My Hero Academia: Spider-Man

Я снова попытался позвонить дяде Аарону, но он так и не ответил. Может быть, ему было слишком стыдно снова встретиться со мной? Может быть, его поймали и посадили в тюрьму с другими. Я никак не мог узнать, если только сам не разыщу его, но это было легче сказать, чем сделать. Иида пригласил всех парней из 1-А в поездку в Юниверсал Студио Джапан. Он сказал что-то о том, что мы, мужчины, должны налаживать братские связи друг с другом; позже я узнал, что Яойорозу запланировала девичник в тот же день в другом месте, что вдохновило Ииду сделать то же самое для мальчиков. Он оплатил все наши билеты, так что кто я такой, чтобы отказываться? Плюс, это был бы хороший способ отвлечься от Бродяги. К тому времени, когда я прибыл, все остальные ждали меня у входа: Мидория, Иида, Каминари, Минета, Тодороки, Бакуго, Киришима, Кода, Сато, Оджиро, Шоджи, Аояма и Токоями. Мидория, Иида и Тодороки стояли вместе; поскольку я был ближе всех к ним, я, естественно, потянулся к ним. — Как дела, парни! — Привет, Моралес, — поздоровался Мидория. Тодороки ничего не сказал, кивнув мне с ленивым взмахом руки. — Моралес! Отлично! Все в сборе! За мной! Иида повел нас в тематический парк. Видимо, он тщательно спланировал весь наш день, рассчитав среднее время ожидания для всех аттракционов, чтобы мы смогли увидеть все. Нашим первым пунктом назначения был Хогсмид. В тот момент, когда мы ступили на портик, я погрузился в мир — как там называется мир Гарри Поттера? Я никогда не читал книги и не смотрел фильмы; им почти двести лет, и они никогда меня особо не интересовали. Тем не менее, викторианские пейзажи и архитектура казались аутентичными, как будто я сам попал в книгу. Актеры использовали свои причуды, чтобы имитировать заклинания из вселенной, летая на метлах и левитируя предметами домашнего обихода. — Интересно, есть ли заклинание, которое могло бы сделать любую девушку… — Минета начал изливать свои извращенные фантазии. Я нацелил на него руку, как будто собирался выстрелить паутиной, но он закрыл рот руками, чтобы замолчать. Это прогресс. После того, как мы выпили сливочного пива, которое мне не очень понравилось, парни и я пропустили очередь с нашими пропусками и прокатились на аттракционе виртуальной реальности. Ему, видимо, сто с чем-то лет, но его обновляли на протяжении многих лет и внедрили 5-D технологию. Я сидел рядом с Кодой, тихим парнем из класса. Мы с ним ни разу не проронили ни слова друг другу; однако, когда мы летели через Хогвартс, оглушенные звуками, вкусами и запахами мира, проносясь мимо огнедышащих драконов и едва спасаясь от их лап с Гарри и другим парнем, я впервые услышал голос Коды. Чувак орал мне прямо в ухо; несмотря на то, что моя барабанная перепонка чуть не лопнула, мы с Каминари неудержимо смеялись всю дорогу. Насытившись волшебством, мы оказались в Стране Шонен Джамп. Мидория, Киришима, Бакуго и я были главными, кто бегал вокруг, как дети на сахарном допинге. Большая часть аниме там была древней, но мне на самом деле нравилась классика, когда речь шла об аниме и манге. Как будто наши мысли были синхронизированы, мы вчетвером остановились, увидев табличку с надписью «Какой у вас уровень силы?» с огромным изображением Веджеты, смотрящего через свой скаутер с дрожащими глазами. Мы подбежали, увидев актера в косплее героя, ожидающего перед какой-то машиной. Когда мы подошли, он усмехнулся и скрестил руки. — Вы, слабаки, кем себя возомнили? Мидории, Киришиме и мне пришлось сдерживать Бакуго, как будто он был вышедшим из-под контроля бешеным питбулем. — Кого ты называешь слабаком?! — Ну, если ты не слабак, — произнес Веджета, явно напуганный нашей свирепой собакой, — Почему бы тебе не зайти в камеру скаутера и не проверить свой уровень