История Любви и Огня

Глава 11: Помолвка POV Рейниры Она проснулась в замешательстве. Лунный свет заливал комнату мягким сиянием, но из-за него было трудно различить детали. И все же Рейнира знала, что она не в своей постели. Она почувствовала, как тело рядом с ней неудержимо дрожит — её дядя! Принцесса вспомнила, как заснула подле него, утешенная его присутствием и словами. Рейнира села и слегка коснулась Деймона. Она ахнула, обнаружив, что его пальцы холодны как лед. Без колебаний принцесса дотронулась до его лба и не удивилась, обнаружив, что он горит. Она вскочила с кровати и, спотыкаясь, побрела к столу, где, как она помнила, раньше горела лампа. После нескольких неудачных попыток Рейнире удалось зажечь её, и она поспешила обратно к постели. Все тело Деймона дрожало, кожа была влажной от пота, и он был еще бледнее, чем обычно. Несколько мгновений принцесса в шоке смотрела на него. Она осознала, что никогда не видела дядю иным, кроме как сильным и здоровым. Он был рядом с ней — её опорой и силой — на протяжении последних месяцев, а если быть честной, то и всю её жизнь. Дядя никогда не выказывал слабости, поэтому Рейнире было легко забыть, что он тоже человек и нуждается в чьей-то заботе. Она не подведет его! Рейнира выскользнула через потайную дверь и пронеслась по секретным переходам к своим покоям. Она осторожно закрыла потайную дверь, зажгла прикроватную лампу и взбила постель, чтобы та казалась пустой. Не теряя больше времени, она распахнула дверь в свои покои и обнаружила на посту сира Стеффона Дарклина, своего нового поклявшегося щита. — Принцесса, что-то случилось? — осведомился рыцарь Королевской гвардии. — Пожалуйста, распорядитесь принести яблочный уксус и кипяток, сир, — приказала принцесса. — Если вы плохо себя чувствуете, возможно, мне стоит послать за мейстером… — Это лишь легкое недомогание, сир Стеффон, — прервала его Рейнира, — но я хочу проснуться завтра утром бодрой. — Как пожелаете, принцесса! — согласился её защитник и направился по коридору на поиски слуги. Она беспокойно мерила шагами свои комнаты, минуты казались часами, а все её мысли были только о дяде. Наконец в дверь постучали, и после её разрешения вошли двое слуг с требуемыми вещами. Рейнира немедленно отпустила их и принялась за дело. В кипяток она добавила смесь кориандра, которую всегда держала в комнате — это была традиция из её детства. Мать научила её готовить этот растительный сбор, и маленькая Рейнира настояла на том, чтобы он всегда был в её покоях, дабы мать могла прийти и приготовить чай сама, когда бы у Рейниры ни случился жар. Принцесса печально улыбнулась, глядя, как травы плавают в горячей воде. Она закрыла горшок с водой крышкой и поставила его на поднос, принесенный слугами, рядом с ломтиками лимона, которые она всегда держала на прикроватном столике. Засунув бутыль с уксусом под мышку, она взяла поднос и медленно, осторожно двинулась по секретным коридорам обратно в покои дяди. Принцесса застала Деймона в том же состоянии, в каком оставила. Полная решимости сбить жар, она смешала яблочный уксус с водой, смочила в растворе несколько лоскутов ткани и обернула ими ступни его ног. Одну смоченную в уксусной воде ткань она положила дяде на живот, а другую — на лоб. Он не шелохнулся. Когда чай был готов, Рейнира попыталась его разбудить. — Дядя? Я принесла тебе горячее питье, — прошептала принцесса, но безуспешно. Она схватила его за плечо и осторожно потрясла, окликнув по имени чуть громче. — Рейнира… что ты здесь делаешь? — спросил принц, едва способный на чем-то сфокусировать взгляд. — У тебя жар, выпей это! — Рейнире удалось немного приподнять его за плечи, чтобы он мог попить. Когда последняя капля была выпита, Деймон рухнул обратно на подушку. — Тебе