Лучик солнца золотого в царстве тёмном моём...

***

Майкл почувствовал, как его сердце сжалось от слов Мэттью. "А тут все такие?" – этот вопрос, полный наивной тревоги, пронзил его насквозь. Он знал, что ответить, но слова застряли в горле. Как объяснить этому хрупкому мальчику, что мир PlayCare – это не просто приют, а скорее поле битвы, где каждый борется за свое выживание? Он опустился на колени, чтобы быть на одном уровне с Мэттью, и осторожно взял его за руку. Кожа Мэттью была холодной, но в его прикосновении Майкл почувствовал что-то теплое, что-то, что давно не ощущал. — Нет, Мэттью, — сказал Майкл, его голос был на удивление мягким, — Не все такие. Но… здесь бывает трудно. Очень трудно. Мэттью посмотрел на него своими большими, испуганными глазами. В них читался вопрос, который он не осмеливался задать вслух: "А ты?" Майкл понял. Он был одним из "таких". Тем, кто держал приют в страхе, тем, кто отталкивал всех своей агрессией. Но сейчас, глядя на Мэттью, он чувствовал, как эта агрессия отступает, уступая место чему-то новому, чему-то, что он не мог назвать. — Я… я тоже бываю таким, — признался Майкл, и это признание далось ему с трудом. — Но… я не хочу быть таким для тебя. Мэттью слегка улыбнулся, и эта улыбка была похожа на робкий луч солнца, пробивающийся сквозь тучи. -...Спасибо, это было страшно. Ты спас меня от него. Сказал робко Мэттью, всё ещё сжимая в руках свою душу, стараясь не плакать. Его взгляд был настороженным, но в нём уже не было того ужаса, что несколько минут назад. Майкл почувствовал, как внутри него что-то меняется: впервые за долгое время он не хотел быть тем, кого боятся. Он хотел быть тем, кого ищут в трудную минуту. — Просто… здесь сложно. Но я постараюсь, чтобы тебя не трогали. Обещаю. — ответил Майкл, присаживаясь рядом на пол. Мэттью шмыгнул носом и попытался улыбнуться, но улыбка вышла слабой, дрожащей. — Я… я не знаю, что бы делал, если бы ты не пришёл. Майкл поднялся и протянул руку Мэттью. Тот неуверенно взялся за неё, и они вместе вышли в коридор. Вокруг кипела привычная жизнь приюта: кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то прятался по углам. Но для Майкла всё это вдруг стало будто фоном — теперь его внимание было приковано к хрупкому мальчику рядом. Они шли молча. Мэттью с любопытством и тревогой оглядывался по сторонам, а Майкл старался идти чуть впереди, чтобы закрыть его от случайных взглядов и толчков. Когда они подошли к небольшой комнате с двумя кроватями, Майкл остановился. — Это твоя. Я живу рядом, — сказал он, указывая на соседнюю дверь. — Если что-то случится — стучи. Или просто кричи. Я услышу. Мэттью опустился восторженно на кровать и посмотрел на Майкла с благодарностью. — Ты… правда будешь рядом? - с надеждой пискнул Мэттью в ответ. — Буду, — твёрдо ответил Майкл. В этот момент в коридоре раздался громкий смех Кевина. Майкл напрягся, но Мэттью лишь крепче сжал его рукав. — Не бойся, — тихо сказал Майкл, поправив маску лисы. — Я не дам тебя в обиду. Он просто к новеньким, особенно к особо эмоциональным так себя ведет. Хотя ладно, кому я тут вру, я сам не ангелочек.

***

Вечером, когда приют затих, Майкл сидел на своей кровати и смотрел в окно на тёмное небо. Он думал. И впервые за долгое время ему не хотелось возвращаться к прежней жизни — к страху и одиночеству. Он уж теперь не сможет отвыкнуть потом... о том, как странно всё обернулось: тот, кто привык быть один против всех, вдруг стал кому-то нужен. Это удивительно. За стеной послышался тихий шёпот: — Майкл… ты спишь? Майкл улыбнулся уголком губ. — Нет. Заходи. Мэттью проскользнул в его комнату, сел на край кровати . — Я просто… хотел сказать спасибо. Ты первый, кто за меня заступился. Кстати, мне страшно сегодня, кошмары снятся. Я с тобой хочу.. Майкл посмотрел на него и вдруг понял: теперь у него есть тот, ради кого стоит быть сильным. Не ради страха. Ради надежды. Он всё же дал Мэттью залезть к нему на кровать рядом. — Спи спокойно, Мэттью. Теперь всё будет иначе. И впервые за долгое время Майкл поверил в свои слова.

