Uncensored

      Утро Нила начиналось с рутины, которую он кропотливо выстраивал последние годы, стараясь прийти к балансу. В городе, где каждый второй пытался продать тебе мечту или забрать твое время, его личный график оставался единственной незыблемой крепостью.               Он вернулся с пробежки по набережной, когда намеки на солнце пытались пробиться сквозь небоскребы и тяжёлые тучи. Холодный воздух приятно жег легкие, вымывая из головы остатки сна. Нил любил это время: пока город не проснулся окончательно, он принадлежал только себе.        Душ был коротким и обжигающим. Стоя под струями воды, парень на мгновение прислонился лбом к кафелю, слушая гул труб. Никаких камер, никаких вспышек. Только он и тишина. В голове, впрочем как и всегда, всплывали обрывки информации из расписания. Сегодняшний день казался на удивление легким, что было редкостью для конца года.        Когда он вышел из ванной комнаты, уже натягивая чистую футболку, дверь распахнулась. Кевин ввалился внутрь, как штурмовой отряд. От него исходил пар; лицо было красным, а дыхание рваным и тяжелым. Дэй никогда не бегал для удовольствия: он всегда тренировался так, будто за ним гналась сама смерть. Но несмотря на все усилия, парень так и не смог обогнать Джостена ни в одном дружеском забеге.  — Хорошей тренировки, — бросил Нил, мельком взглянув на друга.       Джостен привычно обходил стороной разбросанные по полу кроссовки соседа. В их сожительстве была странная гармония: хаос Дэя идеально вписывался в минимализм Нила. Если стопки книг и кипу проходок можно считать таким, конечно.  Тот ничего не ответил, лишь махнул рукой, вытирая лицо взмокшим полотенцем. Он сразу направился к столу, где уже ждал заранее приготовленный протеиновый коктейль. Грохот шейкера заполнил комнату. — Увидимся, — выдохнул Кевин между жадными глотками, наконец обретая способность говорить. Он вытер губы тыльной стороной ладони и посмотрел на друга с какой-то странной, почти лихорадочной серьезностью. — И не забудь о встрече. Я серьезно.       Нил застегнул рюкзак, проверив наличие нужных конспектов.  — Помню-помню. Твой таинственный Эндрю. Я буду вовремя, ты же знаешь.        Он вышел из комнаты, чувствуя приятную усталость в мышцах и полную уверенность в том, что этот день пройдет идеально. Он еще не знал, что встреча, о которой так настойчиво напоминал сосед, перевернет все в его голове.

***

      Нил шел по территории кампуса, предвкушая новое знакомство. После пар у него оставалось время, и он решил заглянуть в библиотеку, чтобы сдать томик по литературе. Но спокойного визита не получилось. Какая-то девушка, стоявшая у стеллажей, внезапно замерла, впившись в него взглядом, а затем слишком громко и эмоционально вскрикнула, узнав в нем лицо с таблоидов. Парень, отвыкший от такого внимания в стенах учебного заведения, лишь слегка прикрыл глаза, подавляя вздох усталости. Он не стал натягивать капюшон своей объемной толстовки, чтобы скрыться, а вместо этого обернулся к ней с вежливой, но абсолютно холодной профессиональной улыбкой. — О боже, это же ты! Я видела тебя в том журнале! Ты ведь модель, да? — она почти выронила из рук свои конспекты, подаваясь вперед. — Вы ошиблись, — спокойно произнес Нил. Его голос звучал ровно, без капли раздражения, как у человека, который привык к подобным ситуациям. — Но я ценю вашу внимательность. Наверное, это из-за освещения, мне часто говорят, что я похож на того парня.       Девушка замялась, явно сбитая с толку его уверенным тоном и тем, как спокойно он держался. Она открыла было рот, чтобы возразить, но он мягко перехватил инициативу, не давая ей шанса поднять шум. — Библиотека работает для подготовки к учебе, а не для обсуждения бульварной прессы, вы же понимаете, — он едва заметно кивнул в сторону читального зала, где пара студентов уже недовольно обернулись на крик девушки. — Давайте не будем мешать остальным заниматься. Всего доброго.       Он не стал дожидаться, пока она решит достать свой мобильник, чтобы попытаться его сфотографировать. Аккуратно положив книгу на стойку приема, Нил размеренным, уверенным шагом покинул здание. На улице он ускорил шаг, направляясь прямиком в общежитие. Он опустил голову, глядя себе под ноги, не желая снова сталкиваться с людьми. 

