Протокол Эдо тенсей

Они вышли к деревне в 8:02 утра. Лес расступился неохотно, будто не хотел отпускать путников на открытое пространство. Сначала показались отдельные деревья с обломанными ветками, потом кривой забор из жердей, потом — первые дома. Деревня Суаньхуй лежала перед ними в утреннем тумане. Небольшая. Домов тридцать, не больше. Старые, бревенчатые, с покосившимися крышами и почерневшими от времени стенами. Между ними — кривые улочки, заросшие травой. Грязь, лужи, пара брошенных телег. И тишина. Звенящая, гнетущая, неестественная тишина. Отряд замер на опушке, в тени последних деревьев. Восемь человек, восемь пар глаз сканировали деревню. Итачи поднял руку — жест "внимание, опасность". Он уже лёг на землю, даже не спрашивая разрешения. Снайперская винтовка SR 25 с глушителем легла на сложенную куртку. Итачи прильнул к оптике, медленно повёл стволом, сканируя каждый дом, каждое окно, каждую тень. Тишина длилась минуту. Потом Итачи заговорил — тихо, ровно, без эмоций: — Мало людей. Четверо, может, пятеро. Двое у колодца. Один сидит на крыльце крайнего дома. Ещё двое возятся в огороде за околицей. — Больше никого? — спросил Крис, не повышая голоса. — Никого. Окна тёмные. Двери закрыты. Либо спят, либо... Он не договорил. — Либо мертвы, — закончила Джилл. Итачи чуть повернул голову — короткий кивок. Наруто стоял рядом с Леоном, вглядываясь в деревню. Туман стелился по земле, делая дома похожими на призраков. — Почти никого, — сказал он тихо. — Ненормально. В восемь утра деревня должна жить. Печки топить, скотину кормить, детей в школу собирать. — Откуда ты знаешь? — спросил Леон. — В книгах читал. И по телевизору показывали. Деревня — это всегда движение с рассветом. — Он прав, — подтвердила Ребекка. — Я выросла в маленьком городе. В восемь утра там уже всё гудит. Крис переглянулся с Какаши. — Подозрительно. — Очень, — согласился Какаши. Он поправил бронежилет, который за время марша всё-таки начал натирать, и посмотрел на деревню. — Итачи прав. Либо они боятся выходить, либо... — Либо некому выходить, — закончил Крис. Наруто вдруг повернулся к Какаши. — Капитан, а вы по-китайски шарите? Какаши моргнул. Его правый глаз со шрамом чуть прищурился. — Допустим. А зачем? — Ну, — Наруто кивнул на деревню, — подойти к кому-то спросить, чё тут у вас происходит. А то врываться с автоматами — не комильфо. Вдруг они просто местные, которые ничего не знают? Леон хмыкнул. — Дипломатия от Узумаки. Неожиданно. — А чё сразу дипломатия? Я умный, между прочим. — Умный, умный, — успокаивающе сказала Сакура. — Просто неожиданно, что ты первым об этом подумал. Наруто надулся, но спорить не стал. Какаши смотрел на деревню. — Я изучал китайский, — сказал он наконец. — Давно, когда был стажёром. В программе было. Потом редко использовал. — Помните хоть что-то? — спросила Джилл. — Пару фраз. "Здравствуйте", "до свидания", "сколько стоит", "не стреляйте, я мирный". Последнее добавило с иронией. Крис усмехнулся. — Последнее может пригодиться. — Именно. Какаши перевёл взгляд на Итачи. — Что видишь сейчас? Итачи снова прильнул к оптике. — Двое у колодца — старики. Лет семьдесят, может, больше. Сидят на лавке, не двигаются. Просто смотрят в одну точку. Мужик на крыльце — средних лет, худой, курит. Трубку. Двое в огороде — женщины. Копаются в земле. Медленно. Как будто... — Как будто? — поторопил Крис. — Как будто не люди, — тихо сказал Итачи. Повисла