***

Следующие несколько дней стали для Майкла и Мэттью началом необычной дружбы. Майкл, к удивлению всех, стал для Мэттью настоящим щитом. Он отгонял от него задир, которые раньше сами боялись его, помогал ему с уроками, которые Мэттью из-за стресса не мог освоить, и даже делился с ним своей едой, что было для Майкла неслыханной щедростью. Мэттью, в свою очередь, стал для Майкла чем-то вроде отдушины. Его тихая, спокойная натура, его любовь к книгам и его наивная вера в доброту мира постепенно начали пробивать броню Майкла. Мэттью не боялся Майкла, как другие. Он видел в нём не агрессивного подростка, а человека, который, возможно, просто нуждался в понимании. Однажды вечером, когда все дети уже спали, Майкл и Мэттью сидели на полу в своей комнате, при свете тусклой лампы. Мэттью читал вслух отрывок из своей любимой книги, а Майкл слушал, прислонившись к стене. Самому Мэттью ужасно нравилось читать, но больше он любил слушать... — ...и тогда рыцарь понял, что истинная сила не в мече, а в сердце, — закончил Майкл, закрывая книгу. Он поднял глаза на Мэттью. — Ты думаешь, это правда? Мэттью задумчиво нахмурился. — Что именно? — Что сила в сердце, а не в мече? Майкл задумался. Он всегда верил, что сила — это способность напугать, подчинить, заставить других бояться. Но с появлением Мэттью он начал сомневаться. — Не знаю, — честно ответил он, застеснявшись. — Но... когда я защищаю тебя, я чувствую себя сильнее, чем когда я просто пугаю других. Хотя пугая других - это доставляет мне немного веселья. Мэттью улыбнулся, и эта улыбка осветила его лицо, сделав его ещё более нежным. — Может быть, это и есть та самая сила сердца, — сказал он. Майкл посмотрел на Мэттью, и в его глазах отразилось что-то новое. Это было не просто сострадание, не просто желание защитить. Это было что-то глубже, что-то, что заставляло его сердце биться быстрее. Он чувствовал, что Мэттью стал для него не просто другом, а чем-то гораздо большим. Майкл не знал, как это назвать. Это было похоже на то, как если бы он нашёл недостающий кусочек пазла, который он даже не знал, что потерял. Он всегда чувствовал себя одиноким, даже среди других детей в приюте. Его агрессия была щитом, который он сам же и выковал, чтобы никто не смог причинить ему боль. Но Мэттью… Мэттью видел сквозь этот щит. Он видел Майкла, а не монстра. — Может быть, — тихо повторил Майкл, его взгляд скользнул по лицу Мэттью, задерживаясь на его голубых глазах, которые сейчас светились в полумраке. — Может быть. Он почувствовал, как его собственное сердце сжалось от непривычного, но приятного ощущения. Это было похоже на то, как если бы он нашёл убежище, где ему не нужно было быть сильным, где его могли принять таким, какой он есть. — Ты знаешь, — продолжил Мэттью, его голос стал ещё тише, почти шёпотом, — когда я только приехал сюда, я думал, что это худшее место на земле. Я боялся всего. Но потом появился ты. Он замялся, его взгляд стал более сосредоточенным, словно он пытался подобрать нужные слова. — Ты… ты как будто появился из ниоткуда, чтобы меня спасти. И я… я тебе очень благодарен. Майкл почувствовал, как его щёки слегка покраснели. Он никогда не получал благодарности. Обычно он получал страх, ненависть или презрение. Благодарность была чем-то новым, и это было… приятно. — Не за что, — пробормотал он, отводя взгляд. — Ты… ты тоже мне помогаешь. — Я? — удивился Мэттью. — Но как? Я же просто… — Ты просто есть, — перебил его Майкл, его голос стал более уверенным. — Ты не боишься меня. Ты разговариваешь со мной. Ты слушаешь. Этого достаточно. Он посмотрел на Мэттью, и в его глазах мелькнула решимость. Он больше не хотел быть тем, кто пугает. Он хотел быть тем, кто защищает. Тем, кто может дать кому-то то, чего ему самому так не хватало. — Слушай, Мэттью, — сказал он, его голос стал серьёзнее. — Я знаю, что это место не самое лучшее. Но пока мы здесь, я буду тебя защищать. От кого угодно. От всего. Мэттью кивнул, его глаза сияли. — Правда? ты обещаешь что мы всегда будем вместе? -Обещаю... В этот момент, в тишине их маленькой комнаты, под тусклым светом лампы, между двумя мальчиками, которые нашли друг друга в этом холодном мире, зародилось нечто большее, чем просто дружба. Это было начало чего-то, что могло изменить их обоих. Что-то, что могло сделать их сильнее, чем они когда-либо могли себе представить.

***

Ещё день спустя, когда Майкл и Мэттью шли по коридору приюта, они столкнулись с Кевином. Кевин, как всегда, был полон своей обычной наглости, но увидев Майкла рядом с Мэттью, он остановился. — О, смотри-ка, — протянул Кевин, его глаза хищно блеснули. — Новенький нашёл себе телохранителя. Майкл остановился, его тело напряглось. Он почувствовал, как Мэттью слегка прижался к нему. — Отвали, Кевин, — сказал Майкл, его голос был низким и угрожающим. Кевин усмехнулся в адреналине, крутясь туда сюда от нервозности. — А ты думаешь, ты можешь мне указывать? Ты же просто… Он не успел договорить. Майкл сделал шаг вперёд, его взгляд был полон ярости. — Я сказал, отвали, — повторил он, его голос стал ещё более опасным. — Иначе я тебе башку с печенью быстренько снесу, будешь как остальные у меня ходить! Кевин, увидев в глазах Майкла не просто злость, а что-то более глубокое, что-то, что заставило его почувствовать настоящий страх, отступил. Он никогда не видел Майкла таким. Он всегда был агрессивным, но это было другое. Это была защита. — Ладно, ладно, — пробормотал Кевин, поднимая руки в знак капитуляции. — Я понял. Он быстро прошёл мимо, оставив Майкла и Мэттью одних. Мэттью посмотрел на Майкла с восхищением. — Ты… ты его отогнал... Майкл посмотрел на него, и на его губах появилась лёгкая, почти незаметная улыбка...