Море мести, горы лжи

Фатих проснулась на рассвете. Первые лучи солнца только начинали золотить горизонт, окрашивая небо в нежные розово-оранжевые тона. Она лежала несколько мгновений, прислушиваясь к тишине, и чувствовала, как внутри неё разливается странное спокойствие. Свобода. Она действительно свободна. Быстро накинув купальник и халат-парео, женщина бесшумно выскользнула из номера и спустилась вниз. Пляж был пустым, только волны шумно накатывали на берег, оставляя на песке кружево пены. Фатих сбросила сандалии и побрела по влажному песку, наслаждаясь ощущением прохлады под ногами. Она села на песок, обхватив колени руками, и уставилась на линию горизонта. Солнце медленно поднималось из воды, разливая по небу золото и багрянец. Где-то вдалеке кричали чайки, ветер доносил солёный запах моря. Фатих смотрела на восход и думала о своей жизни. Десять лет. Десять лет брака по принуждению, без любви, без уважения. Десять лет, когда она была не женой, а функцией — красивым аксессуаром, который должен был украшать собой жизнь Кенана Ильдырыма. Десять лет, когда её мнение не имело значения, когда её чувства были никому не нужны. Она вспомнила, как впервые переступила порог особняка Илдырымов. Как надеялась, что сможет полюбить человека, за которого выходит замуж. Как пыталась быть хорошей женой, заботиться о муже, создавать уют в доме. И как постепенно понимала, что Кенан никогда не видел её настоящей. Он видел только то, что хотел видеть — красивую картинку, которая должна была соответствовать его статусу. А потом были унижения. Измена. Публичные оскорбления. Её чувства, её достоинство — всё было растоптано. Фатих почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но она не дала им пролиться. Вместо этого она быстро скинула халат и бросилась в воду. Море было прохладным, но не холодным. Фатих нырнула с головой, и солёная вода сомкнулась над ней. Она кричала под водой — кричала так громко, как могла, выпуская наружу всю боль, которая копилась годами. Это была не истерика, не нервный срыв. Это было очищение. Она сбрасывала с себя десять лет жизни, которые прожила не своей жизнью. Десять лет притворства, лжи и боли. Десять лет, которые она больше никогда не вернёт. Когда лёгкие начали гореть от нехватки воздуха, она вынырнула, жадно глотая воздух. Волны качали её, и она позволила им нести себя, чувствуя, как с каждым вдохом уходит тяжесть. Она снова нырнула, снова кричала под водой, выпуская наружу всё, что накопилось. Устав и наглотавшись воды, Фатих наконец вышла на берег. Она опустилась на колени на мокрый песок, обняла себя руками и заплакала. Слёзы текли по её лицу, смешиваясь с морской водой, и она не пыталась их остановить. Она плакала о потерянных годах, о несостоявшейся любви, о себе — той наивной девушке, которая верила, что брак может быть счастливым. Наконец слёзы иссякли. Фатих глубоко вздохнула, вытерла лицо руками и поднялась. Она чувствовала усталость, но внутри неё разливалось странное облегчение. Будто она сбросила с себя тяжёлый груз, который носила слишком долго. Она накинула халат и зашагала обратно к отелю. *** Когда Фатих вошла в холл, к ней тут же подошёл работник отеля. — Госпожа Фатих, господин Демир приглашает вас на завтрак. Прошу, следуйте за мной. Фатих удивилась, но любопытство взяло верх. Она кивнула и последовала за служащим. Поднявшись на верхний этаж, она вышла на просторную террасу, где был накрыт роскошный стол. Там уже сидел Демир — в светло-бежевом костюме, небрежно развалившись в кресле, с бокалом в руке. — Фатих! — поприветствовал он, поднимаясь. — Ты выглядишь… освежённой. Как будто сбросила с себя пару десятков лет. — Может быть, так и есть, — ответила она, садясь за стол. — Но ты, видимо, не просто так пригласил меня на завтрак. — А