Извините, но я буду выражаться по французски

— Гарри, я дома. После еле слышного "пыха" взметнувшегося пламени камина для перемещений, воскликнула Гермиона. Как-то так, само собой получилось, что в доме они стали разговаривать только на парселтанге: скорее всего, из-за Саншайн, которая заявив в три месяца Гарри "Моё!" именно на этом языке, так и продолжила болтать на нем, говоря, пусть и короткими, но предложениями, а обычный английский составлял у неё всего три слова: "ма", "дя" и "чу" (выговаривать "хочу" она отказывалась наотрез!). Гарри она нашла, как всегда, в Малой гостиной с книгой. Заглянув через спинку, и взглянув на текст, поняла, что речь идёт об истории магического рабства. И только после этого заметила у ног мужа "неучтённый элемент". — А он тут что делает? — жестковато, от неожиданности, спросила она. Гарри тяжело выдохнул: — Сидит. — И тут же добавил: — Выполняет мой приказ. Он попросил о завершении привязки. Вот только у нас проблема: я попытался, но... Гарри взял лёгкую паузу, чтобы поточнее сформулировать в чём проблема, а Гермиона, обойдя его кресло и сев в своё, стала терпеливо ждать: Гарри всегда отличался некоей косноязычностью. — ... в общем, для завершения привязки, нужно какое-то условие, выполнить которое, в его комнате, я не могу. Чего-то не хватает. Что-то Герпий намудрил ещё. Подозреваю, что это "что-то", обязательно связано с тем, чтобы унижение раба было, максимально, сильным. Что-то, что низведёт его до положения скота. И, боюсь, для выяснения этого "чего-то", нам придётся обратиться к тайнюкам. А этим маньякам только в радость будет. Чего мне как раз и не хочется! В книге - ничего. Правда, я и не надеялся, но... Гарри пожал плечами. — Хозяин Гарри, Вам письмо. В гостиной появился Кричер, держа в лапках сову. — Вспомни чёрта... Даже сова у тайнюков была какая-то... тайнючная: если не смотреть прямо на неё — её как бы и нет! Отвязав от её лапки письмо, Гарри раскрутил пергамент и, прочитав, ещё раз тяжело выдохнул: — Как я и думал. Когда я сегодня утром, попытался завершить привязку, у них этот активировался чёртов артефакт, в котором созрело тело Тома. Придётся нам двоим... — Троим, — перебила Герми, — троим! Я тебя одного не отпущу! — Гарри глянул на неё, но не возразил, поскольку понял — бесполезно!, и продолжил, — идти к ним. Портал прилагается. — Когда? — Написано — "в любое удобное время". Портал активируется словом "готов". — А ты — готов? Похоже, что магия привязки, действовала и на неё: по отношению к Тому за эти три месяца она стала намного жёстче. Хотя — непонятно почему. — К такому никогда нельзя стать готовым. Только если ты "чистюк" в Мерлин знает каком поколении: для них это норма! — Гарри скривился так, будто в рот попало гавно со вкусом лимона. — Так что, можно хоть сейчас. Том, ты готов? — Как пожелаете, Хозяин. Еле слышно произнёс мужчина, каким-то единым, слитным движением, встав на колени с так низко опущенной головой, что стала видна макушка. Честно говоря, смотреть на такого Тома было страшно: с одной стороны — сломленный, раздавленный болью человек, переставший быть личностью; а с другой... помня Волдеморта, подспудно ожидалась от него какая-то подлянка. Ну не мог Волдеморт сдаться на милость победителя! Не мог! Он, обязательно, вот просто обязательно, должен был сделать хоть что-то, чтобы отомстить!