Море мести, горы лжи

Исо, Фадиме и Фатих быстро оделись и выбежали из дома. Исо завёл мотор и нажал на газ, пытаясь догнать Оруча. Машина неслась по тёмным дорогам, и все трое молчали, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой. — Я боюсь что он что-то сделает, — прошептала Фатих. — Оруч в таком состоянии. Он способен на всё. — Мы успеем, — твёрдо ответил Исо, сжимая руль. — Мы должны успеть. Когда они приехали в Кочари, шум уже разносился по всей деревне. В доме Уюбхана слышались крики, удары и грохот падающей мебели. Исо выскочил из машины и побежал внутрь, за ним — Фадиме и Фатих. Они застали Оруча в гостиной. Он стоял над избитым Уюбханом, который лежал на полу, закрывая лицо руками. Оруч сжимал кулаки, тяжело дышал и смотрел на поверженного врага с такой яростью, что казалось, он готов был убить его на месте. — Не смей угрожать моему брату! — кричал Оруч. — Ты слышишь меня?! Никогда больше не смей прикасаться к моей семье! На крики сбежались соседи, а с ними — Амерум, Чакыр и Адиль. Они с трудом оттащили Оруча от Уюбхана, удерживая его за плечи. Уюбхан сплюнул кровь на пол и с трудом приподнялся на локтях. Его лицо было разбито, губы рассечены, но в глазах горел прежний злой огонь. — Я всё равно выиграю, — прошипел он. — Фадиме будет моей... — Оруч, остынь! — крикнул Адиль. — Ты убьёшь его! —Не трогай моего сына!—кричал Амерум. — Этот бесчестный снова пытался навредить Исо и Фадиме! — в бешенстве крикнул Фуртуна, пытаясь вырваться. — Он угрожал им! Чакыр перевёл взгляд на Уюбхана, и в его глазах мелькнул ужас. Он смотрел на бывшего друга — того, с кем когда-то делил хлеб, с кем вместе рос и Чакыр не знал, что сказать. — Уюбхан... — прошептал он. — Зачем ты это делаешь? Уюбхан не ответил. Он только зло усмехнулся, вытирая кровь с разбитого лица. В этот момент в дом вбежали Исо, Фадиме и Фатих. Фатих сразу кинулась к младшему брату, пытаясь успокоить его. — Оруч, пожалуйста, — сказала она, держа его за руку. — Не надо. Мы уже здесь. Ребята всё расскажут Адилю. Оруч тяжело дышал, но, увидев слёзы сестры, чуть успокоился. Адиль перевёл взгляд с Оруча на Исо. — Да что здесь происходит? — спросил он жёстко. — Что вы расскажите? Исо и Фадиме переглянулись. Фадиме шагнула вперёд, сжимая руку мужа. — Мы должны тебе кое-что сказать, — тихо произнесла она.  *** Прежде чем войти в дом, Исо и Фадиме задержались на крыльце. Вокруг было тихо — деревня затихла, прислушиваясь к ночным звукам. Исо остановился, повернулся к Фадиме и взял её за руку. — Дорогая жена, — сказал он тихо, — что бы там ни произошло, знай: у тебя есть Исо, который очень тебя любит. Он мягко коснулся губами её щеки, оставляя лёгкий, почти невесомый поцелуй. Фадиме, счастливая и немного шокированная его словами и жестом, обняла его, спрятав лицо у него на груди. Исо прижал её к себе, и она слушала, как гулко и ровно бьётся его сердце. Этот стук против воли успокаивал её, возвращая веру в то, что они справятся со всем. — Я люблю тебя, — прошептала она ему в грудь. — А я тебя, — ответил Исо, целуя её в макушку. Собравшись с силами, они отстранились друг от друга. Фадиме глубоко вздохнула, и Исо взял её за руку. Вместе они шагнули в дом. *** Эсме знала, что сейчас произойдёт. Она села рядом с Адилем, взяла его за руку и заранее сжала её, пытаясь успокоить, подготовить к тому, что должно было прозвучать. Исо шагнул вперёд. Они с Фадиме устроились на диване напротив Адиля. Оруч остался стоять за ними все пытаясь совладать со своей яростью. Фатих стояла рядом с ним держа руку на его плече словно боясь что брат снова рванет к Уюбхану. Дядя Амерум сел в кресло напротив них ожидая объяснений.  