Сердце дракона

В тишине замка раздался резкий стук в ворота. Крис вздрогнул, отложил волынку и поспешил к двери. На пороге стоял тот самый рыцарь в блестящих доспехах, а за его спиной — несколько солдат, сурово сжимающих оружие. — Я вас слушаю. Что-то случилось? — спросил Крис, стараясь говорить спокойно. — Честно говоря, я уже почти не играю на волынке — не хочу пугать сельчан. — Здравствуйте, — холодно ответил рыцарь. — Мы прибыли, чтобы снова обыскать замок. Крис на мгновение замер, в груди зашевелилась тревога. Он понимал: если солдаты найдут Элайзу, беды не миновать. Но внешне он остался невозмутим. — Прошу, проходите, — улыбнулся он, хотя внутри всё сжалось. — Я не против гостей, наоборот, даже рад, что вы зашли, — соврал Крис, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. — Только… только не шумите, пожалуйста. Моя невеста Элайза, возможно, отдыхает. Рыцарь кивнул, и солдаты начали осматривать помещение. Крис старался держаться рядом, но незаметно поглядывал в сторону высокой башни — именно там, за потайной стеной, пряталась Элайза. Внезапно один из солдат заметил что-то на полу. — Смотрите, милорд! Цепь! Рыцарь наклонился, поднял тяжёлое металлическое звено. Оно было старым, покрытым патиной, но крепким. Цепь тянулась через весь замок, местами закреплённая крюками в стенах. — Любопытно, — пробормотал рыцарь. — Она ведёт куда-то наверх. Крис похолодел. Он и сам только сейчас понял, что цепь — его главная улика. Но было уже поздно: рыцарь, увлечённый расследованием, начал идти вдоль неё, внимательно осматривая каждый метр. Они обошли все комнаты, коридоры и залы, пока наконец не оказались у подножия высокой башни. Цепь вела наверх, исчезая за поворотом лестницы. Поднявшись на самый верх, они увидели, что цепь заканчивается у старой каменной стены. Рыцарь остановился, задумчиво провёл рукой по камням. — Что там? — строго спросил он, поворачиваясь к Крису. — Честно говоря, не имею ни малейшего понятия, — снова соврал Крис, но голос предательски дрогнул. Он знал: за этой стеной — Элайза. Его сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. — В замке, помимо вас, ещё кто-нибудь есть? — уточнил рыцарь, пристально глядя на Криса. Крис хотел соврать, но волнение оказалось сильнее. Слова вырвались сами: — Да… — он запнулся. — Я и моя невеста, Элайза. Она приехала вчера меня навестить. Наверное, сейчас отдыхает у себя. Рыцарь нахмурился. — За стеной что-то есть? Или кто-то? Крис глубоко вдохнул. — Я не знаю, — сказал он, а затем, стараясь выглядеть непринуждённо, добавил: — Давайте посмотрим! Он толкнул стену — и та неожиданно поддалась, открывая узкий проход. За ним виднелась небольшая комната, тускло освещённая свечами. Рыцарь резко оттолкнул Криса и шагнул внутрь. Крис прикусил губу, нащупывая за пазухой нож — если рыцарь попытается навредить Элайзе, он будет драться. Он быстро вошёл следом. Внутри рыцарь замер, удивлённо глядя на девушку с длинными рыжими волосами, стоящую у окна. — Извините, — произнёс рыцарь, — вы кто? — Здравствуйте, я Элайза, — раздался её мягкий голос. Рыцарь отступил в сторону, освобождая проход для Криса. Тот вошёл и оцепенел. — Элайза! — воскликнул он. — Что ты здесь делаешь? Девушка опустила глаза, смущённо теребя край платья. — Прости, Крис, — тихо сказала она. — Ты говорил не трогать эту цепь… — она протянула руку, к которой была прикована тяжёлая металлическая скоба. — Но она закрылась, и никак не открывалась. Я испугалась, что ты будешь ругаться, и пыталась снять её. Искала инструменты, а потом как-то попала сюда… Прости, дорогой. Она кинулась к нему и крепко обняла. — Этот замок страшный, очень страшный, — прошептала она, дрожа. — Давай уедем, пожалуйста… Крис слегка опешил, но всё же обнял её в ответ. — Обязательно уедем, — пообещал он. — Как только всё закончу. Я же говорил тебе, Элайза… Он повернулся к рыцарю, стараясь сохранить