Б&Н

¶ Нолан проснулся от странного ощущения — будто внутри него что-то двигалось. Он не сразу понял, что это, но когда сознание прояснилось, осознал: Бретт уже внутри. Уже трахает его. Медленно, глубоко, ритмично, как делал это почти каждую ночь за последние два дня. — Доброе утро, хороший мальчик, — раздался над ухом низкий голос. — Ты... уже... — Нолан с трудом ворочал языком. — Который час? — Шесть утра. Ты спал четыре часа. — А ты? — А я не спал. Нолан попытался повернуться, но Бретт прижал его крепче, продолжая двигаться. — Бретт, ты серьёзно? Четыре часа трахал меня, пока я спал? — Ага. Ты так сладко спал. И так сладко сжимал меня внутри. — Ты псих. — Твой псих. Бретт ускорился, и Нолан застонал, чувствуя, как член задевает простату, выбивая искры из глаз. Он был уже настолько переполнен, что каждое движение отдавалось во всём теле. — Бретт, подожди... я сейчас кончу... — Кончай. Нолан кончил — сухими спазмами, без спермы, просто содрогаясь в руках Бретта. Тот зарычал довольно и задвигался быстрее. — А теперь я кончу в тебя. — Бретт, там уже нет места... — Есть. Он кончил с рыком, вжимаясь до упора, и Нолан почувствовал, как новая горячая волна заливает его изнутри. Живот, который и так уже выпирал от предыдущих порций, стал ещё круглее. — Боже... — выдохнул Нолан, когда Бретт вышел. — Я сейчас лопну. — Не лопнешь. Бретт перевернул его на спину и положил руку на выпирающий живот. Надавил слегка, и Нолан застонал — внутри всё хлюпало, перекатывалось. — Слышишь? — спросил Бретт. — Там только я. Весь ты полон мной. — Вижу, — Нолан посмотрел вниз. Живот действительно выпирал сильнее обычного, и когда Бретт надавил, из задницы потекла сперма. — Красиво, — выдохнул Бретт. — Очень красиво. ¶ Они провалялись в постели ещё часа два. Бретт не входил снова — просто лежал рядом, гладил по животу, по груди, по бедрам, и смотрел, как сперма вытекает по капле. — Нам сегодня в школу, — напомнил Нолан. — Знаю. — Я не дойду. — Дойдёшь. Я помогу. — Бретт, у меня из задницы течёт уже два дня. Я не могу так в школу. Бретт усмехнулся и поцеловал его в висок. — Тогда сегодня остаёмся дома. — А школа? — Плевать на школу. Нолан закатил глаза, но спорить не стал. Во-первых, сил не было. Во-вторых, он действительно не представлял, как будет сидеть на уроках с таким количеством спермы внутри. — Ладно, — сдался он. — Остаёмся. Но ты обещаешь, что сегодня будет помягче? — Обещаю. — Врёшь. — Немного. Бретт улыбнулся своей хищной улыбкой, и Нолан понял, что сегодняшний день будет очень долгим. ¶ Они позавтракали прямо в постели — Бретт притащил хлопья, молоко, кофе, и они ели, размазывая сперму по простыням. Нолан сидел, подложив подушку под зад, и каждое движение отдавалось болью. — Ты как? — спросил Бретт. — Как будто меня трахнул поезд. — Один поезд или несколько? — Целый состав. Бретт расхохотался и чмокнул его в нос. — Отдыхай сегодня. Я буду нежным. — Я уже слышал это. — Сегодня правда. ¶ Нежным Бретт продержался до обеда. Они валялись, смотрели фильмы, и Бретт постоянно трогал Нолана — гладил, целовал, облизывал, но не заходил дальше. Нолан начал расслабляться. Может, сегодня правда обойдётся? А потом Бретт пошёл в душ и вернулся абсолютно голым, с твёрдым членом, с которого капала вода. — Нолан. — М? — Я хочу тебя. — Бретт, мы же договаривались... — Я помню. Я буду нежным. Но я хочу тебя. Он лёг сверху, нависая, и посмотрел в глаза. В серых глазах снова загорался янтарь. — Пожалуйста, — сказал Бретт. — Я тебя очень прошу. Нолан смотрел на него и понимал, что не