял. Лололошка глубоко вдохнул. И только потом… осторожно переплёл их пальцы. Сердце забилось быстрее. Слишком быстро. — Это… странно, — прошептал он. — Конечно, — тихо ответил Джон. — Ты же не привык, что тебя не предают. Лололошка вздрогнул. Но не отпустил. Наоборот. Сжал чуть сильнее. — Я боюсь, что ты тоже уйдёшь… Слова вырвались сами. И сразу повисли в воздухе. Джон посмотрел на него. Уже без насмешки. Совсем. — Я не они. Тихо. Уверенно. — Я знаю, как это — остаться одному. Он чуть наклонился ближе. — Поэтому я не сделаю это с тобой. Лололошка смотрел на него. Слишком долго. Слишком внимательно. Будто пытался понять — правда это или нет. — Почему?… Вопрос был почти детским. Джон вздохнул. И впервые за всё время… отвёл взгляд. — Потому что… — он сделал паузу. — ты — это я. Он усмехнулся. Но слабо. — А я себя ненавижу достаточно, чтобы не хотеть повторять те же ошибки. Пауза. — И достаточно… — он замолчал на секунду, — чтобы попытаться сделать хоть что-то правильно. Лололошка замер. Эти слова… Они попали куда-то глубже, чем всё остальное. — Ты… тоже был один? Джон тихо рассмеялся. — О, ты даже не представляешь насколько. Он снова посмотрел на него. — Только разница в том, что я перестал ждать, что кто-то придёт. Он чуть сжал его руку. — А ты ещё ждал. Тишина. Лололошка медленно придвинулся ближе. Неосознанно. Почти незаметно. Но расстояние между ними сократилось. Плечи почти касались. — Я не хочу больше ждать… — прошептал он. — И не надо, — тихо ответил Джон. И в этот момент… Лололошка не выдержал. Он резко наклонился вперёд. И уткнулся лбом в плечо Джона. Сначала — неуверенно. Будто готовый в любой момент отстраниться. Но когда Джон не оттолкнул… Когда он просто остался… Лололошка сжал ткань его одежды. И тихо, почти беззвучно… заплакал. Без истерики. Без крика. Просто… слёзы. Тяжёлые. Долгие. Настоящие. Джон замер. На секунду. Будто не ожидал. А потом… Очень осторожно… Положил руку ему на спину. Не крепко. Не навязчиво. Просто… рядом. — Вот так, — тихо сказал он. — Это лучше, чем делать вид, что ты в порядке. Лололошка не ответил. Но не отстранился. Наоборот. Чуть сильнее прижался. И в этом простом движении было больше доверия, чем во всех словах до этого. Прошло время. Много или мало — непонятно. Здесь время ощущалось иначе. Когда Лололошка наконец отстранился, его глаза были уставшими. Но… пустота в них стала чуть меньше. — Это… не должно было случиться, — тихо сказал он. — Что именно? — Всё это. Он посмотрел на их переплетённые пальцы. — Мы. Джон усмехнулся. — Да, звучит как начало очень плохой идеи. Лололошка чуть улыбнулся. Слабо. Но искренне. — И всё равно… Он не договорил. Но не нужно было. Джон понял. — И всё равно ты остаёшься. — Да… Пауза. — И ты тоже. — К сожалению для тебя, да. Лололошка тихо фыркнул. И впервые за долгое время это был почти… нормальный звук. Живой. Они сидели рядом. Слишком близко, чтобы это было случайностью. Слишком тихо, чтобы это было просто совпадением. И между ними медленно, осторожно, болезненно… Рождалось что-то новое. Не яркое. Не лёгкое. Но настоящее. И, возможно… Неразрушимое. --- Тишина между ними больше не была пустой. Она стала… плотной. Почти осязаемой. Лололошка всё ещё сидел рядом, плечом касаясь Джона. Его дыхание постепенно выравнивалось, но внутри всё было слишком хрупким — как стекло, готовое треснуть от любого резкого движения. Он не убрал руку. И Джон тоже. Пальцы всё ещё были переплетены. Слишком естественно. Слишком… правильно. И именно это пугало больше всего. — Это неправильно, — тихо сказал Лололошка, не поднимая взгляда. Джон даже не повернулся. — Конечно. Спокойно. Без сомнений. — Всё в этой ситуации неправильно. Ты, я, эта реальность, эмоциональные срывы на краю бездны… — он лениво пожал плечами. — Хочешь список длиннее? Лололошка слабо усмехнулся. Но почти сразу снова стал серьёзным. — Я не об этом. Пауза. — Я не должен… так быстро… Он замолчал, не зная, как сформулировать. Джон повернул голову и посмотрел на него внимательнее. — Привязываться? Лололошка вздрогнул. — …Да. Слово прозвучало почти как признание в чём-то постыдном. — После всего, что было… — он нахмурился. — Это глупо. — Нет, — спокойно сказал Джон. Лололошка нахмурился сильнее. — Я только что потерял всех, — голос стал жёстче. — Я не могу просто взять