История Любви и Огня

Глава 22: Никакой пощады POV Деймона Наконец-то они покидали Крепость, чтобы выследить этого ублюдка Хайтауэра и покончить с его жалким существованием и тем хаосом, который он устроил. Деймон наклонился и нежно прикоснулся своим лбом ко лбу жены, сжимая её плечи. В памяти принца промелькнули две недели кромешного ада. Из-за стресса и напряжения, пропитавших стены замка, Деймону каждый день хотелось вскрыть кому-нибудь живот. Но хуже всего было разладе с Рейнирой. Сначала они спорили о том, стоит ли ему преследовать изменника-Десницу. Как только Порочный Принц смог твердо встать на ноги, он сразу захотел оседлать Караксеса, долететь до Утеса Кастерли или любого другого места, где прятался Хайтауэр, и сжечь его заживо — и делу конец. Рейнира, однако, и слышать об этом не хотела, так как существовал велик риск, что Лейна и Эйгон пострадают или погибнут, а главное — она хотела, чтобы он отдыхал, пока рана полностью не затянется. Они провели несколько дней, почти не разговаривая. Рейнира приходила проведать его или просто посидеть рядом, но говорила мало. Он упрямо молчал в ответ, но так и не смог заставить себя осуществить свой план, зная, что племянница была категорически против и так сильно за него боялась. Поэтому он остался. Он не извинился, но остался. И Рейнира оттаяла — она так мастерски умела понимать его и его чувства без слов. Но стоило им вернуться к привычным отношениям, как вспыхнула новая крупная ссора — о её роли в предстоящей битве. Деймон снова уступил племяннице, в основном из-за сожалений о том, что оставил её одну в своей прошлой жизни. Он не хотел оставлять её в Королевской Гавани — особенно пока Визерис пребывал в прежнем состоянии, — но и не хотел подвергать её опасности. В итоге он согласился на то, чтобы Рейнира была рядом с ним, взяв с неё торжественную клятву держаться подальше от любой угрозы. Заставив себя отпустить её, Деймон наблюдал, как племянница садится на Сиракс и взмывает в небо. Он не последовал за ней сразу, а повернулся к Рейнис, которая наблюдала за ними из ворот замка. Справедливо это было или нет, но со времен Великого совета 101 года Порочный Принц относился к кузине с опаской. Он знал, что она затаила горькую обиду на его ветвь семьи из-за истории с «Королевой, которой никогда не было». При этом он признавал, что в прошлом Рейнис и Корлис были одними из самых преданных сторонников Рейниры. Поэтому, хотя он и был готов на определенные уступки — он сам знал, каково это, бояться за любимого человека, — он решил прояснить свою позицию перед отъездом. Пока Лейнор отправился в Штормовой Предел, чтобы убедить лорда Боремунда выставить армии Штормовых земель на их сторону, а лорд Корлис вел флот к Староместу, именно Рейнис предстояло остаться в Королевской Гавани и, если потребуется, защищать город. — Кузина, — произнес он, — я сделаю всё возможное, чтобы вернуть Лейну в целости и сохранности. Рейнис пристально посмотрела ему в глаза, словно пытаясь прочесть его мысли, и немного расслабилась. — Но предай нас — и я проживу достаточно долго, чтобы предать огню каждого, кого ты любишь, и всё, что тебе дорого. Деймон не стал ждать ответа. Он вскочил на спину Караксеса и последовал за женой на запад. ~*~*~*~*~*~ Несколько дней спустя Деймон и Караксес приземлились в Хайгардене. Их появление вызвало суматоху, и вскоре принца проводили в прекрасную солнечную залу, где оставили «остывать» в ожидании. Слуги то и дело входили и выходили, принося еду и напитки в изобилии, но лорд Тирелл так и не появлялся. Без сомнения, тактика запугивания — Порочного Принца забавляло, что эти южные лорды считали, будто это сработает на нем. Он развалился в одном из кресел и усмехнулся, пытаясь представить, как изнеженные обитатели Хайгардена пытаются справиться с красным драконом, которого он оставил в их садах. Перелет до столицы Простора прошел без происшествий. После бесконечных заседаний Малого совета и бесчисленных часов обсуждения планов, сценариев «а что, если», споров и контраргументов — особенно с Веларионами — свобода этих дней на спине Караксеса, парящего над королевствами, приносила истинное облегчение. За день до прибытия в Хайгарден Деймон и Рейнира настигли