История Любви и Огня

Глава 9: Турнир Деймон пришпорил коня и под рев сотен зрителей вылетел на арену как раз в тот момент, когда герольд объявил его имя. — Принц Деймон из дома Таргариенов! Принц Города, победитель войны на Ступенях! Прошла уже неделя с начала турнира в честь годовщины свадьбы Короля и Королевы. Наступил финальный день мероприятия, а вместе с ним и завершающие поединки на копьях. Порочный принц решил отказаться от общей схватки — меле, как и от любых других состязаний, кроме турнирных листов. От меле — потому что там слишком легко попытаться убить кого-то и выдать это за несчастный случай, а от прочего — потому что это никогда не вызывало у него интереса. Когда Хайтауэр услышал об этом, его глаза вспыхнули от ярости, и он плотно сжал губы, вероятно, чтобы не выплеснуть проклятия прямо в лицо принцу. Деймон получил от этого истинное удовольствие. Оказавшись на арене, он первым же делом отыскал взглядом королевскую трибуну и свою любимую племянницу. Рейнира встретилась с ним взглядом и гордо улыбнулась. Она последовала его совету и на протяжении всего турнира носила только цвета их Дома. Платье, выбранное ею на сегодня — черное с едва заметными красными акцентами — имело более зрелый крой; принцесса больше не выглядела как невинная дева, теперь это был облик королевы-дракона. «Так и должно быть», — подумал Деймон. Рейнира выглядела великолепно. Он слышал слухи, роившиеся по мере продолжения турнира. О «Зеленых» и «Черных», о том, как двор раскололся на две фракции — одну за Отраду Королевства, другую за Королеву; и о том, что Алисента якобы самая красивая женщина в семи королевствах. Тот факт, что «Зеленые» собирались и снова втихомолку плели интриги, не беспокоил принца. Без своих лидеров и главных сторонников они рассыплются в прах. Что же до хваленой красоты Королевы, то он её в упор не видел. Алисента с её пресными чертами лица и хрупким телосложением не шла ни в какое сравнение с огненной валирийской красотой Рейниры. И к концу турнира Деймон позаботится о том, чтобы Королева и её зеленые платья стерлись из памяти людей, а вместо них запомнили принцессу Рейниру, наследницу Железного трона. Когда его оппонент приготовился к началу схватки, принц вернул внимание к игре. Лорд Лаймонд Маллистер был достойным противником, и Деймон не собирался проигрывать. Принц отсек всё лишнее: крики толпы, своего оруженосца, королевскую трибуну и племянницу. Он сосредоточился лишь на коне, нетерпеливо бьющем копытом, тяжелом копье в руке и своем противнике. Почувствовав готовность, он пустил лошадь в галоп, нацелив копье чуть ниже того места, куда планировал ударить — в точности так, как учил отец. Второму совету Деймону следовать было еще проще, так как он никогда не закрывал глаза. Он намертво зафиксировал взгляд на цели и заставил свое тело оставаться неподвижным и собранным до того самого мига, пока железный наконечник копья не ударил лорда Маллистера прямо в грудь. Встречное копье задело его плечо, но соскользнуло, нанеся лишь незначительный урон. Семь заездов спустя ни одному из них так и не удалось выбить другого из седла, но Порочный принц прошел дальше по сумме набранных очков. И если сир Кристон также одержит победу, у него наконец появится возможность отомстить за их прошлую встречу на турнире и разделаться с этим слизняком за то, что тот посмел поднять руку на его племянницу. ~*~*~*~*~*~ Принц стремительно вошел в королевский шатер, разбитый у края арены. Тессария встретила его с бокалом воды. — Как вы себя чувствуете? Есть что-то, что мне стоит осмотреть? — осведомилась она, оглядывая его с ног до головы, но Деймон отмахнулся от неё и опустился на одну из скамей — впрочем, не слишком удобно, так как он всё еще был в полном доспехе. Еще одна схватка, и турнир будет окончен. Никогда еще в жизни он не получал так мало удовольствия от подобного события. Во-первых, он заставил Мисарию и всех своих шпионов рыть землю, пытаясь разузнать, что замышляет Десница. Или, точнее, как именно он планирует