может отказать. Никогда не мог. — Ладно, — выдохнул он. — Но нежно. — Обещаю. ¶ Бретт вошёл медленно — так медленно, что Нолан чувствовал каждое движение, каждое растяжение. Внутри всё ещё было мокро, скользко, полно, и член прошёл легко, почти без сопротивления. — Хорошо? — спросил Бретт. — Да... — Хороший мальчик. Он двигался плавно, глубоко, не спеша. Нолан обвил его ногами, прижимая ближе, чувствуя, как член заполняет его до краёв. — Я люблю тебя, — шепнул Бретт. — Так люблю. — И я. Они кончили почти одновременно — Бретт внутрь, Нолан на живот, — и долго лежали, не двигаясь. — Это было нежно, — сказал Нолан, когда смог говорить. — Я же обещал. — На сегодня хватит? Бретт посмотрел на него долгим взглядом. — На сегодня — да. Но завтра... — Завтра будет новый день. Я знаю. ¶ Вечером они всё-таки вышли из дома. Нолану нужна была еда — нормальная еда, не хлопья и тосты. Они пошли в супермаркет, и Нолан чувствовал, как сперма вытекает при каждом шаге, впитывается в подкладку, пахнет Бреттом. — Ты как? — спросил Бретт, заметив, что Нолан идёт странно. — Нормально. Текёт. — Больно? — Немного. — Прости. — Не извиняйся. Я сам хотел. В супермаркете они купили продукты, и на кассе девушка странно на них посмотрела — наверное, почувствовала запах. Нолану было плевать. Дома Бретт приготовил ужин — пасту с соусом, салат, — и они ели при свечах, как на свидании. — Знаешь, — сказал Нолан. — Я даже не думал, что так бывает. — Что именно? — Что можно так любить кого-то. Что можно хотеть кого-то так сильно, чтобы трахаться днями напролёт и при этом чувствовать себя в безопасности. Бретт взял его руку в свою. — Это потому что мы созданы друг для друга. — Ты правда так думаешь? — Знаю. Нолан улыбнулся и сжал его пальцы. ¶ Ночью Бретт снова его захотел. Они лежали в темноте, и Нолан чувствовал, как член Бретта упирается ему в бедро, твёрдый, горячий, пульсирующий. — Хочешь? — спросил Бретт. — Всегда хочу. — Тогда проси. — Пожалуйста, Бретт, трахни меня. — Как? — Как хочешь. Просто трахни. Бретт перевернул его на живот, приподнял таз и вошёл — резко, глубоко, без предупреждения. Нолан закричал в подушку. — Тише, — выдохнул Бретт. — Не шуми. Он двигался быстро, жёстко, вбиваясь в Нолана снова и снова. Нолан чувствовал, как член распирает его изнутри, как каждый толчок отдаётся в позвоночнике, как ещё один оргазм подкатывает. — Бретт... я сейчас... — Кончай. Нолан кончил — сухими спазмами, содрогаясь всем телом. Бретт зарычал и ускорился. — А теперь я кончу в тебя. Примешь? — Да... Бретт кончил с рыком, вжимаясь до упора, и Нолан почувствовал, как новая горячая волна заливает его. Живот, который только начал опадать после предыдущего раза, снова выпирал. — Боже, — выдохнул Нолан. — Там правда нет места. — Есть, — прошептал Бретт. — Всегда есть. Он вышел, и сперма потекла ручьём, заливая простыни. ¶ Бретт зажёг свет и смотрел, как белая жидкость вытекает из Нолана, как растекается лужей под ним. — Красиво, — сказал он. — Очень красиво. — Ты это говорил уже. — Потому что это правда. Он провёл пальцем по бедру Нолана, собрал сперму и поднёс к его губам. — Попробуй. Нолан послушно облизал палец. — Вкусно? — Твой вкус. Всегда твой. Бретт улыбнулся и наклонился поцеловать. ¶ Прошло три часа. Нолан потерял счёт времени. Он знал только, что Бретт трахал его снова и снова, в разных позах, с разной скоростью, но всегда глубоко, всегда до упора. Он кончал уже не помня сколько раз — сухими спазмами, без спермы, просто содрогаясь. — Бретт, — выдохнул он, когда Бретт снова