В комнате воцарилась полная тишина. —Брат, — начал Исо, глядя Адилю прямо в глаза, — помнишь, мы с Фадиме были на кладбище у ваших родителей? Адиль кивнул, не сводя с него настороженного взгляда. — Мы тогда признались им кое в чём, — Исо сглотнул, его голос дрогнул. — Мы не знали, что Уюбхан проследил за нами и сделал запись наших слов. Теперь он угрожает нам: если мы с Фадиме не разведёмся, он отошлёт запись тебе и Шерифу. Поэтому мы здесь. Чтобы признаться тебе во всём. Что бы рассказать. — Признаться в чём? — грозно уточнил Адиль, его голос стал низким и опасным. Исо взял телефон Оруча, нашёл запись и включил. Голос Исо заполнил комнату. Он рассказывал Фадиме на кладбище правду об их браке — что он был заключён, чтобы спасти её от Шерифа. Адиль слушал. Несколько секунд он сидел неподвижно, как каменное изваяние. Затем он вскочил, навис над Исо, схватил его за грудки и вздёрнул с дивана. Шериф хотел убить мою сестру? — прорычал он, и в его голосе звенела ярость. — Чтобы сделать тебе больно... — ответил Исо, не сопротивляясь. — А ты, чтобы спасти её, женился на ней? — Адиль тряхнул его, как тряпичную куклу. Исо даже не пытался вырваться. Он смотрел Адилю в глаза спокойно и твёрдо. — Я не смог бы по-другому защитить её, брат. Дядя сказал мне, что если я этого не сделаю, он попросит Бехчета выполнить грязную работу. Мне нужно было быстро принять решение. Я рассказал об этом бабушке. Она сказала: «Женись и спаси ей жизнь». И мы поженились. Как бы ты меня ни наказал — я буду на всё согласен. — Брат! Умоляю! — закричала Фадиме, бросаясь к ним. — Не трогай его! — Кочари, не надо! — крикнули Оруч и Фатих  — Пусть никто не вмешивается! — рявкнул Адиль. Фадиме вцепилась в его руку, плача. — Брат, пожалуйста! Адиль перевёл взгляд на Исо, и в его глазах всё ещё горела ярость, но к ней примешивалось что-то другое. — Ты женился на дочери врага, чтобы спасти её, Исо? — спросил он, и голос его дрогнул. — Да, так было, — ответил Исо, не отводя взгляда. — Но я правда очень люблю Фадиме, брат! И пусть наши отцы хоть триста раз в могиле перевернутся, я её люблю и разводиться с ней не собираюсь. Адиль смотрел на него. Секунда. Две. Тишина стояла такая, что можно было услышать, как бьются сердца всех присутствующих. Затем Адиль отпустил его и крепко обнял. — Я знаю, — сказал он, прижимая к себе парня. — Я знаю, лев мой! Исо, наконец выдохнув, обнял его в ответ. Все вокруг вздохнули с облегчением. Фадиме, плача от счастья, кинулась обнимать брата. — Спасибо тебе, — прошептала она. — Спасибо, что понял... Но Адиль вдруг отстранился, отодвинул её от себя, и лицо его снова стало грозным. Он повернулся к сестре, и в его глазах мелькнул холод. — Ты, — сказал он, и голос его был жёстче, чем она когда-либо слышала. — Я спрашивал тебя об угрозах, Фадиме. Я говорил тебе в день свадьбы, что умру, если ты жертвуешь собой ради меня этим браком. А ты молчала. Ты не сказала мне, что Шериф угрожал тебе. Ты позволила мне думать, что вы поженились по любви, а не из страха! — Брат, я... — Молчи! — оборвал её Адиль. — Ты не имела права скрывать это от меня! Фадиме залилась слезами, прижимая руки к груди. — Я не хотела брат... — Не хотела?! — закричал Адиль. — Ты боялась, что я убью Шерифа. Но ты не боялась, что я потеряю сестру? Что я останусь один? Он шагнул к ней, и в его голосе зазвенела такая боль, что все замерли. — Я сказал тебе тогда что если еще одна женщина пожертвуешь собой ради меня то я умру! Я умру и отрекусь от тебя, Фадиме! Слышишь? Отрекусь! Ты потеряла право называть меня братом! Соболезную, Фадиме Фуртуна.  Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Адиль уже развернулся. Он вышел из комнаты и с такой силой хлопнул дверью, входную дверь, что задрожали стены. В тишине, которая повисла в доме, все услышали, как он громит свою мастерскую. Грохот падающих инструментов, треск дерева, звуки разбитого стекла — и его крики ярости и боли. Фадиме стояла, закрыв лицо руками, и плакала навзрыд. Исо шагнул к ней, обнял, прижимая к себе, гладя по голове. — Всё будет хорошо, — шептал он. — Он успокоится. Он понял. Он просто испугался за тебя. — Я не хотела… — всхлипывала она. — Я просто хотела защитить его... — Я знаю, — Исо целовал её в макушку. — Я знаю, дорогая жена и он это знает просто злится. Ты самая смелая женщина, которую я знаю. Она обхватила его за талию, пряча лицо у него на груди, и плакала, слушая, как вдалеке всё ещё раздаются удары и грохот из мастерской брата. Эсме молча сидела на диване, сжимая руку Фатих, и смотрела на закрытую дверь. Она знала, что Адиль успокоится. Она знала, что он вернётся. Но сейчас он должен был пережить эту боль. Через какое то время из мастерской перестали доносится звуки. Тишина в доме стояла гнетущая, и все ждали, когда Адиль вернётся. Наконец дверь открылась, и он вошёл. Его лицо было бледным, глаза покрасневшими, а на костяшках пальцев виднелась свежая кровь. Он прошёл через гостиную, даже не взглянув на Фадиме, которая сидела на диване с заплаканным лицом, и направился к комнатам. Но Исо шагнул ему наперерез и встал перед ним, преграждая путь. — Брат, не делай так, — сказал он твёрдо.  —Не делать? — Не делай. Не поступай так с ней. Она в удачном состоянии. Ты должен поговорить с сестрой. Выслушай её. —Кочари. — Фатих подошла с другой стороны. —Мелкие говорят правду. Пожалуйста поговорите. Адиль внимательно посмотрел на Исо — на этого парня, который осмелился встать у него на пути, который не боялся его гнева. На одну короткую секунду в глазах Адиля мелькнуло что-то похожее на восхищение. Он кивнул и вернулся в гостиную. Опустился на диван напротив Фадиме, но его голос был холоден и резал, как сталь. — Ты клялась мне, что этот брак — не жертва, — сказал он. — Ты клялась, что он не ради моего спасения, не ради того, чтобы защитить меня. А теперь я узнаю, что ты рисковала своей жизнью, чтобы я не пошёл на убийство? Ты обманула меня, Фадиме. Она подняла на него заплаканные глаза, пытаясь что-то сказать, но слова застревали в горле. — Брат, я…мы не могли по-другому … — Молчи, — оборвал её Адиль. —После моей любимой девушки, Ширин Фуртуна и мою сестру заставила надеть свадебное платье. —Брат, за эти 20 лет что были у вас украдены я всегда была рядом с тобой.  Я переживала вместе с тобой твой страх и твою боль, но смотри я не стала как Эсме. Да, я надела это платье что бы защитить тебя. Но я правда очень полюбила этого человека. Очень! —А если бы не полюбила Фадиме? —с яростью уточнил Адиль.— Если бы Исо оказался шакалом хуже Шерифа? А если бы он не полюбил тебя? Ты бы тоже ради меня жила 20 лет в аду? А ? —Брат, прости. —Не получится! Я устал от того что вы приносите себя ради меня в жертву! Что вы надеваете на себя свадебное платье как саван! —Кочари, все не так.— попыталась успокоить его Эсме.— что этой девочке было делать? Она пыталась спасти тебя и себя одновременно. Дайте мне умереть, блин! Вы думаете это жизнь ?  Он встал и схватив куртку быстро вышел из дома. —Адиль куда ты?