разве я не могу просто наслаждаться компанией прекрасной женщины? — усмехнулся Демир, жестом приказывая официанту подать кофе. Фатих улыбнулась, но в её глазах мелькнула настороженность. — Демир, давай без игр. Что ты хочешь? Демир откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на неё. — Я хочу купить твои акции компании Илдырымов. Фатих подняла бровь. — Акции, которые я получила по решению суда? — Именно. Я предлагаю сумму в два раза больше их реальной стоимости. Фатих взяла чашку кофе, сделала глоток и задумчиво посмотрела на него. — Щедрое предложение. Но почему такая щедрость? Что не так с вашей конкуренцией? Демир помедлил, затем поставил бокал на стол. — Ты хочешь знать правду? — спросил он. — Я хочу знать, с кем имею дело, — ответила Фатих. Демир вздохнул, и в его глазах мелькнула тень прошлого. — Я старший брат Кенана, — сказал он. — И я хочу наказать их за то, как Илдырымы поступили с моей матерью. Фатих замерла. Она смотрела на него, пытаясь переварить услышанное. Где-то в глубине души мелькнуло странное чувство — она уже слышала что-то подобное, но не могла вспомнить, где и когда. — Ты… брат Кенана? — переспросила она. — Но почему они сделали вид, что тебя не существует? — Потому что я был рождён вне брака, — ответил Демир с горечью. — Мой отец, Кулкан Ильдырым, отказался от меня, когда узнал, что моя мать беременна. Он предпочёл забыть о моём существовании, а моя мать умерла, так и не дождавшись от него признания. Фатих смотрела на него, чувствуя, как её сердце сжимается от сочувствия. — И поэтому ты хочешь уничтожить их? — Я хочу забрать у них всё, что им дорого, — твёрдо сказал Демир. — Акции, деньги, репутацию. Они заплатят за то, что сделали с моей матерью. И за то, что сделали с тобой. Фатих молчала, обдумывая его слова. — Допустим, я соглашусь продать тебе акции, — сказала она наконец. — Но на одном условии: мы оформляем сделку сейчас. Без задержек. — Замечательно, — улыбнулся Демир. — Адвокат и нотариус уже здесь. Он сделал паузу, затем добавил: — И ещё одно предложение, Фатих. Более личное. — Какое? — Выйди за меня замуж, — сказал Демир, и в его голосе не было игривости. Фатих замерла, глядя на него. — Ты серьёзно? — Я предлагаю тебе брак по расчёту, — пояснил Демир. — Ты получишь статус, деньги, защиту. Я получу доступ к твоим акциям и контроль над компанией. Это будет выгодно нам обоим. Фатих посмотрела на него долгим взглядом, затем мягко улыбнулась и покачала головой. — Спасибо за предложение, Демир, но я больше не хочу быть чьей-то пешкой. Я хочу, чтобы меня любили, а не использовали. Демир слегка нахмурился, но быстро взял себя в руки. — Я понимаю. Прости, если моё предложение показалось тебе неуместным. — Всё в порядке, — ответила Фатих. — Я принимаю твоё предложение по акциям. Но брак — нет. Демир кивнул. — Хорошо. Но давай не будем тянуть, как Илдырымы. Адвокат и нотариус здесь. Мы можем оформить сделку завтра утром. — Мне нужно посоветоваться с семьёй, — сказала Фатих. — Завтра я дам окончательный ответ. — Договорились, — улыбнулся Демир. Фатих встала и, прежде чем уйти, обернулась. — И ещё, Демир. Если я соглашусь, я хочу, чтобы ты знал: я делаю это не ради мести. Я делаю это ради новой жизни. Своей жизни. Без Илдырымов. Она ушла, оставляя Демира одного на террасе. *** Фадиме проснулась и какое-то время лежала неподвижно, прислушиваясь к своему телу и чувствам. Мышцы приятно тянуло в непривычных местах — лёгкая, сладкая боль, которая напоминала о прошедшей ночи. Она слегка поморщилась, улыбнувшись своим ощущениям, и открыла глаза. Первое, что она увидела, — ласковый взгляд голубых глаз. Исо лежал на животе, подперев голову рукой, и смотрел на неё с такой нежностью, что у неё перехватило дыхание. Увидев, что она проснулась, его губы тут