Море мести, горы лжи

Дорогие и любимые читатели . Прописывая сюжет фанфика, я в какой то момент поняла что моя фантазия ускакала так далеко, что «Море мести» скоро потянет по объему на «Войну и мир». Столько событий, столько горестей и радостей в которых должны успеть побывать герои до финала. Да просто потрахаться в конце концов (всех излишне нежных прошу отойти от экрана и закрыть сайт 😂).  Вырезать хоть что то просто рука не поднимается. Так вот, скажите пожалуйста, будете ли вы читать эту нетленку при условии что глав будет под 80? Или мне поступить как Турки? Попрощаться на самом интересном месте до нового сезона? Если первое, то я постараюсь увеличить максимально объем глав что бы сократить их количество.  Ну а если второе, значит будет вторая часть и частичная переделка работы. Жду ваши отзывы.  Ваша Нора. P.S. 30 серии для меня не было! Не было и все тут ! ИсФад не расстанутся и баста !!! *** Ветер казалось пронизывал до костей, заставляя даже деревья стонать и гнуться под его натиском.  —Парни вы идите туда, на южную сторону, командовал Гезеп.— вы с северной.— отдавая приказ другой группе людей. — рассредоточились . Пошли пошли . Элени!!!! Фадиме!!! Мужчины по очереди выкрикивали имена девушек . Фадиме!!!— орал в истерике Уюбхан.— откликнусь ФАДИМЕ!!!! Амерум идя следом за сыном едва сдерживался что бы не припереть его к ближайшей сосне, что бы точно выяснить имеет ли этот бесполезный идиот отношение к несчастному случаю с девушками. Но с каждой минутой он все больше убеждался что имеет… Если с Фадиме что то случилось, то Уюбхану лучше молится что бы сдохнуть прямо на месте . *** Адиль заметил, что на одной из веток дерева словно жуткое украшение, висит окровавленный пакет.  Подбежав он снял пакет с обломанной ветки, обнаружив рядом попытки развести костер. Ветки были сырыми и не дали тепла. Внутри пакета, лежал телефон Элени. Последнее видео, записанное дрожащей рукой девушки, было коротким, но полным отчаяния.  —Меня зовут Доктор Элени Мирьяно, со мной вместе Фадиме Кочари, она ранена, мы попали в аварию.— быстро проговорила девушка, её голос срывался. —Если кто нибудь найдет телефон, пожалуйста, позвоните Адилю Кочари. Мы двинемся на юг в сторону дороги.  Она указала дрожащим пальцем в сторону леса. Слова Элени, словно молния, пронзили сердца тех, кто их услышал. Не теряя ни секунды, все ринулись в указанном направлении. Надежда, хрупкая, как лед под ногами, боролась с нарастающим ужасом. И вот, сквозь завесу снега и деревьев, они увидели их. Посреди поляны, словно два хрупких цветка, замерзших в объятиях зимы, лежали девочки. Холодные. Замерзающие. На грани смерти. Буквально через пару минут, когда казалось, что время остановилось, все были на месте. Адиль и Эсме, чьи лица были искажены тревогой, добежали первыми. Исо, с глазами, полными невысказанной боли, был позади них. Никакого облегчения. Только огромный, сковывающий ужас, что овладел им, когда он увидел девушек, лежащими на снегу, в ледяном плену. —Не трогайте! Никому не трогать девочек пока я их не осмотрю!—прозвучал резкий крик Оруча. Он, как врач, пусть и без лицензии, знал, что любое резкое движение, любое неправильное действие может стать для них роковым. —Если сначала согреются их руки они могут впасть в шок. Нельзя их быстро согревать, сердце может не выдержать. Оруч быстро подошел к девочкам и начал осматривать сначала раненую Фадиме, потом Элени. Он судорожно выдохнул, заставляя себя собраться. Рана на груди Фадиме была уже перевязана, Элени молодец. Но девушки были холодные, слишком холодные. Исо упал на колени рядом с Фадиме. Ему казалось, что сердце сейчас разорвется от боли за любимую. Он страстно желал взять её за руку, почувствовать её, дотронуться, но понимал, что у него нет такого права. Он всего лишь фиктивный муж, с которым она мечтает развестись. Он никто. Он просто сидел возле своей жены, не в силах ничего сделать. Фатих и Мика словно призраки из другого мира, вытащили из машины скорой помощи специальные согревающие одеяла. Адиль, утерев слезы, начал помогать им укутывать девушек. —Это поможет, Оруч?