Прощальный поцелуй // A kiss farewell

      Гарри довольно стоял в углу зала, наблюдая за всеми вокруг. Корпоративная рождественская вечеринка была долгожданным событием. Это был единственный раз в году, когда все сотрудники могли расслабиться, не опасаясь выговоров от высшего руководства.       По одной этой причине на вечеринку приходили почти все, и большинство уходило в состоянии алкогольного опьянения. Не помогало и то, что «Riddle Incorporated» каждый год делали всё на славу. В этом году они арендовали один из огромных банкетных залов в ближайшем шикарном отеле. Стены и полы в зале белоснежные, со вкусом украшенные рождественскими декорациями. Справа стоял шведский стол с широким выбором блюд, а рядом с ним на стене и потолке — великолепная экспозиция из снежинок.       Гарри улыбнулся, заметив, как Гермиона пробиралась к нему сквозь толпу. Она была опасно близка к тому, чтобы споткнуться, пытаясь удержать в руках их напитки, а Рон следовал за ней, внимательно следя за тем, чтобы девушка не споткнулась.       — А вот и мы, дружище! — Рон ухмыльнулся, выхватывая напиток Гарри из рук Гермионы и передавая его ему.       — Спасибо, — Гарри широко улыбнулся ему.       — Ну и где этот твой альфа?       — Рон! — шипит Гарри. — Не говори об этом здесь! Никто о нас не знает.       — Честное слово, Гарри. В этом нет ничего такого. Кроме того, ты ходишь к нему в кабинет на обед по крайней мере два раза в неделю. Все наверняка уже поняли.       — Никто не должен знать! — настаивал Гарри. — Они всё равно ещё не поняли. Я не хочу, чтобы все знали, что я Сами-Знаете-Кто. И я не хочу, чтобы люди относились ко мне по-другому только из-за того, что я встречаюсь с Томом.       — Справедливо, — проворчал Рон. — Просто оставь это, Миона.       Гермиона бросила на него раздражённый взгляд, прежде чем снова повернулась к Гарри:       — Я понимаю, что ты хочешь сохранить это в тайне, пока есть возможность, но рано или поздно люди узнают, и я просто хочу, чтобы ты был к этому готов.       — Я знаю, Миона. Всё будет хорошо. Но люди пока не знают, и я бы предпочёл, чтобы так оставалось как можно дольше, — тихо говорит Гарри.       Взгляд Гермионы смягчился после его ответа, и она вздохнула:       — Тогда ладно.       — Эй, ребята. Давайте завязывать с этими разговорами и пойдём танцевать! — перебил Рон, не сводя глаз с танцующих. — Давайте! Пойдём!       Гарри позволил своим друзьям увлечь себя в самую гущу разгорячённых тел и растворился в музыке.       Всё это время он и не подозревал о пристальном взгляде, следившим за каждым его движением, и о довольной ухмылке, скрывающейся под ним.

