Законное нарушение / Законно или нет

Глава 35 Обычный герой В ночной мгле, в самом сердце города, Фэн Лулин стоял выпрямившись. Он надел белые перчатки и отдал честь. Себе? Ему? Всем звёздам над головой? Сколько бы времени ни прошло, всякий раз, вспоминая эту картину, Фэн Тан не мог сдержать внутреннего трепета, сердце замирало, а потом начинало биться с новой силой. Обычный, даже будничный жест в исполнении этого мужчины был подобен снайперскому выстрелу. В ту ночь они, как и всегда, отправились в отель. Снова взяли представительский люкс. Фэн Лулин провёл картой с каменным лицом, а Фэн Тан, стоя рядом, только диву давался, сколько у него от зарплаты в месяц вообще остаётся. Фэн Лулин невозмутимо ответил, что не позволит ему чувствовать себя обделённым. Едва дверь номера закрылась, Фэн Тан понял, что его развели. Фэн Лулин обнимал его, и одного раза на кровати им не хватило, пришлось повторить это и на диване, и на обеденном столе. Когда дело дошло до стола, Фэн Тан взмолился, что слишком жёстко, неудобно, всё тело потом болеть будет. Фэн Лулин одним звонком вызвал горничную, и та принесла дополнительное одеяло. В перерыве между тяжёлыми выдохами Фэн Тан всё-таки выдавил из себя: — Ну ты и бессовестный. — Я с тобой встречаюсь, а не со своей совестью, — усмехнулся Фэн Лулин. — Какая в любви совесть? Его взгляд скользнул по выгнутой линии шеи Фэн Тана и опустился ниже. — Запомни, теперь я буду оставлять здесь свой след. Каждый раз. Фэн Тан поднял руку, чтобы ущипнуть его за шею, но Фэн Лулин рассмеялся, перехватил её, прижал к столу и, нависая сверху, спросил: — Так ты чей? Ещё не понял? Фэн Тан поклялся себе, что в следующий раз, когда силы восстановятся, он лично, шаг за шагом, объяснит Фэн Лулину, кто тут идеальный актив. Первая половина лета уже прошла, и арбузы, кондиционеры и кола прочно вошли в жизнь Фэн Тана. Во дворе его дома расцвели белые душистые жасмины, наполнив воздух густым ароматом, иногда на балкон прилетали красные стрекозы и ненадолго замирали на перилах. Фэн Тан лежал в постели, а Фэн Лулин заставил его учить правила дорожного движения по одному пункту в день без права на ошибку. Всё из-за того, что пару дней назад он на полсекунды раньше проскочил на жёлтый, сам того не заметив, а Фэн Лулин, сидевший рядом на пассажирском сиденье, уловил это мгновенно. Иметь парня-патрульного и пытаться хитрить на дороге, всё-таки безнадёжное дело. — Заруби себе на носу. Если выпил, заглушил мотор, но остался за рулём, это уже считается управлением в нетрезвом виде. Даже если проехал пару метров — тоже нарушение. Усёк? — голос Фэн Лулина в трубке звучал деловито, на фоне слышался шум. — Слушайся меня, я сейчас на выезде. — Ладно, ладно! Какой же ты зануда! Фэн Тан отправил в рот сладкий сочный кусочек ананаса. В его голосе сквозило раздражение, но где-то в глубине таилось странное довольство. — Я тоже тебе скажу: не перегрейся там на солнце. Как дежурство вчера прошло? Я каждый раз, как в новостях про дороги слышу, аж сердце заходится. — Вчера вечером один школьник угнал автобус и слегка задел студента, тот отделался испугом и ссадинами. Пацан забавный, мечтает стать водителем автобуса, целый год за этой машиной следил. — Ни хрена себе! Прямо как я в детстве! Только я тогда хотел быть водителем у отца, я… Фэн Тан спохватился и оборвал фразу. Он доел ананас, вытер пальцы и сказал уже другим тоном: — Ладно, я потом к Чи Жэньцину на ужин, в «Цзиньцуйюань», а после полуночи в «Peel» на караоке, домой буду к двум-трём. — Ясно, — отозвался Фэн Лулин. — Не задерживайся. — Брат Лин, — Фэн Тан не выдержал и рассмеялся. — Я тебя обманул, всё отменил, приеду тебя с работы встречать. За несколько дней до Дня