медный привкус

Звук открывающейся двери прозвучал как выстрел. Мина подскочила на кровати, прислушиваясь. Шаги. Легкие, уверенные шаги по паркету гостиной. Затем звук падающих на пол ключей, шелест снимаемого пальто. Сердце Мины колотилось где-то в горле. Она не встала. Она замерла, глядя на дверь спальни, ожидая. Дверь открылась бесшумно. Вэриан стояла на пороге, освещенная светом из коридора. На ней было вечернее платье цвета темного бордо, облегающее фигуру как вторая кожа, с глубоким декольте, открывающим ложбинку груди. Ткань мерцала и переливалась при каждом ее движении. Каштановые волосы были уложены в элегантную вечернюю прическу, открывая длинную шею с ниткой крупного жемчуга. В красных глазах плясали блики света, и они смотрели прямо на Мину с той смесью собственничества и голодного желания, от которой у девушки подкашивались колени даже в сидячем положении. — Ты не спишь, — Голос Вэриан звучал низко и чуть хрипловато — то ли от усталости, то ли от выпитого на ужине вина. — Я ждала тебя, — ответила Мина, и ее голос прозвучал удивительно смело для нее самой. Вэриан медленно улыбнулась той самой медленной, собственнической улыбкой. Она вошла в спальню, закрыла за собой дверь и, не сводя глаз с Мины, нажала кнопку на стене. Шторы с тихим электроприводом сомкнулись, отрезая их от ночного города. Комната погрузилась в мягкий, интимный полумрак, который создавала лишь одна горящая бра над изголовьем кровати. Вэриан подошла к кровати и остановилась, глядя на Мину сверху вниз. — Покажи мне, — приказала она. Мна мгновение колебалась, а затем, повинуясь какому-то внутреннему порыву, медленно откинула простыню, которой была прикрыта. Она лежала на черном шелке в одном лишь кружевном белье, которое Вэриан ей подарила. Черное кружево почти сливалось с простынями, создавая иллюзию, что оно вырезано прямо на ее коже. Ее серебристые волосы разметались по подушке, пухлые розовые губы были приоткрыты от волнения, а в медовых глазах застыл немой вопрос и желание. Вэриан медленно провела взглядом по ее телу. От лица, по шее, по ключицам, задерживаясь на груди, едва прикрытой кружевом, по плоскому животу, по бедрам, обтянутым прозрачной тканью. Ее ноздри чуть расширились, дыхание стало глубже. — Ты надела его, — сказала она, и в ее голосе послышались нотки удовлетворения. — Ты была послушной девочкой. — Я обещала, — прошептала Мина. Вэриан села на край кровати, лицом к Мине. Она не касалась ее, просто смотрела. Это было мучительно и сладко одновременно — быть объектом такого пристального, раздевающего взгляда. Мина чувствовала, как под этим взглядом ее кожа начинает гореть. — Ты трогала себя, пока меня не было? — внезапно спросила Вэриан. Мина вздрогнула, краска залила ее щеки. — Я... я... — Не лги мне, — голос Вэриан стал жестче, но в глазах заплясали веселые искорки. — Я чувствую запах. Ты пахнешь возбуждением, Мина. Ты трогала себя, думая обо мне? — Да, — выдохнула Мина, не в силах сопротивляться этому допросу. — Немного. Но я остановилась. Я хотела дождаться тебя. — Умница, — Вэриан наклонилась и поцеловала ее в лоб, словно хваля послушного ребенка. — За это ты будешь вознаграждена. Она выпрямилась и, глядя Мине прямо в глаза, медленно поднесла руку к застежке на шее. Жемчужное ожерелье с тихим щелчком расстегнулось и упало ей в ладонь. Она протянула его Мине. — Подержи это. Мина взяла теплое от ее тела ожерелье, сжимая крупные жемчужины в кулаке. Затем Вэриан, не торопясь, завела руку за спину и начала расстегивать молнию на платье. Звук расходящейся молнии