вошёл. — Бретт, я не могу больше. — Можешь. — Нет, правда... я сейчас отключусь. — Отключайся. Я подержу. — Но ты будешь продолжать? — Буду. — Хорошо... Нолан закрыл глаза и провалился в темноту. ¶ Он очнулся от того, что Бретт трахал его. Сколько прошло времени? Десять минут? Двадцать? Нолан не знал. Он чувствовал, что лежит на животе, а Бретт нависает сверху и двигается — медленно, глубоко, ритмично. — Проснулся? — выдохнул Бретт. — Ага... сколько я спал? — Минут пятнадцать. Я всё это время тебя трахал. — Охренеть. — Нравится? — Ага... — Хочешь, чтобы я продолжал? — Да. Бретт ускорился, и Нолан застонал, чувствуя, как член задевает простату, выбивая искры. Он был настолько переполнен, что каждое движение отдавалось во всём теле. — Бретт... я сейчас снова отключусь... — Отключайся. Я доделаю сам. — Не останавливайся. — Не остановлюсь. Нолан закрыл глаза и снова провалился в темноту. ¶ В следующий раз он очнулся от того, что Бретт выходил из него. — Всё, — выдохнул Бретт. — Я кончил. — Сколько... времени? — Час ночи. Ты отключался три раза. — Три? — Ага. На десять, пятнадцать и двадцать минут. Я продолжал. Нолан попытался пошевелиться и застонал. Всё тело ломило. Между ног горело огнём. Из задницы текло так, что простыня под ним промокла насквозь. — Боже, — выдохнул он. — Я как выжатый лимон. — Как выжатая сучка, — поправил Бретт с улыбкой. — И это тоже. Бретт лёг рядом, притянул его к себе и начал гладить по голове. — Ты молодец, — сказал он. — Очень молодец. Я горжусь тобой. — За что? — За то, что выдерживаешь меня. Я знаю, что я слишком много. Слишком большой. Слишком выносливый. Слишком... — Хватит, — перебил Нолан. — Ты идеальный. Для меня идеальный. — Правда? — Правда. Бретт поцеловал его в лоб, и Нолан закрыл глаза. ¶ Утром они не пошли в школу. Нолан просто не мог встать. Он лежал пластом, чувствуя, как сперма всё ещё вытекает, как болит каждая мышца, как саднит между ног. — Я принесу завтрак, — сказал Бретт. — Не надо. Я не хочу есть. — Надо. Тебе нужно восстанавливать силы. — Для чего? Чтобы ты снова меня трахнул? — Именно. Бретт улыбнулся и ушёл на кухню. Нолан смотрел в потолок и думал о том, как же ему повезло. Да, это было больно. Да, это было на грани. Но это было именно то, чего он хотел. Именно с Бреттом. ¶ Бретт вернулся с подносом — яичница, тосты, кофе, сок. — Ешь, — приказал он. Нолан сел с трудом, морщась от боли, и взял вилку. — Бретт? — М? — Спасибо. — За что? — За то, что ты есть. За то, что ты со мной. За то, что ты меня так... любишь. Бретт посмотрел на него долгим взглядом, потом наклонился и поцеловал в губы — нежно, сладко, обещающе. — Я тебя очень люблю, — сказал он. — И никогда никому не отдам. — А если я сам уйду? — Не уйдёшь. Я не отпущу. — А если захочу? — Значит, передумаешь. Нолан улыбнулся и продолжил есть. ¶ Днём они снова занялись сексом. Медленным, нежным, почти ленивым. Бретт вошёл в него, когда Нолан лежал на боку, и двигался плавно, ритмично, как покачивание на волнах. — Так хорошо? — спросил он. — Очень. — Не больно? — Немного. Но приятно. — Хороший мальчик. Бретт целовал его плечи, шею, затылок, и Нолан чувствовал, как тепло разливается по телу. — Я люблю тебя, — шепнул он. — И я тебя. Они кончили почти одновременно, и Бретт долго не выходил, просто лежал внутри, чувствуя, как Нолан сжимается вокруг него. — Не уходи, — попросил Нолан. — Не уйду. ¶ Вечером к ним пришли. Нолан услышал звонок в дверь и замер. Бретт напрягся, принюхиваясь. — Это Лиам, — сказал он. — И Мейсон. — Что им надо? — Не знаю. Лежи, я