достоинство. — Извините за недоразумение, — сказал он. — Она у меня любопытная. Рыцарь впервые улыбнулся — искренне, без тени подозрительности. — Прямо принцесса, заточенная в башне, — пошутил он. Элайза смущённо опустила голову. — У меня отец — рыбак, — тихо ответила она. — Я не могу быть принцессой. Они спустились вниз. Элайза шла впереди, пытаясь спрятать скобу и тихо звеня цепью. Рыцарь заметил это и предложил: — Давайте я помогу снять оковы. Крис и Элайза с благодарностью согласились. Но даже дюжина воинов, напрягая силы, не смогла разорвать эти цепи. Вечер уже опускался на замок, окрашивая небо в багряные тона. Рыцарь, вздохнув, обратился к Крису: — Вы учёный, я думаю, вы сможете что‑нибудь придумать, чтобы освободить вашу невесту. Но цепи, похоже, заколдованы. — Да, я так и предполагал, — грустно вздохнул Крис, глядя на Элайзу. — Поэтому и просил её ничего не трогать. — Хоть она и любопытная, — добавил рыцарь, — но очень добрая. Берегите её. Он попрощался и вместе с солдатами покинул замок. Крис обернулся и увидел Элайзу. Она молча стояла, опустив голову, её плечи слегка подрагивали, будто она сдерживала слёзы. — У меня нет слов, — произнёс Крис, обращаясь к ней. Его голос звучал глухо, в нём смешались разочарование и боль. — Ты можешь превращаться в человека? Почему раньше этого не сделала? Элайза молчала, не поднимая взгляда. Её пальцы нервно теребили край платья. — Можешь объяснить, что тут происходит, Элайза? — уже грубее спросил Крис, делая шаг вперёд. — Я не знаю, как это получилось, — тихо ответила она, её голос дрожал. — Только мне так не кажется! — Крис сжал кулаки, стараясь сдержать нарастающее раздражение. — Ты скрывала это от меня всё это время. Почему? Элайза подняла глаза, и в них Крис увидел такую глубокую печаль, что его гнев на мгновение отступил. — Я не по своей воле много лет жила в теле дракона, — прошептала она. — Это проклятье, и я не знаю, как оно работает. Я пыталась понять, пыталась найти способ снять его, но всё без толку. Крис глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Он провёл рукой по волосам, затем отвернулся. — Мне нужно время, чтобы подумать, — сказал он и направился к лестнице. Элайза осталась стоять в холле замка, наблюдая, как Крис уходит в свою комнату. Её плечи поникли, а в глазах застыла тоска. Крис размышлял всю ночь, ворочаясь в постели и глядя в потолок. Мысли роились в голове, переплетаясь в сложный клубок сомнений и вопросов. Уснул он лишь под утро, когда первые лучи рассвета начали пробиваться сквозь ставни. Элайза же спать совсем не хотела. Она бесцельно бродила по замку, пока не дошла до оранжереи. Там, среди пышных растений и горшков с цветами, она провела полночи, вглядываясь в тени и прислушиваясь к тишине. Утром её одолел звериный голод. Обычно она отправлялась на охоту, но сейчас у неё не было ни когтей, ни крыльев. Элайза направилась на кухню, нашла хлеб, яйца и несколько кусочков мяса. Она принялась готовить завтрак, стараясь сосредоточиться на простых действиях, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей. Крис не явился на завтрак. Элайза ела в полном одиночестве, и голод, хоть и немного утих, не мог заглушить печаль, всё сильнее терзавшую её сердце. Она давно так сильно не грустила — с тех самых пор, как вернулся Крис. Поднявшись в библиотеку, Элайза взяла первую попавшуюся книгу и начала читать. Но мысли путались, строки расплывались перед глазами. В конце концов она уснула прямо на диване, с книгой в руках. Крис встал ближе к обеду. На столе его ждал завтрак — аккуратно накрытая тарелка, чашка тёплого чая. Он сел, медленно поел, размышляя о том, что произошло. «Есть плюсы, когда Элайза не дракон», — подумал он с горькой усмешкой. Но тут же одёрнул себя: «Нет, дело не в этом. Дело в ней самой». Его распирало желание поговорить с ней, выяснить, что произошло на самом деле. Он направился в