История Любви и Огня

Глава 7: Сгорим вместе В её дяде что-то сильно изменилось. Рейнира заметила это сразу после его возвращения со Ступеней. Деймон никогда не был таким расчетливым и обдуманным… и с каких это пор он по доброй воле участвует в заседаниях Совета и берется за работу? С каких пор он перестал изводить её отца и влипать в неприятности каждые две недели? И это было еще не всё. Сколько принцесса себя помнила, Деймон баловал её, проводил с ней время и осыпал подарками, но он никогда не был так физически ласков. Даже когда она была ребенком. Он обнимал её, держал за руку, невзначай касался её плеч или поясницы… ей становилось жарко и волнительно от одних только мыслей об этом! Рейнира знала дядю всю жизнь и безмерно любила его, но что-то было не так. Сначала она верила, что он просто повзрослел из-за войны, но перемены казались несоразмерными. Она продолжала наблюдать и анализировать его поведение, пока не пришла к выводу: её дядя плетет заговор ради трона. Другого объяснения она не находила! Но если Деймон решил, что хочет Железный Трон, где в этой схеме она? Неужели он планирует избавиться и от неё? Принцесса в это не верила, если честно, никогда не верила, но Деймон вел себя слишком необычно, чтобы она не рассматривала такой вариант. Однако, поразмыслив, она отбросила эту мысль. Оставался только один вариант — их брак, чтобы однажды он стал королем-консортом. Но было ли это для него лишь политическим ходом? А потом была книга… та самая книга. Рейнира провела немало часов в своей постели, изучая эротический фолиант, подаренный Деймоном. Стоило признать, это открыло ей глаза на многое! Хотя она знала основы секса от матери и своей септы, она и представить не могла, сколько вариаций и позиций существует… Было невозможно не смотреть на эти иллюстрации с изумлением, любопытством и возбуждением! Она не могла удержаться от того, чтобы не касаться себя, думая о Деймоне и о том, каково это — испробовать некоторые из этих поз с ним… Принцесса приняла решение: она выяснит, влечет ли дядю к ней так же сильно, как её к нему. Или же ему нужен просто политический союз. Если второе, Рейнира не знала, каким будет её следующий шаг. Но если первое — принцесса хотела начать эксперименты по книге. Немедленно! Когда они виделись в последний раз в тот день, Рейнира тайком передала принцу записку с просьбой навестить её ночью в её покоях, воспользовавшись потайным ходом. Она ужасно нервничала перед встречей и мерила комнату шагами, когда услышала тихий стук в секретную дверь. Он пришел! Она открыла, и Деймон вошел, выглядя так же великолепно, как и всегда. — Чему я обязан таким удовольствием, принцесса? Она жестом пригласила его к креслу и принялась возиться с кубками. — Вина? Дядя приподнял бровь, словно говоря, что видит её попытки потянуть время, будь он проклят! Но он снисходительно кивнул. Разлив вино, Рейнира — никогда не пасовавшая перед вызовами — достала ТУ САМУЮ книгу и бросила её прямо перед его лицом, указав на страницу, где мужчина стоял на коленях перед женщиной, зарывшись лицом между её ног. Это было одним из самых шокирующих открытий для Рейниры. Её разум не мог помыслить, что люди делают подобное. И она не могла перестать гадать, каковы будут ощущения, особенно если это будет делать Деймон… — Я изучала её, и у меня есть вопросы. Как насчет этого? Люди действительно так делают и получают удовольствие? А ты? — спросила она, немного запыхавшись. Первым, что она увидела на лице дяди, было удивление, но оно быстро сменилось… было ли это вожделение? — Да, делают. И я тоже. И я уверен, что тебе бы это тоже понравилось, — почти промурлыкал он. Его фиолетовые глаза потемнели от страсти и опустились