— воскликнула Эсме. —Я убью этого пса Шерифа! Дверь за ним хлопнула. Эсме, вскочила натянув сапоги бросилась за Адилем. Она выбежала на улицу и увидела, как он бежит в лес. Фадиме осталась сидеть на диване, убитая горем, не в силах пошевелиться. Слёзы снова хлынули из её глаз. *** Эсме бежала за ним, не чувствуя боли от веток, которые хлестали по лицу и рукам. Она нашла Адиля в глубине леса — он стоял, сжимая кулаки, и кричал. Кричал так, что голос его разносился над деревьями, пугая птиц. Он пинал деревья, бил кулаками по стволам, рвал на себе волосы. — Адиль! — крикнула Эсме, подбегая к нему. Он выхватил пистолет и выстрелил в воздух. Раз. Другой. Третий. Пули уходили в небо, а вместе с ними — его ярость. Эсме подбежала к нему сзади и крепко обняла, прижимаясь спиной к его груди, сжимая руки на его поясе. — Тише, — шептала она. — Тише. Я здесь. Адиль замер, чувствуя её тепло. От её прикосновения ярость немного утихла, но гнев не исчез. Он стоял, тяжело дыша, и сжимал пистолет в руке. — То, что ты скрывала от меня, — сказал он глухо, — тот секрет — это был этот? Ты боялась, что я убью Шерифа? — Нет, — ответила Эсме. Адиль резко повернулся к ней, и в его глазах снова загорелся огонь. — То есть это хуже, чем то, что Шериф приказал убить мою сестру?! — Кочари! — она встряхнула его за плечи. — Кочари, стой! — Клянусь, если этот пёс не понесёт наказание… — Остановись! — Клянусь, у него нет права на жизнь! — Постой, — она взяла его лицо в ладони, заставляя смотреть на неё. — Посмотри на меня. Кочари, прошу тебя. Посмотри на меня. Адиль замер. Он смотрел в её глаза — спокойные, тёплые, полные любви. — Скоро Шериф сядет в тюрьму, — продолжила Эсме мягко. — Скоро всё закончится. Фадиме в порядке. Исо спас её. Шериф ничего не смог сделать. Хорошо? Тебе лучше? Адиль молчал. Он смотрел на неё, и его дыхание постепенно выравнивалось. В его глазах утихал огонь. Он кивнул. Эсме шагнула к нему и крепко обняла. Адиль прижал её к себе, уткнувшись лицом в её волосы, и они стояли так, в лесу, в тишине, нарушаемой только дыханием и стуком сердец. *** Они спустились обратно к особняку, держась за руки. Адиль уже выглядел спокойнее, но в его глазах всё ещё теплилась стальная решимость. Когда они подошли к дому, он сразу повернулся к своим людям. — Приведите ко мне Уюбхана, — приказал он. — Сейчас же. Бледный Чакыр шагнул вперёд, нервно сглотнув. — Начальник, господин Адиль… он сбежал. *** Исо шагнул к Фадиме, которая сидела на диване, сжавшись в комок, и не могла остановить слёзы. Он наклонился, взял её за руки и помог подняться. — Так, всё! — сказал он, и в голосе его послышалась твёрдость. — Да, этот разговор… этот разговор… Хватит себя мучить. Вставай, уходим! Поехали домой! Фадиме подняла на него заплаканные глаза и прошептала: — У нас больше нет дома. — Не говори глупости, — ответил Исо, помогая ей надеть куртку. — Наш дом там, где мы вместе. Он быстро застегнул её куртку, опустился на колено и надел на неё ботинки. Затем натянул свою обувь, подхватил жену на руки и пинком открыл дверь. Он вынес её из особняка и начал спускаться по лестнице. Возле стоянки он остановился, поставил Фадиме на ноги. Она покачнулась от пережитого потрясения, и Исо быстро усадил её на ступени, а сам сел рядом. — Фадиме, — сказал он мягко, — я сказал тебе: пойдём отсюда. Но если хочешь остаться… если хочешь, мы останемся, и я выломаю для тебя все закрытые Адилем двери. Я готов. Он взял её лицо в ладони и вытер слёзы. Робкая улыбка появилась на губах Фадиме. — А если он закрыл для меня своё сердце? — спросила она тихо. — Нет, конечно! — А если я потеряла его, Исо? — Разве такое возможно? — Он же сказал «соболезную», — прошептала Фадиме. — Он сказал, что больше не брат мне. Исо взял её за руки, сжал их в своих ладонях. — Фадиме, Адиль очень зол. Это не он говорил, а его гнев. Адиль так не думает. Дай ему время остыть и помириться с тобой. — Когда родители умерли, все приносили мне соболезнования, а я не понимала, что это значит. А