же растянулись в счастливой улыбке. — Доброе утро, дорогая жена... — сказал он, сделав упор на последнем слове, и в его голосе звучала такая гордость и счастье, что Фадиме почувствовала, как жар приливает к щекам. Она смутилась и потянула одеяло, чтобы спрятаться в нём, но Исо не дал ей этого сделать. Он со смехом стянул одеяло, обнажая её плечи, и чмокнул удивлённую девушку в нос. — Ты не жалеешь? — спросил он, и в его голосе послышалось напряжение. Он ждал её ответа, как самого важного в жизни. Фадиме улыбнулась, протянула руку и погладила его по щеке. Отросшая за ночь щетина царапала её пальцы, но ей нравилось это ощущение лёгкого покалывания. Она чувствовала его тепло, его близость, и внутри неё разливалось спокойствие. — Нет, — ответила она тихо, глядя ему в глаза. — Всё было замечательно. Это ощущается правильно. Он перехватил её руку, прижал к своим губам и поцеловал, не сводя с неё глаз. В его взгляде было столько любви и благодарности, что у Фадиме сжалось сердце. Она придвинулась ближе к нему и тут же оказалась в его тёплых объятиях. Одна его рука начала перебирать её волосы, и она наслаждалась этим действием, прикрыв глаза. — Знаешь, — снова заговорила Фадиме, и её голос был похож на шелест листвы за окном, — сегодня я боялась, что всё это — сон. Что я проснусь, а тебя не будет рядом. Исо прижал её к себе крепче, словно пытаясь физически опровергнуть её слова. — Я здесь, моя Фадиме, — прошептал он. — Я весь твой и никуда от тебя не денусь. Девушка приподнялась и поцеловала его. Исо обнял её крепче, и поцелуй из нежного стал страстным. Она чувствовала, как его руки скользят по её спине, как его дыхание учащается, и всё внутри неё отзывалось на каждое его прикосновение. — Фадиме... — когда Исо наконец смог оторваться от жены, его голос стал ниже, а руки всё ещё обвивали её талию. Он сглотнул, и его взгляд задержался на её обнажённой груди. — Наверное, не нужно так спешить... Тебе надо немного отдохнуть... Давай не будем торопиться. — К чёрту неторопливость, — выдохнула она ему в рот, утягивая мужа в новый головокружительный поцелуй. Они всё утро провели в постели. Разговаривали, целовались, ласкались и занимались любовью. Каждое прикосновение было наполнено открытием, каждое движение — исследованием тел и душ друг друга. Они смеялись, шептали друг другу нежности, и время текло незаметно, растворяясь в их объятиях. Стук в дверь прервал их уединение. — Для вас был заказан завтрак, — раздался голос официанта. Исо чертыхнулся, но с улыбкой. Он быстро натянул халат, прикрыл дверь в спальню и впустил официанта с тележкой, полной всяческой еды. На столе стояли свежие круассаны, фрукты, сыры, яйца, свежевыжатый сок и — конечно — бутылка шампанского. — Спасибо, — поблагодарил Исо, отпуская парня. Когда дверь за официантом закрылась, он откатил тележку в комнату. Фадиме, закутанная в простыню, смотрела на него с лукавой улыбкой. — Кто это был? — спросила она, хотя уже знала ответ. — Наш завтрак, — ответил Исо, подходя к кровати. — Но я думаю, мы можем съесть его прямо здесь. Еда была съедена посреди развороченной постели с варварской непосредственностью. Они кормили друг друга виноградом, пили шампанское прямо из бокалов, смеялись и не могли оторваться друг от друга. После обеда Исо заметил, что Фадиме слегка морщится при движениях. Её мышцы явно беспокоила боль в непривычных местах. Он подхватил её на руки, не давая возразить, и понёс в ванную. Ванная комната была огромной — с большой мраморной ванной, панорамным окном, выходящим на море, и мягкими полотенцами. — Ты что делаешь? — улыбнулась Фадиме, когда он опустил её на край ванны. — Я забочусь о своей жене, — ответил он, включая воду. — Тебе нужно расслабиться. Он наполнил ванну горячей водой, добавил пену и ароматное