Three dragons

      Боги определенно имели извращенное чувство юмора. Иначе как объяснить то, что на вздохе он закрыл глаза, находясь на поле на Эшфордском турнире, а при выдохе открыл и увидел перед собой совершенно другую картину? Его окружали другие люди, другой город, даже другой континент, если судить по огромной и величественной статуе браавосского титана — в пекло его и всех его создателей.       Единственная вещь, не дававшая тронуться умом в ту же секунду — отрешенное лицо его брата Бейлора, осматривающего окружающий их хаос так, словно он каждый день оказывался в похожих ситуациях. Наследник железного трона и десница короля, что б его.       — Мы хоть как-то прокомментируем, какого хрена все это значит? — издевательски поинтересовался Мейкар.       — Я всегда говорю только то, в чем уверен, брат, — отозвался Бейлор, — сейчас же в моей голове путаются мысли, одна хуже другой.       Хмыкнув, Мейкар снова окинул взглядом рынок. Люди метались от одного прилавка к другому, торговались, смеялись между собой, и никто не замечал, что рядом с ними находились два принца. Да, на Вольные города не распространялась власть Семи Королевств, но не узнать их они не могли. И им, сука, было все равно. На них даже никто не смотрел. Внезапно Мейкар увидел человека, который, судя по одежде, явно был родом из Вестероса. Преисполненный холодной решимости, принц направился к нему.       Вестеросец испуганно дернулся, когда на его плечо опустилась тяжелая рука.       — Простите ми... милорд, — заискивающе произнес мужчина, бегло оценив габариты остановившего его, — чем могу помочь?       — Ты не знаешь, кто я?       — Не имею чести быть знаком с вами, милорд, — уже увереннее ответил вестеросец.       Мейкару хотелось взять меч, чтобы наглец побыстрее начал соображать. Глубоко вздохнув, чтобы не располовинить его надвое в ту же секунду, принц грозно спросил:       — Из какого ты дома?       — Тарли, из Простора.       — И как же нынче поживает сир Сэмвиль Тарли, наследник Рогова Холма?       — Простите, милорд, но наследник Рогова Холма — Дикон Тарли. А его отец — лорд Рендилл Тарли.       Уставившись на мужчину так, словно видел перед собой призрака, Мейкар впервые в жизни не нашелся, что сказать. Мозг лихорадочно пытался собрать информацию воедино и найти хоть какое-то адекватное объяснение услышанному. К счастью, Бейлор, который подошел к ним немногим ранее и слышал весь разговор, задал самый простой и логичный вопрос:       — Какой сейчас год?       Если мужчина из дома Тарли и посчитал его откровенным безумцем, то оставил свои мысли при себе, и просто ответил:       — 299 год от Завоевания Эйгона, милорды. Может... может я смогу еще как-то вам помочь?       — Кто сейчас король Семи Королевств? — спросил Бейлор.       — Томмен Первый.       — Таргариен?       Вестеросец бросил на принца такой взгляд, который явно свидетельствовал о том, что теперь он точно убежден в их абсолютной невменяемости.       — Таргариены мертвы. Король Роберт поднял восстание против Безумного короля и сверг его.       — Мне нужно крепко надраться, — просто заключил Мейкар и двинулся к выходу с рынка. Бейлор последовал за ним, уже не обращая никакого внимания на так и застывшего в ступоре вестеросца.       До ближайшего трактира они шли в полной тишине, каждый размышляя о своем. Найдя искомый, они заняли стол в самом углу, когда к ним подошла улыбчивая хозяйка и на плохом общем языке поинтересовалась, чего им подать выпить. У них, разумеется, не было с собой денег, тем более местной валюты, но золотой, богато украшенный камнями перстень, который Бейлор снял со своего пальца и предложил в качестве оплаты, явно более чем удовлетворил хозяйку, пообещавшую, что сегодня вся их выпивка будет бесплатной в любом количестве.       Первые три пинты эля они выпили молча. Хозяйка, хоть и кидала на них заинтересованные взгляды, не решалась задавать вопросы.       После четвертой пинты, громко поставив пустой бокал на стол, Мейкар спросил:       — Какого, собственно, хрена тут происходит?       — Я вроде бы неоднократно просил значительно уменьшить количество подобных слов в твоей речи, — устало отозвался Бейлор, задумчиво разглядывая жидкость в своем бокале, как будто бы она могла дать ему ответы на все вопросы, крутящиеся в его голове.       — По моему мнению, нынешняя ситуация не очень располагает к тому, чтобы следить за чистотой речи, ваша милость, — огрызнулся Мейкар и жестом подозвал хозяйку, чтобы та налила ему еще.       Бейлор так и продолжал апатично смотреть на свой бокал, чем бесил младшего брата еще больше. Ему хотелось встать и разрушить этот жалкий трактир до основания. Кричать и безумствовать, чтобы хоть один человек дал ему вменяемое объяснение текущей ситуации.       Они черт знает как оказались черт знает где, при этом умудрившись пропустить добрую сотню лет. Хотя возможно он просто умер на том турнире, и Боги решили таким образом поиздеваться над ним, отправив в пекло? Но тогда почему рядом с ним Бейлор, не совершивший в своей жизни ни одного дурного поступка? За исключением тысячи убитых врагов короны, конечно.       Раздражение бурлило и кипело в принце и, что раздражало его еще больше, он не мог дать ему выйти, проломив парочку голов.       — Ты думаешь этот щенок Тарли сказал правду, — сквозь зубы процедил Мейкар, когда ему принесли новую пинту, — про нашу семью?       — У меня нет причин не верить ему, брат. И так же нет причин сомневаться в том, что мы действительно оказались не в своем времени.       — Прекрасно. И что будем делать, великий десница? Пойдем к этому Томмену, забери его Иные, и скажем, чтобы проваливал?       Бейлор иронично усмехнулся. Он и сам долго размышлял над тем, что в этом мире им теперь, по сути, нечего делать. Они стали никем, растворившись в вековой истории. Их имена преданы забвению, их род прерван. У них нет сторонников и союзников, которые могли бы помочь. На троне его отца сидит другой человек. Но одна мысль немного вдохнула в него надежду.       — Вместо того, чтобы предаваться пьянству и горечи, — начал Бейлор, пристально смотря на брата, — может быть это все просто сон. Как Дейнис предвидела конец Валирии, так и нам показывают, что произойдет с нашим домом?       — Ага, и эти проклятые извращенцы, которых именуют Богами, любезно разрешили нам вдвоем подсмотреть будущее? Даже если это так, нам-то что делать? Передать потомкам, что если кого-нибудь из них назовут — как там его — Безумным королем, то его сразу нужно менять на другого? Полная чушь, брат. Мы умерли и нас отправили в пекло. Это все ты с твоей сраной честью виноват.       Понимая, что брат не прекратит сквернословить и поносить все, что видит, последними словами, Бейлор благоразумно решил завершить их диалог. Отпив из своего бокала, он откинулся на стену трактира и устало потер переносицу. Выпитый алкоголь уже давал о себе знать, что вкупе с ошеломляющими новостями дня, заставляло головную боль усиливаться.       Мейкар продолжал еще что-то возмущенно бухтеть себе под нос, когда Бейлор подошел к хозяйке и попросил комнату, в которую та его любезно проводила.       Он уже спал, когда заявился его брат и бухнулся на соседнюю кровать.

