Любители истории

Неделя пролетела как один долгий, утомительный день. Аделаида просыпалась, тащилась на пары (точнее, открывала ноутбук и делала вид, что слушает лекции), потом бежала в «Алый», где Лола вечно ворчала, что Адель медленная, хотя она там единственная, кто вообще двигалась. Потом возвращалась в общагу, падала на кровать и… брала в руки телефон. Элайджа писал каждый вечер. Не назойливо, не требуя ответа в ту же секунду. Просто так, будто они были старыми знакомыми, которые решили возобновить общение. Добрый вечер, Адель. Как прошёл ваш день? Удалось узнать что-то новое о XIV веке? Сегодня был в библиотеке. Нашёл книгу о викторианских платьях. Должен сказать, корсеты выглядят как орудие пытки. Ваши предшественницы были героинями. Надеюсь, вы не работаете сутками. Даже средневековые крестьяне иногда отдыхали. Хотя, судя по истории, не особо. Она ловила себя на том, что ждёт этих сообщений. Что улыбается телефону, как дурочка. Что рассказывает ему про Лолу, про сломанную кофемашину, про то, как какой-то посетитель пытался с ней флиртовать, а она сделала вид, что не понимает английского, хотя до этого приняла его заказ. Элайджа смеялся. Ну, то есть писал «ха-ха», но Аделаида почему-то была уверена, что он действительно смеётся. Только наверное не так как все, а тихо, сдержанно, одними глазами. Он не спрашивал ничего личного. Ни про парней, ни про семью, ни про то, почему она живёт одна в общаге и работает в кафе. Это подкупало больше всего. Но сегодня был совсем не её вечер. Сегодня Аделаида сидела на кровати, сжимая в руках старый ноутбук, который издавал жалобный писк и отказывался включаться, а если и включался то только на пару секунд. — Ну пожалуйста, — прошептала она, нажимая кнопку питания в сотый раз. — Пожалуйста, миленький, я тебя умоляю… Чёрный экран. Тишина. И этот дурацкий писк, от которого уже хотелось плакать. Этот ноутбук она купила, когда ей было пятнадцать. Первые нормальные деньги, заработанные летом в закусочной у трассы. Мать тогда даже не спросила, откуда у неё техника, Аделаида даже не уверена, заметила ли она вообще? Просто в тот день сказала «Когда же ты уже съедишь отсюда. Жить мешаешь». Аделаида молча ушла в свою комнату и включила его впервые. Тогда он казался пределом всех мечтаний. Сейчас — просто кусок пластика, который решил сдохнуть в самый неподходящий момент. — Может, перегрелся? — спросила она вслух. — Или вирус? Или… Она не разбиралась в технике. Вообще. И денег на новый у неё не было. Пришлось тащиться в мастерскую на соседней улице. Мастер — мужчина лет пятидесяти с вечно уставшим лицом, седыми волосами и пальцами в чём-то чёрном — покрутил ноутбук, поцокал языком и выдал вердикт: — Жёсткий диск полетел. Или питание. Надо смотреть. Восемьсот — Долларов? — ахнула Аделаида. — Долларов, конечно — хмыкнул мастер. — восемьсот, и я его починю завтра к обеду. — У меня нет восмиста баксов. — Тогда четыреста, и через четыре дня. Она согласилась на четыреста. Отдала их из тех денег, что лежали на оплату учёбы в этом месяце. Утешала себя тем, что без ноутбука учёба вообще невозможна, а с ноутбуком… ну, хоть как-нибудь. Вернувшись в общагу, она открыла мобильное банковское приложение и уставилась на цифры. Стипендия — 600 баксов в месяц. Работа — максимум 1000, если брать все смены. Учёба — 1500 в месяц. Плюс общага — 400. Плюс еда — хотя бы 200. Плюс этот чёртов ремонт. Она закрыла приложение и отложила телефон. Через минуту снова взяла. — Может, ну его? — прошептала она. — Бросить колледж, пойти работать полный день, переехать и снять комнату дешевле… Но она знала, что не бросит. История была единственным, что у неё было. Единственным, что получалось легко. Единственным, что не напоминало о матери, о долгах, о вечном чувстве, что ты делаешь недостаточно. Телефон пиликнул. Добрый вечер, Адель. Как прошёл ваш день? Удалось узнать что-то новое? Аделаида посмотрела на экран и улыбнулась. Несмотря на то что происходило сейчас в её жизни. Было приятно видеть, что кто-то спрашивает у неё такие вещи. Они проговорили час. Она не рассказала про ноутбук и про деньги, которых в её жизни всегда недостаточно. Просто жаловалась на Лолу и на то, что один посетитель заказал кофе, а потом ушёл, потому что она не сказала на каких зёрнах у них варится кофе. Элайджа сказал, что люди иногда странные и что она явно заслуживает лучшего. — Ага, заслуживаю, — буркнула она, отключаясь. — Золотую медаль за своё терпение и попытку жить как нормальный человек. Перед сном она решила зайти в продуктовый, который работал до полуночи. Настроение было — хуже некуда. И она купила бутылку дешёвого красного вина. Совсем дешёвого — шесть баксов, с пробкой, которая ещё и крошилась при открывании. Дома она налила в кружку (бокалов не было), сделала глоток и скривилась. Вино отдавало уксусом и спиртом, но через полкружки стало всё равно. Через кружку — стало даже хорошо. Она сидела на подоконнике, смотрела на ночной двор общаги и думала. Думала о том, что ей двадцать скоро, а она всё там же. Что мать, наверное, снова пьёт с очередным мужиком и даже не вспоминает, что у неё есть дочь. Что отец, которого она никогда не видела, мог бы быть кем угодно. И это не отменяет одного, того что в свои двадцать она не хочет жить так как сейчас. И что Элайджа… Элайджа другой. Он умный. Он красивый. У него костюмы на заказ — он даже как-то обмолвился, что шьёт их у портного в Лондоне, который работает с ним уже двадцать лет. Двадцать лет, Карл! Адель не могла представить, что такое — ходить к одному портному двадцать лет. Так ещё и с двенадцати лет носить костюмы! Он богат. Очевидно. И он пишет ей. Каждый вечер. Почему? Она допила вторую кружку и взяла телефон. Пальцы сами набрали сообщение.

