Кот по имени Ландо

Оскар приехал в аэропорт за два часа. Он был мокрый, замерзший и выглядел так, будто только что вылез из стиральной машины. В зеркале терминала он мельком увидел свое отражение: темные круги под глазами, всклокоченные волосы, осунувшееся лицо. Плевать. Он встал у входа в зону вылета и просто ждал. Смотрел на людей с чемоданами, на суетливые семьи, на влюбленные парочки, которые обнимались на прощание. Каждое объятие отдавалось тупой болью в груди. В 9:40 он увидел Макса. Тот толкал тележку с двумя чемоданами. А рядом... Ландо шел медленно. Слишком медленно для человека, который обычно носился как угорелый. Он был бледный, под глазами залегли синие тени, на плечах знакомая серая толстовка, та самая в которой он тогда промок до нитки. В которой он стоял на пороге дома Оскара в первую грозу. На шее у Ландо висела маленькая подушка для путешествий, и он периодически прижимал руку к груди, жест, которого Оскар раньше не замечал, а теперь он выучил его наизусть и понимал, что это значит. Оскар шагнул вперед, загораживая проход. Ландо поднял глаза и замер. На одно бесконечное мгновение они просто смотрели друг на друга. Мимо спешили люди, кто-то толкнул Оскара плечом, кто-то извинился, кто-то выругался, но это было где-то далеко, в другом измерении. Существовали только они двое: замерзший, мокрый Оскар и бледный, больной Ландо. — Ты пришел.. — тихо сказал Ландо. Голос звучал хрипло, безжизненно. — Я искал тебя всю ночь. — ответил Оскар. — Обзвонил больницы, сидел под дождем, приехал сюда за два часа. Я... я не знал, что у тебя сердце. Я не знал, что тебе так больно. Я вообще ничего не знал, потому что был слепым идиотом. Ландо моргнул. Его губы дрогнули, но он ничего не сказал. Макс стоял в стороне, держась за тележку, и делал вид, что рассматривает табло рейсов. Но Оскар чувствовал его взгляд. — Я не прошу тебя остаться. — продолжил Оскар. Его голос срывался, но он заставлял себя говорить. — Я не имею права. Я знаю, что коты не прощают. Но я просто хотел, чтобы ты знал: я тебя вижу. Теперь вижу. Твои дурацкие улыбки, твои руки, которые вечно ищут, к кому прикоснуться, твои шутки, твоего кота, твое сердце, которое болит. Я вижу тебя, Ландо. И ты для меня не просто сосед. Ландо смотрел на него и молчал. В его глазах блестело что-то мокрое, но он не плакал. Просто стоял и смотрел, прижимая руку к груди. — Я не знаю, как быть с этим.. — признался Оскар. — Я никогда не умел. Я закрываюсь, прячусь, сбегаю. Но с тобой... с тобой я не хочу сбегать. Даже когда ты меня бесишь своей тактильностью. Даже когда вторгаешься в мое пространство. Я хочу, чтобы ты в него вторгался. Я хочу, чтобы ты был рядом. Если ты, конечно, еще захочешь. Тишина. Долгая, тягучая и невыносимая. Ландо опустил голову, глядя в пол. Плечи его мелко дрожали. Оскар сделал шаг вперед, но остановился, боясь спугнуть. — Я не знаю.. — прошептал Ландо не поднимая глаз. — Я не знаю, Оскар.. Мне страшно.. Я.. я думал, что теряю тебя, и у меня внутри все рухнуло. Буквально. Врачи сказали, что мне нельзя волноваться. А ты, это сплошное волнение. — Я знаю. — тихо ответил Оскар. — Я не умею по-другому, но я могу попробовать. Если ты дашь мне шанс. Ландо наконец поднял глаза. В них стояли слезы, но сквозь них пробивался слабый, робкий свет. Тот самый, который Оскар так любил. Который боялся потерять навсегда. «Объявление на посадку рейса SU 2402 до Мадрида. Посадка заканчивается через пятнадцать минут.» Макс кашлянул. — Ландо, нам пора. Ландо не двигался. Он смотрел на Оскара, и в его взгляде боролись тысячи противоречий. — Я не прошу тебя остаться прямо сейчас. — быстро сказал Оскар. — Ты должен лечиться, должен отдохнуть. Я просто хочу, чтобы ты знал: я буду здесь. В доме напротив. Буду поливать свои дурацкие кусты и читать книги. А если ты захочешь вернуться... или просто позвонить... я