Меткой на его шее

POV Эрида       Чувствую лёгкое покалывание в немеющих кончиках пальцев и убираю руку из-под крана с ледяной водой. И, если Кристина не убьёт меня раньше, то это должно помочь ей.       Трис аккуратно вытирает тряпочкой с лица Кристины кровь, до сих пор не прекращающую течь из носа. Уилл сидит сзади неё на краю жёсткой больничной койки, успокаивающе поглаживая спину девушки. Руки искренней всё ещё судорожно дрожат, а сама она никак не может прийти в чувства после пережитого. Сказать, что это был пиздец, — ничего не сказать. Я конечно понимала, что у лидера есть беды с головой, но не настолько же, чтобы чуть не убить её.       Подхожу к ребятам и прикладываю ледяную ладонь сзади к шее Кристины.       — Ай, блять! — вскрикивает она, резко дёргаясь, и наконец смотрит на меня осознанным взглядом, а не пустыми зрачками, полными глубоко засевшего ужаса. — Эрида! — руки девушки сжимаются в кулаки, наконец переставая дрожать.       Я тяну ладонь вновь к её шее, а она резко отстраняется, подтверждая, что Кристина действительно снова с нами, а не внутри себя. Сработало. Даже не ожидала.       — Не благодари, — хмыкаю я, встряхивая рукой, чтобы быстрее согнать кровь к замёрзшим пальцам и согреться. — Долго ещё кровь будет идти? — перевожу взгляд на Уилла, но он лишь пожимает плечами. Медсестра не дала нам никаких гарантий, сказала просто ждать. А вот следующая часть тренировок вряд ли будет ждать, а лидер тем более.       В лазарет бесшумно заходит Эл, прихватив с собой из столовой по паре бутербродов для нас. Ради Кристины пришлось пожертвовать полноценным обедом, но это не так страшно как то, что ей пришлось пережить.       — Вот, — искренний протягивает нам наш скромный паек, и мы дружно благодарим его. — Эрик просто монстр, — переходит он на шёпот, садясь на стул возле койки.       Я кусаю самый лучший в жизни бутерброд собранный из всего, что только можно, и приземляюсь на край пустой соседней кровати.       — Больной ублюдок, — шипит Кристина, отламывая кусочек хлеба и кладёт в рот, запрокидывая голову и тихо шмыгая носом. — Конченный мудак.       — Справедливо, — соглашается Уилл. — Не знаю, как после такого ему вообще можно верить. Он может убить любого из нас и ему за это ничего не будет.       — Скажет, что несчастный случай и всё, — поддерживает его Трис. — Не думаю, что поверят нам, а не ему.       — И за что он только так взъелся? — качает головой Эл. — Просто за то, что ты попросила остановиться, когда Молли начала тебя избивать? Это бред.       — Он наглядно показал, что сдаваться в Бесстрашии нельзя, — пожимаю я плечами, опустив задумчивый взгляд в пол и вновь кусая бутерброд.       Но тишина без ответа заставляет кожей почувствовать взгляды четверых друзей.       — Что?       — Ты его защищаешь? — удивляется Кристина.       — Нет, конечно, — мгновенно хмыкаю я, мотая головой.       Ведь нет? Я просто пытаюсь найти хоть какую-то логику в его действиях. Ведь не может просто садист занимать так долго место лидера? Обязательно нашлись бы те, кто встал против такой системы. И тогда...       — Не понимаю, зачем ты пытаешься найти объяснение его бессмысленной жестокости, — возражает Трис.       — Тише, — шикает на неё Кристина. — Он нас всех четвертует, если узнает.       Трис несогласно вздыхает, но молчит. POV Эрик       — И где отчёт по перешедшим неофитам? — сухо спрашивает Макс, перебирая свои бумажки. Шелест документов звучит несколько секунд, пока старший лидер перекладывает их с места на место и бегло листает.       — Спроси у своего любимого Фора, — хмыкаю я, погружая патрон в магазин пистолета, а следом ещё один.       — Эрик, — ворчит Макс, поднимая на меня взгляд.       — Что? — спокойно спрашиваю, пока очередной патрон одобрительно щёлкает.       — Ты можешь хотя бы попытаться найти с ним общий язык? — просит он уже в который раз. — Что ж вы с ним никак ужиться не можете, — возмущается старший лидер, вызывая на моих губах ухмылку.       — Я уже предлагал поставить кого-нибудь из моих ребят вместо него, — напоминаю я, возвращая заполненный магазин в пистолет, и откладываю оружие на подоконник. — Гэри, например. Он бы неофитов тренировал и воспитывал, а не вид делал. А Фор хернёй страдает. Напомню, его подопечные полнедели с соплями по фракции бегали. Про технику боя большинства из них я вообще молчу. Он их жалеет, а они расслабляются. Вот тебе и результат. Где отчёт от него? Правильно, его нет. И нахера мне искать с ним общий язык?       Макс хмурит брови. Конечно, Фор пытается дисциплинировать своих неофитов, закалить, воспитать в них выносливость, быть строгим, но его сидящая внутри доброта всё портит. Она чувствуется интуитивно. А эти сопляки ей и пользуются. Он для них добрый наставник, а не жёсткий тренер, каким старается казаться. Он может ругаться, но его не боятся. А без страха работать могут только те, кто посередине. Остальные, кто может показать себя, и те, у кого нет шансов, работают в полсилы, не стараются и ленятся. Вот вам и херовый результат.       — Гэри вырос в Бесстрашии, — внезапно говорит Макс, качая головой и вызывая моё удивление. Нихера себе. Неужели я наконец смог ударить по твоей иллюзии в непогрешимой репутации Фора? — Он не может тренировать перешедших, это будет неправильно.       — Зато в прошлом году он всех урождённых неофитов из красной зоны вытащил. Даже объективно слабых девчонок. А ты мог бы дать перешедшим неофитам нормальный шанс на выживание.       — Гэри заставлял неофиток бегать ему за холодным пивом на тренировках, — смеётся Макс, поднимая на меня усталый взгляд.       Я пожимаю плечами.       — И сполна получил от меня за это, — напоминаю, забирая пистолет и убирая его в кобуру. — Если по урождённым и Лорен вопросов нет, то я пойду.       — Иди, — кивает он. — И надави на Фора с отчётом. Менять неофитам наставника я уже не буду. POV Эрида       Фор заканчивает очередную изнурительную тренировку по отработке ударов, и я сажусь на пол прямо возле груши. Зарываюсь пальцами в волосы, притянув колени к груди, и пытаюсь прийти в себя. Или только я так себя изматываю, пока остальные работают в полсилы? Но я не могу позволить себе такую халатность... мой рейтинг не двигается. Я всё ещё тридцать вторая. И это нихера не радует.       А вот Трис продвинулась на одно место выше. Она тоже тренируется... с Фором. Я видела, как он помогал ей, поправлял стойку, говорил ей что-то. Может, он и баллы ей накидывает? Конечно, она ведь может приходить тренироваться утром, ей везёт, она лидеру на глаза не попадается. А я проверять, выполнит ли он свою угрозу или нет, совсем не хочу.       Поднимаю голову с тяжёлым вздохом, и взгляд тут же цепляется за Трис, стоящую напротив Фора. Убогая смеётся, касается его плеча, пока он в ответ улыбается ей и снисходительно смотрит сверху вниз. Его тоже можно понять. С каждым днём Трис становится только краше, уверенней и смотрит как-то хищно. У неё даже есть силы краситься.       Это вообще за рамками моих возможностей. У меня нет сил даже до столовой дойти, а она глаза подводит чёрным и не ленится смывать это каждый вечер!       Что я блять делаю не так?       Поднимаюсь, поправляя бинты на ладонях, и вновь встаю в боевую стойку напротив груши, краем глаза замечая, как инструктор уходит вместе с неофиткой из зала. Не хочу думать, что Трис спит с ним за баллы или что-нибудь в этом роде. Она ведь из Отречения. Она не может так поступить.       Бью по груше, чувствуя болезненное напряжение в мышцах.       