***

      Джостен толкнул дверь комнаты, уже настроившись на вежливое, ни к чему не обязывающее знакомство.       Первым делом в нос ударил отчетливый запах табачного дыма: Кевин позволил гостю курить прямо в помещении, что само по себе было событием из ряда вон. Сосед сидел у окна, заваленный учебниками, но по его оживленному, почти гордому лицу было ясно, что сейчас кодексы волнуют его меньше всего. Он выглядел как человек, который наконец-то дождался подарка на Рождество. На кровати соседа сидел гость спинной к двери. Его поза была абсолютно расслабленный, словно он был хозяином комнаты.  — О, ты вернулся! — воскликнул Кевин. В его голосе сквозило предвкушение.       Гость медленно обернулся.        Лицо сидевшего человека подействовало на Нила как удар под дых, но вместо боли внутри мгновенно вспыхнула ярость. Тот же разворот плеч, те же светлые волосы и скука в глазах. Для Нила это лицо было не просто образом из прошлого: оно было клеймом. Олицетворением предательства, разрушенного детства и тех бесконечных драк, в которых они когда-то оставляли друг другу тумаки. Он видел перед собой свидетеля того времени, когда сам Нил был лишь тенью своего отца, не имеющей права на собственное имя. Прошлое, которое он так тщательно прятал под дорогими костюмами, полировал глянцевыми обложками и заваливал горой иностранных словарей, просто вышибло дверь его крепости. Оно не просто вернулось, а по-хозяйски устроилось на его территории, пачкая её своим присутствием.       Взгляд гостя скользнул по лицу застывшего в дверях Нила: равнодушно, без капли узнавания. И эта пустота, эта неспособность узнать человека, которого он когда-то пытался сломать, взбесила сильнее любого оскорбления. — Какого, блять, хрена, — не давая ни Кевину, ни гостю вставить ни слова, он резко развернулся и бросился прочь из комнаты, хлопнув дверью.       Поток эмоций был такой силы, что в ушах зазвенело. Нил не собирался устраивать сцен или требовать объяснений: он слишком хорошо знал, что способен сейчас сорваться на крик или драку, если останется здесь еще хоть на секунду. Он стремительно шел по коридору общежития, чувствуя, как адреналин жжет вены, а пальцы сводит от желания во что-нибудь ударить для сброса эмоций. На ходу он выхватил телефон и набрал номер подруги. — Он здесь, — чеканя каждое слово, произнес парень, как только она ответила. Голос вибрировал от сдерживаемой ярости. — Все расскажу лично, встретимся у книжного. 

***

      Эндрю даже не шелохнулся, когда дверь с грохотом закрылась. Он лишь лениво проследил за тем, как зажигалка в его пальцах сделала еще один оборот.       Щелчок.       Язычок пламени на секунду осветил его лицо, прежде чем он захлопнул крышку. — И что это было? — голос был абсолютно ровным.        Он не выглядел ни оскорбленным, ни удивленным. Скорее... заинтригованным, как исследователь, увидевший редкую химическую реакцию. Дэй застыл. Его лицо медленно приобретало землистый оттенок, а в глазах можно было отследить лихорадочную работу мозга.  — Я... я не знаю, — выдавил он, наконец опуская руки. — Он никогда так себя не ведет. Нил самый спокойный человек из всех, кого я знаю.       Эндрю медленно перевел взгляд на друга. — Спокойный? — он чуть прищурился. — Твой сосед только что посмотрел на меня так, будто я сбил его бабулю и не извинился.        Он поднялся с кровати. Его движения были плавными и тяжелыми. Миньярд подошел к окну, глядя на улицу, по которой, скорее всего, сейчас бежал Нил. — Он меня словно боится. Или ненавидит. Причем так искренне, что это почти вызывает уважение, — блондин чуть щурился, переводя взгляд обратно на друга. — Проблема в том, что я вижу его впервые в жизни.        Парень хотел что-то вставить, но Эндрю перебил его, едва заметно поведя плечом. — Выясни, что он себе надумал. И почему при виде меня он выглядит так, будто увидел призрака. Мне не нравятся сюрпризы. Особенно с криками бегающие по коридорам при виде меня. 