силы? Бакуго вырвался от нас и шагнул вперед. — Отпустите меня! Я первый! Бакуго ступил на круглую серебряную платформу, и вокруг него образовался стеклянный щит. Я полагаю, это было Инфини-Стекло, тип прочного стекла, который обычно использовался в щитах полицейских подразделений по борьбе с причудами. Кончики пальцев Бакуго изогнулись в заостренные когти, когда он зарычал, совсем как в аниме. Его голос был таким громким, что мы все еще отчетливо слышали его сквозь стеклянную трубу, окружающую его. Его тело начало испускать взрывы, заполнив дымом отвод; тем не менее, он рычал, как настоящий Сайян. Там был измеритель в верхней части аппарата от нуля до девяти тысяч. Как только крики Бакуго прекратились, измеритель достиг максимума примерно в четыре тысячи. — Неплохо для Землянина, — сказал Веджета, убедившись, что сказал это до того, как трубка открылась и Бакуго смог его услышать. — Ха! Четыре тысячи, я бы хотел увидеть, как кто-нибудь из вас, слабаков, попытается превзойти это! — Я попробую, — произнес Киришима, входя в аппарат, когда дым рассеялся. Как и Бакуго, он кричал изо всех сил, хотя его причуда не отличалась театральностью. Через несколько секунд он выдохся, и измеритель достиг максимума примерно в две тысячи. — Эх, чувак… Киришима вышел, и Веджета усмехнулся над ним. — Даже ниже, чем у другого Землянина. Кто следующий? Я шагнул вперед, подняв руку. — Я пойду. Я вошел в аппарат и оказался за Инфини-стеклом. Весь внешний шум был заглушен, и я чувствовал, как будто слышал свое собственное сердцебиение. Я глубоко вздохнул, сжал кулаки, прежде чем издать звериный боевой клич. Затем мое тело было окутано золотым электричеством, прежде чем превратиться в синий цвет Нуформа. У моих одноклассников отвисли челюсти, когда моя энергия заставила всю машину дрогнуть. Часть меня чувствовала, что я действительно собираюсь претерпеть трансформацию и стать Супер Сайяном, или, я полагаю, Супер Пауком, но я остановился, прежде чем нанести какой-либо ущерб машине. Как только мой уровень силы был определен, я вышел и проверил измеритель. — Семь… тысяч… — прошептал Веджета. — Неплохо. Эй, я думаю, это означает, что мой уровень силы выше твоего, верно, Бакуго?! Бакуго был в секунде от того, чтобы позволить ярости поглотить его и попытаться убить меня, прежде чем он закрыл глаза и ответить: — Это все равно подделка. Все знают, что мой уровень силы самый высокий. Все, что помогает ему лучше спать по ночам, верно? Хотя я уверен, что наши уровни силы на самом деле не были бы такими высокими, если бы мы были в мире Dragon Ball. Мидория молча вошел следующим. Эта дурацкая улыбка и блеск в глазах исчезли, когда он держал два кулака у груди и издал хаотичный крик. Зеленые молнии вырвались из его тела; одной ауры «Одного за всех» было достаточно, чтобы расколоть стекло изнутри. Веджета преждевременно остановил машину, задолго до того, как Мидория даже полностью зарядился. Как только я посмотрел на измеритель, я понял, почему. — Не может быть… — пробормотал я. — Это… — пробормотал Киришима. — Больше девяти тысяч… — произнес Веджета дрожащим голосом, — Я даже не думал, что машина когда-либо достигнет этого числа. — Что! — закричал Бакуго, схватив Веджету за воротник, — Девять тысяч!? Этого не может быть! Что за надувалово! — Э-э, Бакуго, я думаю, ты забыл, что он просто актер… — сказал я ему. Мидория почесал затылок, выходя из машины. — Девять тысяч, да? Несмотря на то, что эти числа не имели никакого реального значения, очевидно, почему у Мидории было самое высокое. В этом его маленьком теле была заключена сила Всемогущего — «Один за всех». Конечно, ни одна машина не могла ее измерить. За то, что Мидория стал первым человеком, преодолевшим порог в девять тысяч, ему подарили футболку с знаменитой