это провернуть — ведь было ясно как день, что тот попытается от него избавиться. Но им не удалось раскопать почти ничего, кроме несущественных обрывков информации. Насколько они смогли определить, Хайтауэр не доставал никаких редких ядов или чего-то в этом роде. Деймон предполагал: если этот мерзавец и планировал подпоить его чем-то, то это должна быть какая-то обычная смесь, которую легко достать и которая не нанесет прямого вреда здоровью. Просто сделает его медлительным или дезориентирует, а значит — его будет гораздо проще убить. Поэтому он перевез Тессарию в Красный Замок, и с самого начала турнира она лично проверяла всю его еду и питье. Это было невыносимо утомительно, и принц радовался, что скоро всё закончится. Всего мгновение спустя снаружи послышался паникующий голос его оруженосца, полог шатра отодвинулся, и внутрь вошла Рейнира. Принц поднялся на ноги и встретил её на полпути. — Вы были впечатляющи, дядя! Поздравляю! — проговорила она мягко, только для него одного. — Благодарю тебя, моя королева-дракон! Это платье тебе идеально подходит, — отозвался он в том же тоне. Рейнира соблазнительно улыбнулась и поиграла с выбившейся прядью его волос. — Поцелуй меня, дядя! — взмолилась принцесса, и Деймон не смог ей противиться. Ее сладкие губы были величайшей наградой, которую он когда-либо мог получить, и ему пришлось силой заставить себя разорвать объятия, пока всё не зашло слишком далеко. — Ты жесток, — надула губы Рейнира. Видя её в таком наряде, с припухшими от его поцелуев губами и взглядом, полным желания, Деймон почувствовал нестерпимое искушение закинуть её на плечо и унести прочь, послав всё к черту! Единственным, что его удерживало, был образ его племянницы на троне, принадлежащем ей по праву. Без сомнения, желая помучить его еще сильнее, принцесса заботливо затянула узел шарфа, который она дала ему в знак своей благосклонности и который он повязал на предплечье. В том, как она касалась его, сквозило явное собственничество, и Деймон упивался этим. Затем она поцеловала его в щеку — что, несомненно, должно было выглядеть как невинный чмок, — но он почувствовал, как её язык вытворяет дерзкие вещи. После этого она выскользнула из павильона, одарив его на прощание лукавой ухмылкой, прежде чем исчезнуть. ~*~*~*~*~*~ Деймон снова стоял лицом к лицу с Кристоном Колем, но на этот раз не было места ни ошибкам, ни отвлечениям. Коль коснулся Рейниры, он причинил ей боль и оскорбил её, и за это он заплатит кровью. Первый заезд не принес явного результата: оба поразили друг друга копьями, но удары вышли скользящими. Во втором раунде принц перестал играть. Он попытался застать Коля врасплох: сначала нацелил копье в грудь, но в последний момент переправил удар в шлем, надеясь выбить противника из седла или тяжело ранить. Толпа ахнула, когда гвардеец в последний миг сумел избежать удара в голову, яростно дернув поводья своего коня. Достигнув конца деревянного барьера, Деймон развернулся для нового раунда и с удивлением увидел, что сир Кристон спешился и идет к середине арены с мечом в руке. Поскольку Коль не был выбит из седла, остановка джойста и переход к схватке на мечах нарушали правила; и хотя сам Деймон поступил так в прошлый раз, это не было обычной практикой. Но сира Кристона это, похоже, не волновало. Герольд смотрел в замешательстве, а зрители начали неодобрительно гудеть. — Ну же, трус! — выплюнул гвардеец. Не из тех, кто бежит от драки, Порочный принц тоже спрыгнул с коня и потребовал Темную Сестру. «Так даже лучше, прикончить сира Криспина мечом будет проще, чем в джойсте», — подумал Деймон. Было символично, что всё закончится именно так. Как только меч оказался в его руке, противник, не теряя времени, перешел в наступление, обрушив яростную атаку и заставив принца отступить. Теперь, когда они сошлись вплотную, Деймон отчетливо видел ненависть и ярость в глазах врага и больше не сомневался: это и был его план — и, вероятно, план Отто Хайтауэра — с самого начала. Один из них не должен