защиты детей все городские управления ГИБДД устроили масштабную проверку школьных автобусов. По разнарядке Фэн Лулин с четвёртым отрядом объезжали ближайшие школы, пополняли запасы аварийных молотков, а заодно отправляли сотрудников в классы рассказывать детям о правилах и проводить практические занятия. — Ура! Братец полицейский! — Дядя полицейский, а почему машина едет так медленно? — Братец полицейский! А если мы правильно дорогу переходить будем, нам красный цветочек*1 дадут? Бай Янъюэ только спрыгнул со сцены, и десятки детишек тут же облепили его, наперебой выпрашивая заветную красную бумажку. Школа была новой, красные стены, синяя черепица, ограда сверкала золотой краской, на клумбах подсолнухи, всё выглядело ярко и нарядно. В актовом зале ступени оборудовали светодиодной подсветкой, каждая горела, так что даже после урока безопасности дети не расходились и топтались на них. Бай Янъюэ только успел взять у учительницы горсть красных цветков и раздать несколько штук, как в глубине зала заметил Вэнь Цюэ. Рядом с девочкой сидел Фэн Тан. — Малень… офицер Бай, — Фэн Тан первым его увидел, кивнул и едва не ляпнул «маленькая Чанъэ». В руках у него болталась плетёная сумка, набитая мармеладными мишками и печеньем. Он присел, потрепал Вэнь Цюэ по руке и уговаривал: — Вэнь Цюэ, поздороваемся с братом Бай? — Д-да, — тихо ответила девочка, но всё равно стеснялась. Она повернулась, обняла Фэн Тана за шею, спрятала лицо у него на плече и покраснела до ушей. — Б-брат Бай, я… х-хочу п-посмотреть н-на улице… — Вэнь Цюэ? — Бай Янъюэ остолбенел. Он отлично помнил, что в ту ночь, когда случилась авария с Цэнь Ци, Фэн Тан засиживался с ними в отряде за ночным перекусом. Почему он заботится об этой девочке? Разве между Цэнь Ци и ним не было конфликта? Растерянно он выдавил: — Брат Фэн Тан… а наш командир! Командир Лин! Он там, снаружи. Фэн Лулин, увидев, как Фэн Тан выходит из здания, неся на руках Вэнь Цюэ, тоже замер на мгновение. — День защиты детей всё-таки, — Фэн Тан осторожно опустил девочку на землю. При ребёнке лишнего говорить не стал. Он поправил ей растрепавшиеся косички, посмотрел на Фэн Лулина и добавил: — Пропаганда закончилась? Проверка прошла? — Всё сделано, — Фэн Лулин отогнал нахлынувшие вопросы, тоже присел и протянул Вэнь Цюэ руку. Девочка робко положила свою маленькую ладонь в его широкую и кивнула. Он хотел что-то сказать, но сзади к ним подбежал запыхавшийся коллега: — Командир Лин! Срочно в отряд! Вечером на Дагуаньлу пост ставим, нужно поесть и выезжать! Третий отряд в переделку попал, подменяем срочно… — Что случилось? — Бай Янъюэ встревожился больше всех. — Утром же всё было спокойно. — Да там, понимаешь… — коллега, упираясь руками в колени, тяжело дышал, — один водитель на кольцевой, птица ему фару разбила, он в полицию позвонил. Наш парень из третьего приехал, признал вину владельца. Тот скандалить начал, в общем, драка вышла… — И что, теперь птицу заставят платить за фару? — Фэн Тан остолбенел. — Это что за народ пошёл? Фэн Лулин, стоя рядом, бросил сквозь зубы: — Ага, конечно заставят. Фэн Тан не удержался и фыркнул. На самом деле для Фэн Лулина такие дорожные оригиналы давно перестали быть чем-то из ряда вон. В городе недавно установили новые информационные экраны на самых оживлённых перекрёстках, чтобы ловить нарушителей. Теперь любой водитель мог в любой момент засветиться в прайм-тайм. Стоило проехать на красный, и на экране тут же высвечивалось: «Легковой автомобиль XAXXXXX, 20XX г.