библиотеку и замер на пороге, увидев Элайзу спящей на диване. Она выглядела такой беззащитной, такой хрупкой. «Она и драконом была прекрасна, — подумал Крис, — а сейчас в сто раз прекраснее». Он тихо подошёл ближе, сел в кресло напротив и взял книгу, которую она читала. Страницы были испещрены древними символами, незнакомыми ему, хотя Крис и считался человеком не самым глупым. — Сколько же тебе лет? — удивлённо спросил он, вглядываясь в страницы. — Больше двух человеческих жизней, — раздался приятный, нежный голос Элайзы. Она открыла глаза и села, поправляя волосы. — Одна жизнь — человеком, вторая — чудовищем. Крис поднял на неё взгляд и отложил книгу. — Ты точно не знаешь, сколько тебе лет? — Нет, я никогда не считала. Да и считать научилась уже после того, как стала… — она запнулась, — монстром. — Элайза, прошу, не называй себя так! — Крис встал и подошёл к ней. Но Элайза вскочила с дивана и резко развернулась. Её волосы заискрились, глаза моментально стали наливаться огнём. — Я монстр, Крис! — воскликнула она. — Я уничтожала всё на своём пути, убивала людей, делала ужасные вещи. Меня боялись и называли монстром, чудовищем, тварью. Меня ненавидели и пытались убить! Её кожа начала приобретать красно‑коричневый оттенок, по телу пробегали волны жара. Крис понял, что она превращается в дракона прямо на его глазах. Не раздумывая, он шагнул вперёд и крепко обнял её. Элайза пылала, её тело было безумно горячим, но Крис не отстранился. — Я не считаю, что ты чудовище, и никогда не считал тебя такой! — твёрдо произнёс он, обнимая её ещё крепче. — Если бы я считал, что ты монстр, стал бы я помогать тебе? Бросил бы всё ради того, чтобы защитить тебя? Да, многое мне непонятно, многое пугает и ставит в тупик. Но я знаю одно: ты восхитительная, необычная и волшебная! Элайза замерла в его объятиях, а затем, словно вся её ярость и боль разом покинули её, обняла Криса в ответ и расплакалась. — Ну вот, что ты плачешь? Всё хорошо! — Крис погладил её по спине. — Я… — он осёкся и замолчал на мгновение, затем продолжил мягче: — Я хочу тебе помочь. Расскажи мне про себя. Он усадил её на диван и снова обнял. Постепенно искры в её волосах погасли, кожа стала обычного цвета, но, к удивлению Криса, оказалась очень холодной. Элайза вздохнула, вытерла слёзы и начала говорить — медленно, осторожно, словно пробуя слова на вкус. Элайза вытерла глаза краем юбки и глубоко вздохнула, словно собираясь с силами. Её голос звучал тихо, чуть дрожал, но она старалась говорить чётко: — Я была совсем ребёнком, когда не стало родителей… Мы жили далеко отсюда, в тихой долине, где никто не знал о драконах. Но однажды люди узнали, кто они на самом деле. Они убили моих родителей, а меня взяли в плен. Она замолчала, опустив взгляд. Крис молча подвинулся ближе, взял её за руку, и Элайза продолжила, чуть громче: — Одна женщина спасла меня. Она и её муж были магами. Они выкрали меня из тюрьмы и привезли сюда, надели эту колодку и уехали. Больше я их не видела. Но очень долго кто‑то приносил мне еду, вещи, даже животных — чтобы я училась заботиться о себе сама. Потом и это прекратилось. Видимо, те, кто пытался мне помочь, умерли. Я поняла это, когда нашла Виктора. Её голос дрогнул, но она взяла себя в руки. — Он был ранен и слаб. Я ухаживала за ним всю зиму. Он научил меня считать, писать и читать — на своём языке. Мои родители учили меня совсем другому… Потом он ушёл. И тогда я разозлилась. Всё стало как в тумане. Моя ярость была просто невообразимой. Элайза сжала кулаки, её глаза на мгновение вспыхнули, но тут же потухли. — Я ждала, что Виктор вернётся. Злилась всё сильнее, не дождавшись его. Со временем начали приходить люди в доспехах — они пытались меня убить. Я злилась и злилась… И, кажется, больше ничего не чувствовала, кроме злости. Она подняла взгляд на Криса, и в её глазах отразилась глубокая тоска. — Потом появился