***

      Нил сидел у окна в книжном, вцепившись взглядом в прохожих, лишь бы не смотреть на Элисон.  Пряный аромат какао, обычно успокаивающий, сейчас казался удушающим. Он понимал, что поступил по-детски, но эмоции оказались сильнее разума. Он давно отказался от прошлого и не ожидал столкнуться с ним лицом к лицу. В голове не укладывалась картинка: Кевин, который строил планы на приезд своего лучшего друга из Колумбии, и реальность с лицом его кошмара из Балтимора. — Ты молчишь уже десять минут, — девушка мягко постучала ногтями по столу, привлекая его внимание. — Он так ждал этого Эндрю, все мозги нам вынес, а ты зашел в комнату и сразу вышел? Джостен, может все же пора к психологу? — В том и дело, Элли, — он наконец посмотрел на нее, и его голос дрогнул от сдерживаемого напряжения. — Я знаю, где вырос Дэй, и знаю его историю. Но тот, кто сидел в нашей комнате… он не из его прошлого. Он из нашего. Это был Аарон.       Нил невольно вспомнил ту пьяную ночь, когда слова сами вылетали изо рта. Кевин тогда слушал его откровения об Аароне: о парне, который умел превращать каждый школьный день в тихий ужас. Дэй тогда ничего не ответил. И теперь парень гадал: это была забывчивость или расчет? — Погоди, — девушка нахмурилась, отставляя чашку. — Ты хочешь сказать, что его идеальный Эндрю и Аарон — одно лицо? Такого не бывает. Люди не могут быть в двух местах одновременно. Дэй даже мне как-то говорил, что они дружат с первого класса.  — Я видел его. Я не сумасшедший. Это те же черты, та же манера смотреть на людей как на мусор. Но Кевин… он отзывался о нём так, будто это его единственный близкий человек. — А сам этот парень? — Элисон подалась вперед, вглядываясь в лицо Нила. — Он хоть как-то выдал, что узнал тебя? Какое-то движение, жест, звук? — Ничего. Абсолютно, — парень сжал кулаки под столом. — Он смотрел сквозь меня. Словно не разрушал меня долгие годы по непонятным причинам. Если это Аарон, то он либо гениальный актер, либо он действительно не понимает, кто я. Но как это возможно? — В этой схеме не хватает деталей, — блондинка задумчиво покусывала губу. — Либо Кевин всё это время тебе врал, что бессмысленно, либо Аарон каким-то образом научился путешествовать во времени. Что еще ты заметил? Хоть какую-то деталь, которая не вписывается? Если бы не знала семейку Тильды лично, подумала бы, что у Аарона есть близнец.        Нил замолчал, прокручивая сцену в голове. У него было стойкое ощущение, что ситуация рассыпается в руках. Он чувствовал подвох, чувствовал, что за этим спокойствием гостя скрывается что-то, чего он пока не видит. Но озвучивать свои страхи вслух он не стал. — Не знаю, — выдохнул он. — Всё не так. Город, имя, то, как Кевин перед ним лебезит. Это просто… другой сценарий с тем же актером в главной роли. — Тогда тебе придется досмотреть этот спектакль до конца, — Элисон серьезно посмотрела на него. — Иди назад. Если Кевин молчит — наблюдай. Правда всегда вылезает в мелочах.

***

      Позже Нил нехотя вернулся в общежитие. В коридоре было тихо, но стоило переступить порог комнаты, как на него обрушилось осознание: Миньярд ушел. Воздух казался странно застоявшимся, тяжелым, словно присутствие гостя всё еще вытесняло кислород из помещения. Дэй сидел за столом, уставившись в раскрытый учебник, но за пять минут так и не перевернул ни одной страницы.       Друзья обменялись парой дежурных фраз. Голоса звучали натянуто и бесцветно. Они обсуждали какую-то чепуху по учебе, расписание на завтра и бытовые мелочи. Это был классический театр абсурда: оба делали вид, что пару часов назад Нил не повел себя как истеричка. Они старательно обходили тему инцидента, словно это была оголенная проводка под напряжением: одно неверное слово, и всё взлетит на воздух.       Нил методично собирал сумку для предстоящей съемки, чувствуя, как внутри всё зудит от нестыковок. Балтимор, Колумбия, старый враг, лучший друг. В какой-то момент тишина стала невыносимой. — Слушай, — он замер, не оборачиваясь, — а вы точно с ним с детства дружите?       Вопрос упал в комнату с тяжелым металлическим лязгом. Кевин, который и так едва держался на остатках своего самообладания, сломался. Его плечи дернулись, а пальцы, сжимавшие ручку, побелели. Для Дэя, который всё это время пытался переварить внезапную вспышку ненависти между двумя важными людьми в его жизни, этот вопрос стал последним ударом. Он медленно поднял на Нила взгляд в котором не было злости, только абсолютное, дезориентированное недоумение и шок от развернувшейся на ровном месте драмы. — Нил, о чем ты вообще… — Кевин запнулся, так и не договорив.       Он выглядел как человек, чей мир только что объявили фикцией. Тема Эндрю окончательно повисла в воздухе невысказанным, болезненным вопросом, на который Дэй, кажется, сам перестал знать ответ.