в., 1 июня, перекрёсток XX, не уступил дорогу пешеходу…» И это ещё цветочки. Бывало и покруче: «Проехал подряд три красных сигнала», «Задержан сотрудником ДПС», «Управлял ТС без прав», «Решил снять свой "Форсаж"». Фэн Лулин за месяц на посту насмотрелся такого, что глаза разбегались. Кто, интересно, контент для этих экранов придумывает? Как-то стоя на посту, он от нечего делать поднял голову и остолбенел. На экране красовалось: «Полицейский автомобиль XAXXXX, 20XX г.в., 1 июня, перекрёсток XX, произвольная остановка в полосе для оперативных служб…» Видимо, автоматическая камера сработала. Фэн Лулин замер, схватил рацию и рявкнул в неё: — Кто за рулём экипажа 54?! Немедленно убрать машину! На телеэкран охота попасть?! Вечером отряд выставил посты для проверки на алкоголь. Работали парами, перекрывали перекрёсток, у каждого в руках был алкотестер. Выбирали участки, где развернуться некуда, шансов проскочить ноль. Фэн Лулин взял с собой Бай Янъюэ. Проверив с десяток машин, они заметили красный BMW. За рулём сидела женщина лет двадцати с небольшим. Честно говоря, Фэн Лулин повидал немало женщин за рулём, большинство водят аккуратно, даже техничнее иных мужчин, совсем не так, как их порой высмеивают в сети. Поэтому относился ко всем водителям ровно, более того, в конфликтных ситуациях на месте ДТП старался в первую очередь защитить именно женщину. Бай Янъюэ первым сделал шаг вперёд, жестом останавливая машину. Видя, что дверь не открывается, постучал в стекло: — Добрый вечер. Просим сотрудничать… Не успел договорить, как стекло опустилось, и в лицо ему ударила волна тяжёлых сладких духов. А следом из окна высунулась рука с флаконом и щедро пшикнула прямо на него. — Это ещё что… Бай Янъюэ, собиравшийся отдать честь, остолбенел на полпути. Он схватился за стоявшего рядом Фэн Лулина и закашлялся: — Командир… что это за вонь? — Добрый вечер, — Фэн Лулин, видавший виды, мгновенно достал удостоверение, показал его женщине, отдал честь и бросил Бай Янъюэ: — Тестируй. Показания алкотестера зашкаливали. Женщина побледнела и залепетала: — Товарищ полицейский, я… я личи ела. Много личи сегодня… Бай Янъюэ, от которого теперь разило парфюмом, наконец сообразил, что это попытка перебить запах перегара. Он настроил видеорегистратор, выписал протокол и сказал сухо: — Всё ясно. Поехали с нашим сотрудником в больницу, на анализ крови. Уже к девяти вечера на этом перекрёстке задержали три машины с нетрезвыми водителями. Фэн Лулин почувствовал раздражение, опасностей на дорогах хватает и без этого. Он только отошёл к мотоциклу у обочины, чтобы передохнуть и покурить, как к нему подбежал запыхавшийся Бай Янъюэ, встал по стойке смирно и отрапортовал: — Командир Лин! Там одного задержали! На детском электромобиле из парка аттракционов! Бай Янъюэ, переводя дух, продолжил: — И стену протаранил. Фэн Лулин: — Что? Бай Янъюэ: — Машина сзади не затормозила, и он вместе с ней в стену влетел. — Ты сейчас шутишь? — Честно! Владелец аттракционов возле школы Вэнь Цюэ, мужик лет пятидесяти, взял и выехал на дорогу на детском электромобиле… Как это вообще штрафовать? Бай Янъюэ схватился за голову. Не успел он опомниться, как рация на груди у Фэн Лулина хрипло затрещала: — Четвёртый отряд, четвёртый отряд, вызываю четвёртый отряд! — Работаем, — Фэн Лулин жестом остановил поток машин, пригнулся к рации: — Что случилось? — В зоне четвёртого отряда, на пятом перекрёстке, грузовик перевернулся, контейнер с морепродуктами высыпался. Несколько сотен красно-коричневых раков… — Цвет уточнять не надо, — Фэн Лулин развернулся к мотоциклу. — Что с раками? — Да они все, блин, разбежались! По всей дороге! Тут уже народ из машин повыскакивал, ловят! Бай Янъюэ, услышав это рядом, остолбенел и сокрушённо вздохнул: — Чёрт, я аж проголодался… Фэн Лулин оседлал мотоцикл, хлопнул Бай Янъюэ по фуражке и рявкнул: — А чего уши развесил?! Ещё и проголодался?! За мной, собирать! Как