стоит вернуться в свои покои. Я буду в порядке, — настаивал он, но племянница полностью его проигнорировала. — Спи… Не волнуйся, я запру дверь, чтобы никто не мог войти, — успокоила его принцесса. К тому времени, как она вернулась, опустив засов на дверь, Деймон снова погрузился в тревожный сон. Рейнира заняла свое место рядом с ним и осталась дежурить, регулярно меняя компрессы с уксусной водой. ~*~*~*~*~*~ Принцесса проснулась в неудобной позе, растянувшись поверх своего дяди. Комната была залита утренним светом, а в дверь кто-то неистово колотил. Она крепче вцепилась в него, когда он сел, удерживая её в своих объятиях. — Прекратите этот невыносимый шум! — крикнул он твердым голосом, и стук немедленно прекратился. Рейнира хихикнула, прижавшись к его груди, особенно когда один из лоскутов с уксусом частично сполз ей на лицо. Она смахнула его и взглянула на дядю. Он выглядел гораздо лучше, чем накануне вечером, и его больше не била дрожь — жар спал. — Спасибо, мой маленький дракон, — прошептал он ей в волосы, коснувшись губами виска. — Тебе пора идти. Так, в четвертый раз за это время, Рейнира воспользовалась тайными переходами и вернулась в свои покои. Ложиться обратно в постель не было смысла: она знала, что её служанки и фрейлины вот-вот появятся. Она устроилась на подоконнике с легкой улыбкой, радуясь тому, что этим утром её дяде стало лучше. ====================== Умывшись и одевшись, Рейнира была готова присоединиться к дяде и провести день с ним. Зная Деймона, он не стал бы соблюдать покой, как ему следовало, если бы она не была рядом, чтобы утихомирить его. Но когда она открыла дверь, чтобы выйти, Рейнира столкнулась лицом к лицу с сиром Харольдом Вестерлингом. — Его Милость желает разделить с вами трапезу, принцесса! — объявил он. Она прекрасно представляла, что отец хочет обсудить с ней, и знала, что не может упустить эту возможность попытаться убедить его принять предложение её дяди. Раздраженная, принцесса проворчала сиру Харольду «Хорошо!» и направилась к покоям короля. Войдя, Рейнира заметила, что её отец уже сидит за столом с изнуренным видом. Она села в полном молчании, решив не нарушать его первой. Король взглянул на мятежное выражение лица дочери, вздохнул, но заговорил: — Я надеялся, что мы сможем обсудить твою помолвку. — Рейнира заметила под глазами отца темные круги, как будто он почти не спал прошлую ночь. — Я дал тебе право самой найти себе пару. Ты решилась? Рейнира выпрямилась и четко произнесла: — Деймон Таргариен! Услышав это заявление, король ссутулился, словно тяжкий груз потянул его вниз. Он склонил голову и подпер лоб левой рукой. Через несколько мгновений он поднял голову и снова посмотрел на дочь. — Почему, Рейнира, почему?.. Помоги мне понять! — Визерис почти молил. — Я люблю его, отец! — уверенно заявила принцесса. При этих словах король встрепенулся с недоверчивым видом. — Ты говорил, что хочешь видеть меня счастливой. Что ж, я уверена, что Деймон сделает меня безмерно счастливой. — Будь серьезнее… — Нет, я знаю своего дядю так же хорошо, как и ты. Я не слепа к его недостаткам — он может быть высокомерным и жестоким, но только не со мной. Он будет защищать меня и нашу семью до самой смерти! Можешь ли ты сказать то же самое о каком-нибудь лорде? — страстно бросила вызов принцесса. — Деймон всегда хотел трон, и я бы не допустил… — попытался вставить король, но его снова перебила дочь. — Ты действительно в это веришь, или это слова Отто Хайтауэра на твоих устах? И даже если так, на что именно ты намекаешь — что мой дядя сразит меня, узурпирует мой трон?! — Что?.. Конечно, нет. Но Деймон не подходит на роль короля-консорта, — пытался убедить её Визерис. — Полагаю, подобные доводы даже не приходят мужчине в