Любители истории

Суббота началась с ощущения, что мир всё-таки не совсем дерьмовое место. Аделаида проснулась в десять утра — роскошь, которую она не позволяла себе уже месяц. За окном светило солнце, в комнате пахло чистотой (она вчера наконец-то выкинула накопившийся мусор), а на спинке стула висело зелёное бархатное платье. Она посмотрела на него и улыбнулась. Элайджа вчера написал: «Возьми выходной. Вы заслужили отдых». И она послушалась. Впервые в жизни послушалась чужого совета без внутреннего сопротивления. — Спа-день на дому. — объявила она пустой комнате. Началось с душа. Долгого, горячего, с гелем, который пах кокосом. Потом она взяла скраб, тоже с кокосом и кожа после него стала мягче. Или ей просто хотелось так думать. Она стояла перед маленьким зеркалом в ванной, завёрнутая в полотенце, и рассматривала себя. Стройная. Даже слишком. Талия узкая, бёдра не такие широкие, как хотелось бы, грудь… ну, грудь была. Не маленькая, но и не большая. В самый раз. Вроде. Аделаида повернулась боком, втянула живот. — Сексуально? — спросила она своё отражение. Отражение промолчало. — Вот именно, — вздохнула она. Она никогда не считала себя красивой. Симпатичной — да. Когда улыбалась, когда глаза блестели. Но чтобы сексуальной… Для этого нужно было что-то другое. Уверенность, наверное. Или дорогое бельё. Или умение себя подать. У неё не было ничего из этого. Она намазала лицо увлажняющим кремом нанесла глиняную маску из овсянки и мёда и уселась на кровать в одних трусах и футболке, пока маска сохла. Телефон пиликнул. Уведомление из приложения. «У вас новый запрос на сообщение». Она лениво потянулась за телефоном. Думала, очередной пятидесятилетний с фото в трусах. Но нет. Имя: Джек. Возраст: 27. Фото в профиле: обычный парень. Светлые волосы, голубые глаза, лёгкая небритость. На первом фото — с собакой, на втором — на фоне гор, на третьем — просто улыбается в камеру. Обычный. Живой. Человечный. Описание: «Люблю активный отдых, собак и хорошие разговоры. Ищу девушку для дружбы и maybe больше». Аделаида хмыкнула. — Почему бы и нет? — сказала она вслух. Палец нажал «Принять». Она отложила телефон и пошла смывать маску. Через десять минут, когда она сидела на кровати с чашкой зелёного чая (Иза говорила, что это полезно), телефон снова пиликнул. Привет! Спасибо, что приняла запрос. Ты очень красивая на фото. Как проходит твой день? Аделаида улыбнулась.

Привет. Спасибо.

У меня сегодня выходной, так что день проходит отлично.

О, выходной — это святое. Я тоже сегодня отдыхаю. Погода отличная, думаю выбраться в парк. На кого учишься?

Историк. Средневековье.

Ничего себе! Серьёзно? Это так круто! Я всегда хотел понять, как люди жили в замках. У них же там холодно и сыро, да? И как они ходили в туалет? Аделаида рассмеялась. Прямо в голос.

Сложный вопрос. Если коротко — очень неудобно.

Теперь буду знать. А ты сама где живёшь? В общежитии?

Ага.

Классика. Я тоже жил в общаге, когда учился. Весело было. Соседи — отдельный вид искусства. Они болтали ещё полчаса. Джек оказался простым, лёгким, без претензий. Рассказывал про собаку, про работу в IT-компании, про то, как любит готовить. Спросил про её любимую книгу, про музыку, про то, какие места она любит в Нью-Джерси. Никаких пошлостей. Никаких «скинь фото». Просто разговор. Аделаида отложила телефон, нанесла второй слой крема на руки и подумала: «А почему бы и нет? Пусть будет. Друзья мне не помешают». Она включила фильм на ноутбуке и принялась за педикюр периодически поглядывала в экран. Джек писал забавные мемы, спрашивал совета по книгам (хотел начать читать что-то историческое, но не знал с чего), рассказывал, как его собака гонялась за белкой в парке. Всё было легко. Нормально. По-человечески. А потом пришло сообщение от Элайджи. Добрый день, Адель. Как ваш выходной? Надеюсь, вы отдыхаете так, как заслуживаете. Она улыбнулась и ответила быстро.