— спросил он, его голос дрожал. —Они помогает от переохлаждения, но так как они уже замерзли, я не могу дать гарантию,– глухо ответил Оруч, его лицо было напряжено. —У них гипотермия. В моей скорой нет нужного оборудования . Придется ждать, пока приедут другие машины. Адиль, тут очень холодно нужно что то придумать, чтобы согреть их. Эсме, забыв о себе, обнимала Элени, укутав её в свое пальто, а сама осталась лежать в холодном снегу, обнимая дочку. Адиль снял куртку с себя и накинул на Фадиме. Он быстро огляделся. Они же в лесу, вокруг полно деревьев. —Эй, ребята!— крикнул он своим людям, поднимаясь на ноги. —Начните собирать дрова, палки, все, что горит, возьмите пилы из пикапов, сделаем огненное кольцо. До приезда врачей согреем девочек. Давайте! Давайте! Он оглянулся на Исо. Парень сидел возле Фадиме, бессвязно бормоча и раскачиваясь из стороны в сторону.  —Только вернись… только вернись… не оставляй меня… не оставляй…если ты не откроешь глаза, я умру… пожалуйста, Фадиме… Адиль быстро поднял парня на ноги.  —Давай, мой мальчик, мой лев! Приди в себя!  Исо, тяжело дыша, вернулся в  реальность. Он кивнул Адилю и начал вместе с остальными собирать и рубить дрова.  —Уюбхан!— Гезеп поднял подвывающего парня со снега и слегка встряхнул.— Давай же! Нам нужны все! Уюбхан, сбитый с ног собственным страхом, пытался собраться с мыслями. Его тело дрожало, в глазах плескалась паника, а слова застревали в горле. —Но я же, я же…— лепетал парень, его голос был едва слышен сквозь вой ветра. Гезеп, чье терпение истощалось с каждой секундой, не стал слушать эти невнятные оправдания. Он отвесил Уюбхану смачную оплеуху. Удар был резким, но не жестоким, скорее призванным вырвать парня из ступора. Уюбхан казалось, задохнулся от обилия воздуха, который хлынул в легкие после того, как он перестал сжиматься от страха. Держась за пылающую щеку, он более осмысленно взглянул на Гезепа. —Дрова! Нам нужно как можно больше дров. Давай!— Гезеп толкнул парня в сторону леса, придав ему ускорения смачно пнув под задницу. Уюбхан, спотыкаясь, но уже более уверенно, побежал к деревьям. Гезеп смотрел ему вслед, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Ему еще вчера вечером не понравились вопросы, которые тот задавал зятю. Его паника при виде машины Элени, на которой приехал Исо, тоже не ускользнула от его внимания. Гезеп гнал от себя эти страшные мысли, пытаясь убедить себя, что это лишь его разыгравшееся воображение. Но они все возвращались и возвращались Мужчины выложили ветви вокруг девочек и Амерум поджог их щедро плеснув сверху бензином из канистры. Образовавшийся огненный круг мгновенно заставил таять снег и дал необходимое тепло.  Оруч с помощью термометра проверял температуру девушек . Огонь делал свое дело, это немного, но согревало их. Он кивнул Адилю.  — 32 и 31. Лучше уже лучше.  Вдалеке наконец послышались сирены скорой помощи. Сквозь прорези в густой хвое, пробиваясь сквозь утренний туман, Гёкхан вместе с людьми Шерифа наблюдал за ними с другой стороны горы. — Проклятие! — воскликнул Бехчет, срывая с головы шапку и бросая ее на землю. — Кочари нас опередили! Гёкхан выдохнул, стараясь не показывать другим свое облегчение. Внутри него бушевала буря эмоций, но внешне он старался оставаться спокойным.  «Слава богу, они нас опередили!» — пронеслось в голове. В этот момент к Гёкхану тихонько подошел один из его людей. Мурат. Высокий, крепкий парень с проницательными глазами, который после окончания службы поехал за Гёкханом в Трабзон, став его правой рукой и верным другом. — Брат, — тихо произнес Мурат, его голос был полон уважения и некоторой растерянности. — Мой младшенький , Мурат нашел пикап Господина Исмаила. Брат, он проверил, тормоза не в порядке. Что делать будем,? Гёкхан повернулся к нему, его взгляд был сосредоточенным. Он видел в глазах Мурата отражение своих собственных мыслей. — Эвакуатор вызывайте, — не задумываясь, произнес Гёкхан. Его голос был твердым, не оставляющим места для споров. — В Кочари поедем. *** Стерильный запах больницы смешивался с запахом страха и отчаяния. Коридор перед операционной стал местом, где время остановилось, а надежда истончилась до предела. Каждый звук, каждый шорох отдавался в ушах, как молот, бьющий по нервам. Эсме, бледная, как полотно, сидела, сгорбившись, на жестком диване. Ее глаза, обычно полные жизни, сейчас были пустыми, отражая лишь бездонную скорбь. Адиль, рядом с ней, крепко сжимал ее руку, пытаясь передать ей хоть частичку своей силы, но сам чувствовал, как силы покидают его. Фатих, суетился вокруг, пытаясь хоть как-то облегчить страдания людей. Она принес бутылки с водой и финики, настойчиво уговаривая людей пополнить силы. —Так давайте, посмотрите на меня. Откройте пост, уже азат прозвучал.— произнесла Фатих раздавая собравшимся бутылки с водой и финики.— Сестрица Эсме, если ты свалишься в обморок от обезвоживания, девочкам легче не станет,— её голос звучал мягко, но настойчиво. Она отвинтила крышку бутылки и, поднося к губам Эсме, заставляла ее выпить несколько . Затем, с той же заботой, запихнула ей в рот пару сладких фиников. — Давай, давай, моя хорошая. Надо! Адиль, наблюдая за этой сценой, чувствовал глубокую благодарность к женщине. Он кивнул ей, принимая другую бутылку воды, которую та протягивала. Исо стоял напротив операционной, словно прикованный к этому месту.  Часы сливались в единое, бесконечное мгновение ожидания.  Он молился. Молился о том, чтобы она выжила, чтобы была в порядке. Пусть даже они разведутся, лишь бы Фадиме была жива. Последние слова жены, сказанные перед аварией, эхом отдавались в его голове: «Если бы наш брак был настоящим, ты был бы отличным мужем». Эта её фраза, словно острые осколки, разрывала его изнутри. Чувство вины за то, что он пересадил девушек в пикап, ломало его тело. Разум метался в безумии, легкие отказывались работать. Когда ему вернули вещи Фадиме, он едва не сошел с ума. Сверху лежал пакетик, а в нем – кольцо. Золотой ободок тускло поблескивал сквозь целлофан, словно насмехаясь над тем, что оно должно было быть на ее пальце. "Неужели это все, что мне от нее останется?" – эта ужасающая мысль пронзила Исо, заставив сердце сжаться от боли. Мысль о том, что он будет продолжать жить и дышать без нее, казалась чем-то нереальным. Что он больше не будет слышать ее колкие ответы. Что она больше не будет смотреть на него своими огромными, карими глазами, хлопая ресницами. Эти мысли убивали его. Медленно и мучительно. Кожа покрывалась холодным и липким потом. Он никогда не сможет забыть, какой холодной она была, тот синюшный оттенок губ, ее практически безжизненное тело.  Он снова посмотрел на свои руки, на них все еще была ее кровь. Опустив голову от боли, что накрывала его волнами, Исо вновь начал молиться. Это единственное, что удерживало его сейчас на грани сознания. Адиль наблюдал за парнем из другого конца коридора. Он до конца не верил в искренность его чувств к своей сестре, считая все это какой-то очередной уловкой Фуртуна. Но сейчас, глядя на разваливающегося на куски зятя, он перестал сомневаться. Исо любит Фадиме. Причем так сильно, что едва дышит от беспокойства за нее. Взглянув на сходящую с ума Эсме рядом с собой, Адиль крепко сжал