к её губам. Рейнира забыла обо всех планах: она просто села к нему на колени, обхватила его за плечи и потянулась за поцелуем. Деймон на мгновение заколебался, и сердце принцессы затрепетало от неуверенности, пока дядя не ответил. Он поцеловал её страстно, его руки поднялись, чтобы ласкать её лицо и прижимать к себе. Его вкус на её губах, борьба их языков и ощущение его тела, прижимающегося к её собственному… это было неописуемо, лучше, чем в самых смелых её фантазиях! Она потеряла счет времени, полностью погрузившись в новые удивительные чувства, пока дядя резко не прервал поцелуй и не встал, отстранив её от себя и поставив на ноги. Принцесса попыталась сократить дистанцию, но Деймон остановил её. — Маленький дракон, если мы продолжим, я не смогу остановиться, пока не заберу тебя всю, — сказал дядя с хищным блеском в глазах. — Я не хочу, чтобы ты останавливался. Сделай меня своей! — приказала она. — Проклятье, Рейнира, я из последних сил стараюсь поступить правильно. Я пытаюсь помочь тебе упрочить твои права на престол, — выпалил принц почти отчаянно. От его слов её пыл поостыл, а в животе засосало от неприятного предчувствия. — Какое тебе дело до моих прав? — сердито прошипела Рейнира. Все её сомнения и неуверенность в дяде вернулись бурным потоком. Деймон, должно быть, что-то увидел в её лице, потому что в следующий миг он уже стоял перед ней на коленях. — Я люблю тебя, Рейнира! Я любил тебя с того мгновения, как мать вложила тебя, младенца, мне в руки. А теперь я люблю тебя как женщину и, если ты позволишь, как мою будущую жену — жену моего сердца! — решительно провозгласил он. Принцессе показалось, что она не может дышать; чистое счастье переполнило её разум, тело и душу. — Мы с тобой — драконы, и в наших жилах течет огонь. Нам суждено гореть вместе! — добавил Деймон с ухмылкой, вспоминая слова из её будущего предложения. — С тех пор как я вернулся в Королевскую Гавань, быть рядом с тобой и не поддаваться желанию было сладкой мукой. Но я терпел, потому что ты заслуживаешь того, чтобы за тобой ухаживали. И потому что ты заслуживаешь мужа, который всегда будет защищать тебя и твои интересы. — А если отец отречется от меня завтра? Ты всё равно захочешь жениться на мне, дядя? — спросила Рейнира, надеясь развеять последние тени в своем сердце. — Да, — ответил он просто, но твердо. Когда племянница открыла рот, чтобы расспросить его дальше, Деймон перебил её. — Верю ли я, что на Железном Троне должен сидеть Таргариен, а не какая-то полукровка Хайтауэров? Однозначно — да! Хочу ли я трон для себя? И да, и нет. Я был наследником Визериса годами и часто представлял себя королем, но больше всего я хотел, чтобы брат официально признал меня своим преемником, а не самого факта воцарения. Теперь же я абсолютно уверен, что ты станешь куда более великой королевой, чем я — королем. — Я тоже люблю тебя! И я хочу видеть тебя своим мужем, — поклялась Рейнира, нежно касаясь его лица. Деймон радостно улыбнулся, встал и подхватил её на руки, целуя с огненным неистовством. — Покажи мне! — прошептала принцесса, прижимаясь лбом к его лбу. — Наверняка не всё в этой книге ведет к беременности. — Ты меня в могилу сведешь, маленький дракон! — воскликнул Деймон, лаская её серебристые пряди. Затем он снова приник к её губам, медленнее, но не менее пылко, словно стараясь запечатлеть себя в её памяти через вкус и прикосновения. Его поцелуи спустились к подбородку и шее; легкие движения языка и дразнящие укусы разжигали её желание. Когда рука дяди накрыла её грудь, а палец мазнул по соску через ткань платья, у Рейниры вырвался стон, и она вцепилась руками в его дублет. — Еще! — скомандовала принцесса. Деймон подсадил её на