Добрый. Да, отдыхаю.

У меня сегодня спа-день

Звучит идеально. Рад, что вы меня послушались. Пауза. Потом новое сообщение.

Адель, простите за вопрос,

но он важен для меня.

Вы общаетесь в приложении с кем-то ещё?

Аделаида замерла. Вопрос был неожиданным. Слишком прямым. И в нём было что-то… Она не поняла что. Но что-то.

Да.

Сегодня приняла запрос от одного парня. Просто болтаем.

А что?

Ответ пришёл не сразу. Минута. Две. Понимаю. Ничего страшного. Вы свободны в своём выборе. Но что-то в тоне было не так. Слишком сухо. Слишком официально. Без обычных «я рад» или «как интересно».

Вы расстроились?

Нет. С чего вы взяли?

Не знаю. Кажется, что да.

Я просто думал, что наше общение для вас особенное. Возможно, я ошибался. Аделаида нахмурилась.

Оно особенное. Правда.

Но я же могу общаться с другими?

Это же приложение для знакомств.

Можете, конечно. Как скажете. Холод. Настоящий холод. Будто он закрылся. Она отложила телефон и уставилась в стену. — И что это было? — спросила она вслух. Джек тем временем прислал очередной мем, и она ответила ему, пытаясь не думать об Элайдже. Но мысль осталась развиваться: почему его это задело? Они знакомы всего неделю с небольшим. Он сам сказал, что длительные отношения не рассматривает. Так какая разница? Она зашла в профиль Элайджи, просто посмотреть. И заметила то, на что раньше не обращала внимание. Золотая отметка «Премиум» рядом с именем. Она нажала на неё — выскочило описание преимуществ. «Премиум-аккаунт даёт вам доступ к расширенной информации о собеседнике: — Количество активных мэтчей — Частота общения с другими пользователями — Время последнего визита — Приоритет в сообщениях — И многое другое!» Аделаида моргнула. Он может видеть, с кем она общается? И как часто? — Охренеть, — прошептала она. Телефон пиликнул. Простите за холодность. У меня был тяжёлый день. Вы не обязаны отчитываться. Общайтесь с кем хотите.

Всё нормально. Я понимаю.

Правда?

Правда.

Тогда позвольте предложить. Не как условие, а как… просьбу. Мне очень нравится наше общение. Оно для меня важно. Я бы хотел, чтобы вы уделяли ему больше времени. А если есть кто-то, кто отвлекает… может, стоит подумать, кто вам действительно интересен? Аделаида перечитала сообщение два раза. Это было… странно. С одной стороны — забота. С другой — контроль. Но он не требовал, не угрожал. Просто предложил подумать.

Вы хотите, чтобы я перестала общаться с Джеком?

Я хочу, чтобы вы сами захотели перестать. Потому что я интереснее. Потому что я могу дать вам то, чего он не даст. Не деньгами — это пошло. А вниманием. Пониманием. Глубиной. Она закусила губу. Джек был простым и лёгким. Элайджа — сложным, глубоким, пугающим. Но с ним было интересно. С ним она чувствовала себя… умной. Важной.

Я подумаю.

Спасибо.

Но он ничего плохого не сделал.

Я знаю. Просто выбирайте осознанно. Она отложила телефон и долго смотрела в окно. Джек написал снова. Что-то про книгу, которую начал читать по её совету. Мило. Искренне. Элайджа молчал. Она ответила Джеку. Коротко, вежливо. Но внутри уже не было той лёгкости. Новое сообщение от Элайджи. Тогда, может, не будем портить этот день разговорами о других? Расскажите лучше, как проходит ваш спа-день. Что ещё в программе, кроме масок? Она улыбнулась. Ловко увёл тему. Не давил, не требовал. Просто напомнил о себе.