только он повысил голос, Бай Янъюэ будто током ударило, вприпрыжку бросился за ним и запрыгнул на мотоцикл. Всё же не удержался, спросил уже на ходу: — Красно-коричневые… они варёные, что ли? Фэн Лулин: — … *** Вечером в отеле он рассказывал Фэн Тану про раков, а тот валялся на диване и ел фрукты. Фэн Тан не поверил своим ушам: — И что, всех потом собрали? Фэн Лулин кивнул: — М-м. Те несколько ящиков несколько десятков тысяч юаней стоят. Что, тоже проголодался? Фэн Тан хлопнул себя по лбу: — Что значит «тоже»? Ты ещё кому это рассказывал? С кем делился? — Не заводись, — Фэн Лулин рассмеялся и сменил тему. — Ты почему каждый день фруктами объедаешься? Фэн Тан откусил от яблока кусочек: — Диета. Жирок нарос. Испорчу фигуру, чем тебя тогда удерживать буду? Сбежишь к другому, а мне потом плакать? Фэн Лулин ущипнул его за щёку: — На диете и жрёшь. Вот же блин характер у парня. Обычно же говорят: «Да не толстый ты, фигура отличная»… Фэн Тан вдруг понял, что щёки и впрямь стали круглее. Он закрыл глаза и с трагизмом провозгласил: — Пока жую, это не диета. Фэн Лулин притянул его к себе, взял за подбородок, поцеловал и усмехнулся: — Сегодня зелёное яблоко или красное? — Красное, — Фэн Тан обнял его в ответ. — Красное, как щёки влюблённого при встрече. Они уже привыкли снимать номера в отелях один за другим, все четырёх- и пятизвёздочные в центре города перепробовали. На личной карте Фэн Тана ещё оставались деньги, он прикинул, что если выбирать лучшие отели, хватит ещё на пять-шесть сотен ночей. Фэн Лулин сказал, что потом купит дом и они будут там заниматься делами. Сами отделают, и без камер, ведь в отелях сейчас небезопасно. Фэн Тан краснел и ворчал, что тот только и знает, что заниматься делами-делами-делами. Фэн Лулин усмехнулся: — А ты разве не хочешь? Фэн Тан сделал загадочный вид и всё-таки выдал: — М-м-м. Но и в этот раз Фэн Тану не удалось избежать боли в заду. Приятно, да, но адаптироваться всё ещё сложно было. Всё время казалось, что что-то не так. Каждый раз, когда он пытался, пока Фэн Лулин не видит, забраться сверху, тот одним движением сбрасывал его вниз. Они часто стояли вместе перед большим зеркалом в номере, задирали футболки и сравнивали пресс. Фэн Тан смотрел на кубики Фэн Лулина, потом на свои и тяжело вздыхал: — Почему у тебя лучше, чем у меня… Фэн Лулин позволил ему кончиками пальцев обводить эти ровные твёрдые восемь кубиков, сам втянул живот и напряг поясницу. — Мы каждый день за нарушителями по дорогам гоняемся, на километры бегаем, а ты всё время за рулём сидишь, где тебе тренироваться? Фэн Тан расстроился: — И что делать? Тогда пойду в качалку… Фэн Лулин мгновенно отрезал: — Нельзя. Сказав это, он натянул на Фэн Тана гостиничный халат, тщательно укутал его обнажённое тело и ещё раз подчеркнул: — Нельзя тебе ходить. Фэн Тан чуть не задохнулся от жара, вырвал руку, закрыл ему глаза ладонью и заявил: — Вот собственник! Тогда и ты на меня не смотри! Фэн Лулин сбросил халат и притянул Фэн Тана к себе. — Не буду смотреть, буду целовать. Договори...? Слог «лись» Фэн Тан заткнул ему ртом, он дышал тяжело, словно пробежал стометровку. — Ладно-ладно, целуй скорее. Слишком уж он нетерпелив в страсти. После Фэн Лулин завёл разговор о Вэнь Цюэ. Фэн Тан лишь сказал, что давно знал об этой девочке. Ничего особенного, просто сердце дрогнуло, и он иногда за ней присматривает. — Дети они особенные, — Фэн Тан забрался под одеяло и устроился поудобнее. Как ни ляжет, всё не так, в итоге просто привалился к Фэн Лулину. Тот естественно обнял его и спросил: — А что у тебя с Цэнь Ци вообще произошло? — Он всё время норовил подпольные гонки раскрутить, там прибыли бешеные. Семья Цэнь раньше алкоголем