в тишине комнаты прозвучал невероятно громко, почти неприлично. Ткань бордового платья ослабла, и Вэриан, пожав плечами, позволила ему соскользнуть вниз. Платье упало к ее ногам тяжелой лужей мерцающего шелка. Под платьем на ней было только белье. Но это белье не шло ни в какое сравнение с тем, что было на Мине. На Вэриан был комплект из черного, почти непрозрачного шелка и кружева: бюстгальтер, который скорее приподнимал и подчеркивал ее большую грудь, чем скрывал ее, и трусики-слип, высоко сидящие на бедрах. Ее тело в этом белье выглядело еще более совершенным, еще более желанным. Каждый изгиб, каждая линия были созданы для того, чтобы ими любовались. Вэриан ступила ногой в туфельку и, изогнув ступню, сняла ее. Затем другую. Теперь она стояла перед Миной в одном белье и чулках, держась за спинку кровати. Ее красные глаза горели, на губах играла легкая, опасная улыбка. — Тебе нравится то, что ты видишь? — спросила она. — Да... — выдохнула Мина, не в силах оторвать взгляд. — Ты прекрасна. — Подойди ко мне, — приказала Вэриан. Мина сползла с кровати и на подкашивающихся ногах подошла к ней. Она стояла так близко, что чувствовала исходящий от Вэриан жар, смешанный с ароматом ее духов и легким запахом вина. — Раздень меня, — прошептала Вэриан, беря руки Мины в свои и кладя их себе на талию, на край трусиков. — Медленно. Не торопись. Пальцы Мины дрожали, когда она взялась за кружево. Она никогда раньше не раздевала женщину. Это было интимнее, чем все, что она делала до сих пор. Она медленно потянула трусики вниз, по бедрам, по ногам. Вэриан приподнимала ноги, помогая ей, и Мина видела все. Когда трусики упали на пол, Мина замерла, не зная, что делать дальше. — Продолжай, — голос Вэриан был низким и хриплым. Мина потянулась к застежке бюстгальтера на спине. Ее пальцы никак не могли справиться с маленьким крючком. Она чувствовала себя неуклюжей и неловкой. Вэриан тихо рассмеялась. — Не спеши. У нас вся ночь. Наконец, крючок поддался. Бретельки соскользнули с плеч, и бюстгальтер упал, открывая взору Мины грудь Вэриан. Она была именно такой, какой Мина запомнила ее вчера: большой, тяжелой, с темными, набухшими сосками, которые смотрели прямо на нее. Мина завороженно смотрела на эту грудь, чувствуя, как внутри все переворачивается от желания. — Теперь чулки, — прошептала Вэриан. Мина опустилась перед ней на колени. Это было символично — поза полного подчинения. Она сняла сначала один чулок, медленно скатывая его с длинной, идеальной ноги, целуя кожу по пути вниз. Затем второй. Вэриан стояла неподвижно, лишь ее дыхание стало чаще, и Мина видела, как пульсирует жилка на ее шее. Когда Мина закончила, она осталась стоять на коленях, глядя на Вэриан снизу вверх. Вэриан была полностью обнажена, величественна и прекрасна, как античная статуя, сошедшая с пьедестала. — Встань, — приказала Вэриан, протягивая ей руку. Мина встала. Вэриан взяла ее лицо в ладони и поцеловала. Этот поцелуй отличался от всех предыдущих. Он был нежным, почти благодарным, но в то же время полным обещания. Язык Вэриан медленно исследовал рот Мины, пробуя ее на вкус, лаская. Не разрывая поцелуя, Вэриан повела Мину обратно к кровати и мягко толкнула ее на спину. Она нависла над ней, опираясь на руки, и ее длинные волосы, выбившиеся из прически, упали, создавая вокруг их лиц интимный шатер. — Сегодня я хочу научить тебя кое-чему новому, — прошептала Вэриан, отрываясь от ее губ. — Я хочу, чтобы ты узнала, каково это — доставлять удовольствие женщине. Мне. Она поцеловала Мину в шею, чуть ниже