Дальше педикюр и, наверное, посмотрю ещё какой-нибудь фильм.

Она доделала педикюр, включила теперь старый фильм на ноутбуке и устроилась с новой чашкой чая. Джек написал ещё пару раз. Она ответила вежливо, но коротко. А Элайджа молчал. Это молчание было тягучим, как мёд. Она ловила себя на том, что постоянно проверяет телефон. Не написал ли? Не случилось ли что? Ближе к вечеру, когда за окном стемнело, а фильм закончился, пришло сообщение. Адель, вы ещё не спите?

Нет.

Можно я кое-что сделаю? Необычное.

Что именно?

Позвоню вам. Если вы не против. Голосом иногда проще, чем текстом. У неё ёкнуло сердце.

Давайте.

Через минуту телефон зазвонил. Незнакомый номер. Она приняла вызов и прижала трубку к уху. — Алло? — Аделаида, — его голос был именно таким, как она представляла. Низкий, спокойный, с лёгкой хрипотцой. — Добрый вечер. — Добрый, — выдохнула она. — Не напугал? — Немного. Он тихо рассмеялся. — Простите. Просто подумал, вы много работаете, редко отдыхаете… А тут выходной... Я подумал, что голос близкого человека может стать хорошим завершением дня. — Близкого? — переспросила она. — А вы не чувствуете? — в его голосе появилась лёгкая улыбка. — Мне кажется, мы стали ближе за эту неделю, чем иные за годы. Она молчала, не зная, что ответить. — Адель, — продолжил он. — Я понимаю, что мы в странной ситуации. Приложение, анонимность, расстояние… Но я хочу предложить кое-что. — Что? — Давай перейдём на «ты». Официально. Мне кажется, мы уже доросли. У неё перехватило дыхание. — Давай, — ответила она тихо. — Хорошо, — в его голосе послышалось удовлетворение. — Тогда расскажи мне, Адель, как прошёл твой день. И она рассказала. Про маски, про вишнёвый скраб, про то, как смотрела на себя в зеркало и сомневалась, достаточно ли она привлекательна. Про Джейка даже упомянула — мельком, как о чём-то неважном. Элайджа слушал. Не перебивал, не комментировал. Просто слушал. А когда она закончила, сказал: — Знаешь, что я думаю? — Что? — Ты красива. Не потому, что у тебя идеальные параметры. А потому, что ты живая. Настоящая. Таких, как ты, мало. И тот, кто это увидит — не отпустит. — Даже если у меня фигура не очень? — вырвалось у неё. Он рассмеялся — тепло, искренне. — Адель, фигура — это деталь. Важно то, что внутри. А внутри у тебя целый мир.Я бы хотел побродить по этому миру. Если ты позволишь. Она улыбнулась в темноту комнаты. — Позволю. — Тогда договорились. А теперь ложись спать. Завтра новый день. — Спокойной ночи, Элайджа. — Спокойной ночи, Адель. Он отключился. Она долго лежала, глядя в потолок, и улыбалась. А потом зашла в чат с Джеком. Посмотрела на его последнее сообщение: «Спокойной ночи! Завтра напишу, ок?» И подумала: а зачем? Она ответила: «Спокойной ночи». Коротко. Вежливо. И убрала телефон. В Нью-Йорке Элайджа положил телефон на столик и откинулся в кресле. — Адель, — произнёс он вслух. — Ты даже не представляешь, как давно я не чувствовал ничего подобного. Он посмотрел на пустой бокал из-под виски и улыбнулся. — Джек, бедный мальчик. Ты даже не начал игру, а уже проиграл. Он закрыл глаза, и в темноте его улыбка стала чуть шире, чуть древнее, чуть опаснее. Но Аделаида такого даже представить не могла. Она уже спала.