открою. Бретт натянул джинсы и пошёл открывать. Нолан слышал приглушённые голоса из прихожей, потом шаги, и в спальню заглянул Лиам. — Охренеть, — сказал он, увидев Нолана в постели. — Ты чего болеешь? — Ага, — соврал Нолан. — Температура. — А чего Бретт у тебя? — Пришёл ухаживать. Лиам посмотрел на него подозрительно, но ничего не сказал. Мейсон заглянул через плечо. — Мы принесли домашку, — сказал он. — Чтобы не отстал. — Спасибо. Они положили тетради на стул и ушли. Бретт закрыл за ними дверь и вернулся в спальню. — Думаешь, поверили? — спросил Нолан. — Нет. Но им и не надо знать. — А если узнают? — Пусть узнают. Мне плевать. Нолан улыбнулся и потянулся к нему. — Иди сюда. ¶ Ночью Бретт снова перешёл на жёсткий режим. Он трахал Нолана так, что тот кричал, плакал, просил остановиться — и тут же просил продолжать. Бретт дразнил его словами: — Хочешь, чтобы я остановился? — Нет... да... не знаю... — Что значит не знаешь? Хочешь или нет? — Хочу... чтобы ты продолжал... — Так попроси. — Пожалуйста, Бретт, продолжай трахать свою сучку. — Хорошая сучка. Бретт ускорился, вбиваясь глубоко, и Нолан чувствовал, как сознание снова начинает плыть. — Бретт... я сейчас... — Отключайся. Я доделаю. Нолан закрыл глаза и провалился в темноту. ¶ В этот раз он очнулся через двадцать минут. Бретт всё ещё был внутри, всё ещё двигался, и Нолан чувствовал, как член скользит по сперме, как хлюпает внутри. — Проснулся? — выдохнул Бретт. — Ага. — Я кончаю. — Давай. Бретт кончил с рыком, заливая его очередной порцией. Нолан чувствовал, как живот выпирает сильнее, как становится тесно внутри. — Смотри, — Бретт положил руку ему на живот и надавил. Сперма потекла из задницы ручьём. — Красиво, — выдохнул Нолан. — Очень. ¶ Они лежали в темноте, перепачканные, уставшие, счастливые. — Бретт? — М? — Сколько раз ты сегодня кончил? — Не считал. — А я считал. Шестнадцать. — Много? — Очень. — Прости. — Не извиняйся. Я люблю, когда ты много. Бретт улыбнулся в темноте и прижал его крепче. — Спи, хороший мальчик. — А ты? — А я буду тебя охранять. — От кого? — От всего. Нолан закрыл глаза и провалился в сон — спокойный, глубокий, без сновидений. ¶ Утром он проснулся от того, что Бретт снова был внутри. — Ты неугомонный, — выдохнул Нолан. — Ты мой наркотик. — Оригинально. — Заткнись и дай мне тебя трахнуть. Нолан засмеялся и обвил его шею руками. — Трахай. Это утро было таким же, как предыдущие дни. Медленный секс, быстрый секс, нежный секс, жёсткий секс. Бретт кончал снова и снова, заливая Нолана до краёв. Живот выпирал постоянно. Сперма текла из всех отверстий. К обеду Нолан снова потерял сознание — на полчаса. Бретт продолжал трахать его всё это время. ¶ Вечером они наконец выбрались из постели. Нолан еле стоял на ногах. Бретт поддерживал его, вёл в душ, мыл, вытирал, кормил. — Завтра в школу, — напомнил Бретт. — Я не дойду. — Дойдёшь. Я провожу. — Бретт, у меня из задницы течёт уже три дня. — Знаю. Но тебе нужно в школу. Нолан застонал, но спорить не стал. ¶ Ночью они спали без секса — просто лежали в обнимку, и Бретт гладил его по голове. — Я люблю тебя, — шепнул Нолан перед сном. — И я тебя, хороший мой. — Спасибо за эти дни. — Не за что. — Это было лучшее, что со мной было. Бретт улыбнулся в темноте и поцеловал его в макушку. — Спи. Завтра новый день. — А послезавтра? — Послезавтра будет ещё один. — И так всегда? — И так всегда. Нолан закрыл глаза и провалился в сон — спокойный, глубокий, зная, что Бретт рядом, что Бретт никуда не уйдёт, что так будет всегда. --- Конец третьей главы