Прощальный поцелуй // A kiss farewell

      Гарри проснулся с туманом в голове и заспанными, слипшимися глазами. Потерев веки, он потянулся к прикроватной тумбочке, где обычно лежали его очки. Найдя их и надев, он замер, ещё раз окинув взглядом всё вокруг. Это определённо не его комната.       И, судя по всему, даже не его дом.       Почувствовав, как в животе начинает зарождаться паника, Гарри сделал глубокий вдох, после чего медленно выскользнул из-под шелковистых чёрных простыней и коснулся пальцами ног мягкого ковра. Он замер, оглядывая комнату и пытаясь унять нахлынувшие эмоции. Комната большая, с большим окном во всю стену, из которого открывался вид на бескрайние, пышные, зелёные сады. Стены окрашены в тёмно-зелёный цвет, который приятно контрастирует с тёмной деревянной мебелью, расставленной по комнате, и чёрными как смоль простынями. Слева от кровати находился вместительный встроенный шкаф, а по бокам стояли тёмные тумбочки, каждую из которых украшала маленькая лампа; на левой тумбочке аккуратной стопкой лежали книги. Прямо напротив кровати у стены тянулись книжные полки, а у двери — комод.       Гарри подумал, что комната, несмотря на свои размеры и простор, была довольно уютной и выглядела по-настоящему жилой. Ему понравилась и сама комната, и цветовая гамма.       Он замирает, услышав скрип открывающейся двери.       Тело напряглось, готовое к действию, если потребуется.       Но он тут же расслабился, услышав знакомый голос:       — Рад видеть, что ты проснулся. Я уже начал беспокоиться, когда ты не встал раньше.       Гарри обернулся и посмотрел на Тома. Он сразу заметил, что, невзирая на ранний час, Том уже выглядел полностью готовым к новому дню. Такой же сногсшибательно красивый и безупречный, как и всегда, несмотря на то, что последние три дня провёл в вихре пота, желания и сплетенных тел. При этой мысли воспоминания о последних трёх днях хлынули на него бурным потоком, и Гарри почувствовал, как его захлёстывает шок от осознания случившегося.       Он посмотрел на Тома затуманенным взглядом, наполовину погрузившись в воспоминания.       — Мы что...?       — Да, — кивнул Том, направившись к Гарри, который всё ещё сидел на краю кровати. — На вечеринке у тебя внезапно началась течка. Я привёз тебя сюда, а не в твою квартиру. Знаю, тебе там нравится, ангел. Но тот район совсем небезопасен, и я точно не мог оставить тебя там одного на время течки. Подумал, здесь тебе будет гораздо уютнее, — он протянул руку и взял Гарри за ладонь, нежно целуя её.       — М-мы... образовали связь? — запинаясь, выдавил Гарри. В голове всё ещё роились мысли от наплыва новой информации, а мозг пытался осознать тот факт, что он сейчас находился дома у Тома.       — Нет. Не волнуйся, дорогой. Мы не успели, — уверил его Том. — Я был близок к этому, но сдержался. А теперь тебе нужно что-нибудь съесть, и ещё я принёс тебе таблетку экстренной контрацепции. Я знаю, что ты уже принимаешь противозачаточные, но подумал, что тебе захочется быть уверенным наверняка.       — Спасибо, — Гарри наконец расслабился и принялся за еду с подноса, который принёс Том.       — Когда закончишь завтракать, я планирую устроить тебе экскурсию по дому. Что скажешь? — спросил Том.       — Отличная идея! — оживился Гарри при мысли о том, что увидит дом Тома во всём его великолепии, и послал ему мягкую, но восторженную улыбку. — Мне не терпится всё посмотреть!