фразой Веджеты. Супер Нинтендо Мир был нашей следующей остановкой. Там был аттракцион виртуальной реальности, который сканировал ваше тело и помещал вас в Хайрул в группе из четырех человек. Я был в группе с Токоями, Оджиро и Аоямой — тремя парнями, с которыми я редко разговаривал. Цель игры заключалась в том, чтобы собрать как можно больше ресурсов в течение отведенного времени, прежде чем сразиться с Ганондорфом в его замке. В тот момент, когда мы были введены в игру, я был очарован тем, насколько это было похоже на то, что меня действительно перенесли в реальный мир. Наши персонажи выглядели как точные копии нас самих, за исключением того, что все мы были одеты в классический наряд Линка разных цветов. Запах сосны и травы наполнял мои ноздри, и его сопровождал легкий привкус клена на кончике языка. Этот мир, окутанный зеленью, был настолько прекрасен, что я почти забыл о лимите времени. — Кто-нибудь играл в эти игры? — спросил я группу. Единственные ретро-игры, в которые я играл, были на очень, очень старой системе под названием PlayStation 2, так что я понятия не имел, что происходит. — Я играл, — Токоями поднял руку, — Лучшее снаряжение обычно находится в подземелье, для прохождения которого требуется решить головоломку. Оджиро указал большим пальцем и хвостом на скальное образование. — Мне кажется, там вход в пещеру. Давай проверим. Итак, мы вчетвером вошли в пещеру, но обнаружили, что там полная темнота. — Позвольте мне! — сказал Аояма, прежде чем выпустить короткие вспышки своего луча из пупка, чтобы создать стробоскопический эффект. Этого света хватило, чтобы в итоге найти рычаг, который активировал множество факелов на стенах. Перед нами были три двери, каждая на противоположных стенах. Над ними были выгравированы разные ответы на загадку, высеченную в полу. Я нечетное число. Убери букву, и я стану четным. Что я? — О, черт, это математика? — простонал Оджиро. Токоями кивнул. — Ну, если это множественный выбор, то математические загадки имеют больше смысла. Какие у нас варианты? семь, один или двести миллионов один. — Как будет «один» по-английски? — спросил Оджиро. — Ответ — семь! — воскликнул Аояма, приложив руку ко лбу, попутно принимая яркую позу. — Ты уверен? — спросил Токоями. — Он прав, — добавил я, — Убери S из seven, и получишь even. Отличная работа, Аояма. Аояма всегда меня смущал. Он выглядел как западноевропеец и иногда произносил фразы по-французски; тем не менее, он свободно владел английским. Он был наполовину французом? Американцем? Каким-то другим европейцем? По сей день я понятия не имею. — Великолепно! — Аояма снова принял позу. Вместе мы вошли в комнату с надписью «семь»; в тот момент, когда мы вошли, в комнате раздался победный звон. Как и ожидалось, наш ответ был правильным. Следующая загадка была того же рода — еще одна математическая загадка. Я одиннадцать. Добавь ко мне пять, и чем я стану? — Это легко, шестнадцать, — сказал Оджиро, оглядывая все двери. Однако не было ни одной двери с такой цифрой. — Вторая загадка не будет легче первой, — ответил я ему. Я посмотрел на Аояму: — Есть идеи? Он покачал головой. Полагаю, английский был его сильной стороной. Я скрестил руки и посмотрел на все три двери. Шесть, четыре и сто пятнадцать были единственными оставшимися ответами. — Похоже, в этих загадках всегда есть один смехотворно неправильный ответ, — произнес я, — Мы можем исключить сто пятнадцать, верно? — Я думал о том же, — сказал Оджиро. Тогда я понял, что Токоями был довольно тихим. Как только я повернулся к нему, он произнес: — Понял. Это пять. — Как? — спросил я его. — Добавь пять к одиннадцати на часах, и получишь четыре часа. — Аааах… — воскликнули мы двое. Это был простой ответ, но иногда самые простые оказываются немного хитрыми. Мы вошли через дверь, предоставив наш ответ. Снова мы услышали звон, и нам была представлена третья и последняя головоломка этого подземелья. Завершите последовательность: 37 # 21 = 928. 