масло. Когда всё было готово, он помог ей забраться внутрь, а затем, сняв халат, присоединился к ней. Они пили шампанское, и он мыл её — медленно, нежно, касаясь каждого дюйма её кожи. Его пальцы скользили по её плечам, спине, рукам, и она чувствовала, как напряжение уходит, растворяясь в тёплой воде и его прикосновениях. — Ты невероятная, — прошептал он, целуя её плечо. — Ты тоже, — ответила она, поворачиваясь к нему. Вода плескалась вокруг них, пар поднимался вверх, и в этой интимной обстановке они снова предались любви — на этот раз медленно, нежно, наслаждаясь каждым мгновением. Когда они закончили, они долго лежали в ванне, обнимаясь, глядя в окно на бескрайнее море и чувствуя, как время замедляется, оставляя им только этот момент, эту близость, эту любовь. Ближе к вечеру они решили, что оставлять Фатих одну было бы с их стороны настоящим свинством. Исо позвонил сестре, и они договорились встретиться на ужине в ресторане при отеле. Фадиме стояла перед зеркалом, всё ещё подсушивая непослушные волосы. Она смотрела на своё отражение и не узнавала себя. Лицо сияло — словно в зеркале на неё смотрела совсем другая девушка. Глаза блестели, на щеках горел румянец, губы были ярко-алыми от природы, без всякой помады. Она изменилась. Неужели от того, что тебя кто-то любит, человек может так сильно преобразиться, буквально за несколько часов? Ей хотелось порхать, словно она нашла источник неиссякаемой энергии. — Ты готова? — раздался голос Исо из-за двери. Он вошёл в комнату и замер, увидев её. Он уже был одет — в лёгкую светлую рубашку с закатанными рукавами и тёмные брюки. Его взгляд скользнул по её фигуре, задержался на её лице, и он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у Фадиме всё внутри переворачивалось. — Ты прекрасна, — сказал он просто, но в его голосе было столько искренности, что она почувствовала, как снова краснеет. — Ты тоже выглядишь… — она запнулась, подбирая слова, — очень хорошо. — Я выгляжу счастливым, — поправил её Исо, подходя ближе. — И это только благодаря тебе. Он поцеловал её в лоб, взял за руку и повёл к выходу. *** Исо и Фадиме спустились в ресторан, держась за руки. Фадиме всё ещё чувствовала себя невесомой, её лицо сияло, глаза блестели, а на губах играла счастливая улыбка. Исо рядом выглядел не менее довольным — даже походка у него стала легче, словно он сбросил с плеч тяжесть, которую носил годами. Фатих уже ждала их за столиком. Она подняла глаза и окинула пару лукавым, понимающим взглядом, от которого Фадиме тут же покраснела. — Ну надо же, — протянула она, покачивая бокал с водой. — Мои молодожёны всё-таки соизволили спуститься. А я уж думала, вы решили пропустить ужин и остаться в номере до утра. — Фатих! — возмутился Исо, но в его голосе слышалась усмешка. — Мы же не так уж долго… — Не так уж долго? — перебила сестра, приподняв бровь. — Исо, ты пропустил закат. И полнеба. Я уже успела выпить два кофе, передумать все свои жизненные планы и почти подружиться с официантом. Фадиме рассмеялась, и Фатих подмигнула ей, давая понять, что не злится. Она пододвинула к ним меню. — Садитесь уже, голубки. Рассказывайте, как прошёл ваш день. Они заказали ужин, и Фатих начала рассказывать о своём дне. — Демир пригласил меня на завтрак, — сказала она, делая глоток вина. — Очень милый завтрак. Роскошный стол, вид на море, шампанское… А потом предложил выкупить мои акции Илдырымов. Исо нахмурился, когда услышал имя Демира. — Ты пошла к нему одна? — спросил он, и в его голосе послышались тревожные нотки. — Фатих, он же незнакомый человек. Что, если бы он попытался тебя обмануть? Или использовать? Фатих улыбнулась. — Исо, я взрослая женщина. Я справлюсь с Демиром. — Я знаю, что ты взрослая, — ответил Исо, но голос его был серьёзным. — Но этот город, эти