ты. И я перестала чувствовать злость. Наоборот, я начала ощущать другие чувства: тоску, сожаление, страх, отчаяние. Мне было безумно обидно, когда ты накричал на меня из‑за того, что не смог разрубить эту цепь. Я спряталась и плакала, плакала, чувствуя вину за то, что я такая и не могу ничем тебе помочь. А потом я услышала голоса, и через мгновение вы вошли… Я так сильно никогда не боялась. И когда рыцарь оцепенел, увидев меня, я только тогда взглянула на себя и поняла, что я — человек. Поэтому я не знаю, как снова стала человеком. Я не вру тебе, Крис, клянусь, я говорю правду. Крис обнял её, прижал к себе, поглаживая по волосам. — Я тебе верю, Элайза, — тихо сказал он. — И, кажется, начинаю понимать, как это работает. Элайза удивлённо посмотрела на него, в её глазах мелькнула надежда. — Я вспомнил ту книжку со сказкой, — продолжил Крис. — Там влюблённый юноша пытался добиться девушки, но когда она публично его унизила, он убил её и её мужа, испепелив полдеревни. Значит, ты превращаешься в дракона только тогда, когда в тебе просыпается ярость. Пока она полностью не уйдёт, ты останешься драконом. Поэтому, когда ты начала чувствовать вину и грусть, злость угасла — и ты стала человеком. Он на мгновение задумался, затем добавил: — Но нам нужно узнать больше. Твои родители тоже были драконами? — Да, — кивнула Элайза. — Отец точно был драконом. Он рассказывал мне сказки и говорил, как классно летать, будучи им. — Он при тебе не превращался? — Нет. Даже когда пришли люди, он оставался человеком и умер как человек. Крис задумчиво провёл рукой по подбородку. — Вот как… Победить дракона… Вот почему драконов уничтожили. Вы становитесь ими только тогда, когда вас переполняет ярость. Элайза, а скажи, ты родом откуда? — Мы жили в Изонхельме, — тихо ответила она. Крис помолчал, глядя в окно, где первые лучи рассвета пробивались сквозь тучи. Затем он повернулся к Элайзе и сказал: — У меня есть идея. Но, наверное, тебе она не понравится… — Я слушаю тебя, — настороженно произнесла Элайза, её пальцы невольно сжались. — Уже скоро придёт весна, — начал Крис. — И я уйду. Элайзу будто подменили. Она резко выпрямилась, дыхание участилось, глаза расширились от тревоги. — Но я вернусь, — поспешно добавил Крис, беря её за руки. — Как тогда, когда я уходил и возвращался. И в этот раз я уйду, но я вернусь. Я попробую разузнать больше о драконах и найти потомков тех магов, что оставили тебя здесь. Возможно, там я найду способ освободить тебя. Ты согласна? Элайза долго молчала, глядя на него. В её глазах читалась борьба: страх потерять его и надежда на спасение. Наконец она вздохнула и тихо сказала: — Наверное, да… Только если ты вернёшься. — Обязательно вернусь, — твёрдо пообещал Крис, глядя ей прямо в глаза. — Даю слово. Я найду способ помочь тебе, Элайза. Мы справимся вместе. Элайза кивнула, и на её губах появилась слабая, но искренняя улыбка. Крис улыбнулся в ответ и крепче сжал её руку. В этот момент оба почувствовали, что, несмотря на предстоящие испытания, они больше не одиноки. … После того разговора жизнь в замке начала меняться. Элайза теперь была человеком — и не просто человеком, а полноправной хозяйкой этого старого, немного запущенного места. Поначалу она всё ещё вздрагивала от резких звуков, а иногда ловила себя на том, что непроизвольно сжимает кулаки, будто готовясь выпустить пламя. Но с каждым днём тревога отступала, уступая место чему‑то новому — спокойствию, которое она давно не испытывала. Крис и Элайза быстро выработали свой ритм. По утрам они завтракали вместе, сидя у окна, откуда открывался вид на долину. Элайза рассказывала о своём детстве — о том, как отец учил её различать следы зверей в лесу, как мать показывала, какие травы можно использовать для лечения ран. Её голос звучал мягко, а глаза загорались, когда она вспоминала те времена. Крис слушал внимательно, иногда задавая вопросы, и