стол, и вскоре она почувствовала его ладонь под платьем. Рука медленно, но уверенно поднималась выше, лаская икру, колено, чувствительную внутреннюю сторону бедра, и вот она оказалась там, между ног — там, где всё ныло от жажды. Там, где её никто и никогда не касался. Она на мгновение замерла от прикосновения его пальцев к самому сокровенному месту. Дядя тоже остановился, но не убрал руку, словно ожидая от неё знака. Чужое прикосновение казалось непривычным, но не вызывало дискомфорта или неловкости. Напротив, сама кровь в жилах Рейниры, казалось, ревела, требуя двигаться, брать, делать Деймона своим! Она больше не сдерживалась. Племянница и дядя снова сплелись в порыве, руки собственнически хватали и ласкали, языки боролись за лидерство. Рейнира почти заскулила от недовольства, когда его губы покинули её, но вскоре поняла его намерения: он опустился на колени и исчез под её юбками. «Он действительно собирается повторить картинку из книги», — подумала она с изумлением. Она чувствовала, как он приближается к самому центру её существа. Но она не была готова к тем ощущениям, которые обрушил на неё его язык! Все мысли вылетели из головы, остались только дядя и инферно наслаждения между ног. Она не могла усидеть на месте, но чувствовала, как сильные руки Деймона удерживают её, пока его язык продолжал свою сладкую пытку. Она мертвой хваткой вцепилась в край стола, не в силах сдерживать стоны и мольбы, срывающиеся с губ. И когда ей показалось, что она сейчас умрет от восторга, великое напряжение спало, и всё её существо затопило экстазом. Ей казалось, что она парит, конечности стали тяжелыми и вялыми. Дядя обнимал её, целуя в губы и подбородок. Его дыхание было хриплым и прерывистым, а тело, прижатое к ней, всё еще было напряжено. Рейнира пришла в себя, осознав: хотя она достигла пика, её дядя — нет. Его рука двигалась в полурасстегнутых штанах. Она хотела подарить ему такое же удовлетворение, какое он подарил ей. Она протянула руку и обхватила его мужское естество. Оно оказалось гораздо крупнее, чем она представляла, и странным на ощупь — твердым и бархатисто-мягким одновременно. Принц был слишком охвачен страстью, чтобы протестовать: он лишь немного направил её руку, пока она не уловила нужный хват и ритм, а затем просто держался за неё, тяжело дыша ей в шею. Вскоре он с коротким стоном излился, и её пальцы покрылись его семенем. Рейнира потеряла счет времени, пока они оставались в этой позе. Наконец дядя взял её на руки и перенес на кровать, бережно уложив. Когда он поцеловал её в лоб и собрался уходить, принцесса схватила его за руку. — Останься! — взмолилась она. Видя, что он собирается возразить, она добавила отчаянное: — Пожалуйста! Деймон отпустил её руку, и на глаза Рейниры чуть не навернулись слезы. Но тут она заметила, что он снимает сапоги и верхнюю одежду. На её губах заиграла улыбка, и как только дядя устроился в постели, она тут же прижалась к его боку и вскоре уснула. ~*~*~*~*~*~ Точка зрения Деймона Деймон проснулся в замешательстве. Он был не в своей постели и не в своих покоях, а кто-то спал, наполовину навалившись на него. Он напрягся, готовый вскочить при малейшей опасности, пока не вспомнил… События прошлой ночи вызвали на его губах искреннюю улыбку. Стоило признать, что племянница застала его врасплох. Когда он женился на Рейнире в прошлый раз, она уже была зрелой женщиной, уверенной в своей сексуальности. И хотя в тот памятный раз в борделе её страсть и пыл совершенно поразили его, он списал это на мимолетное помрачение, вызванное стечением обстоятельств и самой атмосферой того места. Каким же он был дураком — и, очевидно, оставался им до сих пор! Рейнира была истинным драконом: огонь и собственничество текли в её жилах. То, что она была молода, не меняло её сути. Через десять лет она станет лишь чуть более мудрой и зрелой версией самой себя. Деймон был счастлив и по-настоящему горд тем, что она пожелала сделать его своим. Понежившись немного в ощущении пробуждения с любимой племянницей на руках, он заметил, что близится рассвет, а значит, ему пора уходить. Он осторожно высвободился из объятий Рейниры, стараясь не разбудить её, и оделся. Он снова взглянул на её прекрасную спящую фигуру, колеблясь, стоит ли её будить. В конце концов он решил, что не хочет никаких недопониманий относительно прошлой ночи, и нежно поцеловал её в губы. Принцесса проснулась с восхитительным ворчанием. — Доброе утро, принцесса! — прошептал Деймон. — Мне пора идти. А тебе стоит еще поспать. — Я не хочу, чтобы ты уходил! — надулась принцесса. Она выглядела совершенно очаровательно: растрепанные волосы, сонные глаза и капризно выпяченная губка. — Как насчет того, чтобы я вернулся через два часа, и мы вместе позавтракаем? — снисходительно предложил Деймон. — Через час, — властно заявила принцесса. Он усмехнулся, но согласился: — Как пожелаешь. ~*~*~*~*~*~ Они болтали о пустяках, поддразнивали друг друга и смеялись. Они кормили друг друга с рук, используя любую возможность, чтобы соприкоснуться ладонями или обменяться мимолетными ласками. По правде говоря, в их действиях этим утром было мало скрытности: любой, кто заглянул бы к ним на завтрак, без тени сомнения понял бы, что они — любовники. Но Деймону было плевать, ведь это было самое счастливое утро за очень долгое время. Поскольку к моменту окончания трапезы было еще совсем рано, они решили совершить короткий полет на драконах. Их игривое настроение перенеслось в небеса: они гонялись друг за другом и кружили в облаках. Деймон был абсолютно пьян от радости — парить высоко над городом, ловить порывами ветра восхищенный смех Рейниры и следовать за знаменем её серебристых волос, развевающихся на лету. Когда они прибыли на заседание Малого совета, которое вот-вот должно было начаться, они всё еще оживленно переговаривались и смеялись. Порочный принц мгновенно помрачнел, заметив взгляды, полные презрения и возмущения на лицах некоторых членов совета. Улыбка Рейниры тоже заметно угасла, но искорки в глазах остались, когда они заняли свои места друг против друга. И, конечно же, поскольку жизнь несправедлива, слово взял Десница. — Ваше Величество, мне стало известно, что в следующем месяце исполняется годовщина вашего брака с королевой Алисентой. Я полагаю, было бы полезно устроить празднование, возможно, турнир, дабы прославить ваш плодотворный союз, а также стабильность и процветание, которые он принес королевству, — предложил Хайтауэр своим обычным вкрадчивым тоном. — Кажется, я припоминаю, что не так давно вы протестовали против моих планов, ссылаясь на их дороговизну. Уж турнир-то обойдется казне гораздо дороже. И он явно не принесет столько пользы, сколько вы расписываете, — парировал принц с неприкрытым презрением в голосе. — Насколько я помню, вы весьма жалуете турниры, принц Деймон. Вы ведь не станете лишать народ возможности увидеть, как их победитель демонстрирует доблесть перед лучшими рыцарями королевства? — добавил Хайтауэр с саркастической ухмылкой. «Чертов лизоблюд!» — Деймон прикусил язык, чтобы не плюнуть этому гаду в лицо. — К тому же, Ваше Величество, с последнего турнира прошло немало времени! Если память мне не изменяет — с самого рождения Эйгона. — Ты прав, Отто! Начинай приготовления! — решил Визерис. Проклятье, проклятье, проклятье! Деймон не знал, что именно Хайтауэр задумал с этим турниром, но одно было ясно: ничего хорошего!