ее руку, и казалось, это короткое движение вернуло Эсме оттуда, где она была. — Все будет хорошо, — произнес он, глядя ей в глаза. — Девочки поправятся! Эсме кивнула, сдерживая слезы отчаяния. В молчании они продолжили ждать. *** — Господин Фуртуна? – Исо не сразу сообразил, что обращаются к нему. – Господин Фуртуна? – повторила девушка в больничной форме. Исо вынырнул из своих горестных мыслей и уставился на нее. — Операция вашей жены закончилась, ранение оказалось не серьезным. Есть небольшое сотрясение и переохлаждение, но мы ждем полного выздоровления. Ее сейчас перевезут в палату. Врач попозже выйдет поговорить с вами. Исо рванул вслед за девушкой в сторону дверей из операционной откуда как раз вывозили Фадиме. Она казалась такой маленькой и бледной на фоне больничной койки. Юноша вздохнул. Впервые за пару часов, полной грудью. Доктор, выходя из палаты, подошел к нему. — Вы муж? Операция была не серьезная, мы сделали дополнительное переливание, состояние стабилизировалось. Будем следить за  ее показателями, но я ожидаю полного выздоровления. — после этих слов Исо показалось что огромная гора упала с его плеч.— Она будет потихоньку приходить в себя, заходить можно не больше одного человека за раз, ненадолго. — Спасибо, господин доктор. – Исо радостно тряс руку врача, пока тот, извинившись, не отошел. Внезапно коридор наполнился суматохой. Сотрудники бросились к реанимации, где двери распахнулись, явив испуганное лицо Оруча.  —Сердце Элени остановилось!— в отчаянии воскликнул он, хватаясь за голову.  Эсме охватила истерика, и Адиль, крепко обнимая рыдающую женщину, тщетно пытался ее утешить. Атмосфера была пропитана ужасом: женщины плакали и кричали, мужчины пытались их успокоить. Казалось, что прошли часы, а на самом деле – лишь минуты, тянувшиеся вечностью. Коридор перед дверями реанимации превратился в поле битвы с собственными страхами, где каждый взгляд, каждый жест был пропитан тревогой. Наконец, двери реанимации снова открылись, и из них, обессиленный, но с облегчением, вышел Оруч с несколькими медиками.  —Завели!— выдохнул он, закрывая лицо руками и медленно стекая по стене.—Она вернулась к жизни. Эти слова, словно спасительный луч, пронзили мрак ожидания. Коридор взорвался. Не криками, а скорее волной радостных объятий и вздохами облегчения, которые вырывались из груди, словно птицы, освобожденные из клетки. — Хвала Аллаху! — звучало со всех сторон, смешиваясь с тихим всхлипами счастья. Люди обнимали друг друга, делясь невысказанной болью и обретенной надеждой. Гезеп и Исо от полноты чувств крепко обнимали друг друга. Адиль и Эсме, не в силах сдержать эмоций, бросились к Оручу, обнимая его, словно спасителя. Фатих и Ильве, чьи глаза были полны слез, плакали от счастья, утирая друг другу щеки, их слезы были слезами облегчения и безмерной радости. В этот самый момент, когда казалось, что весь мир замер в едином порыве счастья, в коридоре появилась Хиджран. Ее появление было резким, как удар. —Как моя дочь?— злобно спросила она, обращаясь к толпе.  Глядя на эту змею, называющую себя матерью Элени, Эсме едва сдерживается, чтобы не вцепиться ей в лицо ногтями. Выдохнув, она уходит в противоположную сторону коридора. Хиджран, не обращая внимания на царящую вокруг суматоху, решительно направилась к реанимационному отделению. Оруч, изможденный, но счастливый, последовал за ней. Поведение этой женщины, которая лишь притворялась матерью Элени, окончательно выбил из него последние силы. Он проводил взглядом уходящую Эсме, и, несмотря на собственное облегчение, чувствовал, что этот день еще далеко не закончен. *** Адиль быстро шел по коридору. Он хотел найти Эсме, что бы еще раз поговорить пока она снова не исчезла. Но когда он приблизился к женщине увидел что она говорит по телефону. —Спасибо тебе огромное, ты не представляешь, как много это для меня значит,— произнесла Эсме.  