пауза. — Зомби? — спросил Леон напрямую. — Нет. Двигаются осознанно. Но слишком медленно. И глаза... не могу разглядеть с такого расстояния. Крис принял решение. — Заходим аккуратно. Итачи, остаёшься здесь, прикрываешь. Мы идём к колодцу, поговорим со стариками. — Я с вами, — Итачи убрал винтовку. — Если там опасно, снайпер с края леса не поможет. Нужно видеть вблизи. Крис кивнул. — Построение то же. Итачи — первый. Наруто и Леон — фланги. Джилл, Сакура, Ребекка — центр. Мы с Какаши замыкаем. Какаши поправил Sig Sg 552 за спиной, коснулся SIG P226 на поясе. — Если что — стрелять сразу. Никаких "поговорить". Здесь может быть заражение. — Поняли, — синхронно ответили все. Наруто проверил крепление куная, передёрнул затвор Beretta. — Капитан, — позвал он тихо. — М? — Если придётся говорить... вы справитесь? Какаши посмотрел на него. Его правый глаз со шрамом чуть прищурился. — Скажу "здравствуйте". Дальше — по обстоятельствам. — А если они спросят что-то сложное? — Тогда, — Какаши перевёл взгляд на деревню, — придётся надеяться, что я правильно помню иероглифы. Наруто кивнул. — Я в вас верю, капитан. — Ценю, — Какаши усмехнулся под маской. — А теперь работаем. Отряд двинулся к деревне. Восемь фигур, бесшумно скользящих между деревьями. Впереди — Итачи. А в деревне у колодца сидели двое стариков и смотрели в одну точку. Не двигаясь. Не моргая. Их глаза были открыты. Но внутри не было никого. Они подошли к колодцу медленно, стараясь не делать резких движений. Восемь человек в броне, с автоматами наперевес, выходящих из утреннего тумана — зрелище то ещё. Наруто даже попытался придать лицу максимально дружелюбное выражение, но с его блондинистой шевелюрой и армейской выправкой это выглядело как улыбка волка перед обедом. Старик у колодца даже не пошевелился, когда они приблизились. Сидел на лавке, сгорбившись, и смотрел в землю. Рядом с ним — старуха в чёрном платке. Такая же неподвижная. Такая же... пустая. Отряд остановился метрах в пяти. Какаши вышел вперёд, убрал руку с автомата, показал открытые ладони. Жест мира во все времена. — Здравствуйте, — сказал он по-китайски. Чётко, медленно, старательно выговаривая тональности. — Мы не хотим проблем. Старик поднял голову. И уставился на них. Глаза у него были мутные, старческие, но в них вдруг вспыхнуло что-то похожее на ужас. Он посмотрел на Какаши, перевёл взгляд на Наруто с его ирокезом, на Леона с вечными мешками под глазами, на Итачи, который стоял как статуя и даже не моргал. И старик заговорил. Быстро, визгливо, брызжа слюной. Слов было много, и все они звучали... агрессивно. — Ого, — тихо сказал Наруто. — А он нас не любит. — Это мат? — спросил Леон у Какаши вполголоса. Какаши, судя по лёгкому напряжению единственного видимого глаза, пытался переводить в уме. — Примерно... да. Он говорит, что мы демоны. И чтобы мы убирались. И ещё что-то про наших предков и неподобающие отношения с животными. — Классика, — хмыкнула Джилл. — Местный фольклор. Старик не унимался. Он вскочил с лавки — резко, не по-старчески — и замахал руками, прогоняя их. Старуха за его спиной даже не шелохнулась. Просто сидела и смотрела в одну точку. Какаши подождал, пока поток браги иссякнет, и снова заговорил. Спокойно. Медленно. Подбирая слова. — Мы ищем... плохих людей. Корпорацию. — Он запнулся, вспоминая иероглифы. — Амбрелла. Знаете такую? Старик замер. Изменился в лице. Злость исчезла. Вместо неё пришёл