Элайджа

Вы ещё не спите?

Ответ пришёл через минуту. Не сплю. Что-то случилось? Она закусила губу. Писать? Не писать? Это глупо. Это очень глупо. Он ей никто. Она ему никто. Они просто переписываются неделю. Он подумает, что она охотница за деньгами. Что она… Телефон выпал из рук, стукнулся о подоконник и упал на пол. Аделаида чертыхнулась, слезла с подоконника, подняла его. Экран треснул в углу, небольшая, но трещина. — Вот чёрт, — выдохнула она. И, не думая больше, напечатала:

Не знаю, что мне сейчас делать

Скоро платить за колледж, а мне не хватает

Извините

Я пьяная

Простите

Она отправила и зажмурилась. Пять секунд. Десять. Двадцать. Телефон завибрировал. Не извиняйтесь. И не волнуйтесь. Сколько не хватает? Аделаида уставилась на экран.

Что?

Я спросил, сколько денег вам нужно, чтобы закрыть вопрос с учёбой?

Элайджа, я не могу…

Адель. Ответьте на вопрос. Она сглотнула. Пальцы дрожали.

Полторы тысячи. На месяц. Плюс общага, но общагу я сама…

Я оплачу вам учёбу на следующий месяц. Аделаида чуть не выронила телефон снова.

Вы с ума сошли?

Возможно. Но это не отменяет моего предложения.

Я не могу принять такие деньги просто так.

Я и не предлагаю просто так. Она замерла.

Что вы хотите?

Пауза. Длинная. Очень длинная. Я хочу сделать вам подарок. Пришлите мне адрес, на который я могу его отправить. Когда посылка придёт — вы сфотографируетесь с ней и пришлёте мне фото. Это всё.

Это всё?

Да. И учёба будет оплачена.

А если там будет что-то неприличное?

Адель, я уже тысячу лет не был мальчишкой, который шлёт девушкам неприличные подарки. Обещаю, вас ждёт что-то приятное и совершенно безобидное. Тысячу лет? Странная формулировка. Но вино ударило в голову, и Аделаида не придала значения.

Почему вы это делаете?

Потому что могу. И потому что вы мне нравитесь. Не как… не как объект. Как собеседник. Как человек, который понимает цену прошлого. Позвольте мне сделать для вас малое. Вам станет легче, а я буду знать, что помог. Она перечитала сообщение три раза.

А если я вам напишу адрес, а вы потом исчезнете?

Я не исчезаю. К сожалению для некоторых, я очень… постоянен. Опять странно. Вино шептало: соглашайся. Деньги нужны. Он ничего не просит. Просто адрес и фото. Это же не страшно.

Хорошо.

Она продиктовала адрес ближайшего почтового отделения. Свой номер телефона и полное имя. Аделаида Браун. Довольно распространенная фамилия. Спасибо. Посылка придёт через пару дней. Я буду ждать фото. А завтра утром проверьте почту — платёж за учёбу должен пройти.

Элайджа…

Да?

Спасибо. Правда.