Адиль замер, прислушиваясь. Голос мужчины на другом конце был незнаком. «Кто это? Почему Эсме так благодарит ему?» Внутри Адиля зародилось неприятное чувство. Эсме стояла спиной к нему, держа телефон у уха. Увидев его, она вздрогнула и быстро закончила разговор. —Кто это был?– спросил он, его голос звучал напряженно. —Это не твое дело, Кочари!—Эсме окинула его холодным взглядом. —Как это не мое дело? Ты разговариваешь с каким-то мужчиной, благодаришь его, а я не должен знать, кто это?— его голос повысился. —Я сказала, это не твое дело!—огрызнулась Эсме, ее глаза сверкнули. —ты не имеешь права требовать от меня отчетов. Их спор набирал обороты, рядом с ними внезапно появилась Фатих.  —Не хотелось бы прерывать очередной ваш скандал,– начала она, ее голос звучал устало, но в нем была и нотка срочности. - Но есть кое-что, о чем вы должны знать. — женщина вздохнула собираясь с силами . —Когда мы искали девочек, мне позвонил Гёкхан. Адиль и Эсме замолчали, их взгляды обратились к Фатих. —Он предупредил нас что Шериы тоже отправил людей на поиски. – продолжила Фатих, ее голос дрогнул, – но приказал спасать только Фадиме. А Элени оставить умирать.  Слова Фатих обрушились на Адиля как удар. Он почувствовал, как кровь приливает к лицу, а кулаки сжимаются. В его глазах зажегся огонь ярости. Он рвал и метал, его тело напряглось от невыносимой боли и гнева. —Сукин сын – выкрикнул он, его голос был полон отчаяния и бессилия. — Ублюдок я убью его! Фатих подошла к нему, положив руку ему на плечо.  —Адиль, успокойся пожалуйста. Я сама в ужасе от действий дяди, но мы не можем позволить себе поддаться гневу. — женщина вновь тяжело вздохнула. Мне еще нужно сказать об этом Исо, который в теории правая рука этого урода и должен быть целиком на его стороне. Нам нужно думать, что делать дальше.  Адиль глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Он посмотрел на Фатих, на ее усталое, но решительное лицо. Он понял, что она права. —Спасибо, Фатих, — прошептал он, его голос все еще дрожал от бешенства.—Спасибо, что сказала нам. Видишь и твой Гёкхан пригодился. Он повернулся к Эсме, но она уже отвернулась, ее плечи поникли. В ее глазах он увидел ту же боль и отчаяние, что и в своих. Но сейчас он не мог ее утешить. Эсме молча прошла мимо него и вышла, оставив Адиля и Фатих наедине с горькой правдой. *** Адиль возвращается в общий зал по пути натыкая на утирающего слезы Исо. Сердце Адиля сжалось от тревоги. — Зять? — выдохнул он, его голос звучал хрипло и неуверенно. Исо вздрогнул, поднял голову, и его заплаканное лицо осветилось в полумраке. Глаза, красные от слез, расширились от удивления и облегчения. — Брат Адиль! — воскликнул он, и в его голосе прозвучала такая буря эмоций, что Адиль невольно шагнул вперед. — Она в порядке. Фадиме в порядке. Рана показалась не серьезной. Её уже перевели в палату. Сказали, можно по одному заходить на несколько минут. Адиль задохнулся от облегчения. Это было словно удар под дых, но в самом лучшем смысле. Он притянул к себе парня, крепко обнимая его, чувствуя, как напряжение, сковавшее его тело, начинает медленно отступать. — О, слава Аллаху! — воскликнул Адиль, крепко сжимая плечи Исо. — Слава Аллаху! Он чувствовал, как дрожь проходит сквозь Исо, и понимал, что и сам не намного спокойнее. Весь этот день ожидания, страха, неизвестности – все это обрушилось на него сейчас волной облегчения. — Брат, ты зайди первый, хорошо? — произнес Исо, отстраняясь от него, но не выпуская его рук. Его голос все еще звучал немного дрожаще, но в нем появилась новая, странная решимость. — Почему это? — удивился Адиль, чувствуя легкое недоумение. Он был готов броситься к сестре, но почему Исо настаивает на том, чтобы он зашел первым? — Брат, пойми меня, — Исо посмотрел ему прямо в глаза, и в его взгляде Адиль увидел что-то глубокое, что-то, что заставило его сердце замереть. — Я, возможно, войду и не смогу уже оттуда выйти. Ты хотя бы увидишь её и через пару минут выйдешь. —Через пару минут, да? —усмехнулся Адиль. —Ну брат Адиль.