люди… Я не хочу, чтобы ты рисковала. В следующий раз не ходи к нему одна. Если он захочет встретиться — я пойду с тобой. Или хотя бы подожду в машине. Договорились? Фатих вздохнула, но в её глазах мелькнула тёплая искра. Она знала, что брат переживает за неё, и это было приятно. — Ладно, договорились, — сказала она. — Но, честно говоря, он был очень корректен. Даже не настаивал на браке, когда я отказала. — Он предлагал тебе брак?! — воскликнула Фадиме, округлив глаза. — Предлагал, — усмехнулась Фатих. — Я отказалась. Мне нужен мужчина, который будет любить, а не использовать. Исо переглянулся с женой, и они оба улыбнулись, чувствуя гордость за неё. Когда они уже почти доели десерт, Фатих предложила позвонить Оручу и Гёкхану. — Они наверняка тоже хотят узнать, как мы тут, — сказала она, доставая телефон. — И заодно обсудить акции. Она набрала номер, и через несколько секунд на экране появились лица Оруча и Гёкхана. Они сидели в каком-то офисе, и за их спинами виднелись стопки бумаг. — Брат! — воскликнул Оруч, увидев Фатих. — Вы как там? Всё хорошо? — Всё отлично! — ответила Фатих, поворачивая камеру так, чтобы захватить Исо и Фадиме. — Мы тут ужинаем, наслаждаемся закатом. А вы что делаете? — Набираем новых людей на склады и заводы, — ответил Гёкхан, и его голос звучал серьёзно. — После всего, что случилось, нам нужно усилить охрану. Особенно сейчас, пока Шериф на свободе. — Умно, — кивнул Исо. — Если что-то понадобится, я могу связаться с проверенными ребятами. — Учту, — сказал Оруч и перевёл взгляд на сестру. — Фатих, я слышал, у тебя было предложение от Демира? — Да, он предлагает купить мои акции холдинга, — ответила Фатих. — Я склоняюсь к тому, чтобы согласиться. Оруч задумался. — Это разумно, — сказал он. — Акции Илдырымов — это не только деньги, но и головная боль. Продашь — и будешь свободна. Но я хочу, чтобы ты была осторожна с этим Демиром. — Я так и знала, что ты это скажешь, — улыбнулась Фатих. — Я серьёзно, — нахмурился Оруч. — Не встречайся с ним одна. Только с Исо. Я не хочу, чтобы ты попала в неприятности. — Хорошо, брат, — мягко ответила Фатих. — Мы уже это обсудили. Гёкхан, сидящий рядом с Оручем, смотрел на экран с хмурым лицом. Он старался не вмешиваться, но когда речь зашла о Демире, его челюсть сжалась так, что стало видно, как перекатывается желвак. Он скрипел зубами, ревность и беспокойство боролись внутри него. — Гёкхан, ты слышал? — спросил Исо, заметив его состояние. — Да, я всё слышал, — ответил он сухо. — И я тоже хочу, чтобы Фатих была осторожна. Фатих улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается внутри от осознания того, что о ней заботятся. — Не переживайте, ребята, — сказала она. — Я справлюсь. И завтра мы встретимся с Демиром и всё решим. Вместе с Исо. — Умница, — одобрил Оруч. — И держите нас в курсе. Они ещё немного поговорили о делах, о возвращении в Фуртуна, о планах на ближайшие дни. Наконец, попрощавшись, они завершили звонок. Фатих опустила телефон и улыбнулась брату и невестке. — Ну что, молодожёны, — сказала она. — Готовы к завтрашнему дню? — Всегда готовы, — ответил Исо, обнимая жену за плечи. Фадиме прижалась к нему, чувствуя, как её переполняет счастье. А в другой части города Гёкхан ходил по комнате, сжимая кулаки, и не мог избавиться от мысли о Демире. — Успокойся, — сказал ему Оруч. — Она не выйдет за него замуж. Ты же слышал. — Я слышал, — процедил Гёкхан. — Но этот человек ей что-то предложил. И это меня бесит. Оруч усмехнулся. — Хочешь, я позвоню Фатих и скажу, что ты ревнуешь? — Не смей! — воскликнул Гёкхан, но в его глазах мелькнула улыбка. — Я сам с ней разберусь. Оруч рассмеялся, но в его смехе не было злости. Он знал, что Гёкхан просто боится потерять Фатих. И это было хорошим знаком. *** После ужина Исо и