теперь мой брат… Фадиме снова заплакала, и Исо выругался сквозь зубы. Он повернулся к жене, стараясь не показывать, как зол на её брата. — Когда мой папа умер, мне тоже все приносили соболезнования, — сказал он тихо. — Тогда бабушка объяснила мне значение слова «баш» на старотурецком — это означает «рана». Истинный смысл соболезнования: «Пусть твоя голова будет здорова». То есть пусть твоя рана заживает. Фадиме подняла на него глаза, в которых теплилась надежда. — Это правда? — Конечно правда, моя дорогая любимая жена. Рана твоего брата — твоя рана. Ваши раны заживут. — А если не заживут? Исо уткнулся лбом в её лоб и прошептал: — Заживут. Разве может быть иначе? Фатих, которая стояла неподалёку, подогнала пикап поближе к ступеням. Оруч уже выехал со стоянки.  Исо поднялся, помог Фадиме встать и осторожно усадил её на заднее сиденье пикапа. Затем сел рядом, обнял её, прижимая к себе, и поцеловал в лоб. — Всё будет хорошо, — прошептал он. — Я обещаю. Машина тронулась, оставляя позади особняк Кочари. Фадиме всхлипывала в объятиях Исо, уткнувшись лицом ему в грудь, а он гладил её по спине и шептал слова утешения. Фадиме молчала, но её слёзы постепенно стихали. Она чувствовала тепло его рук, слышала ровный стук его сердца и знала — он будет рядом. Всегда. Дорога в Фуртуна была долгой, но Исо не отпускал жену ни на мгновение. *** Машина остановилась у дома Оруча в Фуртуна. Исо вышел первым, обошёл машину, открыл дверь и осторожно вынул жену из салона. Фадиме, всё ещё не в силах держаться на ногах, обвила руками его шею, спрятав лицо у него на груди. Исо прижал её крепче и понёс к дому. Он подождал у двери, пока Оруч не откроет её. Со стороны на них молча смотрели Гёкхан и Гезеп. Оба стояли по разные стороны дома и вопросительно переглядывались, глядя на процессию. — Что случилось? — тихо спросил Гёкхан, делая шаг к Фатих, которая выходила из машины. Фатих подняла руку, останавливая его: — Потом. Я вам потом расскажу. Гёкхан замер, нахмурившись. В этот момент из дверей особняка выбежала Зарифе. Она была взволнована, и её глаза лихорадочно блестели. Она сразу же бросилась к Исо, пытаясь заглянуть в лицо Фадиме. — Вы разведетесь? — выпалила она, почти не скрывая надежды. — Что случилось? Вы разведетесь? Исо даже не взглянул на неё. Он молча поднялся на крыльцо, пронёс Фадиме в дом и исчез в коридоре, оставляя Зарифе на пороге. Оруч закрыл дверь за братом и развернулся к матери. — Ты знала, мама, — сказал он, и голос его дрожал от гнева. — Ты знала, что дядя хотел убить Фадиме а Исо женился ради её жизни. Ты знала и ничего  ничего не сказала. Зарифе отшатнулась, прижимая руки к груди. — Я думала, что так будет лучше. Я не хотела вмешиваться! — Не хотела? — переспросил Оруч. — Ты всегда вмешиваешься, мама. Но когда речь идёт о том, чтобы защитить свою семью, ты молчишь. Почему? — Оруч, я… — Не надо, — прервал он. — Я устал от твоих оправданий. Он отвернулся от матери и увидел выбежавшую из дома соседнего Элени. Она была обеспокоена, её взгляд метался от дверей за которыми скрылся Исо, к Зарифе и Оручу. — Что случилось? — спросила она. — Я видела, как Исо нёс Фадиме. Они не развелись? — Нет, не развелись, — ответил Оруч, и в его голосе слышалась горечь. Гёкхан и Гезеп подошли ближе. Все трое — Элени, Гёкхан и Гезеп — смотрели на Оруча и Зарифе, пытаясь понять, что здесь произошло. Зарифе стояла, не зная, что сказать. Она чувствовала, как все взгляды обращены на неё, как её снова обвиняют в том, что она не смогла защитить свою семью. Но слова застревали в горле. Гёкхан перевёл взгляд на Оруча. — Что там произошло, Оруч? Рассказывай. Оруч вздохнул, проводя рукой по лицу. — Адиль