голову, когда дело доходит до выбора королевы-консорта. Ты так низко ценишь меня, отец? — Неужели ты должна превратно истолковывать каждое моё слово, Рейнира? Я имел в виду, что ты будешь советоваться с мужем по важным вопросам, а твой дядя — не лучший советчик… — Я также буду советоваться со всеми лордами в Малом совете, но мы можем продолжать в том же духе вечно. Ты настроен против моего дяди, и я не вижу причины, если только этой причиной не является твой Десница! — горячо спорила Рейнира. — Позволь мне спросить тебя об одном — обсуждала ли ты с Деймоном пророчество Эйгона, Песнь Льда и Пламени? — потребовал король, внимательно наблюдая за реакцией дочери. Рейнира заколебалась, но только потому, что вопрос показался ей совершенно не связанным с разговором. — Нет, я никому не говорила. Но какое это имеет отношение к делу? Разве Деймон об этом еще не знает? — недоуменно ответила принцесса. — Неважно, — туманно ответил Визерис, уже глубоко погруженный в свои мысли. ~*~*~*~*~*~ POV Деймона Этот день обещал стать одним из самых скучных в его жизни. После изнурительной ночи Деймон проснулся, чувствуя себя гораздо лучше, чем смел надеяться — немного усталым и вялым, не говоря уже о том, что рана всё еще ныла, но это было ему вполне по силам. Он только успел одеться и позавтракать, как в его покои вернулась Рейнира и отказалась отходить от него ни на шаг весь день. Само по себе это не было бы чем-то экстраординарным, но она также запретила ему делать буквально всё: никаких тренировок, никакой верховой езды и уж тем более никаких полетов на драконе! Его племянница была сущим наказанием, когда что-то вбивала себе в голову, подумал он с нежностью. После того как она ухаживала за ним всю ночь, Деймон едва ли мог жаловаться, но всё же ворчал и драматично вздыхал на протяжении всего дня. Проведя день в праздности в покоях или библиотеке, Рейнира позволила вечернюю прогулку по замковым садам. Они были у чардрева, когда их разыскал слуга. — Моя принцесса, мой принц, — прохрипел слуга, вид которого говорил о том, что он бежал до сада во весь дух, — Король призывает вас к вечерней трапезе. Деймон предпочел бы отложить дальнейшие споры с братом на другой день, но, похоже, такая передышка не входила в планы судьбы. Он предложил Рейнире руку, и после того как она взяла его под локоть, они последовали за сопровождающим в обеденный зал, выбранный королём. Войдя, Деймон резко остановился, и почувствовал, как племянница наткнулась на него из-за внезапности этого маневра. Вид Отто и Алисенты Хайтауэр едва не заставил Порочного принца уйти без единого слова, увлекая Рейниру за собой. Но он не собирался уступать этим двум гадюкам ни единой победы — какой бы малой она ни была. Они обменялись натянутыми приветствиями, и трапеза потекла в относительном молчании, прерываемом лишь случайными комментариями королевы или Десницы — всегда адресованными королю — или шепотом между принцем и принцессой. Когда подали десерт, Визерис нарушил гнетущую тишину, объявив: — Я собрал вас всех здесь сегодня вечером, чтобы сообщить о помолвке принцессы Рейниры. Его племянница рядом с ним напряглась, а Хайтауэры выглядели так, словно им в зады вставили по раскаленной кочерге. — После тщательного размышления я решил принять выбор мужа, сделанный Рейнирой. О её помолвке с моим братом будет объявлено завтра, — выдавил Визерис, будто сами слова причиняли ему боль. Учитывая зловещий тон, которым была подана новость, Деймону потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать решение короля. Как только до него дошло, показалось, что в легкие вернулся воздух и он, наконец, может дышать. Рука племянницы под столом так сильно сжала его ладонь, что пальцы начали неметь. Взглянув на другую сторону