77 # 44 = 3993. 123 # 17 = 14840. 71 # 6 = ____ — На этот раз без подвохов. Похоже, это просто чистая математика, — сказал я. — Что это за знак числа посередине? Это показатель степени? — спросил Оджиро. — Я думаю, это просто означает, что с этими двумя числами что-то должно быть сделано; я не думаю, что это на самом деле показатель степени. Между ними должна быть какая-то формула. Или что-то в этом роде. Токоями опустился на колени и начал использовать пальцы для расчета чего-то; когда у него закончились пальцы, Темная Тень добавила свои, чтобы помочь ему. Оджиро начал использовать свой хвост, чтобы рисовать вычисления на песке, насыпанном в центре комнаты, но я мог сказать, что он застрял примерно на полпути. Аояма… Я думаю, он просто ждал, пока мы разберемся. К счастью, я решал похожую математическую головоломку в похожей игре, которую мне купила мама, когда я был ребенком: Вся Математика Плюс Ультра. Еще до того, как я пошел в школу, я прошел все уровни игры, которая доходила до принципов математики пятого класса. Головоломки, подобные той, что передо мной, обычно включали извлечение квадратных корней, сумм или произведений и сложение их вместе. Правильный способ решения — сначала решить самую простую часть; в данном случае это было 37 и 21. Сначала я подумал, что сложение средних чисел, вычитание крайних чисел, затем десятков — это решение, но это не сработало для других. Я был в тупике некоторое время; тем не менее, я наткнулся на решение. — Пять тысяч пять, — сказал я, уверенно подходя к двери. — Что? Как? — спросил Оджиро. — Ты просто умножаешь разницу и сумму обоих чисел. Семьдесят семь умножить на шестьдесят пять — это пять тысяч пять, — сказал я ему. — Моралес… Ты супергений, — ответил он мне. — Нет, я просто много решал математические головоломки, ничего особенного. — Это правда, — подхватил Токоями, — Хотя, возможно, «супергений» — это немного преувеличение. Я хвалю тебя за твое быстрое мышление и навыки решения проблем. Это будет ценным активом в качестве героя. — Мгм!— кивнул Аояма, — Он прав. — Спасибо, парни. Ну, давайте посмотрим, что за дверью номер три. Мы открыли дверь и обнаружили оружейную, полную многочисленных копий мечей Линка, доспехов, щитов и кучи зелий здоровья. Полагаю, это подземелье должно было быть пустой тратой времени, отсюда и большие награды за его прохождение. К тому времени, когда мы нашли выход, нас перенесли в замок Ганондорфа, где он сидел на своем троне. Он начал левитировать, его тело излучало золотую ауру, когда он плыл к нам. — Вы, глупые дети. Вы осмеливаетесь посягнуть на замок Великого Злого Короля Ганондорфа!? За ваши проступки я приговариваю вас к смерти! Ганондорф начал швырять в нас четверых магические шары, которые мы смогли заблокировать благодаря щитам, полученным из подземелья. Однако блокировки было бы недостаточно; нам нужно было найти возможность для атаки. Именно тогда тело Ганондорфа начало опускаться, его телу требовалось восстановиться после затраты такого количества энергии. Это было наше окно для атаки. Подняв мечи, мы прыгнули на восьмифутового гиганта и нанесли удар. Его реалистичные крики были отвратительными; казалось, что мы зарезали настоящего человека до смерти, и я даже чувствовал запах его кислой крови. Тем не менее, я не позволил 5-D эффектам заставить меня остановить свой натиск. Магический барьер начал блокировать наши мечи, прежде чем ударная волна отбросила нас всех назад. Снова. Ганондорф начал извергать в нас магические разряды, но на этот раз они были более интенсивными, так что мы едва могли