уха, и Мина выгнулась, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Губы Вэриан двинулись ниже, к ключице, к ложбинке между грудью. Она целовала кожу, слегка покусывая, оставляя за собой дорожку из влажных, горячих следов. Вэриан медленно, очень медленно, стянула с нее трусики. Мина осталась полностью обнаженной, открытой, уязвимой. Вэриан легла рядом, прижимаясь к ней всем телом. Кожа к коже. Грудь к груди. Бедро к бедру. Она обняла Мину, и та почувствовала, как сильно бьется сердце Вэриан — так же бешено, как и ее собственное. Вэриан поцеловала ее, и этот поцелуй был глубоким, страстным, почти отчаянным. Одновременно ее рука скользнула между их телами и нашла клитор Мины. Она начала ласкать его, медленно, ритмично, в такт поцелую. Мина таяла в ее руках, теряя ощущение времени и пространства. Затем Вэриан оторвалась от ее губ и посмотрела на нее. — А теперь твоя очередь, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты коснулась меня. Мина начала ласкать грудь Вэриан обеими руками. Она сжимала ее, мяла, водила большими пальцами по горошинам, которые становились все тверже. Вэриан выгибалась навстречу ее прикосновениям, ее дыхание сбивалось. — Хорошо... очень хорошо... — шептала она. — А теперь поцелуй их. Мина наклонилась и взяла сосок Вэриан в рот. Она делала это неумело, но старательно, копируя движения, которым Вэриан научила ее всего несколько минут назад. Она посасывала, слегка прикусывала, и Вэриан не издавая стонов, запустила пальцы в ее серебристые волосы. Мина переключилась на второй сосок, В какой-то момент вэриан мягко, но настойчиво отстранила голову Мины. — Хватит, — сказала она, и ее голос дрожал. — Иначе я кончу прямо сейчас, а я этого не хочу. Она перевернулась, нависая над Миной, и посмотрела ей в глаза. Ее красные глаза горели, зрачки были расширены так, что радужки казались почти черными. — Раздвинь для меня ноги, — приказала она. Когда Мина, наконец, пришла в себя, Вэриан поднялась к ней и поцеловала в губы. Мина чувствовала на губах собственный вкус — терпкий, солоноватый. Женщина перевернулась на спину и притянула Мину к себе, усаживая ее сверху, лицом к себе. — А теперь ты будешь сверху, — сказала она. — Я хочу видеть твое лицо, когда ты будешь доставлять мне удовольствие. Мина начала ласкать Вэриан, сначала неумело, но быстро учась по ее резким движениям рук и движениям бедер. Она чувствовала, как напрягаются мышцы живота Вэриан под ней, как учащается ее дыхание. — Быстрее... — выдохнула Вэриан, запрокидывая голову и вцепившись в бедра Мины. — Не останавливайся... Мина ускорилась, одновременно наклонившись и взяв в рот сосок Вэриан. Вэриан приоткрыла рот, выгибаясь. Ее тело сотрясала дрожь, бедра дергались в такт движениям пальцев Мины. Она кончала сжимая бедра мины так сильно, что наверняка оставят синяки. Когда все стихло, Вэриан лежала неподвижно, тяжело дыша, с закрытыми глазами. Мина смотрела на нее сверху вниз, чувствуя невероятную, пьянящую власть. Она смогла доставить удовольствие этой богине. Вэриан открыла глаза и посмотрела на Мину. В ее красных глазах больше не было той холодной, собственнической отстраненности. Там была теплота, удовлетворение и... удивление? — Ты прирожденная ученица, — прошептала она, притягивая Мину к себе и заключая в объятия. — У тебя талант. Они лежали, переплетясь телами, уставшие и счастливые. Мина чувствовала, как сердце Вэриан бьется в унисон с ее собственным. Она гладила ее по плечу, по спине, по волосам. Вэриан, в свою очередь, перебирала серебристые пряди Мины, накручивая