от брата, он с удовлетворением заметил, что королева и её отец выглядели так, будто в дополнение к палкам в задницах их заставили проглотить по очень горькому лимону. Рейнира, очевидно, больше не могла сдерживать счастье: она вскочила со своего места и бросилась к отцу, обнимая и благодаря его. Принц снисходительно улыбнулся, но его улыбка быстро превратилась в ухмылку, когда он встретился взглядом с этим подонком-Десницей. Деймон знал, что этот паразит не сможет проглотить такое молча, так что, как верно то, что день сменяет ночь… Хайтауэр открыл рот. — Ваше Величество, — всего два слова, и Деймон уже стиснул зубы, чтобы не сказать чего-нибудь неподобающего, — я уверен, что у вас были очень веские причины для одобрения этой помолвки, но мой долг как Десницы — указать на несколько весьма серьезных последствий такого решения, — предостерег Хайтауэр. «Ну, началось! Это должно быть забавно», — подумал Деймон, готовый опровергнуть любой из доводов Хайтауэра. — Хотя достойных доверия свидетелей этому более нет — поскольку Деймон так удобно убил его на турнире — принцесса была скомпрометирована и обесчещена своим дядей. Сир Кристон признался в этом королеве, и всё еще есть многочисленные слуги и гвардейцы, которые подтвердят это. С учетом сказанного, помолвка принцессы Рейниры с её дядей ослабит её права на престолонаследие… — Брат, это нелепо! Кристон Коль — грязный предатель, который пытался склонить наследницу престола к побегу с ним, а когда она отказалась, начал распускать о ней гнусные слухи. Единственная причина, по которой я не выпустил ему кишки, как свинье, сразу после того, как узнал об этом, заключалась именно в защите репутации Рейниры, — возразил принц. — Это правда? — пробормотал король, глядя на дочь, на что та ответила простым кивком. — Это действительно серьезные и тревожные обвинения против сира Коля, Ваше Величество, но это не отменяет действий самого принца Деймона, — упорствовал Десница. — По твоим собственным словам, Хайтауэр, то, что я якобы скомпрометировал Рейниру — лишь слухи на данном этапе, слухи, которые лучше всего будут развеяны нашим браком. В конце концов, если бы мой брат не женился на твоей дочери, в каком состоянии была бы её драгоценная репутация после всех этих ночных свиданий? — подцепил его Деймон с ехидной ухмылкой. Он мгновенно пожалел о своих словах, увидев, как потрясенное лицо Рейниры сменилось выражением смятения. — Не смей так говорить о моей дочери — твоей королеве! Как будто она когда-нибудь могла опуститься до твоего уровня! С тех пор как ты ступил в Королевскую Гавань с этой абсурдной короной на голове, твоей единственной мыслью было, как украсть Железный Трон. Ты бесстыдно использовал собственную племянницу и растоптал бесчисленное множество других людей в своей безжалостной хватке за власть, и ты ожидаешь, что мы… — Хватит этих корыстных проповедей, Отто! Я не совсем понимаю, в чем именно ты меня обвиняешь — в том, что я обвел тебя вокруг пальца? Знаю, это должно быть почти невыносимо, но это жалко даже для тебя! — насмешливо произнес Порочный принц. — Ваше Величество, вы должны понимать, что если позволите брату жениться на принцессе, то, когда вас не станет, Деймон будет королём во всём, кроме имени. Это станет катастрофой для всего королевства… — Десница возобновил свои усилия, обращаясь к королю, но на этот раз его прервала принцесса. — Поправьте меня, если я ошибаюсь, лорд Десница, но вы предполагаете, что если я выйду замуж за своего дядю, то стану не более чем марионеточной королевой? Ибо я уверена, что вы не это имели в виду, — заявила Рейнира, и в её глазах вспыхнул огонь. — Вы можете этого не замечать, принцесса, но то влияние, которое ваш дядя… — Довольно, Отто! — вмешался король. — Я