держать оборону. Несмотря на блокировку его атак, мы все равно теряли очки здоровья. Пока мы боролись на противоположных концах комнаты, нас охватила паника. — Что нам делать!? — закричал Оджиро. — Я больше не могу защищаться! — прорычал Токоями, когда Темная Тень съежился за ним из-за ярких вспышек. Аояма был напротив меня, крича либо тарабарщину, либо что-то на совершенно другом языке. — У меня есть идея! Все перемещаемся на сторону Аоямы. Думаю, игра хочет, чтобы мы работали вместе, — сказал я всем. Не имея других идей, Оджиро и Токоями согласились. Мы втроем пробрались через комнату, пока не добрались до Аоямы. — Соедините наши щиты! — крикнул я. Мы втроем создали один массивный барьер из наших щитов, как будто это было какое-то запрограммированное событие. Наш щит начал поглощать магическую энергию, прежде чем она вся отразилась обратно на Ганондорфа. Пораженный собственной атакой, Ганондорф упал и остался открытым для последней атаки. Аояма все еще прятался за своим щитом, что делало его идеальным кандидатом для нанесения последнего удара. — Иди туда, Аояма! — крикнул я, бросив его к центру тронного зала. Он сначала запаниковал; однако, как только он приблизился к злодею, он поднял меч и пронзил Ганондорфа в грудь. Ганондорф закричал, отклоняясь назад, держась за клинок меча Аоямы. — Не могу поверить… Побежден кучкой детей… Его тело превратилось в прах. Токоями, Оджиро и я отпраздновали, бросившись к Аояме, который принимал позу над пеплом Ганондорфа. — Отличная работа, чувак! — сказал я ему, надеясь, что этот момент придаст ему немного больше уверенности в бою на будущее. — Мерси! — сияя, ответил он. Можно с уверенностью сказать, что повышение уверенности прошло успешно. За прохождение игры каждый из нас получил копию шляпы Линка, которую можно было забрать домой. Остаток дня прошел по плану Ииды. Мы каким-то образом смогли прокатиться на всех аттракционах буквально за несколько мгновений до закрытия. На ужин мы заехали в суши-бар недалеко от парка. Я сидел рядом с Сато и Шоджи, и, поверьте мне, эти парни могли много есть. Сато, конечно, нужно было много есть для его причуды. Я думаю, поскольку у Шоджи были дополнительные конечности, это также означало, что ему приходилось есть больше еды. Если подумать, это был первый раз, когда я видел его без маски. У него росли рты на конечностях, чтобы есть, но еда поступала быстрее, чем он мог съесть таким способом. Я понял, что он не решался снять маску при нас, но через некоторое время, похоже, почувствовал себя довольно комфортно. Я полагаю, как и многих детей, чьи Причуды приводили к физическим мутациям, его, вероятно, дразнили из-за этого. Возможно, поэтому он так держался особняком. Через некоторое время он стал гораздо более открытым. Несмотря на его внешность, он один из самых нежных парней, которых я когда-либо встречал, и он довольно забавный. Когда мы с одноклассниками смеялись вместе, меня осенило, насколько ближе я стал с некоторыми парнями в последнее время. Я начал жалеть, что так долго не контактировал с ними; тем не менее, я рад, что все шло так, как нужно. Иида заставил нас всех отправиться домой, пока не стало слишком поздно. Мидория, Бакуго и я жили довольно близко, поэтому мы ехали домой на поезде вместе, хотя Бакуго сидел на противоположном конце вагона. Как только мы добрались до нашего города, Мидория и я обменялись ударами кулаков, прежде чем попрощаться. Бакуго начал проходить мимо нас, засунув руки в карманы, ничего не говоря. По крайней мере, сначала. Он остановился и повернул голову к нам. — Сегодня было довольно весело, наверное, увидимся, — произнес он, прежде чем уйти. Мидория и я посмотрели друг на друга и улыбнулись. Еще немного усилий, и он, возможно, сможет прощаться как обычный человек.