Фадиме решили прогуляться. Они вышли из ресторана и направились к пляжу, держась за руки. Вечер был тёплым, звёздное небо раскинулось над морем, и вдалеке слышался тихий шум волн. Песок был ещё тёплым от дневного солнца, и Фадиме с наслаждением ступала по нему босиком, держа туфли в свободной руке. — Какой чудесный вечер, — тихо сказала она, глядя на бесконечную водную гладь. — Я даже не думала, что Анталия может быть такой… спокойной. — Это не Анталия, — ответил Исо, останавливаясь и поворачиваясь к ней. — Это мы. Мы такие, когда мы вместе. Фадиме улыбнулась, чувствуя, как её сердце наполняется теплом. — Знаешь, — задумчиво произнесла она, — когда я вспоминаю наш первый поход… то, как ты меня похитил… Я тогда ужасно злилась на тебя. И боялась. Но теперь… Она замолчала, ища нужные слова. — Что теперь? — мягко спросил Исо, и в его голосе слышалось лёгкое напряжение. Он всё ещё помнил тот день и вину, которую носил в себе. — Теперь я понимаю, что без того похищения у нас бы ничего не было, — сказала Фадиме. — Ты утащил меня как мешок картошки, — она усмехнулась, — но благодаря этому мы оказались здесь и сейчас. Я даже благодарна тебе за это. Правда. Она стукнула его кулаком в плечо — не сильно, скорее шутливо. Исо удивлённо посмотрел на неё, затем на его лице появилась озорная улыбка. — Правда, девочка? Ну ладно! — сказал он, и в одно мгновение, одним ловким движением, вскинул её на плечо. Фадиме взвизгнула и начала извиваться, хохоча и пытаясь вырваться. — Исо! Пусти! Нас же увидят! — Надо было думать об этом до того, как провоцировать меня, дорогая жена, — ответил он, поднимая её выше и слегка шлёпнув по заднице. — Ты сама начала про похищения. — Я не провоцировала! — крикнула она сквозь смех. — Я сказала, что благодарна тебе! — Ага, а потом стукнула меня, — усмехнулся Исо, шагая в сторону отеля. — Я решил, что ты хочешь повторить. Фадиме смеялась, хотя и пыталась сохранить достоинство, но её попытки были смешны. Они проходили мимо нескольких других гостей, которые улыбались, глядя на них. Фадиме закрыла лицо руками, но продолжала хохотать. — Исо, мы сейчас упадём, — простонала она. — Не упадём, я тебя держу крепко, — ответил он, и в его голосе было столько уверенности, что она поверила. Он нёс её до самого лифта и только там опустил на ноги. Фадиме поправила платье, всё ещё красная и смеющаяся. — Ты неисправим, — сказала она. — Ты меня таким и полюбила, — парировал он, нажимая кнопку лифта. верхнего балкона за ними наблюдала Фатих. Она стояла, облокотившись на перила, с телефоном у уха, и улыбалась. — Ты не поверишь, что они сейчас делают, — сказала она в трубку. — Исо только что нёс её на плече через весь пляж. Как мешок картошки. И она визжала. Гёкхан на том конце провода усмехнулся. — А ты не завидуешь? — спросил он. — Ни капли, — ответила Фатих. — Я рада, что они наконец-то счастливы. И я могу смотреть на них и улыбаться. Она видела, как Исо опустил Фадиме на землю у входа в отель, как он обнял её и поцеловал. — Они сейчас войдут, — добавила Фатих. — Кажется, у них будет ещё одна бессонная ночь. — Тогда не мешай им, — посоветовал Гёкхан. *** Утро выдалось ясным и солнечным. Фатих поднялась по ступеням офисного здания Демира с лёгким сердцем и чувством уверенности. Её сопровождал адвокат, который проверил все документы заранее. Теперь оставалось только поставить подпись. Демир ждал её в конференц-зале с видом на море. Он был одет в безупречный костюм, выглядел довольным и расслабленным. Когда Фатих вошла, он поднялся и улыбнулся ей. — Доброе утро, Фатих. Готова сделать это? — Доброе утро, Демир. Я готова. Они сели за стол, и адвокаты разложили документы. Фатих бегло просмотрела их в последний раз, убедилась, что всё верно, и поставила подпись. Демир сделал то же самое. Когда