страх. Настоящий, животный страх. — Амбрелла, — повторил Какаши. — Здесь. Под землёй. Вы знаете? Старик попятился. Замотал головой. — Бу, бу! — закричал он. — Бу! Ли! Бу! — Чего он? — спросил Наруто. — Не знаю, — Какаши нахмурился. — "Бу" — это "нет". А "ли"... — Он задумался. — Может, "понимать"? "Не понимаю"? — Врёт, — тихо сказал Итачи. — Смотрите на глаза. Он знает. Старик пятился к дому. Споткнулся о порог, чуть не упал, вцепился в косяк. Какаши сделал шаг вперёд. — Подождите. Мы не враги. Мы пришли убить монстров. Тех, кто внизу. Старик замер на пороге. Посмотрел на Какаши долгим, тяжёлым взглядом. А потом сказал одну фразу. Короткую. Резкую. И захлопнул дверь. Какаши стоял, глядя на закрытую дверь. — Что он сказал? — спросила Сакура. Какаши помолчал. Потом перевёл: — "Они уже здесь. Под нами. И они голодны". Тишина. Наруто передёрнул плечами. — Бодро. — Это точно, — Леон уже снял автомат с предохранителя. — Значит, база существует. И местные знают. — И боятся, — добавила Ребекка. — Очень сильно. Джилл подошла к колодцу, заглянула вниз. Там была вода. Чёрная, неподвижная. — Вход не здесь. Слишком мелко. — Где-то в деревне, — Крис оглядывался. — Или за околицей. Какаши посмотрел на дом, где скрылся старик. — Он больше не выйдет. Мы здесь чужие. Для них мы такие же монстры, как те, внизу. — Тогда как искать? — спросил Наруто. Какаши повернулся к Итачи. — Ты что-то заметил? Итачи молчал несколько секунд. Потом указал рукой на восток, туда, где за крайними домами начинался склон. — Там. Запах. — Какой запах? — насторожилась Ребекка. — Химия. Формалин. И что-то сладковатое. Из-под земли тянет. Ребекка и Сакура переглянулись. — Вирус, — сказала Ребекка. — Он пахнет именно так. Гнилые цветы. Итачи кивнул. — Туда. Крис посмотрел на Какаши. Тот кивнул. — Идём. И держитесь ближе друг к другу. Отряд двинулся через деревню. За ними захлопывались ставни и двери. Никто не вышел. Никто не выглянул. Только в окнах мелькали тени — местные прятались, боялись, ждали. Чего — неизвестно. Восемь фигур уходили в утренний туман. К запаху химии и гнилых цветов. Отряд прошёл метров пятьдесят, когда это началось. Сначала скрипнула дверь. Потом вторая. Третья. Десятая. Со всех сторон. Двери распахивались одновременно, будто по команде. Из каждого дома, из каждого сарая, из каждой покосившейся хибары выползали люди. Старики, женщины, подростки. В лохмотьях, с пустыми глазами, с перекошенными ртами. В руках у них было то, что нашлось в деревенских домах — грабли, вилы, косы, топоры. Кто-то держал просто палку. Кто-то — ржавый нож. Они шли молча. Точнее, они бормотали. Нервно, бессвязно, на одной ноте. Китайские слова перемешивались в кашу, звучали как мантра, как молитва, как проклятие. — Твою мать, — выдохнул Леон. — Контакт! — рявкнул Крис. Жители бросились. Не побежали — именно бросились. Рывком, всем скопом, со всех сторон. Глаза горели безумием, рты раскрылись в беззвучном крике. — Огонь! — Крис и Какаши выкрикнули это одновременно. Наруто выхватил Глок 19. Глушитель глухо пшикнул — первый выстрел. Пуля вошла точнёхонько в лоб бабке с вилами, бежавшей впереди всех. Она упала как подкошенная. Второй выстрел — мужик с топором схватился за голову и рухнул. Третий — ещё один. — Четыре, пять, шесть! — считал Наруто вслух, стреляя без остановки. Пули кончились быстро. Он убрал пистолет в кобуру, рванул вперёд. — Наруто, твою мать! — заорала Сакура. Но он