44.1644° с.ш.

— Почему только для меня, — через пару секунд подозрительно спросил я. Он закатил глаза и сказал луне: — Неважно. Поэтому я тоже сказал луне: — Если он агент ФБР, у него должно быть удостоверение. — У меня есть удостоверение, — очень тихо сказал он. — Когда доберемся до домика, я тебе его покажу. — Ага. Нет. Покажи сейчас. — Тебя только я беспокою? — Я не беспокоюсь. Я тебе не доверяю. Тихо ругаясь, он расстегнул куртку, пошарил под ней рукой и достал плоскую кожаную обложку для документов. Молча открыл и сунул мне под нос. Золотой щит, увенчанный орлом с распростертыми крыльями, сверкал в мерцающем свете. Я задумался и торжественно кивнул. — Мы верим в бога. — Там не это написано. Это пишут на деньгах. Девиз ФБР — «Верность, смелость, честность». — Нет. Там написано «Федеральное бюро расследований», — я прищурился. — Министерство юстиции. Он захлопнул обложку, едва не задев кончик моего носа. — Можем мы, пожалуйста, пожалуйста, найти твой домик, пока вся округа не узнала, кто я такой? — А кто ты? Он оторопело на меня уставился. — А-а. — Я засмеялся, хлопая себя по груди. — Я подумал, ты имеешь в виду, что ты какая-то знаменитость. Помимо того, что ты… Ну ты знаешь, — я обернулся, рассматривая группу домиков, которые тоже принялись кружиться. Словно я пытался пройти по движущейся карусели. — Я… Не думаю, что смогу дойти так далеко. — Который из них? — Я… Может, слева? Оказалось, что это не домик слева. На самом деле, нам потребовалось три попытки и разбудить двух соседей, крайне недовольных гостями, прежде чем мы — Рори — смогли найти мой домик. В какой-то момент он также нашел мои ключи и сумел открыть дверь, но я к тому времени уже был без сознания. Я смутно припоминал, как забрался с его помощью между самыми холодными простынями по эту сторону Скалистых гор — или по ту сторону Скалистых гор — и снова спросил Рори, не подмешал ли он что-то в мое пиво. — Совершенно точно нет. За каким лешим мне нужно делать что-то подобное? — Ты соврал о том, что являешься фбровцем. — Что? Я не… — Он резко замолчал. — Нет. Не-а. Мы не будем это обсуждать, пока ты не придешь в норму. Ну, в твоем случае. в твое обычное состояние. Я натянул одеяло до подбородка и сказал: — Надеюсь, меня не отравили. Он резко выдохнул. — Думаешь, тебя отравили? Может, нам стоит попытаться оказать тебе первую помощь? — А мне откуда знать? — Ну… Но… Я тщательно это обдумал. — Нет. Но я не вырубился. — Пока нет, — мрачно сказал он. Я рассмеялся, как маньяк, и закрыл глаза. Когда я в следующий раз открыл глаза, мне стало не до смеха. Моргая, я уставился в незнакомый деревянный потолок, затянутый незнакомой паутиной, и простонал: — Какого хрена?.. Хорошая новость состояла в том, что кровать, хижина, Нью-Гемпшир перестали вращаться. Плохие новости заключались в том, что ущерб уже был нанесен, и я едва успел соскочить с кровати и добежать до туалета размером с телефонную будку, где меня смертельно, всецело и абсолютно вывернуло. Это было жестоко, но довольно быстро. Когда все закончилось, я, дрожа, поднялся, справил нужду обычным способом, поплескал в лицо ледяной водой, прополоскал рот, поморгал, глядя на свое бескровное, красноглазое, растрепано-волосатое отражение в зеркале, и, шатаясь, побрел обратно к кровати, где меня ждал еще больший шок. Специальный агент Рори Торр — мне ведь не приснилась первая часть этой истории, да? — сидел в моей постели. В моей постели. — Как дела? — поинтересовался он, хотя это наверняка был риторический вопрос. — Ч-что происходит? Явно ничего веселого, потому что он был полностью одет. И вооружен. Рори, необоснованно спокойный для человека, спавшего в одежде, не говоря уже о том, что он стал свидетелем ужасного зрелища моего возвращения в сознание, серьезно сказал: — Отличный вопрос. Нам стоит это обсудить, если ты чувствуешь себя достаточно хорошо. — Ты был тут всю ночь? Он кивнул. — А почему? — Это как раз часть того, что нам предстоит обсудить. Насколько хорошо ты помнишь вчерашний вечер? У меня ослабели ноги, и я уселся на кровать. — Я помню… Конец немного смутно, но большая часть воспоминаний сохранилась. Он задумчиво кивнул. — Не могу сказать наверняка, но, кажется, в последний твой напиток что-то подсыпали. Я нахмурился, глядя на него, и пытаясь вспомнить заключительную последовательность событий. — Ты тоже так думаешь, — сказал Рори. — Я… Но с какой целью? — С целью изолировать и лишить дееспособности. Как минимум. Мне не понравилось, как прозвучало это «как минимум». — Я