Драбблы "Blue Lock"

Мир Итоши Саэ всегда был стерильным. Как операционная, где каждое движение выверено до миллиметра, где нет места лишним эмоциям, только холодный расчет и эстетика совершенства. Для него люди делились на две категории: «бездарности» и «чуть менее бездарные статисты». Пока он не встретил Т/и. Т/и не был эгоистом в привычном понимании «Блю Лока». Он не лез на рожон, не орал о своих амбициях. Он был как глубокое, тихое течение — незаметный, пока не окажешься в самой гуще, где он мягко, но неотвратимо ломал чужую игру. И именно эта пассивность, эта странная, почти медитативная покорность ритму матча зацепила Саэ. *** Первая встреча произошла ещё во время подготовки к матчу U-20. Саэ зашел в тренировочный корпус, чтобы оценить «мусор», собранный Эго Джинпачи. Его взгляд лениво скользил по потным, тяжело дышащим парням, пока не остановился на Т/и. Тот сидел на скамье, спокойно обматывая голеностоп тейпом. В нем не было этой жалкой суеты, присущей остальным. — Эй, — Саэ подошел ближе, его голос разрезал гул зала, как скальпель. — Ты. Как тебя зовут? Т/и поднял голову. У него был спокойный, немного сонный взгляд. Он не вскочил, не задрожал. Просто ответил: — Т/и. А ты, полагаю, тот самый гений, о котором все пиздят? Саэ едва заметно приподнял бровь. Наглость? Нет, просто констатация факта. — Твои передачи во время двусторонки были... приемлемыми. Единственное, что не вызвало у меня желания выколоть себе глаза. — Спасибо за сомнительный комплимент, Итоши-сан, — Т/и заправил конец тейпа и встал. — Но если ты пришел сюда просто потешить свое эго, то ты выбрал не того человека. Я не собираюсь перед тобой стелиться. Саэ усмехнулся. Это была не добрая улыбка. Это был оскал человека, который нашел новую игрушку. — Стелиться не надо. Ты просто будешь делать то, что я скажу. *** После матча U-20, который перевернул всё с ног на голову, Саэ не уехал в Испанию сразу. Он задержался в Японии, и причиной был не Рин или Исаги. Рин вообще вызывал у него только мигрень. Причиной был Т/и. Ухаживания Саэ напоминали осаду крепости, которая и так не особо сопротивлялась, просто не понимала, что происходит. Т/и жил в общежитии, когда ему начали приходить посылки. — Блять, Т/и, тебе опять привезли коробку из «Gucci»? — Исаги в недоумении смотрел на огромный пакет. — Кто это шлет? Т/и вздохнул, открывая коробку. Внутри лежали бутсы индивидуального пошива и шелковая рубашка, стоимость которой превышала годовой бюджет средней японской семьи. Внутри — лаконичная записка: «Надень это в субботу. В 19:00 за тобой приедут. Не разочаровывай меня. С.» — Похоже, у меня появился очень богатый и очень ебнутый сталкер, — пробормотал Т/и, проводя пальцами по дорогой ткани. В субботу его действительно ждал черный лимузин. Саэ сидел внутри, листая какой-то журнал. Он даже не взглянул на Т/и, когда тот сел рядом, чувствуя себя максимально неловко в этом пафосном наряде. — Ты опоздал на тридцать секунд, — холодно бросил Саэ. — И тебе привет, Саэ. Ты всегда такой заноза в заднице или сегодня особенный день? — Т/и откинулся на кожаное сиденье, стараясь не выказывать волнения. — Я всегда такой. И тебе стоит к этому привыкнуть, если хочешь оставаться рядом. Вечер прошел в самом дорогом ресторане Токио. Саэ не спрашивал, что Т/и хочет заказать — он заказал всё сам, выбирая самые лучшие блюда. Он вел себя как хозяин положения, а Т/и... Т/и просто плыл по течению. Ему было