— протянул Исо. И Кочари в который раз удивился чувству юмора судьбы. Подарить ему такого хорошего зятя из враждующей семьи. Он хлопнул парня по плечу, стараясь передать ему всю свою поддержку и понимание. Затем, дернув за ручку, Адиль вошел в палату, оставив Исо стоять в коридоре. Сердце его сжалось в груди, когда он увидел Фадиме. Она лежала на больничной койке, такая маленькая и хрупкая, словно фарфоровая кукла, которую неосторожно уронили. Он подошел ближе и присел на стул рядом с койкой, чувствуя, как напряжение, сковавшее его с момента известия, начинает медленно отступать. Его взгляд скользнул по ее коротким локонам и он осторожно, провел по ним рукой. Затем, наклонившись, он прикоснулся губами к ее лбу, желая передать ей всю свою любовь и облегчение. В этот момент веки Фадиме дрогнули. Она медленно открыла глаза, и в их еще затуманенном от наркоза взгляде мелькнуло узнавание. Увидев брата, она слабо потянулась к нему, ее губы шепнули: — Брат. — Тише, тише, дикарка моя, — мягко остановил ее Адиль, его голос был полон нежности и облегчения. — Не вставай. Хвала Аллаху ты очнулась. Фадиме, услышав его слова, попыталась приподняться, но Адиль снова мягко удержал ее. — Брат, Элени же жива? Она в порядке? — обеспокоено спросила она. Адиль кивнул, его взгляд был полон тепла. — Жива. Наша девочка спасла тебя. Она ангел ниспосланный нам. Фадиме выдохнула, и в ее глазах, еще не полностью вернувшихся к реальности, блеснуло такое сильное облегчение, что Адиль почувствовал, как у него самого перехватило дыхание. Она была в порядке. И это было самое главное. — Брат, Исо не пришёл? — слабо спросила девушка приподнимая голову и осматривая комнату словно ища мужа глазами. Хулиганская жилка в душе Адиля решила немного разыграть зятя и заодно расшевелить самого себя. Он ведь знал что Исо стоит под дверью. — Не пришёл. — громко произнеси мужчина.— ему вообще дела не было! — краем глаза видя как сразу же открывается дверь в палату. — Брат, две минуты прошли. — произнес насупившийся Исо. И Адиль чуть не рассмеялся я и хитро подмигнул сестре. — Выйду тогда. — чопорно произнес он.— на прощанье поцеловав Фадиме в макушку. — Как хочешь, можешь и тут посидеть, нет проблем. — с произнес все еще хмурящийся Исо и Адиль все-таки хмыкнул хлопнув парня по плечу и вышел из палаты направляясь к остальным. Убедившись что Адиль отошел достаточно далеко, Исо плотно закрыл дверь. — Моя дорогая жена! — он раскрыл руки словно собираясь схватить её в объятия. — Мой противный муж. — тихо произнесла Фадиме. — Мы с тобой в последний раз в суд собирались. Не говори, что попала в аварию, чтобы не разводиться. — парень подошел ближе нависая над девушкой и борясь с желанием убрать мешающиеся локоны от её лица. Это была запретная территория , куда ему доступ был заказан. — неужели ты настолько не хотела разводиться со мной, что решила помереть? —Исо решил немного разрядить обстановку, прикрывая нежность, привычной колкостью.  Он достал из кармана пакетик с её обручальным кольцом и звонко положил его на тумбочку рядом с койкой . Фадиме чуть поморщилась.Даже простой разговор причинял ей дискомфорт, не смотря на лошадиную дозу обезболивающего в её крови которые дурманили разум. Будь девушка в совсем ясном сознании она бы ужаснулась собственным мыслям, но сейчас когда анестетики свободно гуляли по её организму , её подсознание перестало сопротивляться . Ей хотелось что бы сюмуж подошел ближе, что бы взял ее за руку, успокоил —Я же говорила, барашка порежу и раздам когда мы разведемся. — Фадиме придержала рукой рану на груди.