был покинуть арену живым. Деймон немедленно ответил, используя Темную Сестру, щит и всё свое тело с максимальной эффективностью. Была одна вещь, к которой Коль не был готов: принц знал его стиль боя досконально, проведя годы на Драконьем Камне, переучивая Джейса и Люка тому, чему их учил сир Кристон. Например, замаху мечом над головой для нанесения сокрушительного удара. Это могло быть эффективно, но если ты не был достаточно быстр, это оставляло тебя открытым. И сир Кристон не был достаточно быстр для него. Деймон нанес мощный удар ногой прямо в живот мужчине, отчего тот судорожно глотнул воздух, и мгновенно закрепил успех прямыми ударами меча и щита. Коль оказался на земле после того, как принцу удалось с силой ударить краем щита по его шлему, но гвардеец быстро откатился в сторону. Принц последовал за ним, не спуская глаз с единственного оставшегося оружия врага — меча, так как щит тот потерял при падении. Чего он не ожидал, так это кинжала, который Коль выхватил словно из ниоткуда и попытался вогнать принцу в сердце через сочленение доспеха под мышкой. Деймону чудом удалось избежать худшего: в последнюю долю секунды он сменил стойку, и кинжал пришелся в основном по предплечью. Грязный читер! Деймон попятился. Он мгновенно решил использовать это ранение в свою пользу: пошатнулся чуть сильнее, чем нужно, и картинно попытался поудобнее перехватить меч. Коль не колебался и снова атаковал тяжелыми ударами, предчувствуя скорый конец. Принц продолжал отступать, делая вид, что едва справляется с мощным напором противника, и, наконец, упал на спину. Вполне предсказуемо — и точно так же, как поступил бы сам Деймон еще не так давно, — Кристон Коль на несколько мгновений замер, чтобы насладиться видом поверженного врага. Но этого времени Порочному принцу хватило с лихвой: молниеносным движением он вогнал Темную Сестру снизу вверх, в незащищенный пах Коля. Сир Кристон издал полный агонии крик, но на большее времени у него не осталось. Деймон вскочил на ноги и без малейшего колебания пронзил мечом голову гвардейца, убив его на месте. Когда принц вырвал меч и безжизненное тело Коля рухнуло в пыль арены, он повернулся к королевской ложе. Его взгляд безошибочно нашел племянницу. Рейнира больше не сидела — она подошла к самому краю балкона. Выражение тревоги и беспокойства медленно исчезало с её лица, сменяясь облегчением и гордостью. Зрители ликовали и скандировали его имя, но Деймон почти не слышал их — азарт схватки не на жизнь, а на смерть всё еще бурлил в его жилах. Но когда один из его слуг подал ему венок из кроваво-красных роз, звуки начали возвращаться. Он взял венок на острие копья и поднял его к племяннице, пока громовой голос герольда перекрывал шум толпы: — Принц Деймон Таргариен, чемпион турнира, выбирает новую Королеву Любви и Красоты — принцессу Рейниру Таргариен, наследницу Железного трона! Рейнира возложила венок из роз на голову с лучезарной улыбкой. За её спиной Деймон видел лица Алисенты Хайтауэр, которую только что лишили титула Королевы Любви и Красоты, и Десницы короля, чей рыцарь был с позором разгромлен. Это было незабываемое зрелище: убийственные, полные зависти взгляды и челюсти, сжатые в бессильной ярости. Замешательство на лице его брата тоже сменялось гневом — до Визериса, вероятно, начало доходить, что, назвав Рейниру новой Королевой Любви и Красоты, Деймон фактически объявил всему королевству о своем намерении жениться на ней. Пока принц наслаждался этой картиной — любимая племянница сияет от счастья, пока враги захлебываются в поражении, — Рейнира исчезла из ложи, чтобы через мгновение появиться прямо на арене. Она бежала к нему и бросилась в его объятия, и принцу не оставалось ничего другого, кроме как подхватить её. Прежде чем он успел что-то сказать, принцесса прильнула к его губам и страстно поцеловала его на глазах у всего королевства. Он не мог отрицать — это было великолепно. Поднявшийся гул и скандирование их имен толпами на арене и в окрестностях не смолкали еще много часов.