тоже не думаю, что выпил много, но, возможно, выпил больше, чем предполагал. Я устал. Спиртное могло подействовать сильнее. Я старался быть объективным — или, может, просто не хотел верить тому, что он мне говорил. На самом деле, я довольно тщательно следил за количеством выпитого алкоголя. Пил только пиво, в большинстве случаев разбавляя его имбирным элем. Ничто так не повышает бдительность, как анонимные угрозы. — Тебя обычно тошнит после употребления алкоголя? — Спасибо, что заметил, — раздраженно сказал я. — Нет. Я не блевал с самого колледжа. Ну, и сразу после развода. Он выгнул бровь, но сказал только: — Из усталого и почти трезвого состояния ты перешел в состояние сильного опьянения где-то за десять минут. — Именно так я себя и почувствовал, — согласился я. — Думаю, вчера ты не добрался бы до домика, и это могло тебя убить. — Убить? Он пожал плечами. — На улице мороз. Алкоголь воздействует на кровеносные сосуды… — Нет, я знаю, что обстоятельства могли оказаться фатальными. Я просто не понимаю, почему… — Не понимаешь? Утренняя щетина и прищуренные веки придавали ему жесткой сексуальности, не замеченную мной раньше. — Ты правда говорил, что ты из ФБР, или мне приснилось? — спешно выпалил я. — Не то чтобы мне снилось ФБР. — Ты обращался в бюро с просьбой о помощи, так? — Я обращался ко всем. Писал в полицию Нью-Гемпшира, в Управление рыболовства и охоты, шерифу округа Графтон, полицию Гастингса и, да, в ФБР. В основном я получал стандартные отписки. От ФБР ничего не получил. — Ты получил меня, — сказал Рори. — Что, положа руку на сердце, еще больше сбивает с толку. — Дело в том, — как будто извиняясь, сказал он, — что твои письма какое-то время перекидывали туда-сюда, пока они не попали на стол моего начальника. — Ага. Извини. — Я откинулся на спину и закрыл глаза, дыша медленно и осторожно. — Ты в порядке? — Возможно. — Могу я тебе кое-что предложить? Я слегка качнул головой в знак отрицания. Он накрыл мои ноги и ступни древним покрывалом, вызвав у меня нервную улыбку. — Возможно, нам следует обратиться в ближайшее отделение неотложной помощи, — сказал он. — Хм-м. — Конечно, но там, по крайней мере, тебе могут предложить внутривенную чистку. — По собственному опыту знаешь? — Не в похмелье дело, нет. Но я частенько работал, даже когда плохо себя чувствовал. Делаешь, что надо, чтобы выполнить работу. — Хотел бы я не приезжать, — пробормотал я. — Признаюсь, я удивился, увидев тебя здесь. Почему ты приехал? Я открыл глаза и уставился на него. — Потому что никто не ответил. Вообще никто не отреагировал. Я подумал, что кто-то должен что-то сделать. — О чем ты только думал? — Не об этом! Рори рассмеялся. — О, спасибо большое! — с горечью сказал я. Он похлопал меня по ногам под одеялом. — Ну, тебе же угрожали смертью. Ты должен был понимать, что можешь стать мишенью для каких-нибудь проказ, как минимум, — он неожиданно устало вздохнул. — С другой стороны, не то чтобы я так уж усердно за тобой приглядывал. Я открыл глаза. — Ты этим должен был заниматься? — Теперь уж точно. Как я уже сказал, никто не думал, что ты… появишься тут. Я сам перевел эту заминку. — Что я буду настолько тупым? Я решил приехать в последний момент. О чем теперь искренне сожалею. Рори снова похлопал по ногам, что меня внезапно успокоило. А может, меня успокоило то, что тошнота начала отступать. Я осторожно приподнялся и поискал телефон. — Который час? Рори взглянул на часы. — Восемь тридцать. — Вот дерьмо! — В чем дело? — У меня в девять интервью с Пэтом О’Доннеллом. — Я соскочил с кровати и, шатаясь, принялся разыскивать свои джинсы. Нашел их аккуратно сложенными на потрепанном комоде. Телефон и кошелек все еще лежали в кармане. Рори откинул покрывало и, да, он был полностью одет, вплоть до носков. — Хорошо. После этого встретимся за завтраком. Меня пробрала дрожь. — Встретиться можем, но есть я не буду до конца выходных. — Ладно, тогда посмотришь, как я ем, — рассмеялся он. Я перестал копаться в чемодане и сосредоточил на нем все свое угрюмое внимание. — И зачем мы собираемся снова встречаться? — Потому что нам надо о многом поговорить. — Разве? Вообще-то, у ФБР было почти двадцать лет, чтобы раскрыть это дело. Не понимаю, что могло измениться с того момента, как я впервые вам написал. И я не первый и единственный подкастер, блогер или ютубер, которому приходят угрожающие письма по поводу расследования пропажи Дейдры. — Как я сказал, твоему письму потребовалось некоторое время, чтобы дойти до нужного