— Ты приблизься, приблизься. Давай, давай, ближе. — позвала она его хихикая сквозь кашель. — Что случилось? — сразу растерял все веселье Исо. — Я тебе голову разобью. — хрипло произнесла девушка улыбаясь. — Разобьёшь голову? О чём мы с тобой говорили в последний раз? Вспомнил! Знаешь, что ты мне сказала? "Если бы мы и правда были женаты, то ты бы был хорошим мужем". А теперь хочешь голову разбить? Хорошо. Разбивай. — расслаблено произнес Исо присаживаясь на стул и придвигаясь как можно ближе к жене. — Я так сказала? Наверное, с ума сошла. — удивилась Фадиме. — А я-то как с ума сошёл. —голос Исо надломился.— Я очень испугался.  — Что я умерла или что не умерла? — глаза Фадиме, мутные от лекарств блестели под больничными лампами. — А по-твоему? — глухо спросил он.  — Если я умру, то тебе не придётся разводиться, разве плохо?  — Мы уже говорили об этом.— откашлялся парень. — Противный. Ты в меня влюбился? Что с тобой? — рассмеялась Фадиме. — Очевидно, что ты немного сошла с ума. Ты точно головой ударилась! — Исо вскочил пытаясь перевести все в шутку. —Начали нести глупости. Доктор! Не смейся! Не смейся, нет никакой любви!  — Хорошо. Тогда завтра утром пойдём разводиться. — уверено пробормотала Кочари.  — Нельзя. Не разведёмся.  — А я знала! Командир, кто-то влюбился в армейского друга! — вновь начала глухо смеяться девушка. — Не из-за любви, мой армейский друг, а из-за беды. — расстроено произнес парень.— Шерифа отпустили. —Что ? — в плывущем сознании Фадиме пазл никак не складывался в единую картину.— Но … мы же его посадили ? Как .. Как он вышел? —Я не знаю.— произнес Исо проводя руками по лицу. — но мы выясним, остановим его и вот только потом разведемся. Хорошо мой товарищь? —Исо протянул ей открытую ладонь, как будто предлагая новую сделку.  —Хорошо товарищь.— немного пьяно от лекарств улыбнулась Фадиме.  —Отдыхай маленькая мафия. Набирайся сил. А я позабочусь обо всем остальном. *** Уюбхан стоял на краю оврага, где еще недавно, покоился искореженный пикап Исо. Рядом, нервно переминаясь с ноги на ногу, стоял тот самый механик, чьи руки, по приказу Уюбхана, подпилили тормозные шланги. —Его здесь нет,— прошептал Уюбхан, его голос дрожал. Он огляделся, словно надеясь, что машина каким-то чудом материализуется из воздуха. Но овраг был пуст, лишь следы от колес, ведущие к обрыву, напоминали о недавнем событии. —Теперь все узнают! Все узнают!—вырвалось из него, и он в отчаянии схватился за волосы, рвя их с такой силой, что казалось, вот-вот выдернет клочья. Паника, холодная и липкая, начала сковывать его изнутри. Его тщательно спланированная месть, его попытка избавиться от Исо, обернулась катастрофой. Механик, бледный как полотно, попытался успокоить его, но слова застревали в горле.  —Брат, но ты же сказал… это приказ Патрона. Ты же сказал, господин Адиль хочет наказать зятя! Ты же сказал…—лепетал он, его голос был полон страха и растерянности. —Да заткнись ты!— рявкнул Уюбхан, его голос сорвался на хрип. Он оттолкнул механика, словно тот был виноват в случившемся.  —Я… я сделал, как ты сказал, брат.— заикаясь, произнес механик. Уюбхан закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Его мозг лихорадочно работал, перебирая варианты, но каждый из них казался еще хуже предыдущего. И тогда… тогда все его планы, вся его власть, все его будущее рухнет. —Что мы будем делать? — прошептал механик, его глаза были полны ужаса. — Мы никому ничего не скажем!— рявкнул Уюбхан притягивается механика за куртку. — Ты получил деньги? Вот и съезди отдохнуть куда нибудь к родственникам. К вечеру тебя в Трабзоне быть не должно!