услышал достаточно. Если больше ничего нет… — Если Ваше Величество так легко отмахивается от моих опасений по поводу принца Деймона, нам всё же следует обсудить благополучие королевства. Как членам правящего дома, и принцессе Рейнире, и принцу Деймону было бы полезнее заключить союзы с другими великими домами, — аргументировал Хайтауэр, но был снова прерван Деймоном. — Дому Таргариенов уже приходится иметь дело с одним домом-стервятником — любые другие совершенно неприемлемы! — холодно отрезал он. За столом снова воцарилась тишина, хотя в воздухе всё еще пульсировало густое напряжение. — Алисента, тебе нечего сказать по этому поводу? — осведомился Визерис. — Я также прошу вас пересмотреть решение, мой король, просто потому, что боюсь, что принц Деймон не заслуживает Рейниру, что он не будет обращаться с ней должным образом и что, несмотря на то, в чем принцессу убедили сейчас, она не будет счастлива с таким мужем, — взмолилась королева. — Вы мне не мать, Ваше Величество, и я не нуждаюсь в вашем мнении ни о моём выборе мужа, ни о моём счастье. Вы ничего не знаете о моём дяде и не знаете, что на самом деле сделает меня счастливой, — немедленно парировала принцесса. — Очень хорошо! Моё решение остается в силе — Деймон и Рейнира теперь официально помолвлены, — провозгласил король. ~*~*~*~*~*~ Позже той же ночью Деймон стоял на балконе, опершись на перила и невидящим взором глядя на город внизу. Он не мог уснуть: слова, которыми они обменялись всего час назад, не выходили у него из головы. Он всё еще был поражен тем, что брат согласился на их помолвку. В то же время его мысли метались в разных направлениях, пытаясь предугадать, каким будет следующий шаг «зеленых». Он вздрогнул, когда пара рук обвила его талию, но быстро расслабился, когда племянница прижалась к его спине. Проведя несколько минут в этой близости, Рейнира разомкнула объятия и, обойдя его, скользнула в кольцо его рук, обхватив его за шею. — Я всё ждала, а ты так и не пришел. Что случилось? — тихо прошептала она ему в грудь. Не зная, как облечь ответ в слова, Деймон лишь крепче прижал её к себе. На какое-то время он потерял счет времени, пока племянница не потянула его за рубашку, привлекая внимание. — Если я спрошу тебя о чем-то, ты обещаешь ответить честно? — спросила она, прикусив губу. — Спрашивай! — разрешил он. — Ты злишься из-за того, что не будешь королём, а только королём-консортом? — выпалила она. «Так вот что беспокоит мою милую Рейниру», — подумал принц. — Нет, — ответил он с лукавой улыбкой. Когда он не стал развивать мысль, племянница шутливо ущипнула его за руку и надулась. — Когда Визерис лишил меня наследства, я был в ярости. Я называл себе много причин, и главной из них было то, что я не стану королём. Но я лгал сам себе. Была лишь одна причина — и я до сих пор злюсь на брата только из-за этого. Он даже не рассматривал меня в качестве своего наследника. Я никогда не был достоин в его глазах. Он любит разглагольствовать о стабильности государства, но сам правил больше десяти лет без официального преемника только потому, что отказывался признать наследником меня, — признался Деймон, и слова полились из него, словно из открытого колодца. — И теперь я задаюсь вопросом — буду ли я хорошим королём-консортом? Я уверен, что смогу перебить всех наших врагов, но всё остальное… — он умолк, так и не закончив мысль. — Не могу поверить, что ты позволил Деснице задеть тебя! Мне нужен такой король, какой ты есть сейчас — хотя, возможно, нам придется подыскать очень миролюбивого Десницу для равновесия! — насмешливо добавила принцесса. — Негодница! — вздохнул принц, и на его губах заиграла легкая улыбка. Он наклонился, а Рейнира приподнялась на цыпочки, чтобы встретить его нежным поцелуем.