***

      Первые несколько часов Том провёл в задумчивости на балконе, с которого открывался вид на всю вечеринку внизу. Его взгляд почти не отрывался от Гарри, словно приклеенный к маленькой дерзкой заднице, танцующей на танцполе.       В конце концов Тому удалось привлечь внимание Гарри, когда он поднял глаза и заметил его. Том махнул ему рукой, приглашая подняться. Гарри лишь кивнул и одарил его одной из своих ангельских счастливых улыбок, от которой у Тома, хоть он и никогда в этом не признается, становилось на душе тепло и как-то по-особенному уютно.       Он наблюдал за тем, как Гарри пробирался сквозь толпу с танцпола в коридор с лестницей, ведущей прямо на второй этаж.       Улыбнувшись ему ещё раз, Том повернулся к столу с подносом, на котором стояли два охлажденных напитка, которые официант принёс ему ранее. Он бегло проверяет, не следит ли за ним кто-нибудь, прежде чем достать из кармана маленький стеклянный флакон. Флакон тонкий и маленький, с закругленной крышкой, внутри него — прозрачная жидкость с лёгким мерцанием. Он вынул пробку и капнул несколько капель в стакан, стоящий дальше от него. Жидкость легко смешалась с напитком, не оставляя ни единого признака того, что в него что-то добавляли.       Мгновение спустя вбежал Гарри, и Тому как раз хватило времени, чтобы незаметно убрать флакон обратно в карман.       — Похоже, ты неплохо повеселился, малыш, — ухмыльнулся Том, подходя, чтобы положить руку Гарри на бедро и целомудренно поцеловать его в губы.       — Да, было весело, — легко согласился Гарри, улыбаясь Тому с чуть затуманенным взглядом.       — От всех этих танцев тебя, должно быть, мучает жажда. Почему бы нам не выпить по бокалу? — предложил Том, уже потянувшись к напиткам.       — Да, пожалуйста, — сказал Гарри, принимая бокал и осушая половину одним махом. — Боже, как же хочется пить. От танцев становится по-настоящему жарко.       — Я заметил, — ухмыльнулся Том. — Наблюдать за тем, как ты танцуешь, было действительно завораживающим зрелищем, — он наклонился, шепча это Гарри на ухо, отчего тот очаровательно покраснел. Он не смог удержаться и поцеловал Гарри ещё раз.       Следующие несколько минут они провели в объятиях друг друга, а потом ещё целый час болтали в перерывах между горячими поцелуями.       Том мгновенно заметил, когда Гарри начал реагировать на добавку в своём бокале. Даже раньше, чем это понимает сам Гарри. У него начали чесаться руки, а на лбу выступили капельки пота.       Он почувствовал, как в его запах медленно просачивалась сладость, сигнализируя о начале течки. Тому пришлось сдерживать самодовольную ухмылку, которая так и рвалась на лицо, чтобы не выдать себя.       — Дорогой, — начал он медленно. — Не хочу тебя пугать, но твой запах становится слаще. Кажется, у тебя начинается течка.       Гарри замер.       — Что? — выдохнул он. — О нет! Моя течка должна быть только через месяц! Но это объясняет, почему мне так жарко, и всё тело так зудит.       Он внезапно почувствовал, как тело обдало жаром со знакомой, но пугающей силой. Том прав. У него началась течка.       — Что мне делать? Я не могу здесь оставаться. Не среди всех этих альф. Мне нужно уйти, — теперь он в полной панике. — И что я скажу Рону и Гермионе?       — Тише, малыш. Всё будет хорошо, — успокаивает его Том, обнимая и прижимая к себе так, чтобы лицо Гарри уткнулось в изгиб его шеи. — Сейчас мы уйдём отсюда, и я отвезу тебя в безопасное место. Не волнуйся за своих друзей. Я попрошу кого-нибудь рассказать им, что случилось, и, я уверен, они поймут.       Гарри невольно расслабился, когда его окутали бархатистый голос Тома и его успокаивающий аромат. Он неосознанно начал источать свой запах, что становился сильнее от близости его альфы.       — Нам нужно идти, ангел. Пока течка не разыгралась сильнее, — скомандовал Том. Он отстранился и повёл Гарри к лестнице.       Гарри смог лишь жалобно пискнуть в ответ на то, что его лишили удобного положения в объятиях Тома.       — Ну-ну. Не надо так, дорогой, — упрекнул Том. — Скоро мы отсюда выберемся, и тогда я буду весь твой, но сначала нам нужно уйти незамеченными.       Гарри лишь кивнул и позволил Тому провести его через здание и вывести на улицу, где уже ждала машина. Всё это время Том ободряюще держал руку на его спине.       Том усадил его на заднее сиденье и продиктовал водителю, куда ехать. Гарри уже слишком плохо соображал, чтобы расслышать адрес, не говоря уже о том, чтобы понять, что они едут не к нему домой.       Поездка прошла в тишине, лишь Гарри время от времени всхлипывал и стонал, когда его охватывал жар, а Том шептал успокаивающие слова и нежно поглаживал его.       Не успели они оглянуться, как уже подъехали к дому Тома. Гарри становился ещё более беспокойным и отчаянно желал избавиться от своей вызывающей зуд одежды. Ему нужен был его альфа. Ему хотелось, чтобы запах Тома полностью окутал его. Чтобы их кожа соприкасалась во всех нужных местах. Он издал негромкий плач, когда Том отстранился от него, чтобы выйти из машины.       Том быстро среагировал на беспокойство омеги и через несколько секунд возобновил контакт с кожей.       — Всё в порядке, ангел, — шептал он. — Мы почти на месте. Осталось совсем немного.       Гарри безуспешно попытался встать и двинуться за ним, когда Том вышел из машины. Течка уже высасывала все силы, и его ноги, ватные от вожделения, подкосились. Тому удалось ловко поймать его и прижать к себе. Он перенёс Гарри через порог и понёс вверх по лестнице. Всё это время Гарри просто наслаждался ощущением рук своего альфы, обнимающих его.       В конце концов они добрались до комнаты, в которой Гарри безошибочно узнал спальню Тома — хотя бы по тому, как сильно она была пропитана его запахом. Том бережно уложил его на кровать и принялся быстро снимать с него верхнюю одежду, пока Гарри нетерпеливо и жалобно стонал от желания. Не успел Гарри опомниться, как он наконец получил то, что хотел. Он избавился от вызывающих зуд слоёв одежды, и его альфа склонился над ним; соприкосновение их кожи стало настоящим бальзамом для его пылающего тела. Гарри разрешил себе расслабиться на мягких простынях; его веки отяжелели, и он позволил течке окончательно овладеть собой.       Он растворялся в жаре и вожделении, бурливших в крови, твердо зная, что Том будет рядом. Что Том позаботится о нём. Ему больше не о чем было беспокоиться, ведь его альфа был здесь, и он обо всём позаботится. Издав последний настойчивый, призывный стон, Гарри полностью отдался во власть Тома.