Я бы не смогла попросить баллы за секс. Это нечестно. По отношению к себе. Позволить воспользоваться тобой за место во фракции? Нет. Его нужно заработать. Честно. Иначе, какой вообще смысл? Страдать от самообмана?       Тихо шиплю сквозь зубы, чувствуя, как под бинтом рвётся от очередного удара кожа.       — Твою мать, — тихо выдыхаю, разматывая ладонь и оценивая ущерб.       Касаюсь кровоточащей ранки губами, надеясь, что это поможет. Не помогло. И что теперь, идти в лазарет за пластырем из-за какой-то царапины? Но и проигнорировать плохо. А если занесу какую заразу? Потом загноение или ещё что похуже.       Да что ж это такое.       Краем глаза замечаю Лорен, оставшуюся с двумя своими неофитами, отрабатывающими удары на ринге. Была не была. Попробую. Не выгонит ведь она меня? А просто спросить это не преступление.       Уверенно иду к инструктору урождённых, тихо подходя сбоку. Она бегло бросает взгляд на меня, оторвавшись от тренировки.       — У вас не найдётся пластыря? — спокойно спрашиваю, демонстрируя свою руку.       Лорен холодно оценивает мою рану, а после возвращается к бою.       — Остановились, — рявкает она, и двое парней тут же замирают, отходя друг от друга. — Без меня — ни одного удара, — Лорен вновь смотрит на меня и коротко добавляет: — Жди тут.       — Спасибо, — с благодарностью киваю я, когда инструктор быстро уходит в сторону тренерской.       — Плачешь из-за царапины? — насмешливо тянет один из парней со сломанным носом, садясь на край ринга, и проводит рукой по шее, наклоняя голову. — Откуда такая неженка к нам попала?       — Не обращай на него внимания, — второй, широкоплечий и высокий, спрыгивает с ринга, уверенно подходит ко мне и протягивает руку. — Роб.       — Эрида, — отвечаю я на рукопожатие.       А он перехватывает мою вторую руку, поднимая на уровень своих глаз и внимательно смотрит.       — Быстро пройдёт, — улыбаясь, добавляет он, мягко сжимает мои пальцы и отпускает. — Можешь не переживать. У меня таких сотни были, пока не научился правильно бить.       — Охотно верю, — возвращаю ему лёгкую улыбку.       — Так откуда ты?       — Эрудиция.       — Сомнительно, — тянет второй, усмехаясь. — Была бы ты из умников, уже бы поняла, что этот говнюк тебя кадрит, а не краснела как наивная девица.       — Закрой пасть, Мэтт, — рявкает Роб, обернувшись на парня. — Или я сам тебе её заткну.       — Ой-ой-ой, напугал, что аж коленки дрожат, — закатывает он глаза, а я аккуратно стараюсь вырваться из пальцев урождённого, всё ещё держащих мою руку.       — Сам блять нарвался, — рычит он, разминая запястья и, потеряв ко мне всякий интерес, возвращается обратно к рингу.       Пипец у вас весело.       — Так блять! — орёт Лорен, возвращаясь из тренерской с бутыльком перекиси и коробочкой с пластырями. — По разным углам ринга разбежались и заткнулись оба!       Парни послушно выполняют её приказ, дожидаясь следующей команды.       — Держи, — протягивает она мне моё спасение. — Как закончишь, оставь на ринге.       — Спасибо большое, — искренне благодарю я.       — Не за что, неофит, — коротко улыбается она, а после возвращает всё своё внимание к парням на ринге. — Начали! — хлопает Лорен, а я бесшумно отхожу к соседней платформе и сажусь на край, быстро обрабатывая рану.       Приятно, что в Бесстрашии не все такие безжалостные, как лидер. Даже неожиданно, что инструктор урождённых — человек, а не какая-нибудь высокомерная сука, которой, честно, я себе её представляла. Но она встречается с лидером. А меня это вообще касается?       Господи, Эрида, хватит уже думать. Остановись.       Я заклеиваю костяшку пластырем и оставляю перекись и коробочку на краю платформы. Молча поднимаюсь, наматывая бинты на ладони, и иду обратно к грушам изматывать себя, пока не останется сил поднять руки.