*****

      Утро встретило Бейлора похмельем и мгновенным осознанием того, что он все еще находился в этом незнакомом ему месте. Разглядывая каменный потолок, он все больше приходил к мысли, что это не сон и не смерть, а все происходит с ними взаправду.       Умывшись, он спустился вниз, где чересчур улыбающаяся хозяйка, которая совершенно точно игнорировала потребность обычных людей во сне, принесла ему завтрак. Не тот, к которому он привык, но, как подметил про себя Бейлор, похоже теперь ему придется быстро отвыкнуть от роскошных застольев Красного замка.       Немногим позже к нему присоединился Мейкар, который выглядел еще чернее, чем был вчера. Наверное, и до него добрались либо похмелье, либо мысли о том, что они застряли здесь навсегда.       — Так все же, — после продолжительного молчания начал младший принц, — что нам делать?       — Не имею ни малейшего понятия. Я озадачен случившимся не меньше твоего.       — Ты же у нас всегда был самым умным. Давайте, лорд-десница, придумывайте план.       — Чей лорд-десница? — хмыкнул Бейлор. — Нас здесь не знают. Король на Железном троне — не наш отец. Все Таргариены мертвы, — с ноткой скорби добавил он.       В трактир заходили другие люди — купцы, торговцы, усталые путники. Никто не смотрел в их сторону, никто не знал их имен. Если это и есть настоящее забвение, то выглядит оно очень жутко, и как жить с таким грузом Бейлор еще не разобрался.       Грустные размышления принца прервал спокойный голос без браавоского акцента.       — Не знаю, зачем вам это, но не все Таргариены мертвы, — произнес мужчина, в одиночестве сидевший за столом рядом с ними.       Оба брата мгновенно обернулись к нему и тот продолжил:       — Я был в Миэрине четыре недели тому назад, там правит королева Дейнерис Таргариен. У нее серебряные волосы, как у тебя, — он указал на Мейкара, — и есть армия Безупречных. Забавные ребята, кстати, жаль, что без яиц. А еще, по слухам, у нее есть три дракона.       — Все драконы мертвы, — тут же сказал Бейлор, на что незнакомец просто пожал плечами:       — Я говорю то, что слышал сам. Зачем кому-то врать насчет драконов?       — Расскажи о ней, — тут же нетерпеливо потребовал Мейкар.       Мужчина хмыкнул и жестом подозвал хозяйку, у которой потребовал пинту эля. Когда он получил желаемое, то пересел за стол к братьям и продолжил рассказ:       — Она дочь Безумного короля. Родилась, когда король Роберт уже сверг его. Говорят, их с братом успели вывезти за Узкое море, чтобы он не добрался до них, где их и растили. На счет ее брата ничего не знаю, я его не видел, но королеву встречал — она с удовольствием общается с простыми людьми и она весьма красива.       — А драконы? — жадно спросил младший принц. — Ты видел их?       — Говорят, что когда они выросли, то стали убивать скот в окрестностях города. И вроде как один из них — которого называют переродившимся Балерионом — начал убивать людей. Тогда королева их заперла. Больше ничего не знаю, милорды, — мужчина допил свой эль и встал из-за стола, — но надеюсь, что вам для чего-нибудь будет полезна эта информация.       С этими словами он, отвесив шутливый поклон, направился к выходу.       Братья проводили его взглядом, не говоря друг другу ни слова. Каждый из них обдумывал то, что они слышали.       — Нам нужно добраться до нее, если у нее есть армия и драконы, то она явно хочет вернуть трон нашей семьи, мы должны помочь ей в этом, — первым нарушил тишину Мейкар, на что старший просто кивнул ему и вскинул руку, подзывая хозяйку:       — Далеко отсюда до Миэрина?