отвечу. Всегда. Ландо всхлипнул и быстро вытер глаза рукавом толстовки. — Ты такой дурак.. — прошептал он. — Знаю. — Промок весь.. Заболеешь же теперь. — Уже болею. По тебе. Ландо шмыгнул носом и вдруг шагнул вперед. Оскар замер, не веря своим глазам. Ландо обнял его. Осторожно, почти невесомо, будто боялся, что Оскар оттолкнет. Оскар не оттолкнул. Он медленно, неуверенно поднял руки и обнял в ответ. Прижал к себе худые плечи, уткнулся носом в мокрые от слез кудри и закрыл глаза. — Я позвоню. — прошептал Ландо ему в шею. — Обещаю. Просто... дай мне время. — Сколько нужно. Они стояли так посреди шумного аэропорта, и люди обтекали их, как вода обтекает камни. Никому не было до них дела, но для них двоих это было самым важным моментом в жизни. — Ландоо. — позвал Макс мягко. — Правда пора. Ландо отстранился. Его лицо было мокрым, но в глазах уже не было той мертвой пустоты, которая так напугала Оскара четыре дня назад. — Береги себя.. — сказал Оскар. — Лечись и не смей больше падать в обмороки. — Постараюсь. — слабо улыбнулся Ландо. Он развернулся и пошел к выходу на посадку. Макс покатил чемоданы следом. На полпути Ландо обернулся и помахал рукой. Как в первый день, когда они только встретились. Только теперь в этом жесте не было навязчивости. Была надежда. Оскар стоял и смотрел, пока Ландо не скрылся в рукаве, а потом еще долго смотрел на пустой проход. Он уехал из аэропорта только через час. Просто сидел в зале ожидания и смотрел на взлетающие самолеты. Один из них увозил Ландо. Увозил далеко, но не навсегда. Оскар решил в это верить. Дома было пусто. Холодно. Тишина давила на уши. Оскар прошел на кухню, поставил чайник, а потом заметил на столе конверт. Раньше его не было. Он нахмурился, он точно не оставлял здесь никаких писем. В конверте лежала открытка. На обложке был нарисован рыжий кот, который сидел на подоконнике и смотрел на луну. Внутри неровный, торопливый почерк: ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ "Оскар. Я дурак. Ты дурак. Мы оба дураки. Но когда я писал это, я еще злился. А сейчас просто устал. И скучаю. По твоему молчанию. По твоему чаю. По тому, как ты смотришь на дождь. Лео передает привет. Он злится, что его заперли в переноску. Я тоже злюсь. Но больше на себя, чем на тебя. Я не знаю, что будет дальше. Но если ты прочитаешь это и захочешь мне написать я буду ждать.. Медленно, потому что коты не умеют быстро. Но буду. Твой сосед, Ландо. P.S. Дрель я так и не забрал. Она у тебя в прихожей. Если захочешь вернуть — придется впустить меня снова." ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Оскар перечитал открытку три раза. Потом еще два, а потом улыбнулся. Впервые за много дней. Он достал телефон и написал сообщение на номер, который успел выучить наизусть: «Дрель ждет. И я жду тоже. Лечись и возвращайся. Твой сосед, Оскар.» Ответ пришел через минуту. Одно слово но оно было таким родным: «Договорились!!» Оскар смотрел на экран и чувствовал, как внутри разливается тепло. Ландо жив. Ландо написал. Ландо, кажется, готов дать ему шанс. В доме напротив все еще горел свет. Оскар специально оставил его включенным, когда уходил в аэропорт. Чтобы Ландо, если вдруг посмотрит на картах свой старый дом, увидел этот свет и знал: здесь его ждут. Он подошел к окну, посмотрел на темный дом напротив, а потом перевел взгляд на луну, ту самую, что была на открытке с котом. — Возвращайся скорее, — тихо сказал Оскар в пустоту. — Я научусь быть котом. Обещаю. Где-то над Атлантикой, в самолете, летящем в Мадрид, Ландо чихнул и улыбнулся своим мыслям. Соседка слева покосилась на странного парня, который улыбается в пустоту, а Ландо просто смотрел в иллюминатор и думал о том, что, кажется, все будет хорошо. Не сразу. Не быстро. Но будет. Потому что даже самые независимые коты иногда возвращаются домой. Особенно если там их действительно ждут.