комфортно. Саэ не требовал от него пустой болтовни, он просто наблюдал. Его взгляд, тяжелый и собственнический, постоянно ощущался на коже. — Почему я? — спросил Т/и, когда принесли десерт. — В мире полно талантливых игроков. Полно тех, кто готов тебе ноги лизать. Саэ отставил бокал с водой. — Потому что ты не шумишь. В твоей игре есть тишина, которую я ценю. И потому что... — он сделал паузу, его глаза опасно сузились. — Мне нравится, как ты на меня смотришь. Без фанатизма, но с осознанием того, что я — твоя единственная возможность увидеть настоящий футбол. Т/и усмехнулся, подавшись вперед. — Ты самовлюбленный придурок, Саэ. Но, блять, ты чертовски убедителен. *** Когда слухи о том, что Саэ Итоши «прикарманил» одного из игроков «Блю Лок», дошли до команды, начался сущий ад. Рин был первым, кто взорвался. Он нашел Т/и в раздевалке и буквально прижал его к стене, его глаза полыхали безумием. — Ты... с ним? С этим ублюдком?! — прошипел Рин, хватая Т/и за воротник. — Рин, отвали, — Т/и мягко попытался оттолкнуть его руку, но Итоши-младший был в ярости. — Твой брат сложный человек, но он не... — Он использует тебя! — заорал Рин. — Он выкинет тебя, как только ты ему наскучишь! Ты для него просто способ побесить меня! — Ошибаешься, — раздался ледяной голос от двери. Саэ стоял, прислонившись к косяку плечом, скрестив руки на груди. Он выглядел скучающим, но в его позе чувствовалась скрытая угроза. — Рин, ты всегда был слишком шумным. Убери руки от моего игрока. — От твоего?! — Рин обернулся к брату, его трясло. — Ты вообще способен на чувства, кусок дерьма?! Саэ подошел ближе, игнорируя ярость брата. Он положил руку на затылок Т/и, заставляя того чуть наклонить голову. Это был жест абсолютного доминирования. — Т/и не нуждается в твоей защите, Рин. Он сделал свой выбор. И в отличие от тебя, он понимает разницу между вульгарным шумом и истинным классом. Т/и, чувствуя холодные пальцы Саэ на своей шее, только вздохнул. Шидо, наблюдавший за этой сценой из угла, заржал, хлопая себя по коленям. — А-ха-ха! Рин-чан, тебя только что отшили ради твоего же брата! Т/и, а ты не промах, выбрал самого крутого козла в этом стаде! Смотри только, чтобы он тебя не сломал, Саэ-кун любит играть жестко! — Заткнись, Шидо, — хором ответили Саэ и Т/и. *** Когда они официально начали встречаться, жизнь Т/и превратилась в странную смесь роскоши и жесткого контроля. Саэ не был нежным парнем. Он не присылал милых сообщений с добрым утром. Вместо этого он мог позвонить в три часа ночи из Испании (когда вернулся туда) и сказать: — Я посмотрел запись твоей последней игры. В третьем тайме ты недоработал в защите. Если это повторится, я заставлю тебя тренироваться до кровавых соплей, когда приеду. — И я тебя люблю, Саэ, — сонно отвечал Т/и, обнимая подушку. — Дай поспать уже, маньяк. Но когда они были вместе, всё менялось. Саэ требовал полного внимания. Т/и в их отношениях занимал пассивную позицию, и это устраивало обоих. Саэ любил лидировать, любил чувствовать, как Т/и подчиняется его воле — будь то выбор фильма на вечер или что-то более интимное. Однажды, когда Саэ прилетел в Японию на пару дней, они закрылись в его пентхаусе. Т/и сидел на диване, а Саэ лежал, положив голову ему на колени — редкий момент уязвимости. Т/и перебирал его волосы, чувствуя, как напряжение покидает тело гения. — Саэ, — негромко позвал Т/и. — Мм? — Тебе не кажется, что ты слишком наглеешь? Ты запретил мне