Не за что, Адель. Доброй ночи. И пожалуйста, не пейте больше это вино. Здоровье дороже. Она рассмеялась. Сквозь слёзы облегчения, которые вдруг потекли сами собой.

Откуда вы знаете, что это вино и оно дешёвое?

Потому вино вам подходит. И что хорошее вино не заставляет людей писать незнакомцам о своих финансовых проблемах. Оно заставляет писать стихи. Спокойной ночи. Она отложила телефон и долго смотрела в потолок. — Что я творю? — прошептала она. Но внутри было тепло. Странное, тёплое чувство, что кто-то есть. Кто-то, кто не бросит трубку, не скажет «сама виновата». Кто-то, кто просто хочет помочь. Она заснула с телефоном в руке. Утром её разбудил звонок из банка. — Здравствуйте, Аделаида Браун, это служба безопасности. Зафиксирован подозрительный перевод на ваш счёт. Сумма две тысячи долларов. Вы подтверждаете операцию? Аделаида села на кровати, скидывая одеяло. — Что? А, да, подтверждаю. Всё в порядке. — Хорошо. Блокировка снята. Приятного вам дня. Она открыла приложение банка. Две тысячи. Ровно. С пометкой «На образование. Э.М.» — Охренеть, — выдохнула она. Тут же пришло сообщение. Доброе утро. Надеюсь, выспались. Платёж пришёл?

Пришёл. Даже больше.

На ремонт ноутбука. Я не люблю, когда люди, которые мне дороги, остаются без техники.

Откуда вы…

Вы вчера упоминали, что ноутбук сломался. Я запомнил. У неё перехватило дыхание.

Я не знаю, что сказать.

Скажите «спасибо». И ждите посылку.

Спасибо.

Пожалуйста. Она отложила телефон и улыбнулась. Широко, по-настоящему, впервые за долгое время. Посылка пришла через три дня. Ей позвонили с почты, и уточнили адрес чтобы курьер смог доставить. Аделаида хотела отказаться от доставки на дом, но женщина сказала что она уже оплачена, только адрес надо было уточнить. И вот спустя пару часов она заносит посылку в комнату. Коробка была огромная. Белая, с серебряной лентой и логотипом какого-то скорее всего дорогого магазина, о котором Аделаида наверное даже не слышала. Она затащила её в комнату, дрожащими руками разорвала ленту и открыла. Внутри лежало платье. Она вытащила его, и у неё перехватило дыхание. Тёмно-зелёный бархат. Длинные рукава, кружевной воротник, корсетная шнуровка на спине. Точь-в-точь как на тех картинках викторианской эпохи, которые она как-то раз показывала Элайдже в переписке. Идеальное. Будто сшитое специально для неё. Рядом — коробка с туфлями. Тёмная замша, удобный каблук, изящный бант сзади. И записка. От руки. Подчерк был ужасно красив. «Адель. Вы говорили, что хотели бы примерить викторианское платье. Я нашёл мастера, который шьёт исторические копии. Надеюсь, размер угадал. Жду фото. Ваш Элайджа». Аделаида прижала платье к груди и чуть не расплакалась от радости. Прямо посреди комнаты, стоя в старых джинсах и растянутой футболке, она была так счастлива от того, что кто-то её услышал. Кто-то запомнил. Она надела платье через полчаса. Оно село идеально. Будто его шили по её меркам. Бархат приятно холодил кожу, кружево щекотало шею. Туфли тоже были впору. Она встала перед маленьким зеркалом в углу комнаты и не узнала себя. Из отражения смотрела леди. Настоящая леди из высшего общества, а не девчонка из общаги с потёртой курткой и дешёвым телефоном. Она сделала фото. Несколько штук. Выбрала лучшую — где стоит у окна, как на той старой фотке в её профиле, но теперь в платье мечты.

Спасибо. Это самое красивое, что у меня есть.

Она отправила и замерла. Ответ пришёл через минуту. Вы очень идёт. Я рад, что угадал с размером.

Как у вас это получилось?

Я внимательный.

Слишком.

Для вас — в самый раз. Она улыбнулась и погладила бархат рукава. Ткань была безумно приятной. Впервые за долгое время ей казалось, что всё будет хорошо. Она ещё не знала, что в Нью-Йорке, Элайджа Майклсон смотрит на её фото и улыбается той самой древней хищной улыбкой. Такой как он смотрит на что-то, что ему очень нравится. — Аделаида, — произнёс он, отпивая виски. — Вы даже не представляете, как давно я не встречал таких, как вы. Он поставил бокал и перевёл взгляд на окно. — Добро пожаловать в мой мир. Самое главное не бойтесь и не торопитесь. Я умею ждать.