торговала, теперь в инвестиции ушла, денег остро не хватает. Цэнь Ци сейчас просто ширма, с виду шикарно, а на деле ни гроша. Фэн Тан отпил минералки с прикроватного столика и продолжил: — Теперь мы с Цэнь Ци не можем сосуществовать. Мама недавно вела проект аэропорта, семья Цэнь билась за тендер, но пролетела. Цэнь Ци втихую многих подключил, да без толку. Он помолчал и всё-таки не удержался, пожаловался Фэн Лулину: — Я… в прошлый раз ведь с Цэнь Ци ужинал. Фэн Лулин кивнул: — Угу. Слова застряли в горле, Фэн Тан подумал и переиначил: — Просто он лица хорошего мне не показал. Фэн Лулин промолчал, но мысленно достал воображаемый блокнотик и поставил галочку. Фэн Тан пожалел, что ляпнул про ужин, и сменил тему: — В прошлый раз у рва с кем мы столкнулись? Когда ты меня на мусорный бак посадил, а я подумал, что ты собираешься сделать кое-что… Теперь пришла очередь Фэн Лулина сдерживаться и молчать. Он не хотел врать, но и не знал, как сказать. Никогда не думал, что Фэн Тан, этот типичный «мне-фиолетово» жизнелюб, запомнит все его недомолвки. — Просто… — Фэн Лулин попытался прикрыть своё напряжение поцелуями. — Просто мой знакомый. — Не приставай, говори нормально… — Фэн Тан вывернулся, сжал его руку большим и указательным пальцами, притворно разозлившись: — Говори ясно! — Знакомый, честно, знакомый. Фэн Лулин потянулся обнять его и пояснил: — Дай мне немного времени. Потом расскажу, кто именно. Хорошо? Фэн Тан сначала молчал. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Взгляды скрестились, ещё миг, и вспыхнет ссора, кто первым двинется, и драка неизбежна. Фэн Тан сжал ладонь в кулак, потом носом коснулся его носа и тихо сказал: — Тогда закрыли тему. С летним ветром пришла густая, сочная зелень. На балконе отеля было огромное панорамное окно, Фэн Тан иногда специально просил номер с хорошим светом, отсюда открывался вид на весь город, и можно было принимать солнечные ванны. Светло-абрикосовые шторы, тканевый диван, у входа висел стильный колокольчик, иногда после полуденного отдыха в ушах ещё звенело это чистое, высокое «динь-динь». Наступил июнь, в городе становилось невыносимо жарко. После нескольких месяцев работы четвёртый отряд Фэн Лулина снова получил благодарность от района, а потом и от города. В новостях говорили, что они выявили более тысячи нарушений ПДД, обеспечили зелёный коридор более сорока раз, вернули государству имущества на сотни тысяч и стали образцом для всех отрядов дорожной полиции города. Фэн Лулин, как командир, до самого награждения ничего не знал, каждый день с ребятами стоял на дорогах, то под ветром, то под дождём, и просто запекался на солнце. Бай Янъюэ иногда капризничал и требовал нанести солнцезащитный крем, а Фэн Лулин всегда отвечал, что уже нанёс. И мало того, что говорил, что намазался, он обязательно добавлял: «Мне Фэн Тан нанёс». Сегодня солнце палило, температура в городе подскочила до тридцати пяти, машины на улицах блестели, ослепительно сверкая. Только миновал полдень, и в поле зрения мелькнула знакомая Ауди. Фэн Лулин увидел, как Фэн Тан пересёк дорогу, подошёл к посту, вытащил из кармана белую полоску, привстал на цыпочки и резко прилепил её Фэн Лулину на лоб. Фэн Лулин опешил от неожиданности: — Что это? Фэн Тан: — Охлаждающий пластырь! Фэн Лулин: — … Сказав это, Фэн Тан юркнул обратно в машину, припаркованную в полосе для оперативных служб, захлопнул дверь, переключил передачу и оставил после себя лишь след на асфальте. Сноски: *1. Красный цветочек (小红花) — традиционное китайское поощрение для младших школьников, бумажный знак, который вручают за правильные ответы, хорошее поведение или соблюдение правил. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum