ÆTHERVERSE - The Essence of Hatred (Эфирверс - сущность ненависти)

Город Изобретений и Вольнодумцев

***

Санс

— *Эм, мне просто было интересно, не... не снились ли тебе до сих пор кошмары. — *ну, у каждого иногда бывают, да? — Задумчиво Санс потер шею. — *хотя я не могу припомнить, когда в последний раз видел плохой сон... могло быть даже годы назад. почему ты спрашиваешь? я что-то упоминал о кошмарах, сам того не заметив? — *О, эм, это потому что, понимаешь..., — Фриск вдруг замялась и прикусила губу. — *Я просто... забеспокоилась, когда подумала о том, что будет, если тебе приснится ужасный кошмар... Ты бы рассказал кому-нибудь об этом, да? Ты бы не стал молчать и замыкаться в себе, как обычно? Можешь пообещать мне это?

***

Запах свежесваренного кофе наполняет кухню, в то время как утреннее солнце дразняще светит в окно, заставляя Санса несколько раз моргнуть, прежде чем он решает опустить жалюзи, чтобы дать отдых уставшим глазам. Несмотря на горький вкус, от которого его мутит, сколько бы молока он ни налил, он делает ещё один глоток. Тяжело вздыхая, Санс опускает череп на стол, не обращая внимания на последовавшую за этим головную боль. Вздремнуть сейчас кажется заманчивой идеей. Может, он всё же сможет закрыть глаза на секунду-другую... … — *САНС? ТЫ УЖЕ ПРОСНУЛСЯ? — Голос Папайруса застаёт Санса врасплох, прежде чем тот успевает провалиться в сон. — *утречка, бро, — приветствует он другого, который всё ещё в своей оранжевой пижаме (конечно, той, с рисунком Меттатона) и в шапке с помпоном. — *Я ВЕСЬМА УДИВЛЁН ВИДЕТЬ ТЕБЯ ТАК РАНО, — комментирует Папайрус, потирая глазницу. — *ИЛИ МОИ САМОДЕЛЬНЫЕ ЧАСЫ СНОВА МЕНЯ ПОДВЕЛИ, И УЖЕ ПОЛДЕНЬ?? — *не, они работают нормально. я, эм, просто больше не хотел спать. вот и всё. — *ПРАВДА ЧТО ЛИ? Санс пожимает плечами, подавляя зевоту. — *эй, даже у меня бывают хорошие дни. — *НУ, РАЗ ТЫ ТАК ГОВОРИШЬ..., — бормочет Папайрус и идёт к стойке, чтобы взять свои хлопья (вы уже, наверное, можете угадать марку), но останавливается, когда наконец улавливает запах. — *ТЫ СВАРИЛ СЕБЕ КОФЕ??? — *ага, — подтверждает Санс, чьи глазницы снова распахиваются. — *И СКОЛЬКО ТЫ УЖЕ ВЫПИЛ? — *...две кружки? — Заметив ту, что всё ещё стоит рядом с ним на столе, он быстро поправляется: — *три. Услышав это, Папайрус смотрит на него с выражением, средним между неодобрением и простым недоумением. — *МНЕ НУЖНО БЕСПОКОИТЬСЯ??? — *зачем? это просто кофе. — *В ПРОШЛЫЙ РАЗ, КОГДА ТЫ ПРОДОЛЖАЛ ПИТЬ ЕГО, ЧТОБЫ ПРОДЕРЖАТЬСЯ ВСЮ НОЧЬ, ТЫ ВЫРВАЛ НА НАШ КОВЁР. — *ну, но сейчас утро, и я не вижу здесь никакого ковра, так что это вообще не проблема. — *НЬЕ??? — произносит Папайрус, озадаченно хмуря костяную бровь и пытаясь понять логику, прежде чем покачать головой. — *ПОДОЖДИ! ЭТО НЕ ТО, ЧТО Я ХОТЕЛ СКАЗАТЬ; ТЫ БЫ НИКОГДА НЕ СТАЛ ПИТЬ КОФЕ ДОБРОВОЛЬНО! — *хм, выглядит довольно добровольно для меня. — *ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО Я ИМЕЮ В ВИДУ!! ТЫ ПОТРЕБЛЯЕШЬ ЕГО, ТОЛЬКО ЕСЛИ ОТЧАЯННО ХОЧЕШЬ ОСТАТЬСЯ В СОЗНАНИИ! — *может, у меня наконец-то появился вкус к нему? Без впечатления Папайрус скрещивает руки. — *ТЫ НЕНАВИДИШЬ КОФЕ БОЛЬШЕ, ЧЕМ Я НЕНАВИЖУ ТВОИ ШУТКИ. — *не, не преувеличивай. я могу привыкнуть к вкусу, как любой другой взрослый монстр. Чтобы доказать свою точку зрения, Санс залпом допивает остатки напитка, отчего его глаза расширяются, а кости на мгновение дребезжат. — *...видишь? Ожидая по крайней мере саркастического замечания, он вместо этого удивлён, когда выражение лица другого становится обеспокоенным. — *ВОЗМОЖНО, Я ВЫРАЗИЛСЯ НЕДОСТАТОЧНО ЯСНО, НО МНЕ ПРОСТО БЫЛО ИНТЕРЕСНО, ВСЁ ЛИ С ТОБОЙ В ПОРЯДКЕ? Вот чёрт. Это именно то, чего Санс пытался избежать. В результате его зрачки бесцельно блуждают, прежде чем он наконец придумывает ответ. — *расслабься, бро; обещаю, у меня всё отлично, или я выгляжу таким унылым? я вообще-то такой же весельчак, как всегда, хех. Стоная от раздражения, Папайрус снова посвящает себя своим хлопьям. — *ЧТО Ж, ЕСЛИ У ТЕБЯ НАСТРОЕНИЕ КАЛАМБУРИТЬ, ТОГДА, ПОЛАГАЮ, С ТОБОЙ И ВПРЯМЬ ВСЁ В ПОЛНОМ ПОРЯДКЕ. — *ага, полностью, — соглашается Санс, наблюдая, как его брат садится напротив него. Когда хлопья падают в миску, на лице младшего появляется хитрая усмешка, которую Папайрус узнаёт мгновенно. — *САНС- — *не нужно быть таким серьёзным- — *Я ПРЕДУПРЕЖДАЮ ТЕБЯ- — *...с хлопьями. И так, высокий скелет зарывает голову в миску, самостоятельно крича около минуты. Тем временем Санс встаёт, чтобы взять пакет молока из холодильника, ставит его рядом с братом (конечно, обязательно для кукурузных хлопьев) и успокаивающе хлопает его по спине, прежде чем исчезнуть в гостиной.

***

К сожалению, Санс не только ненавидит кофе, но он никогда не был настолько эффективен для него, как ему хотелось бы. Вот почему днём, когда он возится со своим проектором, пытаясь его улучшить, он не может как следует сконцентрироваться и начинает использовать раковину Пастоварки 3000™, чтобы плеснуть холодной водой в лицо. С каждым часом это маленькое действие становится всё более частым, понемногу раздражая Санса. — *давай же, — бормочет он, возвращаясь на свой табурет. — *всего лишь мелкие правки. Затем он берёт отвёртку, но, прежде чем действительно что-то ею сделать, замирает на полпути и отводит руку, теперь вертя инструмент между пальцами и уставившись на свою работу, как критикующий художник, сомневающийся, стоит ли продолжать. Да, уже очевидно: Санс в тупике. … Забавно, что скелеты не так уж нуждаются в дыхании или еде, но, как выясняется, сон, возможно, навсегда останется тем, что не могут победить ни люди, ни монстры... Хех, минутку: Зачем винить свою сонливость? Как будто одна бессонная ночь может убить чью-то креативность. Нет, Санс просто всегда был... таким медлительным... … О, действие холодной воды снова прошло. Отлично. … Чтобы не дать себе заснуть, Санс хлопает себя по щекам и начинает ходить взад-вперёд, надеясь, что движения не дадут ему заснуть. Но в конце концов он в отчаянии ударяется лбом о золотую поверхность своего летательного аппарата. — *звёзды, я слишком устал, — бормочет он. Уставившись на своё изобретение, Санс фыркает, понимая, что оно больше похоже на подводную лодку с крыльями, чем на настоящий летательный аппарат, по крайней мере, если сравнивать с более традиционными, которые летают на шарах. Хех, он даже не знает наверняка, взлетит ли его аппарат, но, вспоминая счастливое лицо Папайруса, когда брат впервые показал чертежи, демонстрируя сходство этой машины с кораблём Пушистого Кролика, Санс снова начинает верить, что это был хороший дизайн (и о боже, его бро, сжимающий в смертельных объятиях, — это самое большое одобрение, которое только можно получить). Проходя к открытому входу в аппарат сбоку, его взгляд падает на уютно выглядящие красные сиденья, буквально умоляющие его прилечь на них, и, учитывая его слабую силу воли в данный момент, он следует их метафорическому зову. Что ж, Санс и так хотел вздремнуть почаще, так почему бы не начать сейчас? А как только он будет достаточно бодр, то наконец сможет закончить проектор... Да, короткий сон звучит... слишком хорошо, чтобы отказываться... … Итак, когда его тяжёлые веки опускаются, и мир медленно поглощается тьмой, начинает проявляться знакомый сон.

***

Ранний вечер. Тёмное небо. Снег падает и остаётся на земле. Древняя дверь, наглухо запечатанная. Тропинка, окружённая хвойными деревьями. Дым из труб вдалеке. Ветка, сломанная надвое. Следы, медленно исчезающие.

Чёрный экран.

Изморозь. Одинокие сторожевые посты. Скульптуры изо льда. Головоломка, головоломка, ещё одна головоломка. Висячий мост, ведущий к маленькому городку...

Чёрный экран.

Вывеска: "Добро пожаловать в Сноуден". Дома; крыши, покрытые снегом, свисающие сосульки. Дерево, украшенное яркими огнями. Смеющиеся люди, играющие дети. Тепло. Танцующие снежинки. Холодный ветерок, но тепло. Праздник, вот-вот начнётся. Сладкие обещания. Тепло, тепло, тепло...

Ч ё р н ы й э к р а н.

Крик.

Крик.

Крик.

Крик.

Крик.

Крик.

Крик.

Крик. Крик-

Холод.

***

Весь в поту, Санс просыпается с рывком, беспорядочно оглядываясь вокруг, пока чувство реальности медленно возвращается к нему. Свет сквозь окна уже не пробивается, так как солнце почти коснулось линии горизонта глубокого оранжевого неба. Проснуться в своей тёмной, одинокой мастерской после такого кошмара заставляет его чувствовать... неспокойно. Он сглатывает, когда его дыхание снова приходит в норму. Что это, чёрт возьми, был за сон?! Это точно тот же самый сон, который Санс продолжал видеть снова и снова прошлой ночью... заставляя его просыпаться несколько раз. Визуально он кажется таким же, как всегда: взгляд на окружение издалека, смена локаций... Ничего плохого никогда не случалось раньше, всегда было так невинно. Но о боже, эти крики. Эти леденящие кровь крики. Почему Санс начал слышать их в конце каждый раз? И откуда это онемение, этот холод? Санс съел или выпил что-то не то, что вызвало эти сны? Или это стресс грызёт его? Нет, ничто не имеет смысла. Последние несколько дней были не неприятными; на самом деле, они были довольно замечательными. Так почему этот кошмар появляется сейчас? Неопределённость этой ситуации... заставляет Санса на мгновение вздрогнуть, будто холод из сна просачивается в реальность и пробирает его кости. Вскоре он больше не может оставаться в мастерской, поэтому быстро уходит, спасаясь в тепле своей гостиной.

***

К следующему дню разочарование и истощение Санса только усилились. Смотря на свой проектор почти час, он не может не допустить определённую мысль в свой разум: это с самого начала была бездарная идея. Время от времени он смотрит на помпезную машину своего брата. Несмотря на её, ну, недостатки, она всё равно уникальна по-своему, и, помимо ужасного вкуса пасты, за ней всё равно забавно наблюдать (и, хей, может, если изменить соус, она даже сможет стать съедобной). Однако изобретение Санса... в нём нет ничего инновационного. Не будет ли стыдно появиться с этой любительской штукой в окружении сотен других, более креативных устройств? От одной мысли его бросает в краску. Да, когда-то у него получалось лучше... а теперь, думая об этих размытых фотографиях, о тупом, тупом мерцании, от которого он не может избавиться, или о его уродливом внешнем виде, Санс решает, что это не более чем провал- Озадаченный, он несколько раз моргает. Чёрные капли. Чёрные капли... чего-то упали на поверхность проектора из... лица Санса? Всё ещё раздражённый, он трёт лицо рукой и затем обнаруживает следы неизвестной жидкости на своей перчатке. Когда он успел измазаться маслом? Подождите, он не помнит, чтобы в последнее время использовал масло... Порывшись в ящике, полном всяких случайных мелочей и компонентов, Санс наконец находит зеркало заднего вида и подносит его к лицу. …Что? Эта жидкость... вытекала из одной из его глазниц? По крайней мере, на это указывает размазанный след... Стоит ли волноваться? … Нет, да ладно. Санс всегда работает с маслом, оно повсюду, даже если он сам этого не замечает. К тому же, будучи сейчас не до конца проснувшимся, есть большая вероятность, что... что оно случайно попало в глазницу (хей, если Инку удаётся засунуть часть своих красок в череп, то Санс в своём усталом состоянии тоже может напортачить). Так что волноваться не о чем. Он вздыхает, вытирая пятно подвернувшимся полотенцем. А теперь, возвращаясь к своему творению... Его стоит, наверное, выбросить. С этой мыслью Санс встаёт и убирает проектор обратно на полку, но на мгновение замирает, глядя на него ещё раз. Нет, вообще-то... он не хочет, чтобы ему о нём напоминали, поэтому берёт серую простыню и накрывает его. Однако, судьба против него, вскоре врывается Папайрус, и его громкий голос заставляет Санса чуть ли не подпрыгнуть. — *Я БОЛЕЕ ЧЕМ ГОТОВ ЗАВЕРШИТЬ МОЮ ФАНТАСТИЧЕСКУЮ МАШИНУ!!! — объявляет он, триумфально размахивая листом бумаги, предположительно содержащим его планы и расчёты. — *хех, эм, это круто, бро, — комментирует Санс, пытаясь скрыть удивление. — *НЬЕХЕХЕХ, ВОТ ИМЕННО! — гордо соглашается Папайрус и кладёт свою бумагу на верстак, за которым его брат сидел несколько минут назад. — *КСТАТИ ОБ ИЗОБРЕТЕНИЯХ: ТВОЁ УЖЕ ГОТОВО? Другой замирает. — *...САНС? МОЖНО МНЕ НАКОНЕЦ УВИДЕТЬ ЕГО?? — *э. Как это объяснить? Зная своего брата, он точно не примет смущение в качестве оправдания. — *понимаешь, у меня есть эм, признание... — *ХМММ? Санс сглатывает, видя его непонимающее выражение. — *тааак, если быть черестным, хех, я типа... его ещё не сделал? — *ЧТО Ж, ТОГДА Я С УДОВОЛЬСТВИЕМ ПОМОГУ ТЕБЕ С ТВОИМ ПРОЕКТОМ, — предлагает Папайрус. — *нет, дело в том... его на самом деле не существует. — *Я НЕ ПОНИМАЮ—? — *ну, понимаешь, я снова бездельничал в последнее время, — быстро перебивает Санс. — *я пытался работать над ним время от времени, но ничего не выходило, и новые идеи не приходили, так что... да. Какая жалкая ложь во спасение. Или это всё ещё считается полуправдой? — *ТАК... У ТЕБЯ ПО СУТИ НИЧЕГО НЕТ? Он нерешительно кивает, заслуживая вздох от другого. — *НО КОНВЕНТ НАЧИНАЕТСЯ ЧЕРЕЗ ТРИ ДНЯ, САНС. ЕСЛИ БЫ ТЫ СКАЗАЛ МНЕ РАНЬШЕ, Я МОГ БЫ ПОМОЧЬ, — спокойно объясняет Папайрус, хотя на его лице явно написано разочарование, заставляя душу Санса сжиматься от вины. — *У ТЕБЯ ЕСТЬ ЗАПАСНОЕ ИЗОБРЕТЕНИЕ, ЧТОБЫ ПРЕДСТАВИТЬ ВМЕСТО ЭТОГО? Это может быть хорошим шансом отыграть назад свой план, но... — *н-нет. прости, я облажался. Санс отводит взгляд... Нет, стоп, нельзя вешать голову сейчас; нужно оставаться позитивным, верно? — *но хей, эм, давай я лучше помогу тебе с твоей машиной. это же твои планы по доработке, да? — *НУ, ДА, ОНИ, — подтверждает Папайрус, и его лицо снова медленно светлеет. — *КОНЕЧНО, Я БУДУ РАД, ЕСЛИ У МЕНЯ БУДЕТ ЕЩЁ ОДНА ПАРА РУК, ЧТОБЫ ПОМОЧЬ МНЕ. — *круто, круто, тогда давай начнём прямо сейчас, а?

***

— *САНС? САНС! — кричит Папайрус, тряся плечо спящего брата. — *а? чё? — сонно бормочет Санс, поднимая голову с мотора, над которым он работал... сколько часов уже? М-да... — *САНС, ТЫ В ПОРЯДКЕ??? — *конечно. а что? — *ЭТО УЖЕ ЧЕТВЁРТЫЙ РАЗ, КАК ТЫ ЗАСЫПАЕШЬ. — *правда? — Он зевает. — *по ощущениям третий... — *ОБЫЧНО Я БЫ ОБВИНИЛ ТЕБЯ В ТОМ, ЧТО ТЫ НЕ ОТНОСИШЬСЯ К ЭТОМУ СЕРЬЁЗНО, — фыркает Папайрус, но в следующее же мгновение его черты снова смягчаются. — *...НО Я НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ ТЕБЯ ТАКИМ... УСТАВШИМ РАНЬШЕ. ТЕБЕ ЧТО-ТО МЕШАЕТ СПАТЬ? — *правда, не волнуйся, папс, — уверяет Санс и встаёт с табурета, сонно покачиваясь. — *я просто подзаряжу батарейку ещё одной чашкой кофе. сейчас вернусь. — *БРАТ— Несмотря на попытки остановить другого, маленький скелет уже направляется к выходу из мастерской. — *вот увидишь: я буду в форме, чтобы дальше возиться; хех, игривый каламбурчик, да? — Санс замирает на секунду, обдумывая последнюю фразу. — *стоп, в голове звучало лучше. ладно, ты понял, о чём я. — *НО— — *расслабься, я всё контро— Когда он поворачивается, его рефлексы слишком медленны, чтобы вовремя заметить стену перед ним, так что он беспечно врезается в неё, заставляя своё равновесие на мгновение пошатнуться. — *...ну, не тотальный, но близко к тому. Наконец Санс покидает мастерскую, чтобы добраться до кухни. Со вздохом он опирается о стойку. Отлично, до сих пор он был обузой для брата. Почему всего двух бессонных ночей достаточно, чтобы свалить его с ног?! Есть же люди с такой сильной выдержкой, что могут не спать днями, и, тайной Эфира, Санс докажет, что тоже может справиться, даже если это его убьёт! … Он был не очень хорошим братом, да? Сначала соврал, потом не помогал как следует, всё время дрых. По крайней мере, последнее можно предотвратить достаточной силой воли (и противным кофе). Что ж, кстати говоря: Самое время покончить с этим и вернуться к рабо— — *САНС? — К его удивлению, Папайрус внезапно появляется в дверном проёме (выглядит решительным?). — *эм, да? прости, я сейчас вер— Без предупреждения высокий хватает Санса и перекидывает через плечо, чтобы нести. — *п-папс?! — взвизгивает тот, пока другой начинает топать большими и быстрыми шагами на второй этаж, к комнате Санса. Как только Папайрус входит в неё, он наконец опускает его на кровать и закутывает в одеяло. — *спасибо, наверное? — отвечает Санс, всё ещё озадаченный. — *ТСС, Я ЕЩЁ НЕ ЗАКОНЧИЛ, — фыркает он и, прежде чем покинуть комнату, добавляет: — *Я ВЕРНУСЬ ЧЕРЕЗ МГНОВЕНИЕ, ТАК ЧТО ОСТАВАЙСЯ ЗДЕСЬ. Драматично медленно он выходит из комнаты, всё это время не спуская с другого прищуренных глаз. … Всего несколько секунд спустя его голова снова появляется в проёме. — *АХ ДА, И КСТАТИ: У ТЕБЯ КОЕ-ЧТО ПОД НОСОМ. Он указывает на область между ртом и ноздрями, а затем полностью исчезает. Интуитивно Санс трогает это место, размазывая ещё больше неизвестной жидкости по перчатке. Сколько ещё этого масла попало в его череп? Может, хороший душ поможет... Прежде чем тревожные мысли успевают сформироваться, его брат возвращается со стаканом в руке. — *Я, ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС, ПРЕДЛАГАЮ ТЕБЕ ЛУЧШЕЕ МОЛОКО, КОТОРОЕ ТОЛЬКО МОЖЕТ ПРЕДЛОЖИТЬ НАШЕ ЖИЛИЩЕ! Передав стакан, Санс делает первый глоток, сладкое тепло успокаивает его душу. — *Молоко с мёдом? Было время, когда он подавал свой любимый напиток именно так, когда его брат или он сами болели или просто плохо себя чувствовали, но эта традиция, как и некоторые другие, забылась с годами. Значит, Папс всё ещё помнит... — *ЧТО Ж, Я РЕШИЛ, ЧТО ТАК БУДЕТ ЛУЧШЕ, ЕСЛИ ТЫ СЕЙЧАС ОТДОХНЁШЬ, — объясняет он. — *КОНЕЧНО, Я СОЗНАЮ, ЧТО ТЫ СКЕЛЕТ И ТЕБЕ НУЖЕН СОН, ЧТОБЫ ОСТАВАТЬСЯ В ФОРМЕ. ТАК ЧТО В ЭТОТ РАЗ Я ПОЛНОСТЬЮ ПОДДЕРЖУ ЭТОТ АКТ ЛЕНИ! — *эм, ладно. Слегка озадаченный, Санс делает ещё глоток. — *вкусно, бро. Внезапно гордый взгляд Папайруса сменяется сочувственным. — *ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО МОЖЕШЬ СКАЗАТЬ МНЕ, ЕСЛИ У ТЕБЯ ЧТО-ТО НА УМЕ. Я ДУМАЮ, ЭТО ОЖИДАНИЕ, ЧТОБЫ СОЗДАТЬ ИЗОБРЕТЕНИЕ, ДАВИЛО НА ТЕБЯ? И, ДУМАЮ, ВОЗМОЖНО, Я НАДОЕДАЛ СВОЕЙ ПОСТОЯННОЙ БОЛТОВНЁЙ О КОНВЕНТЕ ПОСЛЕДНИЕ НЕСКОЛЬКО НЕДЕЛЬ? МОЖЕТ БЫТЬ?? — *подожди, это не твоя вина— — *НЕТ, НЕТ, ВСЁ В ПОРЯДКЕ! — отвечает Папайрус с ободряющей улыбкой. — *ПОТОМУ ЧТО!! ТОЛЬКО ВЕЛИЧАЙШИЕ ИЗ ВЕЛИЧАЙШИХ МОГУТ ПРИЗНАВАТЬ СВОИ СОБСТВЕННЫЕ ОШИБКИ И РАБОТАТЬ НАД НИМИ, ЧТОБЫ СТАТЬ ЛУЧШЕ В БУДУЩЕМ! ВЕРНО?! — *эм, да, хех, — подтверждает Санс, усмехаясь уверенному блеску в глазах другого. — *звучит довольно круто в твоём исполнении. — *УФ, Я РАД! — отвечает он, затем бормочет: — *А Я УЖЕ НАЧАЛ БЫЛО ТЕРЯТЬ ВЕРУ В ПРАВДИВОСТЬ ПЕЧЕНЬЕВ С ПРЕДСКАЗАНИЯМИ... Прокашлявшись, он продолжает: — *ЧТО Ж!!! ФРИСК И ИХ МАЛЕНЬКИЙ ДРУГ-ЦВЕТОК ДОЛЖНЫ ПРИЙТИ ЧЕРЕЗ ДВА ЧАСА. А ПОКА ТЫ ПЕЙ СВОЁ ЖИРНОЕ МОЛОКО ЖИРНОСТИ И ИСПОЛЬЗУЙ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ РАССЛАБИТЬСЯ ДО НАШЕГО УЖИНА! — *ничего себе, молоко и сон? и то, и другое предлагаешь ты? это, должно быть, сумасшедший сон. — *ДА, Я ЗНАЮ; Я ЛИЧНО УЖЕ УЩИПНУЛ СЕБЯ ТРИЖДЫ. ТЕПЕРЬ!!! Я ПОЙДУ РАБОТАТЬ НАД СВОЕЙ МАШИНОЙ СНОВА. Схватившись за дверную ручку, Папайрус на мгновение останавливается, очевидно, вспомнив что-то. — *И, САНС? — *ага? — *КАЖЕТСЯ, Я НИ РАЗУ НЕ ГОВОРИЛ, КАК Я ТОБОЙ ГОРЖУСЬ. Глаза Санса расширяются. — *что? — *ТЫ, НАВЕРНОЕ, ПОМНИШЬ ВРЕМЯ, КОГДА ТЫ НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ, А ТОЛЬКО СПАЛ И БЕЗДЕЛЬНИЧАЛ? НО ПОТОМ: ВЖУХ! ВНЕЗАПНО ТЫ НАЧАЛ РАБОТАТЬ НАД ЭТИМ СВОИМ ЛЕТАТЕЛЬНЫМ АППАРАТОМ И ДАЖЕ СНОВА НАЧАЛ ИЗОБРЕТАТЬ ДРУГИЕ ВЕЩИ. ЧТО БЫ ТЕБЯ ТОГДА НИ ВДОХНОВИЛО: ЭТО ОПРЕДЕЛЁННО ИЗМЕНИЛО ТЕБЯ К ЛУЧШЕМУ! И КОНЕЧНО, ЭТО ТОЖЕ ПОДНЯЛО МОЙ МОРАЛЬНЫЙ ДУХ!! ТЫ ВДОХНОВИЛ МЕНЯ БОЛЬШЕ РАБОТАТЬ НАД СОБОЙ И СВОИМИ ТВОРЕНИЯМИ!! — *п-папс, хватит, это неловко, — просит Санс, теперь пряча лицо под одеялом. — *НЬЕХЕХЕХЕХ! НО ЭТО ПРАВДА! — кричит он, принимая эффектную позу, скрестив руки и задрав подбородок (и, ну, обязательный шарф, развевающийся на '''''ветру'''''). — *И ЕСЛИ НАДО, Я ПОЙДУ И РАССКАЖУ КАЖДОМУ ЧЕЛОВЕКУ И МОНСТРУ, КАКОЙ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ У МЕНЯ БРАТ!!! — *боже, пожалуйста, не надо, — умоляет Санс, становясь всё меньше и меньше с каждой секундой. — *ЧТО Ж, МОЯ РАБОТА ЗДЕСЬ СДЕЛАНА! Я ПОШЁЛ!!! Свернувшийся калачиком скелет слышит его смех и шаги под своим одеялом, и, когда становится тихо, снова позволяет лицу и молоку выглянуть наружу. — *...клянусь звёздами, уйду в отшельники, если он серьёзно. В конце концов Санс садится и начинает спокойно наслаждаться напитком. Думая о словах брата, он не может не улыбнуться. — *хех, я, наверное, горжусь тобой больше, чем ты мной. Наконец тёплое молоко делает своё дело, заставляя Санса ещё больше хотеть спать, и он ложится с довольным вздохом. Даже страх перед новым кошмаром исчезает в этот момент, остаётся только счастье, пока его сознание уплывает.

***

Очень скоро скелет просыпается от того, что маленькая рука мягко трясёт его за плечо. — *Санс? — *утречка, мелкая, — отвечает он, протирая глаза. Несмотря на то, что он всё ещё чувствует себя довольно истощённым, по крайней мере, на этот раз кошмара не было (и, надеюсь, больше не будет. Молоко с мёдом иногда творит чудеса). — *Сейчас вечер, — поправляет Фриск, затем вопросительно склоняет голову набок. — *Папи сказал, ты мало спал в последнее время? Может, мне лучше оставить тебя отдыхать здесь? — *не, всё— — *Подожди, что это у тебя на лице? — перебивает она, прежде чем достать салфетку из кармана брюк и использовать её, чтобы вытереть что-то с его щеки. — *воу, неожиданно, — комментирует Санс, который всё ещё слишком сонный, чтобы как-то этому противиться. — *и нахально, тебе не кажется? Фриск не отвечает, просто уставившись на салфетку, которая мгновение назад была белой, а теперь на ней чёрное пятно. Санс плохо вытерся в прошлый раз? Или... это случилось, пока он спал? — *Что это? — спрашивает Фриск с беспокойством в голосе. — *эм, масло, наверное. иногда случается, если работаешь с машинами, знаешь ли? Почти подозрительно она нюхает салфетку. — *Тогда... разве оно не должно пахнуть? — *эм... Постоянно окружённый сильными запахами в своей мастерской, Санс даже не подумал об этом. Он берёт салфетку и тоже пробует понюхать. … Без запаха. Может, ему действительно стоит проверить свой череп позже, а? — *всё нормально. просто пятно. — *Но я думаю, это вытекло из твоего глаза... — *да ладно, просто что-то попало в глазницу; знаешь, со скелетами всякое бывает. не волнуйся, это не больно и вообще ничего. Спрыгнув с кровати, Санс добавляет: — *папс готовит ужин, да? тогда пойдём и защитим кухню от его "визионерской стряпни", а? — *...Тебе снились кошмары? — спрашивает Фриск, когда скелет уже собирается выйти из комнаты. Санс оглядывается на её спокойное, но задумчивое лицо. Опять этот вопрос, который она продолжает задавать снова и снова. Хотя, учитывая, что Санс плохо спал, в данном случае это имеет смысл... … Но всё же... он не может избавиться от странного чувства, которое сейчас испытывает. — *...давай не будем об этом сейчас, лады, приятель? я сейчас настроен поесть, — отвечает он, стараясь звучать так же беззаботно, как обычно. — *...Ладно, — тихо соглашается Фриск и следует за ним вниз, на кухню. В указанной комнате воздух уже наполнен запахом варящейся лапши, автоматически включая внутренние сигналы тревоги Санса, который готовится к худшему, хотя всё ещё выглядит настолько беззаботно, насколько это возможно (он любит своего бро, правда любит, но все травмы и сердечные приступы, через которые прошёл старший скелет... о, Эфир, храни его). Пока Флауи торчит из своего горшка на столе и потягивает стакан масла через трубочку, Папайрус усердно помешивает пасту на плите. — *ИДЕАЛЬНЫЙ МОМЕНТ! — кричит повар, увидев человека. — *ЭТИ НЕВЫНОСИМЫЕ МАКАРОНЫ СОБИРАЮТСЯ СБЕЖАТЬ! Фриск быстро подбегает, чтобы содержимое кастрюли не выплеснулось, пока Санс садится за стол, замечая: — *у еды действительно своя жизнь, когда ты что-то готовишь, бро. — *ЕСЛИ БЫ ОНИ ТОЛЬКО БЫЛИ ДОСТАТОЧНО ПОСЛУШНЫМИ... — *хей, не удивительно, что они хотят бунтовать, если ты так говоришь. — *ЧТО МНЕ ИМ ГОВОРИТЬ ВМЕСТО? МОТИВАЦИОННЫЕ РЕЧИ?? — *я не вижу в этом проблемы. — *...Ты хочешь сказать, не считая того факта, что он начал бы разговаривать с едой как сумасшедший? — бормочет Флауи. — *типа как мы сейчас разговариваем с придурком с цветочным горшком? — *Какой остроумный ответ, — саркастически отвечает он. — *Но что ж, думаю, всё лучше, чем разговаривать с монстром-ручкой. — *хех, каждому своё, если меня спросишь. — *САНС, КСТАТИ, ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ СЕБЯ ЛУЧШЕ ПОСЛЕ ЭТОГО СНА? — осведомляется Папайрус, быстро взглянув на другого через плечо. — *ага, чувствую себя определённо более живым, — подтверждает Санс, показывая большой палец вверх. Флауи осматривает его сбоку. — *Ты выглядишь как труп. — *ну, что поделать? я всё-таки скелет. — *Я НЕ ПОНИМАЮ, ЧТО ТЫ ИМЕЕШЬ В ВИДУ?? — Папайрус задумчиво трёт подбородок, Фриск тем временем заботится о макаронах. — *не, тебе и не надо. считай это нашим внутренним приколом. — *ЧТО Ж, ЧЕМ МЕНЬШЕ Я ПОНИМАЮ ТВОИ ШУТКИ, ТЕМ ЛУЧШЕ. — *о, конечно, я могу рассказать тебе пару смешных макаронных шуток— — *БОЖЕ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ НАДО, — одновременно рычат Папайрус и Флауи. Все садятся за стол, когда блюдо наконец готово, выглядит и пахнет довольно неплохо, в основном благодаря Фриск (может, когда-нибудь его брат сможет научиться у неё и начать готовить лучше самостоятельно; это было бы как мечта, ставшая реальностью). — *вкусно. вы двое отлично поработали, — комментирует Санс. — *УХ ТЫ, ПРИЯТНО СЛЫШАТЬ! Я УЖЕ БЫЛ ЗАСОМНЕВАЛСЯ, ПОТОМУ ЧТО АНДАЙН СКАЗАЛА МНЕ, ЧТО ЛУЧШИЙ СПОСОБ — ЭТО РАЗБИТЬ ПОМИДОРЫ О СТОЙКУ ИЗО ВСЕЙ СИЛЫ И— — *воу, стоп; не верь всему, что говорит эта рыба. — *И ПОЧЕМУ?? — *С какой стати тебе нужно убивать помидоры? — парирует Флауи, сдерживая свой снисходительный тон. — *ЭМ, ЧТОБЫ ПРИДАТЬ ЕДЕ ВЗРЫВНОЙ ВКУС?? — *Единственное, что взрывается — это наши желуд— Флауи мгновенно замолкает, когда замечает не очень тонкий взгляд Санса. — *'ЖЕЛУ...'? — переспрашивает Папайрус, раздражённый. — *...Забудь, — бурчит Флауи и продолжает потягивать свой масляный напиток, пытаясь игнорировать победоносную усмешку Санса (легко всегда заткнуть его). — *Я думаю, это нормально — экспериментировать, используя, эм, более необычные методы..., — заявляет Фриск. — *ДА! ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАК! — одобрительно восклицает Папайрус. — *ФРИСК, НАМ ОБЯЗАТЕЛЬНО НУЖНО ПРИГОТОВИТЬ ЧТО-НИБУДЬ С АНДАЙН СНОВА! В КОНЦЕ КОНЦОВ, С ДРУЗЬЯМИ ВЕСЕЛЕЕ! И, КОНЕЧНО, НЕТ ЛУЧШЕГО ДЕГУСТАТОРА, ЧЕМ ТЫ! — *Эм, конечно, — нервно, но в то же время радостно отвечает она. — *ОТЛИЧНО!!! Я ДОЛЖЕН РАССКАЗАТЬ ТЕБЕ ОБ ОДНОМ ЕЁ НОВОМ МЕТОДЕ, КОТОРЫЙ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ИСПОЛЬЗОВАНИИ КОПИЙ И КОСТЕЙ В КАЧЕСТВЕ МЕШАЛКИ... — *...Они умрут ужасной смертью, да? — безучастно бормочет Флауи. — *...я даже не уверен, что смогу не согласиться на этот раз, — шепчет в ответ Санс. После того как спагетти закончены, подаётся десерт: знаменитый пирог Ториэль с ириской и корицей, который Фриск принесла с собой в качестве подарка. — *МЕНЯ ВСЕГДА УДИВЛЯЕТ, КАК ЦВЕТ ТВОИХ ГЛАЗ МЕНЯЕТСЯ КАЖДЫЙ РАЗ, КОГДА ТЫ ЕШЬ ЧТО-ТО СЛАДКОЕ, — замечает Папайрус, наблюдая за ребёнком, которым теперь завладел призрачный сорванец, который, конечно же, жадно хватает кусок. — *ЭТО КАКАЯ-ТО АЛЛЕРГИЯ? ИЛИ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ШТУКА? — *Сто процентов человеческая штука, — подтверждает Чара, хихикая. — *Прямо как мы, прячущиеся под твоей кроватью по ночам или ворующие твои молочные зубы~ Папайрус громко ахает. — *САНС! ЗНАЧИТ, ПОД МОЕЙ КРОВАТЬЮ И ПРАВДА БЫЛИ ЛЮДИ, КОГДА Я, БУДУЧИ МАЛЫШОМ, ВСЁ ВРЕМЯ ТЕБЯ СПРАШИВАЛ?! — *хех, не, они просто разыгрывают тебя. Санс хлопает ребёнка по голове