их на палец. — Я не ожидала, — вдруг тихо сказала Вэриан. — Чего? — спросила Мина, поднимая голову и глядя ей в глаза. — Что ты так быстро научишься. Что мне будет... хорошо с тобой. Обычно мне нужно время, чтобы привыкнуть к новому телу. А с тобой... словно мы знаем друг друга вечность. Мина улыбнулась, и эта улыбка осветила ее лицо изнутри. — Может, мы и правда знали друг друга в прошлой жизни? — Может быть, — Вэриан поцеловала ее в лоб. — Хотя в прошлой жизни я, скорее всего, была султаном, а ты — моей любимой наложницей. Мина тихо рассмеялась. — Звучит правдоподобно. Вэриан усмехнулась, но в ее глазах мелькнула тень. — Только не наложницей. Ты не для гарема. Ты... другое. Ты особенная. Они замолчали, наслаждаясь тишиной и близостью. Где-то в другой комнате мяукнула Джуджу, требуя внимания, но они не обратили на это внимания. Мир за пределами этой кровати, этой комнаты, перестал существовать. Через некоторое время Вэриан пошевелилась. — Нам нужно принять душ, — сказала она. — Ммм, — промычала Мина, не желая выпускать ее из объятий. — Пойдем со мной, — Вэриан села и протянула ей руку. — Я обещаю, будет весело. Они вместе пошли в ванную — огромное помещение из черного мрамора с душевой кабиной размером с небольшую комнату. Вэриан включила воду, и теплые струи обрушились на них, смывая следы любви. Мна взяла гель для душа и начала намыливать Вэриан. Ее руки скользили по мокрой коже, по животу, по спине. Вэриан закрыла глаза, отдаваясь этим прикосновениям. Затем она взяла гель и проделала то же самое с Миной, тщательно намыливая каждый дюйм ее тела. Под душем они снова поцеловались. Вода стекала по их лицам, смешиваясь с поцелуем. Они вытерлись огромными пушистыми полотенцами и вернулись в постель. Мина думала, что сразу уснет, но вместо этого лежала с открытыми глазами, глядя на спящую Вэриан. Во сне ее лицо разглаживалось, исчезала жесткая складка у губ, и она становилась похожей на обычную женщину, уставшую после долгого дня. Мна осторожно коснулась пальцем ее щеки. Вэриан чуть нахмурилась во сне, но не проснулась. — Кто ты? — прошептала Мина. — И во что я ввязалась? Ответа не было. Только тихое дыхание спящей женщины и далекий шум ночного Сеула за плотными шторами. Мина закрыла глаза и, прижавшись к теплому телу Вэриан, наконец, провалилась в глубокий, спокойный сон без сновидений. — — —  Утром Мину разбудил не будильник, а странное ощущение на животе. Она открыла глаза и чуть не вскрикнула от неожиданности. На ней, устроившись на ее животе, как на подушке, лежала Джуджу и смотрела на нее своими небесно-голубыми глазами с выражением кошачьего превосходства. — О... привет, — прошептала Мина, боясь пошевелиться. — Она одобрила тебя, — раздался голос Вэриан. Она сидела в кресле у окна, уже одетая в легкий домашний костюм из шелка цвета шампанского, с чашкой кофе в руках. — Джуджу обычно не ложится на чужих. Ты первая. — Правда? — Мина погладила кошку, и та зажмурилась от удовольствия, урча как маленький трактор. — Правда, — Вэриан улыбнулась. — Похоже, ты покорила не только меня, но и мою кошку. Это серьезное достижение. Мна рассмеялась, и в этот момент она почувствовала себя почти счастливой. Почти дома. Почти нужной. Почему-то именно одобрение пушистой белой кошки значило для нее не меньше, чем признание самой Вэриан. — Иди завтракать, — сказала Вэриан, поднимаясь. — У меня для тебя сюрприз. Она вышла из комнаты, и Мина, осторожно переложив Джуджу на подушку, последовала за ней, чувствуя, как золотая клетка на шее мягко покачивается при каждом шаге.