сира Харвина Стронга, который покинул Королевскую Гавань с людьми из Королевских земель и шел по Розовому тракту с приказом созывать знамена лордов Простора. Хотя многие уже присоединились к ним, перетянуть Хайгарден на свою сторону было критически важно. Хранитель Юга не только командовал одной из крупнейших армий Вестероса, но и сам Хайгарден был расположен стратегически выгодно: «черные» могли отсюда либо атаковать север, либо удерживать оборону. Спустя почти час лорд Маттос Тирелл вместе со своим стюардом и свитой наконец соизволил явиться. — Принц Деймон, это честь для нас! — поприветствовал его лорд Тирелл. — Прошу простить за ожидание, но ваш визит стал сюрпризом, а мои старые кости уже не так проворны. Порочный Принц придал лицу бесстрастное выражение, не желая выдавать лишнего. Он продолжал небрежно сидеть, всем видом показывая, что не принимает их извинений. Лорду Тиреллу было, вероятно, под семьдесят, но он не выглядел особенно больным или медлительным. — Сюрпризом? Странно, учитывая недавно отправленное королевское письмо. Конечно, ворон, должно быть, сбился с пути, раз мы не получили ответа. Лорд Тирелл переглянулся со стюардом и медленно шагнул вперед. — Я действительно получил письмо, но мы и в мыслях не допускали, что оно удостоится вашего личного визита. Как видите, я собрал своих доверенных людей, и мы как раз совещались… — Совещались? О чем? О том, предавать своего короля или нет? — перебил его Деймон. Лорд Хайгардена снова открыл рот, но Порочный Принц не дал ему вставить ни слова. — Раз уж вы считаете это таким сложным делом, я выражусь проще. Созовете ли вы знамена и сразитесь ли за своего короля против предателя Отто Хайтауэра или нет? Лорд Маттос не торопился с ответом. Деймон поднялся с кресла, и его рука демонстративно легла на навершие Тёмной Сестры. — Мой принц, мы бы никогда не предали короля Визериса, но, по всем слухам, Его Милость мертв или, по крайней мере, скоро покинет этот мир. Королевства в смятении: принц Эйгон — всего лишь ребенок, а принцесса Рейнира… ну, женщины не лучшим образом приспособлены для правления. — Выбирайте выражения! Принцесса Рейнира — нареченная наследница короля и действующая королева-регент. Деймон так сильно сжал рукоять меча, что почти перестал чувствовать пальцы. — Родители часто слепы, когда дело касается их детей. Этот порок присущ и королям, — продолжал лорд Тирелл. — К счастью для принцессы Рейниры, у нее есть муж — принц крови… Можем ли мы рассчитывать на вас, что вы направите принцессу на верный путь, если она станет править? Такое случалось с ним редко, но Деймон застыл на месте от шока. Неужели этот ископаемый лорд посмел намекнуть, что Таргариен — его племянница — не способна править? Что он должен обращаться со своей женой как с марионеткой и властвовать через нее? Он сделал два шага вперед, и гвардейцы вместе со свитой в комнате напряглись, схватившись за мечи. Судя по их лицам, его ярость была видна невооруженным глазом. Он заставил себя говорить ровным голосом: — Рейнира Таргариен будет правящей королевой Семи Королевств, а я буду ее королем-консортом, ее мечом и ее главной опорой. А теперь я жду вашего ответа, лорд Тирелл, и помните: примкните к нашим врагам — и Хайгарден в самом ближайшем будущем вполне может превратиться в груду пепла. Словно подчеркивая его слова, вдалеке раздался драконий рык. В огромных окнах залы мелькнула золотая чешуя Сиракс, сверкнувшая в лучах полуденного солнца. Рейнира, должно быть, потеряла терпение. — Хайгарден поддержит вас, — уступил лорд Тирелл. ~*~*~*~*~*~ POV Рейниры Рейнира парила высоко над равнинами Простора, используя слой облаков, чтобы скрыться от глаз армий внизу. Деймон оставил её с Лейнором и сотней людей в лагере в милях от Хайгардена. Но это было несколько часов назад. Смешок кузена, когда она седлала Сиракс — он сказал, что она слишком похожа на своего мужа, — вызвал у неё слабую улыбку. Она направила драконицу чуть ниже, и поле битвы снова оказалось в поле зрения. Деймон и сир Харвин вместе с лордами Простора без устали работали всю последнюю неделю: изучали карты и тактики, приказывали людям рыть траншеи и отрабатывать боевые построения. Затем, всего несколько дней назад, прибыл