в такие моменты чувствовал, как в груди разливается тепло. — А ты? — однажды спросила Элайза, допивая травяной чай. — Расскажи о себе. Где ты вырос? Крис улыбнулся, поправил поленья в камине и начал свой рассказ. Он говорил о маленьком городке у реки, о том, как любил бродить по лесам, собирая редкие травы и изучая их свойства. О том, как однажды нашёл старую книгу о драконах и с тех пор не мог перестать думать о них — не как о чудовищах, а как о существах, у которых наверняка есть своя история. — И вот я здесь, — закончил он, глядя на Элайзу. — И теперь я знаю, что книги не лгали. Драконы — это не просто сила. Это судьба. Элайза улыбнулась в ответ, и Крис почувствовал, как сердце его трепещет. Если бы можно было назвать это чувство любовью… Но любовь ли это? Он не знал. Он лишь понимал, что хочет сделать Элайзу свободной и счастливой. Их дни складывались из простых, но важных дел: Крис часто уходил на охоту, оставляя Элайзу в замке. Она ждала его, занимаясь делами: подметала полы, протирала пыль с древних книжных полок, развешивала сушёные травы вдоль стен. Когда Крис возвращался, Элайза помогала ему раздеться, стряхивала с плаща капли дождя или снежинки, а затем принималась готовить тёплый напиток из трав — мяты, зверобоя и листьев смородины. Они садились у камина, и Крис рассказывал о своих приключениях в лесу, а Элайза слушала, иногда вставляя забавные замечания. Элайза любила цветы. Она обнаружила, что в оранжерее замка, давно заброшенной, ещё теплилась жизнь: несколько кустов роз, дикая лаванда и даже пара яблонь. Вместе с Крисом они расчистили пространство, пересадили растения, и вскоре оранжерея зацвела. Элайза ухаживала за цветами, а Крис помогал ей, иногда неловко пытаясь разобраться в садовых инструментах. В библиотеке замка хранились древние фолианты, многие из которых были посвящены магии и драконам. Крис и Элайза проводили вечера, листая их страницы. Элайза узнавала больше о своём наследии, а Крис искал подсказки, как снять проклятие. Иногда они спорили о трактовках старинных текстов, смеялись над неуклюжими иллюстрациями и делились своими теориями. Элайза хотела знать больше о мире людей. Крис учил её играть в простые настольные игры, показывал, как рисовать карты, рассказывал о городах и странах, о которых читал в книгах. Взамен она учила его понимать язык природы — как по ветру определить погоду, как по следам узнать, какой зверь прошёл мимо. По вечерам они часто сидели у камина. Крис играл на волынке — негромко, чтобы не пугать соседей, а Элайза вязала шарф из шерсти, которую он купили на ближайшей ярмарке. Иногда они просто молчали, глядя на огонь, и в этих мгновениях было что‑то удивительно уютное и родное. Однажды вечером, когда за окном бушевала метель, а в камине трещали дрова, Элайза подняла глаза от книги и посмотрела на Криса. — Знаешь, — тихо сказала она, — я никогда не думала, что смогу быть счастливой. Я считала, что моя судьба — это одиночество и ярость. Но теперь… теперь я понимаю, что ошибалась. Крис отложил перо, которым делал заметки в тетради, и повернулся к ней. — Ты заслуживаешь счастья, Элайза. И я сделаю всё, чтобы ты его получила. Она улыбнулась, и в этот момент Крис понял. Да, это была любовь. Не та, что вспыхивает мгновенно, а та, что растёт постепенно — из доверия, заботы и общего пути. Он не произнёс этих слов вслух, но его взгляд сказал всё за него. Элайза встала, подошла к нему и села рядом на диван. Они долго сидели так, слушая, как за окном воет ветер, а в замке, наконец, воцаряется мир. И вот наступила весна. Крис отправился на поиски города Изонхельме, а Элайза осталась одна в замке. Дни сменялись неделями, но от Криса не было ни весточки, ни письма. Элайза каждый день выходила на крепостную стену, вглядываясь в дорогу, и каждый вечер зажигала свечу у окна — как знак, что она ждёт. Однажды утром в дверь громко постучали. Сердце