узнал правду. О том, что Исо женился на Фадиме, чтобы спасти её от Шерифа. Он в ярости. Он сказал Фадиме, что она больше не его сестра. Элени ахнула, прикрывая рот рукой. — Боже мой… Гезеп покачал головой, сжимая кулаки. — Адиль всегда был горячим, но чтобы так… Гёкхан смотрел на дверь, за которой скрылся Исо с женой. — Что теперь будет? — спросил он тихо. Оруч повернулся к матери и посмотрел на неё с усталостью. — Теперь мы будем ждать. Адиль должен остыть. Другого выхода нет. *** Исо тихо вошёл в спальню, держа в руках поднос с тарелкой супа и чашкой чая. Он присел на край кровати, где Фадиме лежала, свернувшись калачиком, и смотрела в одну точку. — Дорогая жена, — сказал он мягко, — нужно поесть. Ты сегодня ничего не ела. — Не хочу, — прошептала она, отворачиваясь к стене. — Я знаю, что не хочешь, — ответил Исо, ставя поднос на тумбочку. — Но ты должна поесть. Ради меня. Пожалуйста. Он сел рядом, помог ей приподняться, подложил подушку под спину и взял ложку. Фадиме посмотрела на него усталыми глазами, но не стала спорить. Она позволила ему поднести ложку к губам и сделала несколько глотков горячего супа. — Ещё, — сказал Исо, и она покорно открыла рот. Он кормил её, пока тарелка не опустела наполовину. Потом отставил поднос в сторону и снова сел рядом, обнимая её за плечи и притягивая к себе. — Всё будет хорошо, — сказал он, целуя её в макушку. — Я обещаю. Фадиме прижалась к нему, чувствуя, как его тепло согревает её изнутри. Она молчала, но её дыхание стало ровнее, слёзы перестали течь. — У тебя есть какие-нибудь дела завтра? — вдруг спросила она, поднимая на него глаза. В её голосе звучала надежда, что он будет рядом, что она не останется одна в этом пустом доме. Исо улыбнулся, глядя на неё с такой нежностью, что её сердце сжалось. — Есть, — ответил он. — Ты. Ты моё главное дело. На губах Фадиме проступила лёгкая, почти незаметная улыбка. Она была слабой, но искренней. — Давай ложись спать, дорогая жена, — сказал Исо, помогая ей снять кофту. — Ты устала. Тебе нужен отдых. Он помог ей лечь, поправил подушку и укутал одеялом. — Хорошо, — ответила Фадиме, глядя на него. — Тогда ты тоже ложись. — Конечно лягу, — усмехнулся Исо. — Иначе потом моя Фадиме выйдет и начнёт говорить: «Где Исо? Куда делся?». Так что, ладно. Давай, ложись. Он укутал её одеялом, поцеловал в лоб и, взяв свою подушку, устроился на полу. В комнате воцарилась тишина. Слышно было только, как ветер за окном шевелит листву, и где-то вдалеке лает собака. Исо лежал на боку, глядя в окно и думал о том, что сегодня они пережили. О том, что завтра будет новый день. О том, что он сделает всё, чтобы защитить свою жену. Он уже почти задремал, когда услышал лёгкий шорох. Фадиме тихо спустилась с кровати, бесшумно ступая босыми ногами по деревянному полу. Она присела рядом с ним на корточки, а затем легла сзади, прижимаясь к его спине и обнимая его за пояс. Её дыхание было тёплым и ровным. Исо замер на мгновение, чувствуя, как её маленькие руки обхватывают его. Затем он осторожно взял её ладошку в свою, поднёс к губам и поцеловал её пальцы — один за другим, невесомо, будто боялся спугнуть этот миг. Потом устроил их руки у себя на груди, накрывая её ладонь своей. Они лежали так, прижавшись друг к другу, и слушали, как за окном шумит ветер. И мир, который казался таким холодным и враждебным, вдруг стал тёплым и безопасным. Потому что они были вместе. Фадиме закрыла глаза и почувствовала, как её дыхание становится ровным и спокойным. Впервые за долгие часы она чувствовала себя в безопасности. Она знала, что Исо будет рядом — всегда. Они заснули вместе — на полу, обнявшись, и ничто не могло нарушить их покой.