и— — Можешь, — перебил его Джон. Тихо. Но резко. Лололошка замолчал. — Ты не обязан страдать дольше только потому, что тебе было больно, — продолжил Джон. — Это не делает тебя сильнее. Это делает тебя… застрявшим. Он чуть наклонился ближе. — И если ты сейчас чувствуешь хоть что-то, кроме пустоты — это не ошибка. Пауза. — Это шанс. Лололошка сжал его руку сильнее. Неосознанно. — А если это просто… замена? Слова вышли глухо. — Если я просто пытаюсь… заполнить пустоту? Джон на секунду замолчал. А потом тихо усмехнулся. — Тогда поздравляю. Ты ведёшь себя как абсолютно нормальный человек. Лололошка нахмурился. — Это не смешно. — Я не шучу, — Джон чуть склонил голову. — Люди всегда заполняют пустоту. Вопрос только в том… чем. Он посмотрел прямо на него. — Болью? Пауза. — Или кем-то, кто не даст тебе снова развалиться? Тишина. Лололошка отвёл взгляд. Его дыхание снова стало чуть тяжелее. — Я не хочу зависеть от кого-то… — А я не предлагаю зависимость, — сразу ответил Джон. Он медленно освободил одну руку и коснулся подбородка Лололошки, заставляя его повернуть голову обратно. Движение было мягким. Но уверенным. — Я предлагаю выбор. Их взгляды встретились. Слишком близко. Слишком долго. — Ты можешь уйти в любой момент, — тихо сказал Джон. — Можешь закрыться. Можешь делать вид, что тебе всё равно. Он чуть наклонился ближе. — Но если ты останешься… Пауза. — Тогда останься по-настоящему. Сердце Лололошки ударилось о рёбра. Сильно. Он замер. Не двигаясь. Не дыша. Слишком близко. Джон был слишком близко. — Ты… — Лололошка запнулся. — Ты всегда так говоришь? — Только когда мне не всё равно. Ответ прозвучал слишком честно. Без привычной насмешки. И это выбило почву из-под ног сильнее, чем любая язвительность. Лололошка отвёл взгляд первым. — Это нечестно… — Почему? — Потому что… — он нахмурился, пытаясь подобрать слова. — Потому что ты знаешь, что сказать. Джон усмехнулся. — Конечно знаю. Он чуть отстранился. Ровно настолько, чтобы дать пространство. И одновременно… чтобы это пространство почувствовалось. — Я — это ты, — тихо сказал он. — Только версия, которая уже прошла через всё это. Пауза. — Я знаю, где ты сломаешься. Лололошка посмотрел на него. С напряжением. — И всё равно давишь? — Нет, — спокойно ответил Джон. — Я держу. Он снова протянул руку. Но на этот раз — не сразу взял. Остановился. Ждал. Лололошка смотрел на него. Долго. Внутри всё кричало: *опасно* *слишком быстро* *ты снова пострадаешь* Но… Он всё равно потянулся. И снова вложил свою руку в его. Уже увереннее. — Ты ужасный человек, — тихо сказал он. — Знаю, — довольно ответил Джон. — Самодовольный. — Ещё бы. — Раздражающий. — Продолжай, мне нравится. Лололошка тихо фыркнул. И вдруг… замолчал. Потому что понял, что он делает. Он… расслабился. Немного. Совсем чуть-чуть. Но это было. И это пугало. — Джон… — М? — Если ты уйдёшь… Он не договорил. Но голос дрогнул. Сильно. Джон не перебивал. Ждал. Лололошка стиснул зубы. — Я не переживу это ещё раз. Тишина. Долгая. Тяжёлая. И на этот раз Джон не стал шутить. Он медленно придвинулся ближе. И аккуратно… почти невесомо… коснулся лбом его лба. Контакт был коротким. Но слишком близким, чтобы игнорировать. — Тогда я не уйду, — тихо сказал он. — Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать… — Я не даю обещаний, — перебил Джон. Пауза. — Я делаю выбор. Он чуть отстранился. Но не убрал руку. — И прямо сейчас я выбираю остаться. Сердце Лололошки снова сжалось. Но на этот раз — не от боли. А от чего-то… другого. — Ты сумасшедший… — Есть немного. — Это плохая идея… — Однозначно. Пауза. И всё же— Лололошка сделал то, чего сам от себя не ожидал. Он чуть наклонился вперёд. И обнял Джона. Не резко. Осторожно. Будто всё ещё сомневался, имеет ли право. Но… не отстранился. Джон замер. На секунду. А потом… Медленно ответил. Руки легли на его спину. Уже увереннее, чем раньше. Теплее. Реальнее. — Ты быстро учишься, — тихо сказал он у самого уха. Лололошка закрыл глаза. — Заткнись… Но в голосе не было злости. Только усталость. И… спокойствие. Впервые. Они стояли так некоторое время. Не двигаясь. Просто… рядом. И в этом молчании было больше, чем в любых словах. Потому что впервые за долгое время Лололошка не чувствовал, что сейчас его отпустят. И впервые за долгое время… Он не хотел отстраняться первым. ---