слишком сильно, заставляя ту поморщиться. — *и им, наверное, стоит перестать тебя так пугать. — *Дошло уже, — шипит Чара и сверлит Санса взглядом, полным ненависти, после того как он останавливается (ой, это метафорически больно). Что ж, это заставляет Флауи фыркнуть, чуть не поперхнувшись вторым стаканом масла (карма действительно повсюду). — *ПРАВДА, БРАТ, Я ДОСТАТОЧНО ВЗРОСЛЫЙ, ЧТОБЫ МЕНЯ БЫЛО ТАК ПРОСТО НАПУГАТЬ, — твёрдо возражает Папайрус. — *К ТОМУ ЖЕ, Я БЫ В КАКОЙ-ТО МОМЕНТ ДОГАДАЛСЯ, ЧТО ЭТО НЕПРАВДА, ПОТОМУ ЧТО, КАК ВСЕМ ИЗВЕСТНО: ЗУБНОЙ ФЕИ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. — *Я шокирована, — отвечает Чара, довольно искусно разыгрывая удивление (хотя и не теряя своей самодовольной усмешки). — *Я ТОЖЕ БЫЛ, КОГДА УЗНАЛ! НО НЕ ВОЛНУЙТЕСЬ— Шёпотом и благоговейным тоном он продолжает: — САНТА-ТО СУЩЕСТВУЕТ! НЬЕХЕХЕХЕХ! Я МОГУ ПОКАЗАТЬ ВАМ ВСЕ ЕГО ОТВЕТНЫЕ ПИСЬМА ПОЗЖЕ! Пока Папайрус погружается в свои воспоминания, Чара наклоняется к Сансу, шепча: — *Значит, тебе можно рассказывать ему фантастические истории, а мне нет? Скелет пожимает плечами. — *сначала научись лучше рассказывать. Фыркнув, ребёнок набивает рот ещё одним куском пирога, прежде чем в гневе спросить Флауи: — *Можешь в это поверить?! — *Он просто тупой улыбчивый мешок с мусором, как всегда, — отвечает тот, его цветочная голова на мгновение быстрее вращается от презрения. — *Именно~, — соглашается Чара, хихикая. Вау, так много антагонизма в воздухе. …И всё равно это почему-то заставляет Санса тоже усмехнуться. — *пирог действительно хорош, — замечает он и довольно мычит. — *ДА, ПИРОГИ ГОСПОЖИ ДРИМУРР ЛУЧШИЕ! ФРИСК, МОЖЕТ, ТЫ СМОЖЕШЬ УГОВОРИТЬ ЕЁ ДАТЬ НАМ РЕЦЕПТ, ЧТОБЫ МЫ ИСПЕКЛИ ЕГО ВМЕСТЕ КОГДА-НИБУДЬ?! Пожимая плечами, Чара соглашается: — *Пф. Конечно, почему бы и нет? Я бы хотела есть его, когда захочу, а не ждать, пока она его приготовит. При виде выражения лица Папайруса, полного надежды и благодарности, Чара хихикает (но заметно менее злобно на этот раз, может добавить Санс). По мере того как вечер продолжается, сегодняшние звёзды показывают себя с сиянием более ярким, чем когда-либо, в тёмном небе. И Санс, наслаждаясь временем, ещё не осознаёт, что подсознательно желает, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.

***

Примечания: Блин, я теперь как бы жалею, что не сделала временные рамки истории более широкими (в основном больше дней между определёнными событиями), но я почему-то постоянно недооцениваю такие вещи. Я осознала слишком поздно, что, во-первых, это была не очень хорошая идея — начинать всю историю в июне (я объясню позже, почему, когда это станет актуально), а во-вторых, что я выстрелила себе в ногу тем, что Фриск возвращается через два дня, а потом этот конвент, так как я хотела показать бессонницу Санса, длящуюся около недели или около того. Эх, в следующий раз я просто лучше спланирую, прежде чем начать писать. Но я думаю, всего две бессонные ночи и пара кошмаров с небольшими перерывами достаточно мягки для начала, но я всё ещё немного недовольна этим. И, возможно, сцена ужина кажется немного filler'ной? По крайней мере, она служит цели дальнейшего установления динамики персонажей и позволяет закончить главу на душевной ноте, я полагаю. Следующая глава, возможно, будет снова намного длиннее, и я думаю, что она займёт больше времени, потому что там будут некоторые сложные вещи для написания (в основном касающиеся мотивации персонажей, на самом деле). Однако теперь я исчезаю в пустоте, которой является мой мир мыслей.