отдела, — терпеливо объяснил он. — Это какого? Отдела безнадежных дел? — Отдел поведенческого анализа. Я опешил. — Вы думаете, что Дейдра попалась серийному убийце? — Мы занимаемся гораздо большим, чем просто серийные убийцы. В центре нашего внимания находится поведение и психология жестоких преступников, конечная наша цель — прогнозирование и предотвращение преступлений. — Это «да» или «нет»? — Это «нет». Мы — мой босс — уверены, что в этом случае мы не имеем дело с серийным убийцей. — Как часто ошибается твой босс? Рори коротко рассмеялся. — Уверен, что ошибается, но такого не случалось за время моей с ним работы. — Отлично. Потому что мне не верится, что в случившемся с Дейдрой виновен серийный убийца. — Видишь? Мы уже на одной волне. — Кроме того, велика вероятность, что, даже если мне действительно что-то подмешали в пиво — если только я не подхватил какой-нибудь грипп, — это обязательно связано с Дейдрой. Точнее, не напрямую. В этом конкретном сообществе есть несколько… — Чудиков? — Я бы назвал их склонными к идиосинкразии личностями. — Все нормально, можешь говорить «чудики». А еще можешь сказать о подозрении, что кто-то из этих чудиков подсыпал что-то в твой напиток. Согласен. Думаю, что есть примерно равные шансы, что кто-то накачал тебя Микки Финном либо от злости, либо потому что ему показалось это смешным. Я и так считал, что он прав, но ему, похоже, казалось, что он должен еще сильнее меня убедить. — Есть помещение, полное незрелых и дисфункциональных личностей, выпивающих и спорящих часами напролет. Совершенно неудивительно, что в какой-то момент один из них начнет вести себя неадекватно. — Немного грубовато, не думаешь? Судя по всему, он так не думал. — Добавь тот факт, что ты, кажется, действуешь на нервы некоторым из своих онлайн-коллег. Оценка Рори была резкой и нелестной, но, вероятно, точно отражала мнение правоохранительных органов о сыщиках-любителях в целом и о сообществе Дейдры О’Доннелл в частности. — Думаю, отчасти это связано с тем, что я преподаватель, — сказал я. — Не все покидают нашу систему образования с хорошими воспоминаниями, — или хотя бы с образованием. — До сих пор встречаются люди, злящиеся на своего классного руководителя, который был у них в девятом классе. — Сейчас век альтернативных фактов, — сказал Рори. — Никому не нравится, когда кто-то считает, что знает больше, чем на самом деле, не говоря уж о том, чтобы иметь наглость открыто оспаривать чье-то заветное убеждение. В этом деле, судя по всему, таких убеждений полно. Это уж точно. Включая то, в котором Дейдру уволокли инопланетяне. Или что Дейдру похитил клан бродячих выживальщиков, охотящихся за женщинами. — Прав ли я, полагая, что для большого количества веб-сыщиков Питер Вебер является признанным авторитетом? — Вокруг него много противоречивых мнений, но я бы сказал, что среди них больше сторонников, чем критиков. Особенно на интернет-платформах. — То есть? — То есть, что самыми преданными его сторонниками являются другие ведущие подкастов, блогеры и ютуберы. — По сравнению со среднестатистическим зрителем или слушателем? — Именно. — Ты никогда не называешь его по имени, но многие твои теории противоречат его теориям. Похоже, именно тут и кроется причина раздражения. Рори не обманул, он действительно прослушал несколько моих подкастов… И Вебера тоже, судя по всему. — Все потому, что он автор опубликованных работ. Сам факт того, что издательство вложило солидные средства в теории Вебера, придает им достоверности. Для многих это является серьезным подтверждением. Не только для Вебера. Но и всего сообщества. — Ясно. — Знаешь, я бы с удовольствием поболтал еще, но уже опаздываю, — я направился к выходу. — Точно. — Рори натянул пальто. — Где у тебя встреча с Пэтом О’Доннеллом? — Семья остановилась в гостинице «Синий медведь». Кое-кто считает, что именно туда направлялась Дейдра тем вечером. Путь был не близкий, но она бы запросто могла туда дойти. — Ладно, какой у тебя номер телефона? Я пришлю тебе свои контактные данные, и ты сможешь позвонить, когда соберешься уезжать из гостиницы. Мы обменялись контактами, телефоны запиликали, и Рори улыбнулся мне. Что по какой-то неведомой причине заставило меня прижать телефон к груди и заявить: — Я буду хранить это сокровище вечно! Кажется, он не понял, как на это реагировать. Он уже вышел за порог, когда ему в голову пришла мысль: — Могу поспорить, ты говоришь это всем агентам ФБР. — О, нет, только специальным агентам, — ответил я и захлопнул дверь.