общаться с Бачирой, потому что он «слишком тактильный», ты диктуешь мне, что есть... Ты не боишься, что я однажды просто пошлю тебя нахуй? Саэ открыл глаза. В них не было холода, только странная, темная глубина. Он рывком поднялся, нависая над Т/и, прижимая его к спинке дивана. Его дыхание обжигало губы. — Ты не пошлешь. Потому что ты знаешь, что никто в этом мире не оценит тебя так, как я. Никто не увидит твой потенциал так ясно. И никто, — он прикусил нижнюю губу Т/и, вызывая тихий стон, — не будет владеть тобой так, как я. Ты — часть моей идеальной системы. А я не отказываюсь от своих частей. — Ты такой собственник, это просто пиздец, — выдохнул Т/и, запуская руки под футболку Саэ. — Я эгоист, Т/и. Самый большой эгоист, которого ты когда-либо встречал. Смирись с этим. — произнеся это, Итоши-старший подмял Т/и под себя. *** Спустя полгода их совместное фото попало в СМИ. Саэ и Т/и выходили из отеля, Саэ придерживал Т/и за талию(на что тот восклицал: «Я не девушка, чтобы меня за талию держать»), глядя на папарацци с таким презрением, что камера, казалось, должна была расплавиться. Мир футбола взорвался. «Гений Итоши Саэ нашел себе пару среди игроков Блю Лока?» «Кто этот загадочный парень, покоривший сердце ледяного принца?» В чате игроков «Блю Лок» творилось безумие. Бачира: «Ого-го! Т/и-чан, ты теперь официально принцесса Испании? Достань мне автограф Саэ!» Исаги: «Т/и, ты в порядке? Он тебя там не обижает? Выглядит он на фото так, будто готов убить любого, кто подойдет ближе чем на метр...» Рео: «Черт, Т/и, поздравляю. У него отличный вкус на часы. Но его характер... соболезную твоим нервам.» Рин: «Я убью вас обоих. Сдохните в канаве.» Т/и читал это, сидя на террасе дома в Мадриде. Саэ только что закончил тренировку и теперь пил свой неизменный кофе, глядя на закат. — Твой брат снова желает нам смерти, — лениво заметил Т/и, показывая экран телефона. Саэ даже не обернулся. — Значит, у него еще остались силы. Пусть злится. Это единственное, что он умеет делать хорошо. Он подошел к Т/и, забрал телефон из его рук и отбросил его в сторону. Саэ наклонился, целуя Т/и в шею, заставляя того вздрогнуть. — Забудь о них. Сегодня вечером мы идем на прием в посольство. И ты наденешь тот костюм, который я выбрал. — Опять? Саэ, я не твоя кукла. — Нет, — Саэ поднял его лицо за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Ты — мой полузащитник. И на поле, и в жизни. И ты будешь выглядеть безупречно. Понял меня? Т/и посмотрел в эти невозможные, красивые и холодные глаза, в которых сейчас отражалось только его собственное лицо. Он вздохнул, чувствуя, как по телу разливается привычное, сладкое смирение. — Понял, Итоши-сан. Веди, я за тобой. Саэ удовлетворенно хмыкнул, впиваясь в его губы властным, жадным поцелуем. Ему не нужно было признаваться в любви словами. Каждый его жест, каждый купленный костюм, каждый ядовитый комментарий в сторону окружающих и каждый властный приказ — всё это было его версией любви. Грубой, эгоистичной, но абсолютно искренней. И Т/и, плывя в этом течении, знал: он — единственный, кто смог приручить этот холод. Или, по крайней мере, стать тем единственным местом, где этот холод превращался в обжигающее пламя. — Блять, Саэ... — прошептал Т/и в поцелуй. — Ты невыносим. — Заткнись и подчиняйся, — ответил Саэ, и в его голосе впервые за вечер послышалась тень теплоты. — Тебе это нравится не меньше, чем мне. И он был абсолютно прав.