последняя страница была подписана, он откинулся на спинку стула и потирал руки с едва скрываемым удовольствием. — Поздравляю, — сказала Фатих, складывая свои экземпляры в сумку. — Теперь это твои проблемы. — Спасибо, — искренне ответил Демир. — Ты сделала правильный выбор. Фатих поднялась, но задержалась на мгновение. Она посмотрела на мужчину, который, несмотря на свою внешнюю уверенность, казался ей одиноким и потерянным. — Демир, — сказала она мягко, — я хочу попросить тебя кое о чём. Он поднял брови: — О чём? — Постарайся стать счастливым, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Для этого необязательно уничтожать Илдырымов. Поверь, они прекрасно справляются с этим самостоятельно. Просто будь счастлив вопреки тому, что ты их родственник, ладно? Демир замер, удивлённый её словами. Затем на его лице появилась странная, почти задумчивая улыбка. Фатих наклонилась и легко поцеловала его в щёку. — Спасибо за всё, — сказала она и направилась к выходу. Но не успела она сделать и пары шагов, как голос Демира остановил её. — Теперь я ещё больше хочу на тебе жениться, — сказал он глухо, прикасаясь к тому месту, которого коснулись её губы. — Ты не передумала? Моё предложение всё ещё в силе. Фатих обернулась и ласково рассмеялась. В её смехе не было насмешки, только тепло. — Меня кое-кто ждёт в Трабзоне, — просто ответила она. Демир удивлённо поднял бровь. — А ты быстрая, — усмехнулся он. — И полугода не прошло с того момента, как ты уехала, а уже нашёлся претендент. Впрочем, я не удивлён. Такую, как ты, нужно хватать сразу, иначе останешься, как я, — только кусать локти. Фатих пожала плечами, но улыбнулась. — Спасибо за предложение, Демир. Но я сделала свой выбор. Она развернулась и вышла, оставляя его одного. Демир проводил её взглядом, затем опустил взгляд на подписанные документы, провёл пальцами по её подписи и усмехнулся. — Интересная женщина, — пробормотал он себе под нос. — Очень интересная. И очень правильная. Он отложил бумаги в сторону и посмотрел на море, вспоминая её слова о счастье. Может быть, она была права. Может быть, действительно стоило попробовать. *** Фатих сидела в шезлонге под большим пляжным зонтиком, лениво потягивая холодный лимонад. На ней был лёгкий белый купальник, тёмные очки скрывали глаза, но улыбка на губах была видна прекрасно. Она смотрела на бассейн и не могла сдержать смеха. Исо и Фадиме вели себя как дети. Они плескались, ныряли, догоняли друг друга, поднимая фонтаны брызг. Фадиме, мокрая и смеющаяся, пыталась убежать от мужа, но он догонял её и с хохотом швырял в воду. Она выныривала, отфыркивалась и снова кидалась в атаку. — Исо! Не смей! — кричала она, но её протесты заглушал смех. — А что мне сделать, дорогая жена? — дразнил он, подплывая к ней. — Ты же сама начала. — Я начала догонять тебя, а не тонуть! — Один и тот же результат, — усмехнулся он и снова нырнул, увлекая её за собой. Фатих покачала головой, улыбаясь. Они были как два котёнка — неугомонные, счастливые, беззаботные. Она видела, как сияют их глаза, как они улыбаются, и чувствовала, как внутри разливается тепло. Это было именно то, чего им не хватало всё это время — просто быть счастливыми. — Вы ещё не устали? — крикнула она, приподнимая очки. Исо вынырнул и махнул рукой, держа Фадиме на руках. — Ни капли! — ответил он. — Мы только начали! Фадиме обняла его за шею и звонко поцеловала в щёку. — Присоединяйся, золовка! — позвала она. Фатих усмехнулась и покачала головой. — Нет, я лучше понаблюдаю. Наслаждаюсь зрелищем. — Мы тебя заставим! — пригрозил Исо, направляясь к бортику. — Только попробуйте! — рассмеялась она, но в голосе не было злости. Они продолжали возиться, а Фатих смотрела на них, чувствуя, как тепло разливается внутри. Всё правильно. Всё на своих местах.