уже был в толпе. Удар ногой в колено ближайшему — хруст, мужик заваливается. Подсечка, разворот, и нога Наруто влетает в голову падающего с такой силой, что череп разлетается, как арбуз. — Робин Гуд, мать вашу! — заорал Наруто, выхватывая кунай. Леон работал хладнокровно. Выстрел из M4 — короткой очередью, в голову. Ещё один. Ещё. Потом кончились патроны, и он просто перезарядил, даже не глядя. Баба с граблями бросилась на него — он ушёл в сторону, выстрелил в затылок, пнул тело, освобождая пространство. Справа кто-то бежал с косой. Леон выстрелил в колено. Мужик упал, заорал, но не умер — просто катался по земле, пока Леон не добил выстрелом в голову. — Чисто! — крикнул он, оглядываясь. Итачи даже не двигался с места. Он просто стоял на небольшом возвышении, у дороги, и стрелял из снайперской винтовки. Пшик. Пшик. Пшик. Глушитель гасил звук, но не гасил эффект. Каждый выстрел — мёртвый житель. В лоб, в висок, в затылок. Итачи не целился — он просто знал, куда стрелять. Тела падали ровными рядами. Один выстрел — один труп. Счёт уходил в десятки. Крис орал как резаный. Автоматический дробовик рявкал, разнося головы в клочья. Ошмётки летели во все стороны, кровь заливала землю. Крис стрелял, передёргивал цевьё, стрелял снова, не останавливаясь ни на секунду. — Идите сюда, твари! — ревел он. — Идите к Крису! Тела громоздились вокруг него горой. Какаши стоял чуть поодаль, спокойный как удав. Sig Sg 552 работал короткими очередями. Глушитель делал своё дело — хлопки были тихими, но меткими. Какаши косил ряды нападающих методично, без эмоций, как будто косил траву. Иногда он бросал взгляд по сторонам — проверял, как держатся остальные. Корректировал огонь. — Леон, лево! Двое! Наруто, справа заходят! И снова стрелял. Джилл не стреляла на поражение. Она била из MP5 по ногам. Короткими, точными очередями. Колени, голени, бёдра — жители падали, не в силах бежать, и тут же получали добивание от Леона или Наруто. Наруто подбегал, прыгал, и нога врезалась в голову упавшего. Хруст. Кровь. Готово. — Джилл, красотка! — заорал он, разбивая очередной череп. — Работай! — рявкнула она в ответ, меняя магазин. Сакура и Ребекка стояли спина к спине. У обеих тряслись руки. MP5A5 строчили нервно, но метко. Жители падали, но лезли снова. Кто-то успел подобраться слишком близко — Сакура выстрелила ему в лицо в упор, брызги крови попали на бронежилет. — Сакура! Сзади! — закричала Ребекка. Сакура развернулась, нажала на спуск. Пулемётная очередь прошила грудь подростка с ножом. Он упал в двух метрах от них. — Я... я в порядке, — выдохнула Сакура, хотя голос дрожал. — Держись! — Ребекка снова стреляла. Всё кончилось так же быстро, как началось. Минута. Может, две. Тишина. Только хрипы умирающих и запах крови, пороха и смерти. На земле лежали тела. Много тел. Сорок, может, больше. Старики, женщины, дети. Все мёртвые. Все с дырами в головах. Наруто стоял по колено в крови, тяжело дыша. Кунай в руке был красным, хотя он его даже не использовал. Леон вытер лицо рукавом. На рукаве осталась кровь — чужая. Итачи опустил винтовку. На его лице не было ничего. Крис перезаряжал дробовик, матерясь сквозь зубы. Какаши оглядел поле боя. — Все целы? — Вроде, — отозвалась Джилл. Голос сел. Сакура и Ребекка стояли, прижавшись друг к другу. Ребекка дрожала. Сакура держалась, но глаза у неё были бешеные. — Они... они же люди, — прошептала Ребекка. — Уже нет, — жёстко сказал