Лейнор с лордом Боремундом Баратеоном, другими лордами Штормовых земель и их людьми, и быстро включился в работу. Принцесса чувствовала себя довольно бесполезной — война и боевая тактика никогда не были её сильной стороной. Она присутствовала на большинстве собраний, но ей не нравилось то чувство, которое вызывали взгляды южных лордов — словно муравьи ползали по коже. Деймон или Лейнор завели привычку сидеть с ней по вечерам, рассказывая о том, что они сделали за день, и она по-настоящему это оценила. Рейнира даже внесла несколько предложений — в конце концов, она прекрасно знала о хитросплетениях отношений между великими домами, — и её идеи охотно приняли и внедрили. Поэтому, когда армия Ланнистеров показалась на одном из холмов близ Хайгардена, они были готовы. Наступил полдень, мелкие стычки закончились — битва была в самом разгаре. Неопытному глазу Рейниры казалось, что всё идет по плану. Караксес кружил по краям вражеского войска, уворачиваясь от стрел и используя огонь, чтобы загнать силы противника на узкий участок с траншеями, где с ними было легче расправиться. Лучники на стенах Хайгардена осыпали солдат Ланнистеров градом стрел. Но затем ситуация внезапно изменилась. Похоже было, что их солдат атакуют с тыла. Неужели другая армия незаметно обошла их позиции? Забыв о маскировке, Рейнира направила Сиракс ниже и ниже, пока картина не прояснилась. Солдаты Простора атаковали армию Штормовых земель со спины! Суматоха среди ничего не подозревающих людей позволяла предателям с легкостью вырезать их. Принцесса также заметила оживление в одной из башен Хайгардена. Казалось, там устанавливали какое-то огромное устройство. Её кровь застыла в жилах, когда она поняла, зачем им понадобились такие огромные железные болты. Они наводили орудие… на Караксеса. — НЕТ! Убей их! Убей их! Рейнира просто отреагировала. Она не осознавала, что кричит или отдает приказы. Но Сиракс была так тесно связана с ней, что мгновенно бросилась вниз на огромной скорости навстречу опасности. Они достигли башни в тот момент, когда был выпущен первый болт. К счастью, рев Сиракс отвлек Караксеса, и тот увернулся в последний миг — снаряд лишь слегка задел его. Принцесса и её дракон атаковали яростно. Они ударили по адской машине мощным потоком пламени, поглотившим большую часть людей. Выжившие в ужасе прыгали с башни или пытались спастись по лестницам. Сиракс возвращалась второй и третий раз… пока башня не рухнула в огненном вихре. Кружа над обломками уничтоженной башни, Рейнира заметила старого лорда Тирелла и его свиту, которые в безопасности наблюдали за происходящим с одной из самых высоких точек Хайгардена. Она даже не поняла, что они с Сиракс уже преследуют их, пока лорды не бросились врассыпную, словно мухи, охваченные паникой. Золотая драконица последовала за добычей внутрь замка через открытый балкон и растерзала лорда Тирелла своими острыми зубами. Участь остальных была не лучше — их сжигали заживо или размазывали по стенам ударом хвоста. Когда они повернули к выходу, Рейнира заметила кого-то, спрятавшегося в углу между балконом и комнатой. Человек тут же рухнул на колени. — Я могу остановить солдат! Я остановлю их! Пожалуйста! Принцесса узнала одного из племянников лорда Тирелла, хотя и не могла вспомнить его имени. Сиракс приблизилась, пока её смертоносная пасть не оказалась в футе от рыдающего, молящего человека. Рейнира остановила её, похлопав по чешуе. — У тебя пять минут! Не предай меня, иначе участь твоих родичей покажется тебе милостью! Они покинули балкон — всадница и дракон опустились на крышу самой высокой башни. Караксес и Деймон подлетели и сделали несколько кругов над ними. Драконы нежно закричали, и Рейнира смогла воочию убедиться, что её муж цел и невредим. Если она не ошиблась, Деймон победно ухмыльнулся ей, когда заметил, что солдаты Простора снова возвращаются в строй. Он улетел обратно в гущу схватки, а Рейнира осталась на месте, наблюдая за битвой и происходящим в замке. Вспышки пламени, вырывавшиеся из пасти Караксеса и уничтожавшие врагов, больше не казались ей чуждыми или неправильными, как тогда, когда она смотрела на них из-за облаков. Теперь они наполняли её гордостью, восхищением и чувством правоты.