***

      Как только Гарри закончил завтракать, Том, как и обещал, устроил ему экскурсию по дому — вернее, по самому настоящему особняку. Он был огромен, а сады вокруг него, как позже выяснил Гарри, оказались ещё больше.       Дом находился на окраине города. Том предпочитал тишину и уединение, которые дарила природа, шумному городскому центру. Здание было старинной постройки, из камня и кирпича, с величественными панорамными окнами. И если снаружи здание могло показаться несколько старым, внутри оно было современным и уютным, несмотря на свои размеры. В интерьере преобладал зелёный цвет, который, как предположил Гарри, был любимым у Тома. Массивные двери из тёмного дерева вели в величественный холл с мраморной лестницей, уходящей на второй этаж. Всего в доме четыре этажа. На первом расположены кухня, две обеденные зоны (одна для официальных мероприятий, другая — для неформальных), библиотека (которая фактически занимала и второй этаж), солярий и несколько гостиных. Второй этаж разделён на два крыла — для семьи и гостей. В основном это спальни, а также домашний офис и рабочий кабинет Тома. На третьем этаже были только чердаки, а на четвёртом — винный погреб с дверью, куда вела лестница прямо из кухни.       Сады оказались даже прекраснее дома. Они были обширными, с невероятным разнообразием флоры. Гарри поймал себя на том, что влюбляется в этот тёплый серый камень особняка, в зелень сада и в журчащий ручей, скрытый между цветами и живой изгородью.       Именно во время прогулки по саду Том снова поднял тему условий жизни Гарри.       — Тебе здесь нравится, ангел? — спросил Том, слегка улыбаясь при виде изумления, застывшего на лице Гарри.       — Здесь чудесно, — прошептал Гарри. — Дом очень красивый, и мне нравится, какой он современный внутри, но при этом сохранивший свой первоначальный облик. А сады просто... великолепны. Мне здесь очень нравится.       — Раз тебе здесь так нравится, — Том ухмыльнулся, — тогда стоит переехать сюда. Ко мне.       — Что? — Гарри остановился от неожиданности.       Том вздохнул:       — Ангел, я не скрывал своего отношения к тому, что ты живешь в той дыре один. Честно говоря, там небезопасно для кого угодно, а для тебя — и подавно. Особенно для тебя. Мне тревожно думать, что ты там один; непомеченный омега всегда уязвим. Я знаю, ты можешь о себе позаботиться, но мне будет гораздо спокойнее, если ты будешь здесь, со мной, где я смогу лично присматривать за тобой.       — Тебя правда это так сильно беспокоит? — робко спросил Гарри.       Том сдержал победную ухмылку. Почти получилось.       — Правда.       Он взял ладони Гарри в свои и посмотрел на него умоляюще, безмолвно призывая дать ответ, который он так хотел услышать.       Внутри у Гарри всё завибрировало от паники из-за внезапного предложения сделать такой серьёзный шаг в их отношениях. Он не мог не думать о том, что всё могло пойти не так. А что, если они не уживутся? Что, если они слишком торопятся? Что, если Том передумает и решит, что Гарри ему больше не нужен?       Но как только Гарри открыл рот, чтобы отказаться и предложить не спешить, он взглянул в сияющие, полные надежды глаза Тома и неожиданно для самого себя произнёс:       — Хорошо.       Увидев широкую, лучезарную улыбку, расплывшуюся на лице Тома, Гарри понял, что не сможет пожалеть об этом решении. Том выглядел так, будто только что получил ответ на все свои молитвы — настолько он был счастлив. И эта его искренняя радость заставила Гарри влюбиться в него чуть сильнее и глубже, чем прежде.

***

      Гарри переехал на следующий день.       Том оплатил услуги мувинговой компании, чтобы перевезти вещи Гарри в его — теперь уже их — дом, а всё остальное распорядился отправить на хранение. Гарри пытался возразить, что справится сам, но Том настоял на том, что профессионалы сделают всё быстрее, а Гарри всё ещё нужен отдых.       В следующие несколько дней, пока Гарри восстанавливал силы, Том ужасно его баловал. Он запрещал ему вставать с кровати, за исключением походов в туалет, и приносил всю еду прямо в постель. Сначала Гарри ворчал, но, поняв, что это бесполезно, замолчал и решил просто наслаждаться возможностью расслабиться и впервые за долгое время ни о чём не беспокоиться.       Остаток своих двухнедельных рождественских каникул они провели в их новом общем доме. Единственным исключением стал визит Гермионы и Рона в День подарков.       Том настоял на том, чтобы пригласить их на обед, и собственноручно приготовил изысканный обед из трёх блюд. Он признался, что хочет произвести на них впечатление и показать, что они с Гарри идеально подходят друг другу. Сердце Гарри каждый раз начинало биться чуть быстрее, когда Том говорил такие милые, сентиментальные вещи.       Гарри был просто счастлив, что друзья, похоже, хорошо поладили с его парнем. Всё прошло замечательно: все нашли общий язык, и беседа на протяжении всего визита текла непринуждённо.       Когда Том ушёл за десертом, Гермиона бросила на Гарри вопросительный взгляд и задала вопрос, который вертелся у неё на языке с тех пор, как она получила приглашение:       — Ты счастлив?       Рон перестал жевать, услышав слова Гермионы, а Гарри замолчал, обдумывая ответ.       — Ты имеешь в виду — с Томом?       Гермиона кивнула. Она сидела на самом краю стула, серьёзно подавшись к нему вперёд. Выражение её лица было строгим и решительным.       — Да, — улыбнулся Гарри. — Счастлив.       Гермиона заметно расслабилась и глубоко вздохнула.       — Ну и ладно тогда.       После этого возвратился Том, аккуратно держа в руках четыре тарелки с шоколадным тортом, и всё продолжилось, будто этого короткого разговора и не было.