Элайзы подпрыгнуло от радости — она бросилась к двери, уже представляя, как увидит Криса на пороге. Но вместо него перед ней стоял высокий мужчина в богатом плаще, за спиной которого выстроились солдаты. — Мне нужен Крис Гримм, — жёстко произнёс мужчина, тяжело оттесняя Элайзу и входя в замок. — Он здесь? — Нет, он уехал, — ответила Элайза, стараясь скрыть тревогу. — Но скоро будет, со дня на день. — А вы ему кто? — мужчина окинул её внимательным взглядом, задержавшись на колодке с цепью. — Я его невеста, — тихо, но твёрдо сказала Элайза. — Невеста, значит… — он слегка приподнял бровь. — А почему не отправились с ним? Элайза молча подняла руку, показывая колодку. — Из‑за этого. Крис говорил мне не трогать её, но я не послушала. Теперь она не снимается никак. Он и отправился на поиски средства, чтобы снять её. Мужчина на мгновение замер, его лицо побледнело. — Понятно, — произнёс он, оглядываясь по сторонам. В этот момент по спине Элайзы пробежали мурашки. Она почувствовала опасность — что‑то в этом человеке тревожило её на уровне инстинктов. — Как вас зовут? — спросила она, стараясь говорить спокойно. — Герцог Уильям, — коротко ответил он. — А вас? — Элайза. — Элайза, значит… — герцог прошёл в зал, медленно оглядываясь. — Неплохо вы здесь устроились. Вижу, обжились, мебелью обзавелись, даже ремонт сделали… После всего, что здесь случилось. — Простите, я здесь не так давно, — осторожно ответила Элайза. — А что именно здесь произошло? Герцог усмехнулся, его глаза сверкнули холодным огнём. — Здесь, на этом самом месте, где вы стоите, я убил чудовище. Кроважадного монстра, который хотел уничтожить все мои владения. Элайза побледнела. Её сердце забилось чаще, пальцы непроизвольно сжались. Она поняла, о ком идёт речь. — А… дракона, да? — тихо произнесла она. — Крис говорил. Вы, значит, герцог Уильям. Простите. — Она поклонилась, стараясь выглядеть учтивой, но слова давались ей с трудом, сквозь зубы, с затаённой злостью. — Очень приятно познакомиться. Герцог внимательно посмотрел на неё, словно пытаясь прочесть её мысли. — Вы не выглядите особо напуганной, — заметил он. — Большинство людей при упоминании о драконе бледнеют и начинают креститься. — Я… просто не до конца осознала масштаб, — нашлась Элайза, чувствуя, как внутри начинает закипать ярость. Она пыталась успокоиться. Убийца стоял перед ней — тот, кто мог бы убить и её, если бы узнал правду. Но, похоже, он не подозревал, что перед ним — такая же драконица. Элайза глубоко вдохнула, заставляя себя сдерживать эмоции. — Этот замок когда‑то принадлежал моим предкам, — продолжил герцог, подходя к окну. — Я восстановил его после той битвы. Но до сих пор здесь пахнет пеплом. Вы не чувствуете? — Нет, — Элайза покачала головой, стараясь не выдать волнения. — Здесь пахнет травами и деревом. И ещё — надеждой. Герцог обернулся, удивлённо приподняв бровь. — Надеждой, значит? Любопытно. А вы, Элайза, верите, что чудовище можно спасти? Или оно всегда останется чудовищем? Элайза на мгновение замерла. В его словах было что‑то большее, чем простой вопрос. — Я верю, — медленно произнесла она, глядя ему прямо в глаза, — что никто не рождается чудовищем. Им становятся — или их такими делают. Герцог помолчал, затем усмехнулся. — Интересно. Очень интересно. Что ж, передайте Крису, когда он вернётся, что я заходил. И что я буду ждать его ответа. Он развернулся и направился к выходу, солдаты последовали за ним. — До свидания, герцог Уильям, — тихо сказала Элайза, провожая его взглядом. Когда дверь захлопнулась, она прислонилась к стене, пытаясь унять дрожь. Её руки дрожали, а в груди бушевала буря эмоций — страх, гнев, горечь. Она подошла к окну и долго смотрела вслед удаляющейся процессии, пока та не скрылась за поворотом дороги. «Крис, пожалуйста, возвращайся скорее», — мысленно взмолилась она, сжимая кулаки. — «Мне нужно знать, что делать дальше».