Крис. — Вирус. Или контроль. Они не люди. Наруто посмотрел на неё. — Ты жива. Мы живы. Это главное. Ребекка кивнула, но дрожь не проходила. Какаши подошёл к Итачи. — Видишь вход? Итачи смотрел в сторону склона, откуда тянуло химией. — Там. Метров сто. За тем сараем. — Веди. Отряд двинулся дальше. За спиной остались сорок трупов и деревня, которая наконец-то стала соответствовать своему названию. Спокойствие. Они перезаряжались на ходу. Щелчки магазинов, лязг затворов, короткие маты — кто-то уронил обойму в грязь, кто-то обжёг пальцы о раскалённый ствол. Адреналин ещё гулял в крови, но работа есть работа. Наруто первым делом протёр кунай об штанину ближайшего трупа — брезгливо, но быстро. Кровь не должна засыхать на стали. Потом перезарядил Glock 19, проверил свой HK — полмагазина ещё есть. Хватит. — Патроны! — крикнул Крис. — Самому мало! — отозвался тот, но поймал. Джилл деловито сменила магазин в MP5, передёрнула затвор. Heckler & Koch USP на поясе был нетронут — берегла на крайняк. Сакура и Ребекка стояли рядом, тяжело дыша. У обеих руки всё ещё дрожали, но они справлялись. MP5A5 щёлкнули новыми магазинами, Glock'и на поясах проверили на всякий случай. — Целы? — спросила Сакура, глядя на Ребекку. — Д-да, — выдохнула та. — Кажется. — Молодец. Какаши переглянулся с Итачи. Тот уже смотрел в сторону склона. — Веди, — коротко бросил капитан. Итачи кивнул и бесшумно двинулся вперёд. Они прошли мимо последних домов, мимо покосившегося сарая, мимо огорода, где в грядках торчали забытые тяпки. Запах усиливался. Химия. Формалин. И этот сладковатый, тошнотворный оттенок — гнилые цветы, как сказала Ребекка. Теперь его чувствовали все. — Близко, — тихо сказала Ребекка, принюхиваясь. — Очень близко. Итачи остановился у большого валуна, поросшего мхом. Поднял руку — стоп. Все замерли. — Что там? — одними губами спросил Леон. Итачи указал вниз. Под валуном, в тени, виднелась щель. Неестественная. Слишком ровная для природной расщелины. — Вход, — сказал он. Какаши подошёл ближе, присел на корточки. Провёл пальцем по краю щели. — Металл. Под камнем металл. — Гермодверь? — спросил Крис. — Похоже. Джилл уже была рядом. — Открывается наружу. Тяжёлая. Скорее всего, гидравлика или электропривод. Но света нет. — Она постучала по камню. — Либо обесточено, либо ручной режим. — Взломаешь? — Крис посмотрел на неё. Джилл усмехнулась. — Я Джилл Валентайн. Я дверь открываю без ключа, забыл? Наруто расплылся в улыбке. — Я же говорил! — Заткнись, блондин. Она достала из разгрузки компактный инструмент, похожий на толстую отвёртку с экраном, и начала ковыряться в стыке между камнем и металлом. Тишина. Лес молчал. Даже птицы не кричали. — Готово, — выдохнула Джилл через минуту. Щелчок. Шипение. Валун дрогнул и медленно пополз в сторону, открывая тёмный проём вниз. Оттуда пахнуло могильным холодом, химией и чем-то ещё — живым, но неправильным. Итачи достал Glock, заглянул вниз. — Лестница. Метров двадцать. — Освещение? — спросил Леон. — Аварийное. Кое-где горит. Какаши посмотрел на Криса. Тот кивнул. — Порядок тот же. Итачи — первый. Наруто и Леон — за ним. Потом Джилл, Сакура, Ребекка. Мы с Какаши замыкаем. — Принято, — синхронно ответили все. Наруто поправил кунай на бедре, проверил крепление автомата. — Ну что, — сказал он, глядя в чёрный проём. — Пошли навестим «Амбреллу». — Погнали, — Леон включил фонарик на M4. Итачи шагнул первым. Тьма проглотила его без звука.