*****

      Ближайший корабль на Миэрин отходил на закате текущего дня. Расплатиться с капитаном за два билета им пришлось последними двумя перстнями Бейлора, который недобро поглядывал на торгующегося брата.       В ожидании вечера, они бесцельно ходили по городу, практически не общаясь между собой. Бейлор думал о бедной девочке, которой в одиночку пришлось расплачиваться за ошибки, совершенные их семьей. Мейкар же размышлял о трех драконах. Картинка в его голове постепенно складывалась в одно целое.       Когда они добрели до рынка, младший принц зацепился взглядом за книгу про историю Вестероса. Он остановился у прилавка и, игнорируя возмущения продавца, принялся зачитывать вслух.       — Нам определенно стоило пережить такое, чтобы ты добровольно взялся за книги, — со смешком сказал Бейлор.       — Заткнись и слушай, — огрызнулся Мейкар и продолжил читать, — о, тут и про Эшфордский турнир есть, сколько внимания захудалому дому... — он резко прервался и с отчаянием посмотрел на брата.       — В чем дело?       — Я... — начал говорить Мейкар, но его голос дрогнул и сорвался.       Бейлор продолжал испытывающе смотреть на него, ожидая продолжения, но младший принц не мог заставить себя читать дальше вслух. Он снова и снова пробегался глазами по строкам, впервые в жизни молясь и Семерым, и Богам древней Валирии, и — в пекло их — даже старым Богам, но смысл написанного от этого не менялся. На том турнире он убил своего старшего брата. Не специально, конечно, как подметил автор. Но убил. А оба его сына немногим пережили его, и королем уже стал он сам.       — Так ты будешь читать или внезапно вспомнил, что умеешь только булавой размахивать?       От упоминания его любимого оружия Мейкар окончательно побледнел и подумал, что еще немного — и его завтрак окажется на сапогах брата. Бейлор же потерял интерес к книге и продолжил свое занятие — он рассматривал всех, кто пришел в этот день на рынок. Младший принц вернулся к книге, но перелистнул страницы до момента, где говорилось про восстание Роберта. Он старался не думать о том, что убил собственного брата, и даже смог заставить себя вновь зачитывать вслух некоторые моменты. Бейлор делал вид, что ему чрезвычайно интересно смотреть на людей, но все же хмурился и мрачнел.       Когда Мейкар увидел наконец, к какому дому принадлежал этот ублюдок Роберт, то со злостью захлопнул книгу и громогласно, не заботясь о том, что его услышат другие, проревел:       — Какой еще, сука, Баратеон на железном троне?       Разумеется, десятки взглядов тут же обратились к нему, но Мейкару было плевать. Бейлор сумел сохранить спокойствие, в то время как его брат начал в красках расписывать, что конкретно он сделает с каждым Баратеоном, до которого доберется. Когда он переводил дух, все еще кипя от возмущения, даже старший принц немного ужасался от его кровожадности, но впервые не делал замечаний относительно его выбора выражений.       — Нет, этого недостаточно, — остановил сам себя Мейкар, — слишком мягко. Я сделаю королеве с десяток новых Таргариенов и каждому подарю по ручному Баратеону, будут вместо домашних зверушек.       На такое заявление Бейлор уже не мог не ответить:       — А с чего ты вообще решил, что она захочет от тебя иметь потомство? Если верить словам того путника, то она молода и красива. Ты давно себя видел?       — Я не так стар еще, брат, — прорычал Мейкар, — уж помоложе тебя буду. И валирийской крови во мне будет поболее. Ты выглядишь как наша мать дорнийка. Только с бородой и копьем в заднице.       Дабы не превратить все это в очередную словесную перепалку на несколько часов, Бейлор счел, что благоразумнее помолчать, и двинулся в сторону порта. Мейкар плелся чуть позади него, продолжая говорить сам с собой, но, хвала Богам, уже гораздо тише.       А на закате, как и обещалось, их корабль отправился в Миэрин. Им предстояла долгая дорога до встречи с королевой.